Метод Попова

Прошла неделя с тех пор, как произошло то, что Арсений никак у себя в голове не мог охарактеризовать. Он не понимал, почему Антон сам его поцеловал, а потом сам же оттолкнул, а Попову пришлось добровольно принудительно уйти. С этого момента его никто не тормозил в коридоре школы с криком «Аарстронавт!» или «Аарсасин». Ну или до чего там еще додумывался Шастун. Самостоятельные писал сам, ничего не просил, по возможности даже старался как будто не смотреть в его сторону. Попова в какой-то момент начало это бесить. До этого просто было обидно, а тут поведение Антона, будто уверовавшего, что он не знает Арсения, начало раздражать. Нет, он все понимал, поцеловать мальчика в их обществе считается чем-то нездоровым, но потом ходить и делать вид, что даже не замечаешь человека, это свинство какое-то. Арсений даже обрадовался, когда наконец наступила суббота — он с чистой (ну почти) совестью не пошел в школу, решив, что вряд ли единственный в жизни прогул ему все испортит. Парень весь день провалялся со сборником подготовки к ЕГЭ по биологии в кровати, иногда меняя его на химию, и совсем редко на русский, потому что в нем не сомневался ни на секунду. Телефон с отключенным звуком он отложил подальше, чтобы не мешал, но когда к вечеру домой пришли родители, пришлось надеть наушники и включить погромче вебинар, чтобы не слышать чужих ссор. Практически идеальный выходной, и такой же планировался на следующий день. Арса разбудил долгий звон в дверь, которую никто не спешил открывать. Значит родители уже ушли на работу. Попов нехотя поднялся, для приличия натягивая на себя майку, и лениво поплелся открывать, зевая. — Да слышу я! Щас палец оторву, если не прекратишь! Звон резко оборвался, и Попов тихо пробубнил «неужели», подходя к двери и открывая её, даже не удосужившись посмотреть в глазок, потому что уже был готов обматерить пришедшего. Каково же было его удивление, когда он увидел человека, который прикрывал свое лицо букетом с черными розами. Впрочем интрига сохранялась недолго — вскоре из-за роз показалось лицо Антона, который чуть виновато улыбался. — Привет… Не отрывай мне пальцы, пожалуйста. Арсений поморгал, подумав, что наверное еще спит, если видит перед собой Антона. Что этот придурок делает тут с розами — для него все еще оставалось загадкой. — Можно я войду? Попов кивнул и пропустил Антона мимо себя в квартиру, закрыв за ним дверь. Парень тут же протянул ему букет, выглядя при этом крайне неуверенным. — Я это… ну там… не прав был и… на короче, это тебе. Арсений вскинул брови, взяв розы из чужих рук, но ни на секунду не отрывая взгляда от Шастуна. Он только что признал, что был придурком? — Я правильно понимаю, ты так извиняешься? — Да, именно. Я осознал, что вел себя ужасно… Прости. Арсений сдержал улыбочку, чтобы Антон не понял, что он уже его сто раз за утро успел простить. Он кашлянул и с гордым видом прошел на кухню, чтобы поставить цветы в вазу. — Ладно, Антон, я тебя прощаю. Арс отнес цветы в свою комнату, чтобы родители не увидели, а Шастун хвостиком пошел за ним, неловко заламывая пальцы. — Ну значит все, мир? — Да, мир, мир… Если ты сейчас заикнешься про диктант по русскому, я тебя этим букетом… — Да не при чем тут это. Антон фыркнул, сложив руки на груди под довольный взгляд Арсения, который уже улыбался. — Ладно, верю. Чай, кофе сделать тебе? Шастун отрицательно помотал головой, а Арс с подозрением на него посмотрел, потому что тот все еще выглядел неуверенно. — Антон, ты еще что-то хочешь мне сказать? — Нет. — Тогда в чем дело? — Ни в чем… ну то есть… Антон явно не мог облечь свои желания в слова, поэтому, немного подумав, плюнул на это и быстро чмокнул Арсения в губы, тут же отстранившись. Сказать, что Попов был в шоке, ничего не сказать. — Ну что ты так смотришь? — Антон сложил руки на груди, даже поджимая губы, потому что Арсений выглядел слишком удивлённо.- Нравишься ты мне, что непонятного? Попов скорее бы поверил, что у него слуховые галлюцинации, но, кажется, Антон действительно это сказал. — Так это ты к этой мысли неделю шел? — Ты же сказал, что простил меня. — Простил. Мне просто сложно поверить. Арсений неловко усмехнулся, а Антон подошел к нему ближе, обхватив теплыми ладонями шею и заставив посмотреть ему в глаза. Такие насыщенно-зеленые Попов не видел ни у кого другого и вряд ли такое было возможно. — Арсений, ты мне нравишься. Очень. Попов немного смущенно улыбнулся, наслаждаясь тем, как нежно Антон большими пальцами поглаживал кожу на его шее. Арс положил руки на его талию, осторожно двигая поближе к себе. — Ты мне тоже очень нравишься, Шастун. Антон тут же улыбнулся, покосившись на губы парня, которые находились достаточно близко, чтобы чувствовать чужое дыхание. В какой-то момент они оба медленно подались вперед, чтобы заполучить, наконец, желанный поцелуй. В этот раз он был осторожным, неспешным, трепетным, как будто они оба изучали друг друга, в равной степени не веря в происходящее. Антон все еще был на стадии постепенного принятия того, что ему нравятся мальчики (точнее один единственный мальчик), поэтому Арсений не напирал, стараясь действовать как можно нежнее. Он провел ладонями по спине парня, прижимая его ближе к своему телу, а тот обвил руками его шею, запустив пальцы в волосы и погладив. Попов от такого жеста улыбнулся в поцелуй, уже готовый умереть не месте или расплыться в счастливую лужицу. Все это происходит с ним, все это реально. *** Дверь за Антоном закрылась около получаса назад, а Арсений все еще не мог прийти в себя. Он позволил чувствам взять верх, зачем-то сцепился с мужчиной, хотя это было совсем не обязательно. Он же пытался заставить себя быть профессионалом, тогда почему же так нелепо сорвался? Этот Шастун определено плохо на него влияет. Попов обвел усталым взглядом кабинет, подумав, что ему бы взять отпуск и отвлечься от всего этого дерьма. Но нет же, у него пациенты, которые в нем нуждаются. Да и на любом отпуске он бы со скуки выносил себе мозг. А так хоть чужие проблемы отвлекают от собственных неурядиц в жизни. Арс встал из-за стола, забрал свой пиджак и вышел из кабинета, запирая его на ключ. Сейчас приедет домой, поест что-нибудь и завалится на диван, бездумно пересматривать по ТНТ какое-нибудь очередное тупое шоу или сериал. Больше же ему нечем заняться. Забавно: у хорошего семейного психолога нет своей семьи и даже не планируется. Наверное, это какая-то карма, но друзья говорили, что он еще просто не нашел своего человека. Попов же был уверен — давно нашел, вот только у этого «своего человека» был дерьмовый характер и свой человек. Не Арсений, как не сложно догадаться. Не так уж и плохо жить одному, вообще-то. Никто рядом не ругается, ничего не разбрасывает, еда из холодильника не пропадает в неизвестном направлении, убирать можно только за собой, да и вообще не убирать, если лень. Никто не осудит. Потому что некому. - Кис-кис, Черч. Арсений закрыл за собой дверь в квартиру и присел на корточки, погладив огромного красивого персидского кота, который вышел к нему и потерся о колено. Да, Попову когда-то нравились книжки Кассандры Клэр, поэтому он назвал кота Черч. Можно ли его в этом обвинять? Вряд ли. Попов взял кота на руки и поцеловал в мордочку, улыбаясь. - Привет, мой хороший. И ему было все равно, что дорогой костюм весь теперь будет в белой шерсти. Да, кажется из-за своего однолюбства он проживет всю жизнь с этим милым котиком, и это было куда лучше, чем с кем-либо еще. Как говорится, зато кот насрет в тапки, а не в душу. *** — Аарс? Антон сидел с Поповым на диване в его квартире, поглаживая парня по волосам, ведь тот положил голову на его плечо, обнимая за талию. Они оба еще переваривали произошедшее, наслаждаясь тем, что сейчас могут просто вот так посидеть вместе. Арс покосился на Шастуна и усмехнулся, оставив поцелуй на линии его скулы. — Что, даже без креатива? Антон фыркнул, посмотрев не парня и чмокнув его в лоб. — Да, у меня сейчас не о том мысли, чтобы что-то придумывать. Можно я буду просто тебя Арсом называть? Пока, разумеется. — Можно, Тош, разрешаю. Арсений был готов поклясться, что увидел, как Антон немного покраснел от такого сокращения своего имени. Попов же довольно улыбнулся, с нежностью целуя парня в шею пару раз. — Ты такой милый, когда не пытаешься строить из себя брутала. — А ты всегда милый, зараза. Как ни посмотрю, просто мальчик-зайчик. Антон фыркнул, поглаживая Арсения по волосам, отчего тот так довольно улыбался и ластился к его руке. — Ты меня сделал самым счастливым сегодня, Шастун, поэтому я такой милый. — Приятно слышать. Антон поцеловал Арсения в губы, кажется уже даже не смущаясь от этого, что Попов счел определенным прогрессом. — Арс… ты не обидишься, если мы никому не скажем об этом? Попов почувствовал легкий укол обиды, потому что ему уже хотелось, чтобы весь мир узнал, что Антон теперь с ним. Но Арс быстро вспомнил, в каком мире они живут, и если бы кто-то в школе узнал об этом, ничем хорошим это бы не закончилось. — Хорошо, я все понимаю. Антон слабо улыбнулся, потому что ему точно неловко было задавать Арсению такой вопрос. Но тот согласился, и Шастун снова его поцеловал, прижимая ближе к себе обеими руками. Им обоим не нужны были проблемы. Да, Антон признал, что ему нравится Арсений, и вовсе не как хороший друг или человек, который всегда поможет. Но кутаться в ЛГБТ-флаг и гулять с ним по городу, крича о своей любви к парням, Шастун еще не был готов. А так он сможет быть с Арсением, с одной стороны, а с другой, не беспокоиться о том, что на него косо смотрят из-за этого. Прямо от сердца отлегло, и Шастун все настойчивее целовал Арсения, который только слабо улыбался, самостоятельно прижимаясь ближе. Он был влюблен, парень, который ему так нравился, наконец ответил ему взаимностью, хотя раньше это представлялось невозможным. И все было так замечательно, что Попов сейчас сделал бы все, о чем бы не попросил Антон. Конечно, он согласился никому не рассказывать - это не отменяет того факта, что он нравится Антону Шастуну. За такое можно и душу продать, и в ад спуститься, и все звезды с неба достать.