Best Friends Don't Kiss and Tell

      Себастьян       — Ты опять пялишься на меня, Себастьян.
       Надо отдать должное, в этот раз Оминис долго ждал, прежде чем окликнуть его. Каким-то образом он всегда чувствовал, что Себастьян уставился на него, и в последнее время это причиняло ему некое неудобство. А Себастьяну пришла в голову идея, от которой он всё никак не мог избавиться и постоянно ловил себя на том, что разглядывает Оминиса, размышляя, стоит озвучить её или нет. Он знал, что Оминис далеко не все его идеи считал блестящими, ну… в большинстве случаев он называл их глупыми… Поэтому он знал, что сейчас нужно правильно разыграть карту, чтобы тот согласился на его затею.       По сути, ему совсем недавно пришло в голову желание поцеловаться. Не с Оминисом, нет конечно… Ему просто было интересно — каково это? Пока что ему не выдалась возможность сделать это с девушкой, и он подумал, что, может быть, они могли бы попробовать друг с другом… так сказать, попрактиковаться. В конце концов, они всё делали вместе, так почему бы и не попробовать еще и это? Конечно же, чисто по-дружески. И он решил, что нужно просто взять и спросить напрямую. Что может произойти в худшем случае? Он просто скажет «нет», и дело с концом.       — Хей, Ом? — ровным тоном позвал он Оминиса.       — Да, Себастьян? — В голосе действительно слышалось легкое раздражение… вероятно, из-за его пристального взгляда.       — Я тут подумал… — продолжил он.       — О, нет… — едва слышно пробормотал Оминис.       — Ни один из нас еще ведь ни разу не целовался… Верно? — осторожно завёл он тему.       — Верно?.. И? — Как всегда, его самый близкий друг был очень скептичен… Но неважно, нельзя останавливаться сейчас.       — Ну и я тут подумал… Я бы не хотел показаться придурком… когда у меня появится возможность поцеловать девчонку, — нарочито спокойно продолжил он.       — Полагаю, твое беспокойство вполне обосновано. — Что ж, сейчас раздражения в голосе не слышно. Определенно, хороший знак.       — Ну-у… Я подумал, что, может быть… мы могли бы друг другу помочь, понимаешь? — несмело произнёс он.       — Если честно, не очень. — Так, снова включился скептицизм. Хм… Дальше слова нужно подбирать аккуратно.       — Ну, понимаешь, как бы попрактиковаться! Друг с другом… как друзья, конечно! — он невольно затаил дыхание, ожидая ответа.       — Что? — Внимание Оминиса полностью сосредоточилось на Себастьяне. «Все нормально, без паники… Судя по глазам, он явно раздумывает над этим. Ну, то есть… Он пока не сказал, что это глупо. И это хорошо», — подумал Себастьян.       — Я имею в виду, мы могли бы помочь друг другу научиться делать это правильно… и практиковаться! Чтобы быть готовыми, когда придёт время, — сейчас он говорил немного сбивчиво. А это, определенно, не очень хороший знак.       А Оминис всё также молчал. На его лице застыло такое выражение, будто он всё это сосредоточенно прокручивал в голове. Поэтому, конечно же, Себастьян не мог замолчать, и продолжил:       — Ну, мы же лучшие друзья, и мы доверяем друг другу, так? Поэтому никто из нас не станет осуждать другого, если всё будет не очень… Таким образом, мы можем помочь друг другу стать лучше! — Что ж, пожалуй, добавить тут нечего, поэтому он просто выжидательно смотрел на Оминиса, стараясь понять, о чём тот может думать. Он уже начал испытывать беспокойство, когда тот наконец ответил:       — Я считаю… это имеет смысл. — О, Мерлин! Он что, правда согласен?! То есть… конечно, почему бы и нет? В конце концов, они же будут просто делать это как друзья. Как обычное учебное упражнение…
— Я бы тоже не хотел показаться придурком… — Он явно немного смущался чего-то, о чём раньше, по-видимому, просто не задумывался. Себастьян почувствовал укол совести из-за того, что заставил друга сомневаться в себе… но к чёрту! Для этого они и будут практиковаться!       — Вот! Именно об этом я и говорю! Ну… ты хочешь попробовать? — теперь он был немного взволнован, ведь та идея, что уже несколько дней была у него в голове, наконец-то будет реализована.       — Хм… да, конечно, но как мы будем это делать?       Оминису явно было всё ещё немного неловко от всей этой ситуации, но раз уж он решил попробовать, он постарается сделать всё возможное, чтобы это было не зря.       — Да я, если честно, не знаю… Ну, думаю, можем начать с того, что я поцелую тебя? А потом ты скажешь мне, как оно? — Он не был уверен и не продумывал это наперёд, ведь все его мысли были заняты тем, чтобы придумать, как убедить Оминиса.       — Хорошо, — ответил Оминис и неловко поёрзал на диване, повернувшись лицом к Себастьяну. И просто ждал следующего действия от друга. На лице всё ещё читалась неуверенность.       — Да, ну, что ж… — он никак не мог поверить, что сейчас поцелует лучшего друга. Это ведь была его идея! А сейчас он испытывал странное ощущение в животе, которое не мог до конца понять. По-любому это из-за нервов, он же не хочет выставить себя в плохом свете, даже если в этом и была вся суть его затеи. Он понял, что просто тянет время, решил отключить мозг и просто сделал это. Он так быстро сократил расстояние между ними и сильно «клюнул» губами губы Оминиса, что это больше походило на слабый удар, чем на то, что, по его мнению, должно было стать нормальным поцелуем…       — Что за чёрт? — воскликнул Оминис, снова раздражаясь. Очевидно, он тоже ожидал чего-то помягче…       — Извини! Я запаниковал! Разве не для этого всё и задумано? Я думал, мы не станем друг друга осуждать… — конечно, он и сам ожидал совершенно другого.       — Ты прав. Извини, Себастьян. Пожалуйста, попробуй ещё. Только прошу, действуй помягче в этот раз. — «Так… он сможет это сделать». Он слегка размял шею и плечи, чтобы избавиться от напряжения и расслабиться перед тем, как пробовать снова, на этот раз как следует.       — Хорошо… — Он дотронулся губами до губ Оминиса — на этот раз очень-очень медленно, почти не двигая своими, просто прижавшись к губам друга. Замер на несколько секунд, прочувствовав всю теплоту и мягкость чужих губ. Затем отстранился и спросил:       — Ну?       
— Ну… В этот раз определенно было мягче, но я думал, что должно быть что-то вроде… больше движений? Я, конечно, ни разу не видел целующихся людей, так что могу ошибаться… но из того, что я имел неудовольствие слышать, кажется, что должно быть нечто бóльшее… — Что ж… ему стоило догадаться, что Оминис скажет всё как есть, не щадя его чувств. Но в какой-то степени всё же пожалел, что спросил. Неужели всё настолько плохо?!       — Подожди, позволь мне попробовать, — Оминис взял инициативу в свои руки, и Себастьян подсознательно сразу же подчинился. «Интересно», — подумал он, но сразу же пробормотал, что согласен и приготовился. Рука Оминиса медленно двинулась вдоль плеча Себастьяна к шее… Остановилась у края нижней челюсти, и быстрым движением большого пальца Ом очертил абрис губ, чтобы правильно определить положение, и осторожно поцеловал. Просто касание, почти невесомое.       «Ну вот, как всегда — он и целуется лучше…» — с легким раздражением подумал Себастьян, но эта мысль быстро вылетела из головы, как только губы Оминиса перестали изображать бабочку на цветке. И он не мог не ответить на эту медленную нежную ласку. Ведь сейчас это казалось так правильно, так естественно. И снова Себастьян почувствовал легкую зависть, но поспешил избавиться от этого чувства. В следующий раз он покажет, насколько лучше он может быть.       — Ну что… как тебе? — мягко спросил Оминис, снова смущенный. Вся зависть улетучилась, стоило Себастьяну взглянуть в эти обеспокоенные глаза.       — На самом деле было очень приятно, у тебя всё вышло очень естественно, — да, он решил, что лучше будет радоваться, это же его лучший друг! И он понял, что поступил правильно, увидев, что Оминис просиял от комплимента: на щеках появился лёгкий румянец, а губы тронула лёгкая улыбка.       — Что ж, спасибо… я полагаю, — тихо произнёс он. И Себастьян не мог не ответить на его улыбку.       — Вот, теперь ты понимаешь, почему я решил, что это будет отличной идеей? — сейчас снова была очередь Себастьяна, в этот раз он был уверен, что сделает всё лучше. И спросил:       — Могу я попробовать снова?       — Конечно, мы же практикуемся. — Оминис снова обрел уверенность в себе. В этот раз Себастьян решил приобнять его за плечи, чтобы лучше контролировать себя. Снова сократил расстояние, повторив недавние маневры Оминиса, но действовал напористее. «Крылья бабочки» сменило неуправляемое «торнадо». Себастьян даже разомкнул рот, чтобы целиком захватить губы Оминиса. Он хотел доказать, что и у него может хорошо получаться, даже лучше! Но из-за того, что он больше думал о себе, а не об удовольствии друга, это привело к тому, что они столкнулись зубами.       — Ай! — Оминис разорвал поцелуй. — Ты меня без зубов решил оставить, Себастьян? — Он явно расстроился, но не так, как Себастьян. Тот был страшно зол на себя. Да что с ним не так?! Он и затеял-то всё это, желая блеснуть врожденным талантом сердцееда, и ожидал похвалы. А оказалось, он буквально всё делает не так!       — Извини! Я не знаю, что со мной не так! Какого чёрта у меня не получается всё сделать правильно?! — Он был в таком бешенстве, что почти было сбежал из крипты. Но тут Оминис осторожно коснулся его руки.       — Нет, это ты меня прости… я вышел из себя, просто это было неожиданно. — И опять именно Оминис извиняется перед ним, будто это не ему сейчас практически выбили зубы… Ну, может, он немного преувеличивает, но всё же…       — Мне кажется, Себастьян, ты слишком много думаешь. Просто отдайся на волю чувств. Доверься инстинктам, они подскажут, что нужно делать, вместо того, чтобы продумывать каждое движение. «Пожалуй, в этом есть смысл… У Оминиса же всё хорошо получилось. А уж он-то точно знает, как полагаться на свои чувства…»       — Давай, попробуй еще… Просто ни о чем не думай, хорошо? Тело само подскажет, что нужно делать, постарайся прислушаться. — Это имело смысл… позволить другу давать советы по поводу его же собственной чёртовой идеи! Себастьян знал, что тот прав, но ему обязательно нужно было сделать всё правильно в это раз. Он глубоко вдохнул, покрутил шеей и наконец выдохнул.       — Хорошо… — он снова приобнял Оминиса и медленно склонился к нему. Выкинул все мысли из головы и сразу ощутил легкий трепет. Это чувствовалось одновременно и странно, и волнующе, поэтому он сделал, как ему было сказано, и позволил телу управлять своими действиями, и, когда они соприкоснулись губами, снова почувствовал, какими приятными и мягкими они ощущались.       Он начал двигаться так же, как и Оминис до этого, но вместо того, чтобы углубить поцелуй, просто растворился в моменте. Это и правда очень приятно… Он не смог сдержать легкого стона удовольствия. Они продолжили, и тело подсказало использовать язык, и, как ему было сказано ранее, он подчинился. Себастьян ещё шире приоткрыл рот, и языком прошёлся по нижней губе Оминиса. О, Мерлин, так приятно… Но друг, по-видимому, настолько удивился такому действию, что снова разорвал поцелуй. 
       — Что это было?.. — лицо Оминиса горело, и сам он явно очень нервничал. А Себастьяну после этой попытки хотелось попробовать еще.       — Извини… Я… Я просто почувствовал, что нужно сделать именно так, ты сам велел не думать и положиться на ощущения, прислушаться к себе! Я так и сделал… — Себастьян снова засомневался в себе. Ему было так хорошо, он был уверен, что в этот раз всё делает правильно, так почему Оминис остановил его?       — О! Да, конечно… Это было приятно! Немного неожиданно, и я… хм… Всё в порядке, можешь попробовать еще раз? Я буду готов. — Щеки Оминиса до сих пор горели румянцем, а выражение лица казалось слегка задумчивым. Но он всё-таки сказал, что ему понравилось! Значит, они на правильном пути.       — Хорошо… Я снова сделаю языком так же. Может быть, тоже попробуешь? Так будет еще лучше, как считаешь? Давай попробуем, а если не понравится, мы просто остановимся. Согласен? — он снова слегка переживал, потому что очень хотел, чтобы Оминис тоже так сделал, ему стало очень интересно, как будет ощущаться соприкосновение их языков.       — Конечно, я попробую! — Отлично! Итак, сейчас нужно сделать это. Он снова был уверен в себе, и в этот раз сразу же, как начал поцелуй, задействовал язык, провел им по губам друга. Он почувствовал, что Оминис немного дрожит, вероятно, он тоже немного нервничал. Себастьян чуть отстранился, чтобы проинструктировать друга.       — Приоткрой рот, Ом. Да, вот так, теперь положи язык на нижнюю губу. То, что нужно! А сейчас я начну своим языком, хорошо? — Друг слегка кивнул, и он сократил и без того небольшое расстояние между ними, соединяя между собой их языки. О, Мерлин… У него просто божественный язык! Они продолжили целоваться, в то время как Себастьян мягко прижимал свой язык ко рту Оминиса, который послушно повторял его движения.       Это невероятно! Себастьян совершенно растворился в поцелуе: от вкуса Оминиса и от удовольствия у него закружилась голова, он позволил телу перехватить контроль и понял, что уже почти полностью засунул язык в рот друга. Оминис издал стон, и хотя он хотел большего, сначала стоило убедиться, что друг в порядке. И поэтому он снова немного отстранился.       — Как ощущения, Ом? Все хорошо? — Оминис сразу не ответил, и он еще слегка отодвинулся, чтобы посмотреть на выражение его лица. На удивление, Ом выглядел очень растрёпанным: пунцовые щеки, глаза прикрыты, а рот все еще приоткрыт после их поцелуя. Влага на припухших губах притянула взгляд Себастьяна, он чуть было снова не поцеловал их. Но Оминис каким-то образом собрался с силами и выдавил:       — Да… это было… очень приятно. Я… думаю, нам стоит попробовать еще… Сам понимаешь, для практики… — пробормотал Оминис. Из-за неровного дыхания слова звучали отрывисто и неразборчиво. Но он сказал, что хочет еще… И, естественно, Себастьян, как хороший друг, послушался его.       — Конечно, а сейчас я хочу, чтобы ты открыл рот пошире, ты можешь сделать это для меня, Ом? И в этот раз сам попробуй засунуть язык мне в рот, хорошо? Хочешь попробовать? — Друг кивнул, снова потерявшись в своих мыслях. Себастьян обхватил его лицо руками и наклонился так, что их рты полностью открылись друг другу.       Как ему и было сказано, Оминис протолкнул язык глубоко в рот Себастьяна, и в этот раз уже они оба невольно стонали от удовольствия. Они продолжали и продолжали, по очереди сменяя приёмы и движения, испробованные до этого. Себастьян невероятно гордился собой в этот момент. Его идея оказалась блестящей, он ликовал.       — Разве… ты не рад… что моя идея… оказалось… такой… чертовски идеальной? — он не мог сдержать улыбку, проговаривая слова между поцелуями.       — Просто… заткнись… Себастьян… — сипло отмахнулся Ом, практически пожирая губы Себастьяна. О, какая же всё-таки это была замечательная идея! Он был в экстазе. По телу прокатывались волны удовольствия, требуя всё большего и большего. Они «упражнялись» еще достаточно долго, и Себастьян молился про себя, чтобы Оминис захотел продолжать эти «практики» и дальше. В конце концов, опыт оказался удачным, как он и надеялся. Под конец дня он в этом уверился: они оба считали, что всегда стоит быть готовыми.