Метод Попова

Сеанс с Ирой прошел достаточно гладко. Собственно в этом Арсений и не сомневался - он когда-то проводил сотни таких. Девушка имела кучу претензий к мужу : он вечно пропадает на работе, грубит, как будто ненавидит её (в чем Попов вообще не сомневался, так как считал, что у Антона ампутированы чувства эмпатии, сострадания и любви), не хочет завести ребенка, постоянно врет даже по мелочам и многое другое. Это Попову было понятно - он видел все эти качества в мужчине еще на совместных сеансах. Но вот как эти люди вообще сошлись? Ирина рассказала, что у Антона своя строительная фирма, а её дядя, работающий в прокуратуре и обладающий огромными связями, во многом ему помогает. Это многое объясняет - Шастун даже в браке нашел выгоду. Желание посоветовать Ире разводиться с ним только усилилось. *** Арсений проснулся часов в десять утра, сонно потягиваясь и зевая. Он лениво приподнялся на локтях, оглядывая комнату и вспоминая, что вчера остался у Антона. Собаки рядом уже не было, и Попов сделал вывод, что, раз парень вчера её выгуливал после дня рождения, значит как ответственный хозяин давно пошел гулять с Милкой с утра. Попов нехотя поднялся с кровати, теряя шлейф чужого запаха, и осмотрелся. Комната была небольшой. У самого окна, отделенная от него тумбочкой, стояла полутораспальная кровать парня, у противоположной стены большой шкаф, откуда вчера Антон доставал свои вещи. В углу у входа был письменный стол с ноутбуком, а на свободной стене красовался огромный череп, нарисованный граффити, и какие-то надписи, которых Арс не понял. Скорее всего, Антон сам это чудо рисовал. Бэнкси не иначе. Попов решил, что хватит уже шастать по чужой комнате, и вышел оттуда. Он со вчера помнил, где у парня ванная, поэтому пошел туда, умываясь и придавая себе более или менее свежий вид. Арс поймал себя на том, что долго прихорашивается перед зеркалом, что его возмутило, поэтому он поджал губы и растрепал себе волосы, быстро покидая ванную. С кухни он услышал шум посуды, поэтому пошел туда. Перед глазами предстала прекрасная картина : видимо Антон что-то жарил и отдал Милке вылизать сковородку, и теперь та с противным скрежетом проходилась по всему полу в кухне. - О, проснулся, Аарстероид! - Нет, ну это уже читерство. Ты просто «Р» посреди слова впихнул. - В этом и фишка, чувак. Антон смерил Попова снисходительным взглядом, как на пятиклассника, который не знал, что 2+2=4, на что парень только закатил глаза. - Кааааак скажешь. Антон рассмеялся и покачал головой, подойдя к Арсению. Он принялся с какой-то осторожностью и нежностью поправлять волосы парня, которые тот недавно специально взъерошил. Ох не для этих целей он этим занимался… Попов сам не заметил, как залип на парня : какое красивое у него лицо, такая улыбка еще заразительная, и он так близко… - Ты так на воробушка похож. - А? Попов явно слишком задумался о чужой привлекательности, за что Антон клацнул его по носу, рассмеявшись. Он видимо закончил свою работу, потому что с чистой совестью, как ни в чем не бывало, как будто так и надо, отошел от Попова и забрал сковородку у собаки, отправляя её в мойку. Сковородку в смысле. Не собаку. - Завтракать садись, а. Арсений себя мысленно поругал и сел за стол, глядя на Милку, которая села рядом с ним и начала принюхиваться. - Слушай, так почему ты все-таки собаку Милкой назвал? Попов с улыбкой протянул собаке руку, погладив её по голове после того, как она была тщательно обнюхана. А вот Антона, кажется, смутил вопрос. Арсений подумал, что это уже третий раз, когда он смог его смутить - жизнь определенно удалась. А то ходит вечно аки сама невозмутимость… тьфу. - Ну назвал и назвал, че ты докопался? Это мать вообще назвала. Шастун покосился на Арсения, проверяя реакцию и степень веры в его слова, но получил только насмешливый взгляд, поэтому закатил глаза и поставил перед Поповым тарелку с яичницей. - Ешь давай. *** Арсений ждал сеанса с Антоном с содроганием, хотя внешне оставался как всегда собранным и спокойным. Он снял пиджак, оставаясь в серой рубашке с закатанными рукавами, оголяющими предплечья. Антон должен был быть здесь уже как пять минут. Попов немного даже надеялся, что он вообще не придет. Неосознанно Арсений посмотрел в зеркало, висящее на стене, и поправил волосы, тут же хмурясь. Ну что за порывы, а? Он тут же упрямо их растрепал, но потом вспомнил, что все-таки на работе, должен выглядеть презентабельно, поэтому все равно пришлось поправлять. — Прихорашиваешься для меня? Арсений вздрогнул, повернув голову и увидев Антона, который как к себе домой прошел в его кабинет и упал на диван. Комментировать его слова Попов не стал — этика не позволяла отвечать матом пациентам. — Вы опоздали. — Ля какой важный. Ладно, извините, Арсений Сергеевич, каюсь, грешен. Отшлепайте меня по попе и не давайте сладкого. Попов едва заметно поджал губы. Мысленно он послал Антона нахуй очень по далекому адресу, куда тот вряд ли в ближайшее время собирался. Арсений прошел мимо Антона на диване, взяв свою записную книжку со стола, и сел в кресло, закинув ногу на ногу. — Итак, вашу жену я уже выслушал, теперь хотелось бы, чтобы вы рассказали о своих претензиях к ней. Антон хмыкнул, явно не понимая, зачем им общаться на «вы» и делать вид, что они не знакомы. В остальном он сегодня был странно спокоен. Как будто отсутствие Иры делало его человечнее. — МЫ её просто не люблю, в остальном претензий нет. Арсений сдержал тяжелый вздох, но если Антон возомнил себя Петром Первым, говоря о себе во множественном числе, он не собирался ему подыгрывать, или менять форму обращения. Не дождется он, чтобы Арсений вдруг как к другу к нему обратился. — А мне казалось, что вас раздражает её требовательность и настойчивость. — Когда не любишь человека, с которым вынужден жить, а он еще и от тебя что-то там требует, разумеется, бесит даже само присутствие. — Я правильно понимаю, ваша претензия к жене: вы её не любите? Антон как-то тяжело вздохнул и впервые перевел взгляд на Арсения, недолго молча. — Арс… — Вот что…! Попов встал с кресла, не дав Антону договорить что бы он там ни хотел сказать. Ничего хорошего, если начало: такое почти жалобное «Арс». — …раз вы так не любите жену, почему бы просто не развестись? Детей у вас нет. Попов обошел свой стол, садясь туда, чтобы подальше от Антона, который теперь сел, оперевшись руками, согнутыми в локтях, на колени. — Она меня любит, а мой бизнес зависит от её дяди. — Всегда у тебя так. Попов фыркнул, не успев себя сдержать. Боже да за эти пять прошедших минут он и так плохо справлялся. Брови Антона от легкого удивления поползли вверх. — На что ты намекаешь? — На то, Шастун, что ты всегда все делал ради собственной выгоды, как последняя… — Блять прорвало, наконец-то! Неужели он вспомнил, что знает меня дольше пары сеансов. Думал никогда не дождусь! Антон закончил свою ехидную речь и сложил руки на груди, а Арсений нахмурился, держа в руках карандаш так, что скоро точно сломал бы его. — Иди нахер, я был бы счастлив тебя не знать. Антон растерялся всего на секунду: Арсений заметил какую-то эмоцию в его глазах, напоминающую обиду, но она так быстро сменилась на злость, что Попов не успел понять, что увидел. — Ебать какие слова мы выучили. А как же «фу, не материтесь при мне. Я лучше всех вас, я не выражаюсь так»? — Я никогда не считал, что я лучше остальных! — Да конечно, блять, пизди больше. Арсений такой умный, такой правильный, ответственный, не курит, не пьет, не матерится… Не то что остальные плебеи, да? — Да, я считал себя лучше некоторых, доволен?! Например, лучше той компании, с которой якшался ты! И я хотя бы никого не предавал! Карандаш сломался, и Арсений отбросил его в мусорку, а вся злость Антона тут же сдулась. *** — Спасибо, что разрешил у тебя остаться. Арсений держал в руках чашку с чаем, сидя за столом напротив Антона. Тот только отмахнулся, доев свой завтрак и забрав со стола всю грязную посуду, чтобы отнести в раковину. — Не за что, балда. Но лучше в следующий раз сразу попроси, а не жопу морозь на улице. — Ой что-то моя жопа тебя сильно заботит. Арсений усмехнулся, делая глоток чая, а Антон обернулся к нему, подмигнув. — Правильно говорить «заводит». Попов вскинул брови, а Антон довольно рассмеялся, садясь на пол и обнимая Милку. — Видишь, я же говорил, слабонервный мальчик. — Зато ты в себе очень уверен. Может еще раз тебя поцеловать? Ты сразу теряешься, так мило. Антон фыркнул на приторную улыбочку Арсения и пожал плечами. — В этот раз я буду готов. Уверен, если тебя прижать к стене и схватить за задницу, ты первым испугаешься. Арсений только на секундочку представил себе ситуацию со слов Антона, а в его фантазии это уже твердо закрепилось, и стоило больших усилий а) не думать об этом, б) сохранять равнодушие. — Можешь попробовать и тогда уже посмотрим. Арсений цокнул языком, усмехнувшись, и поднялся из-за стола, чтобы убрать уже пустую чашку в раковину. — Не дождешься, Попов. — О чем и речь. Совсем осмелев, Арсений присел на корточки рядом с Антоном и, чтобы доказать свою правоту (да да, исключительно для этого) еще раз чмокнул парня в губы. Мимолетно, а потом совсем немного отстранился от чужих мягких губ, самодовольно усмехаясь. — Видишь, ты… Договорить Арсению не дал Шастун, который положил руку на его шею и притянул обратно к себе, так требовательно целуя, что у Попова в прямом смысле коленки задрожали. Он все сомневался, что ему это не снится, а Антон уже провел языком по его нижней губе и проворно проник в рот, не давая отстраниться. Попову этого и не хотелось. У него ресницы дрожали от восторга, а тело не слушалось, он только и мог, что отвечать на этот сумбурный поцелуй, надеясь, что это никогда не закончится. У него даже вырвался совсем короткий и тихий, довольный полустон, который, видимо, привел Антона в чувства. Парень тут же оттолкнул его и поднялся на ноги, даже сделав пару шагов назад. Взгляд у него был немного ошарашенный, как будто он не по своей воле только что целовал парня, скорее, это было какое-то наваждение. Арсений облизнул чуть припухшие губы и медленно поднялся на ноги, глядя на Шастуна. — А… Парень не дал ему и слова сказать, выставив руку в останавливающем жесте. — Арс, просто уйди. Пожалуйста. — Но я… — Пожалуйста, Арс уйди! Он сказал это так резко, как будто с долей отчаяния в голосе, что Арсений был готов дернуться, как от выстрела. Он чуть нахмурился, но ни слова парню не сказал. Нехотя вышел из кухни, переоделся в свои вещи, оставив Антоновские аккуратно сложенными на его кровати, и постарался побыстрее покинуть чужую квартиру, хотя радостная Милка выбежала в прихожую его провожать. Парень слабо улыбнулся, вопреки тому, что на душе было погано, и погладил собаку по шерсти, тихо говоря: — Пока, Милка. Надеюсь, еще увидимся. После он вышел в подъезд, быстро спускаясь по ступенькам и скрываясь между домов. Ехать домой не хотелось — слишком быстро, а ему надо время на подумать. А там явно будет не до этого. Попов решил пойти пешком, большую часть времени даже не видя куда - ноги на автомате вели его в нужную сторону, пока парень целиком и полностью был погружен в свои мысли.