Best Friends Don't Kiss and Tell

      Себастьян       Себастьян проснулся полный страсти и желания.       Его мысли мгновенно сфокусировались на мирно спящем возлюбленном, абсолютно голом, обнявшем его руками и ногами. Мерлин… Те звуки, которые издавал вчера Оминис… Они сводили с ума. Никогда раньше он не был настолько раскрепощённым, это был абсолютно новый уровень удовольствия. Он, со своей позиции, естественно, тоже испытал не меньшее… это было невероятно. Но, чёрт возьми… Оминис явно потерял над собой контроль.       Пока Себастьян готовился к этому событию, в Запретной секции он нашёл внешне абсолютно не примечательную книгу, которая на деле оказалась настоящей находкой — Себастьян нашёл огромное количество всякого полезного о сексе во всем его разнообразии, включая очень занимательный раздел, касающийся как раз нужной ему информации.       В этой книге он вычитал, каким невероятным может быть полученное мужчиной удовольствие. Если честно, он немного сомневался поначалу, но после того, что увидел вчера… Любопытство, будучи одним из основных его недостатков, охватило Себастьяна. И если уж быть честным с самим собой, он был в некотором роде гедонистом… поэтому ему, конечно, нужно было это попробовать.       И беря во внимание то, как подробно все было описано и объяснено в книге, у него промелькнула надежда на то, что они с Оминисом не так уж и одиноки в их ситуации, что это не так уж и странно… Так, не отвлекаться… В книге было сказано, что этот опыт стоит того.       И после того, как вчера он увидел, как ярко кончил Оминис, ему тоже захотелось испытать это. Ну, как бы… в качестве эксперимента! Неужели это и правда так невероятно? Может быть, именно секс с Себастьяном был настолько сносящим голову, что Оминис так отдавался ему… Эта мысль ему понравилась, и он довольно усмехнулся. Но неважно! Сейчас эта идея полностью поглотила его, и ему обязательно нужно было снова придумать способ подать её Оминису.       Себастьяну хотелось сделать все правильно и поэтому он решил немного подождать, прежде чем напоминать Оминису об этом. После прошлой ночи им точно нужен был полноценный завтрак, горячий душ, может быть, стоит сходить на прогулку по окрестностям вокруг замка, если погода будет подходящей… или сначала будет лучше пообедать? Вероятно, они довольно рано смогут поужинать, и ему нравилась идея о том, чтобы сразу же уснуть после этого, как и прошлой ночью.       Ладно, он подождёт весь этот чёртов день. Терпение никогда не было сильной его чертой, но смог же он дождаться аж самого Святочного бала, чтобы устроить Оминису романтический вечер!.. И сейчас сможет подождать.       Он почувствовал, как Оминис, всё ещё находясь в его объятиях, потянулся, начиная просыпаться. Он нежно погладил его, стараясь очень-очень медленно возвращать его в реальный мир. Невыспавшийся Оминис может быть очень пугающим.       — Доброе утро, любимый… — тихо позвал его Себастьян.       — М-м-м… — недовольно промычал Оминис, уткнувшись лицом в грудь Себастьяна.       Он был таким милым! Себастьян не смог сдержать идиотской ухмылки и сильнее прижал его к себе. Он любил его больше, чем вообще мог себе представить… Как же ему так повезло? Он начал покрывать голову Оминиса нежными поцелуями, медленно спускаясь к лицу, и оставил на нем россыпь ещё больше полных любви поцелуев.       А Оминис продолжал ворчать про себя, стараясь отстраниться от проявлений любви Себастьяна.       — Себастьян, если ты не дашь мне спокойно поспать, я тебя стукну, чёрт возьми, — голос был очень сонным, ха… «Это чертовски мило», — подумал он. Плюс ему нравилось, когда Оминис начинал так командовать… Это его заводило, если уж быть честным. После этой угрозы его мысли начали переходить к более опасным вещам… Так. Вот сейчас он точно завёлся.       Он счёл, что Оминису стоит быть сегодня в хорошем настроении, поэтому решил дать ему ещё немного отдохнуть, а сам снова обнял его. Он передвинулся так, чтобы голова Оминиса снова оказалась у него на груди и начал ласково перебирать его волосы. В конце концов… у него на сегодня большие планы.

***

      Пока что день шёл хорошо, ближе к вечеру они прогулялись по окрестностям, и в ожидании ужина сели в библиотеке у камина, наслаждаясь каждый своей книгой. День и правда получился отличным, но сейчас, когда они шли к крипте, тревога захлестнула Себастьяна с головой…       Он не сильно продумал, как подойти к Оминису со своей идеей, и весь день старался избегать этих мыслей, чтобы ожидание не было таким томительным. И пока они, не торопясь, шли бок о бок к своему секретному месту, мозг безостановочно работал, стараясь продумать лучший сценарий того, как добиться своего.       Время истекало — вот они уже спускаются, перед ними открывается дверь. О, Мерлин… Что же ему делать… Чт?..       Как только они оказались внутри, Оминис резко прижал его к стене, прижимаясь к нему своим телом. Руками он уверенно схватил его бёдра, не позволяя шевельнуться. Себастьян резко вдохнул, неожиданно для самого себя не понимая, куда ему деть свои руки. И тут Оминис тихим, глубоким, но при этом хитрым голосом сказал ему на ухо:       — Ты же не думаешь, что я забыл, о чём ты вчера так любезно попросил меня, Себастьян? — Оминис сжал его сильнее и прикусил мочку.       Ох, бля… Себастьян почувствовал, как по телу пробежали мурашки. Он мгновенно возбудился и не мог придумать, что сказать или сделать. В голове было пусто, и он просто стоял и слушал властный тон Оминиса.       — Ну что… Что скажешь, Себастьян? — Он снова прикусил кончик его уха. — Ты будешь хорошим мальчиком и позволишь мне взять тебя в этот раз? — Оминис всосал его мочку, и Себастьян от этого чуть не рухнул на колени.       Он старался руками держаться за стену, чтобы хоть как-то удержать равновесие, и, пребывая в состоянии полного изумления, смог только кивнуть в ответ.       — М-м-м, замечательно. И запомни, ты сам просил об этом. Хотя, возможно, мне стоит сначала наказать тебя за твои беспрестанные приставания этим утром. — Оминис начал облизывать и кусать его шею, руки собственнически блуждали по всему телу.       — Как ты считаешь, ты заслужил наказание? Я бы не подумал, что ты сделал это нарочно, просто чтобы поднять мне настроение. — Себастьян сглотнул слюну, всё ещё пытаясь подобрать слова. — Ну так что? Что скажешь в своё оправдание? — Властности в голосе Оминиса было слишком много. И член Себастьяна уже начал болеть от напряжения и желания.       — Я заслужил это, — наконец-то он смог выдавить из себя. И в эту секунду Оминис повернул его лицом к стене, прижимаясь сзади. Он схватил его руки, поднял их над головой и крепко держал одной рукой, пока второй продолжал исследовать его тело.       — Я так и думал… Что ж, очень хорошо. — Себастьян ощущал, как своим возбуждением Оминис трётся об его зад, и это заставляло его истекать потом от желания. Но жар от прикосновения вдруг пропал.       — На колени. — Услышав приказ, он немедленно повернулся и опустился вниз. Он с радостью полностью отдался на милость Оминиса.       За то время, что они вместе, после той самой ссоры, они все больше открывались друг другу и экспериментировали с тем, что им нравится. И одним из любопытных открытий стало то, что Себастьян был готов мгновенно подчиниться Оминису, когда тот брал инициативу в свои руки и давал ему чёткие указания к действию. Он жаждал постоянно ублажать его, нуждался в этом. И выяснив это, они решили продолжать исследования в этом направлении, что привело к очень приятным результатам…       Когда они бывали близки, обычно они просто поддавались своему обычному ритму, который заключался в том, что они просто отвечали на страстное желание друг друга, отдавая и получая, при этом не добавляя в это элемент игры. Да, бывали дни, когда Себастьян был слишком возбуждён и попросту опустошал Оминиса, но это всегда приходило в моменте. И всё же… слишком прямо и сыро.       А теперь… после того, как они открыли эту дверь к более активным играм и новой, необычной динамике, властный характер, которым обладал Оминис, проявлявшийся в обычной жизни по отношению к другим, начал проскальзывать и в их любовном взаимодействии… Особенно в те дни, когда Себастьян умудрялся вызвать его раздражение чуть больше обычного.       И тогда Оминису было необходимо удовлетворить свою тягу к тому, чтобы подчинить Себастьяна себе, и по какой-то причине… Себастьян наслаждался каждой чёртовой секундой этого. Он был готов прогнуться в то же мгновение, как только видел особую искорку в глазах Оминиса, которая означала, что он в нужном настроении. Доходило до того, что иногда он специально провоцировал его. И вот они здесь… И тот факт, что Оминис хотел, чтобы его первый раз был именно таким, заставлял Себастьяна терять голову от желания. И раз уж он был таким плохим мальчиком, то он с радостью примет своё наказание… Ох, как же его заводит сама мысль об открывающихся возможностях…       — Очень хорошо, Себастьян… Мне очень нравится, когда ты так быстро опускаешься вниз. — Оминис одной рукой поглаживал его волосы, а другой держал его за челюсть, и аккуратно, но уверенно поднял его голову вверх, чтобы Себастьян мог посмотреть на него.       Большим пальцем Оминис провёл по его нижней губе и приоткрыл рот настолько, чтобы палец прошёл внутрь. Себастьян обожал, когда Оминис делал так, и быстро провёл языком по его пальцу, смотря на полное желания лицо Оминиса снизу вверх.       Затем он неотрывно смотрел на то, как он расстёгивает брюки свободной рукой и достаёт свой длинный член, делая несколько медленных, почти ленивых движений по нему.       — А сейчас, любимый… Ты же знаешь, что нужно делать, не так ли? Тебе нужно открыть рот немного шире… Вот так. — Оминис держал пальцы у него во рту, чтобы точно ощущать, что делает Себастьян. — А сейчас высовывай свой острый язычок так, как ты умеешь. М-м, отлично.       Себастьян отлично знал, что будет дальше, и от желания его возбуждение подрагивало, спрятанное в узких брюках. Он смотрел, как Оминис поднёс головку к его губам и медленно ввёл в приоткрытый рот, ведя по языку. Они оба не смогли сдержать стонов при соприкосновении. И когда Оминис вошёл так глубоко, как смог, Себастьян начал сосать, наслаждаясь его вкусом.       — Ах-х… Такой хороший мальчик, Себастьян, ты так хорошо это делаешь, — он аккуратно, но крепко держал его за волосы, постепенно входя в его рот. — Всегда готов ублажать меня… — Оминис начал стонать сильнее. Но внезапно он полностью вытащил свой член изо рта Себастьяна и тот не смог сдержать разочарованного стона. Ему очень нравилось чувствовать себя заполненным.       — Ну же, Себастьян, неужели ты и вправду решил возмущаться? Возможно, мне стоит тебе напомнить о том, что это является твоим наказанием, — говоря это, он снова держал его голову так, чтобы тот смотрел вверх. Затем он спрятал свой член обратно в брюки.       — Вставай и иди на кровать, — бесстрастно сказал Оминис, развязывая галстук и снимая жилет.       — А сейчас снимай с себя всю одежду. — Себастьян быстро подчинился, неотрывно смотря на Оминиса, который тем временем неторопливо расстёгивал пуговицы воротника. Затем он аккуратно сложил всё на стул, оставшись в брюках и расстёгнутой парадной рубашке. Себастьян же был полностью голым, а вся его одежда валялась на полу.       — Ты всегда такой неряшливый, Себастьян… может быть, мне стоит наказать тебя и за это тоже? Ты явно делаешь это специально, — Оминис разочарованно вздохнул. — На кровать. Живо! — в его голос вернулись его фирменные командные нотки. — Вставай на колени и обопрись на руки, Себастьян.       Он мгновенно подчинился. Его каменный член подёргивался от возбуждения, когда он почувствовал, как прогнулась кровать и ощутил нежную руку Оминиса, поглаживающую его зад.       — А сейчас, любимый… Первым делом стоит тебя немного подразнить, раз уж ты вчера так наслаждался тем, что заставил умолять себя… — Его рука круговыми движениями поглаживала ягодицу, ласково сжимая каждые несколько секунд. И тут Себастьян вспомнил, что ещё не научил Оминиса очищающим чарам и заклинанию смазки, поэтому он всего на мгновение вернулся в реальность, чтобы сообщить об этом.       — Погоди, Ом! Я должен сказать тебе, какие заклинания использовать. — Он начал садиться, но Оминис надавил ему на затылок, не позволяя подняться. Он почувствовал тёплое дыхание у своего уха, и Оминис сказал с усмешкой:       — Ох, Себастьян… Я выучил эти заклинания ещё несколько лет назад. Готов поспорить, я знаю даже те, которые тебе только предстоит узнать. Неужели ты думал, что ты один нашёл ту занятную книжку? Ты, кажется, забыл, что Запретную секцию я знаю не хуже тебя. Только вот я лучше умею заметать следы, — в голосе Оминиса отчётливо слышалось самодовольство, и тут же он шлёпнул его по заду и нежно сжал.       — А сейчас… снова побудь хорошим мальчиком и стой смирно. Понял?       Чрезвычайно заинтригованный, он нетерпеливо кивнул. Что мог знать Оминис, чего не знал Себастьян?! Мерлин… Он представил, как Оминис пробирается в Запретную секцию, чтобы прочитать ту прекрасную книгу о сексе, а, возможно, и другие… О, Салазар… Что он хочет сделать с его телом? В голове одна за другой возникали фантазии.       Он услышал, как Оминис быстро пробормотал заклинания, и тут же его палец начал ласкать вход. Ох, Мерлин… Одно только это прикосновение подстегнуло его, как ничто другое в жизни. Желание поглотило Себастьяна с головой, и он начал двигать бёдрами, стараясь получить больше, но Оминис вдруг полностью убрал руку.       — Ай-ай, Себастьян. Я тебе что сказал? — Его рука снова оказалась у него на затылке, схватив Себастьяна за волосы чуть сильнее в этот раз. — Если ты не можешь следовать указаниям, мне придётся тебя связать. Или ты именно этого и добиваешься? Плохой, плохой мальчик… — голос звучал угрожающе, но Себастьян знал, что Оминис никогда не причинит ему боли, и не сделает что-то против его желания. Они смогли достичь этого уровня доверия и поэтому он не сомневался в нём. Сейчас это было частью игры, и Себастьяну это безумно нравилось.       — Нет, обещаю, я буду хорошим, — поспешно ответил он. Его заводило то, что нужно постараться не двигаться, при этом не имея никаких ограничителей, как будто Себастьян пытался проверить свою силу воли… Через какое-то время, правда, он сдавался.       — Раз уж ты так настаиваешь… — Он услышал, как Оминис усмехнулся. — Несколько дней назад я узнал об одной из вариаций заклинания смазки… И мне очень уж хочется его испытать, так что если ты не против, я поэкспериментирую на тебе, Себастьян? — Он начал оставлять классные поцелуи на его шее, возбуждая Себастьяна ещё больше. — Это будет интересный опыт… И я знаю, ты обожаешь различного рода опыты. — Оминис слегка укусил его и всосал участок кожи, оставляя метку.       — Я бы очень этого хотел, — с придыханием ответил ему Себастьян. Да, он очень любил эксперименты.       — Очень хорошо. Помни, тебе нужно стоять неподвижно, — Оминис выделил последние два слова, произнеся их ему на ухо, и его член содрогнулся от желания.       Оминис слегка переместился и теперь стоял сбоку от Себастьяна. Он почувствовал, как его рука и кончик его палочки мягко касаются узкого входа. Оминис произнёс заклинание, и Себастьян почувствовал, как тёплая и густая субстанция заполнила его изнутри. Ощущения не были похожи ни на что из того, что он когда-либо испытывал в своей жизни, и поэтому он не смог сдержать стонов, а его дыхание резко стало тяжёлым. Это было настолько возбуждающе, и он подумал о том, как сперма Оминиса может ощущаться внутри него, и от этой мысли его окончательно унесло.       — Ну что? Тебе понравилось, любимый? — спросил его Оминис, жадно поглаживая сзади.       — Очень. — Всё, что он смог выдавить из себя, и услышал, как Оминис хитро усмехнулся.       — Хорошо.       И резко ввёл в него указательный палец на всю длину одним быстрым движением. Оминис застонал от того, как его возбуждало само действие, а Себастьян практически вскрикнул от удовольствия и не смог удержать равновесие. Он упал лицом в кровать, но его зад все также был поднят кверху, чтобы не потерять это ощущение заполненности внутри себя.       — М-м-м, отлично, Себастьян, но ты пошевелился и нарушил мой приказ, — голос Оминиса был полон желания. Он начал двигать пальцем внутри него, из-за чего Себастьян начал стонать ещё сильнее.       Себастьян не знал, что сказать (его мозг отключился) и просто лежал, а изо рта даже капнула слюна. Он услышал, как Оминис пробормотал ещё одно заклинание, и понял, что его запястья оказались крепко, но при этом мягко, связаны у него за спиной. В общем, у него не осталось выбора, кроме как оставаться в том же положении. Его зад был полностью предоставлен Оминису, чтобы тот мог делать с ним всё что пожелает.       — Уже лучше, как думаешь? А сейчас ты примешь всё как хороший, послушный мальчик.       Одна только мысль об этом заставляла его член истекать смазкой от удовольствия. Он хотел, чтобы Оминис сделал с ним все, что хотел, чего желал. И Ом начал постепенно двигать в нем один палец, и тогда Себастьян наконец понял, почему тот издавал такие звуки прошлой ночью.       И когда Оминис ввёл второй палец, Себастьян мог лишь стонать и подмахивать все сильнее, желая большего и моля всех богов простить ему грехи.       Оминис тем временем шептал ему всякие нежности и ласкал его зад свободной рукой, медленно и глубоко трахая его своими пальцами. А Себастьян так жаждал прикосновения к своему члену, что уже изнывал от нетерпения. Нужно было, чтобы до него дотронулись. Очень и очень сильно.       И вдруг он вспомнил о том, что Оминис все ещё одет. Себастьян посмотрел на него, увидел его полное желания лицо и дикий стояк, упиравшийся в брюки. Он знал, что Оминис наслаждался этим ожиданием, что он будет терпеть до последнего, но так как самообладания ему было не занимать, он мог продолжать измываться над ним часами, если хотел насладиться неспособностью Себастьяна ждать.       Затем Оминис, как будто прочитав его мысли и желая вознаградить, рукой обхватил твёрдый как камень ствол и сделал несколько долгих, медленных поглаживаний, покручивая на самом конце. Себастьян застонал так сильно, что начал слегка дрожать. Ещё несколько движений и он кончит, но он знал, что Оминис, вероятно, прекратит касаться его до этого.       Но он продолжил. Его движения теперь стали более решительными ещё более восхитительными, а его пальцы продолжали двигаться у Себастьяна внутри. Удовольствие зашкаливало, и в этом безумии Себастьян позволил себе расслабиться перед надвигающейся кульминацией. Он почувствовал, как Оминис покрывает его спину влажными поцелуями, и кончил так сильно, что на секунду лишился сознания. Он выплёскивал все, что у него было, всё полученное им удовольствие, которое Оминис так умело выдавливал из него, пока не почувствовал, что в глазах потемнело.       — Блядь… — простонал он, когда Оминис убрал пальцы, очищая их заклинанием.       — Посмотри, что ты натворил, Себастьян, — Оминис, цокнув, поднёс мокрую руку к его рту. Он был изрядно вымотан, но вид его спермы на этих длинных бледных пальцах заставил вновь окаменеть его смягчающийся было член.       — А теперь будь хорошим мальчиком и прибери за собой, пожалуйста. — И он сам был удивлён тому, как сильно ему не терпелось это сделать. Поэтому он вылизал все дочиста, играя с пальцами Оминиса у себя во рту, обсасывая их до последней капли, и почувствовал волны экстаза, прошедшие по всему телу, пока Оминис ласкал его волосы, буквально мурча от удовольствия.       И тут Себастьян задался вопросом — что только что произошло? Он был уверен, что Оминис хотел трахнуть его как следует, так почему же тогда он позволил ему кончить? И затем, как будто он чёртов легилимент, Оминис ответил на невысказанный вопрос.       — О, любовь моя… Я ещё не закончил с тобой. — На его лице снова появилась та порочная улыбка. — Эта ночь только начинается. — Оминис издал тихий смешок, который заставил Себастьяна заскулить от тех мыслей, что пронеслись в его голове.       Затем Оминис приподнял его обмякшее тело, заставляя сесть обратно на колени. Его ноги все ещё были раздвинуты, а руки — связаны. Он наблюдал, как Оминис аккуратно снял с себя остальную одежду, положив её поверх сброшенной ранее.       Затем, ничего не говоря, он вернулся к кровати и опустился перед ним на колени. Нежно взяв его за подбородок и приоткрыв рот, он полностью ввёл свой теперь уже мокрый и твёрдый член в рот.       Он одобрительно застонал, когда Себастьян мгновенно начал жадно посасывать и обводить языком его член точно так, как, он знал, любил Оминис. Себастьян наблюдал, как тот ласкает свои напряжённые яйца, и его рот ещё больше наполнился слюной.       — Ты так хорошо себя ведёшь, Себастьян, — Оминис застонал и запустил руку в его волосы. — Как ты думаешь, ты заслуживаешь награды? — Он кивнул и нетерпеливо замычал, не выпуская его член изо рта, он снова был дико возбуждён от предвкушения.       — Ммм, так хорошо… Очень хорошо. — Оминис вышел из его рта, освободил руки от пут и мягко подтолкнул, чтобы он лёг на спину на кровати. Затем начал блуждать руками по его телу, будто пытаясь обхватить всего его разом, постепенно переместившись к его члену. Себастьян тихо застонал от удовольствия при прикосновении, а когда Оминис взял его в рот, снова оказался на седьмом небе от удовольствия.       Это было так приятно, но потом Оминис снова перевернул его на живот и без предупреждения начал аккуратно вводить в Себастьяна свой огромный член. Он был сверху и медленно входил в него все глубже с каждым толчком, нежно целуя его в шею. А Себастьян только и мог, что беспомощно похныкивать.       — Блядь, Себастьян… Ты такой узкий, что невозможно не выругаться, — его голос был полон страсти. — Мне стоит ещё раз наказать тебя за то, что ты заставляешь меня выражаться таким образом. — Он зашёл всего на половину, но Себастьян был уже вне себя — он хотел, чтобы Оминис полностью заполнил его собой, поэтому начал двигать бёдрами навстречу ему.       — Я сказал. Не. Двигайся. Себастьян, — низким, утробным голосом сказал Оминис, и он снова схватил его за волосы сзади, в этот раз жёстче, и продолжал держать, пока не вошёл в него одним долгим движением, вызвав у обоих громкий стон удовольствия.       Они оба замерли на мгновение, тяжело дыша и привыкая к новым ощущениям. Затем Оминис начал двигать бёдрами, погружаясь в Себастьяна ещё глубже.       — Ммм… Любимый, это так прекрасно… быть внутри тебя… — Оминис внезапно отключил свой командный тон, полностью вжимаясь в Себастьяна сзади, лицом зарываясь в его волосы, страстно целуя везде, куда мог дотянуться. Он крепко держал его в своих объятиях, и Себастьян чувствовал себя на седьмом небе, желая лишь одного — оказаться к Оминису лицом, чтобы суметь прижать его к себе, прикасаться к нему.       Какое-то мгновение они оставались в таком положении, наслаждаясь контактом, единением, пока Оминиса снова не захлестнуло желание — и он приподнялся настолько, что почти полностью вышел из Себастьяна, и так же медленно толкнулся обратно. Это было так восхитительно, и он продолжал дальше, и каждый толчок становился все сильнее. Он использовал Себастьяна в погоне за собственным удовольствием, и тому это нравилось, и даже слишком.       — Ммм… Себастьян… — его голос был хриплым от желания. — Ты так хорошо меня принимаешь… — Толчки становились все сильнее и быстрее. — Тебе нравится чувствовать мой член внутри себя? — К нему начала возвращаться его властная манера, его голос стал ниже, и он крепче схватился за его бедро.       — Мне очень нравится, — выдохнул Себастьян между стонами.       — Ты такой хороший мальчик, Себастьян. Мне нравится, как ты ублажаешь меня. — Оминис стонал, двигаясь всё быстрее и жёстче. Звуки, с которыми соприкасались их тела, приближали Себастьяна ко второму оргазму. Ему так нравилось чувствовать Оминиса внутри себя. Каждый раз, когда тот погружался глубоко, как только мог, Себастьян чувствовал себя наполненным и окутанным его теплом — он знал, что полностью принадлежит Оминису, телом и душой, и от этого ему было так хорошо внутри.       — Разве ты не рад, что я заставил тебя кончить раньше? Теперь я смогу наслаждаться тобой дольше. — Оминис продолжал двигаться в нём, но теперь с каждым разом все дольше задерживался внутри, притираясь бёдрами, пытаясь добиться ещё большего трения, из-за чего Себастьян, в свою очередь, тёрся о матрас и получал так некоторое облегчение от собственного возбуждения.       — Пожалуйста, Оминис… Я буду хорошим… не мог бы ты прикоснуться ко мне, пожалуйста? — он уже умолял его, ему нужно было больше прикосновений, чтобы достичь оргазма.       — Хмм… и где же прикоснуться к тебе, мой любимый? — вкрадчиво поинтересовался Оминис.       — К моему члену! Пожалуйста! Я сделаю все что угодно… — Он постоянно чувствовал себя как будто на грани, но не в силах переступить её без дополнительной стимуляции.       — Так приятно слышать, как ты умоляешь меня… особенно учитывая, что происходит это из-за того, что мой член находится внутри твоей узкой и прекрасной дырочки. — Он сжал его ягодицу и полностью вышел. Себастьян почувствовал пустоту внутри и издал недовольный всхлип.       — Любимый, тебе нужно приподнять бёдра, чтобы я мог достать до тебя там. — Себастьян немедленно выполнил озвученный приказ. Тут же он почувствовал, как руки Оминиса прошлись от задней поверхности его коленей, по ягодицам, а затем вверх по спине, ощущая его тело, видя его, а затем снова спустились вниз, но теперь уже по груди, минуя истекающий смазкой член и продолжая спускаться по ногам. Затем, дойдя до коленей, он снова раздвинул их, раскрывая его ещё больше. Его руки направились прямо к ягодицам и широко раздвинули их, слегка массируя. Себастьян снова начал умолять его о том, чтобы Оминис снова вошёл в него, ему нужны были прикосновения.       — Ты такой нетерпеливый, Себастьян… Но если сейчас ты слишком поторопишься, я буду вынужден использовать тебя снова, когда ты кончишь, даже если ты попросишь меня остановиться.       Оминис вздохнул, а затем, наконец, схватил его твёрдый как камень член и медленно провёл по нему рукой. Себастьян издал громкий стон облегчения, когда наконец получил то прикосновение, в котором так нуждался.       — Да, Оминис! Пожалуйста! Просто продолжай так же, и я буду твоим, и ты сможешь играть со мной всю ночь, если захочешь! — Ему приходилось сдерживаться, чтобы не дотянуться до себя, потому что он знал, что в этом случае Оминис и дальше продолжит наказывать его, а сейчас ему просто нужно было кончить как следует. Прямо сейчас.       — Ты мой, Себастьян… — сказал Оминис, снова медленно входя в него. Себастьян был так близок к тому, чтобы кончить благодаря тому, что Оминис снова наполнил его собой. — И я буду поступать с тобой так, как мне будет угодно, — и с этими словами Оминис повалил его на кровать.       — Ох, бля! — он тяжело дышал. — Я весь твой! Ахх! Я весь твой! — он закричал от острого наслаждения, почувствовав приближающийся оргазм. И когда Оминис почувствовал своей рукой, как его член становится ещё твёрже в преддверии разрядки, он тоже издал глубокий стон и впился зубами в плечо Себастьяна. Его движения стали ещё более жадными, и Себастьян забылся в порыве экстаза, подумав о том, как Оминис изольётся в него.       — Оминис! — он вскричал, когда его член сокращался с каждой волной такой желанной разрядки. Оминис также громко застонал, достигнув пика, погружаясь так глубоко, как только мог, и полностью наполняя Себастьяна своим горячим семенем.       — Ооох, блядь… — Себастьян застонал, чувствуя, как сперма Оминиса проникает в него. Это ощущение полного удовлетворения настолько переполняло его, что, несмотря на то, что он всё ещё приходил в себя от собственного оргазма, он чуть не кончил в третий раз при одной мысли о том, что только что произошло.       Оминис рухнул на него сверху, прерывисто дыша в шею, и какое-то мгновение они лежали так в абсолютной блаженной тишине. И когда первое изнеможение прошло, Оминис вытащил свой обмякший член и пальцем быстро протолкнул внутрь Себастьяна немного спермы, которая начала вытекать наружу. Затем снова медленно начал двигать пальцем внутри него.       — Ммм… Оминис, пожалуйста… — простонал Себастьян в ответ на это действие. — Прекрати… Я сейчас слишком чувствителен… — Однако это было приятно — чрезмерная стимуляция, и он обнаружил, что его бедра каким-то образом снова двигаются, желая обрести ещё больше удовольствия. Оминис только тихо усмехнулся.       — Ты сам подписался на это, Себастьян… — В его голосе отчётливо слышалась самодовольная ухмылка. — Я же говорил, что воспользуюсь тобой снова, как только ты кончишь, даже если будешь умолять меня остановиться. — Его палец не переставал двигаться, а Себастьян своими ответными движениями начал извиваться на кровати. — Хотя, кажется, твоему телу это слишком нравится… — Он услышал тихий смех Оминиса. — Так что перестань жаловаться, любимый, и позволь мне использовать тебя как мне заблагорассудится.       Он знал, что Оминис прав — ему это слишком нравилось, и он определённо позволил бы ему делать все, что он хочет. Поэтому он просто закрыл глаза и снова расслабился от таких дьявольски божественных прикосновений Оминиса, мурлыча от удовольствия при мысли о том, что они будут заниматься этим до тех пор, пока оба не упадут от изнеможения.       Если бы ему суждено было умереть вот так, он был бы по-настоящему рад этому… погружаясь в забытье, испытывая самое сильное наслаждение, которое можно познать в жизни… «Неплохо», — подумал он… И блаженно улыбнулся при мысли о том, какие возможности открываются перед ними.       Да… Себастьян усмехнулся про себя. Это определённо будет долгая ночь.