Нежность

***

Тяжелые вздохи и шелест ткани. Легкие, почти что нежные толчки, выбивающие глухие стоны из Императора, казались сейчас блаженством. Теплые руки бережно обводили дрожащее тело под собой, даря незамысловатую ласку. Мягкие губы касались невесомо. Тяжело вздымающаяся грудь, талия, бедра –всё было усеяно поцелуями, расцветающими на коже. Размеренный темп перерастает в более быстрый под взором умоляющих глаз, не смея больше терпеть. В головном уборе было невыносимо жарко, и хотелось его как можно скорее снять, но жгучий стыд за свое положение не позволял, вставая наперекор желанию полностью расслабиться. Снизу мокро и влажно, казалось будто сладко пахнущая смазка везде, что еще больше смущало, заставляя закрывать глаза потными ладонями. Хотелось спрятаться, чтобы Душенька не глазел на него так пристально, обводя каждый сантиметр тела взглядом полный любви и чувственности. Обсидиан, откидывая голову назад, на подушки, предоставляет Душеньке отличную возможность исследовать поцелуями прекрасную шею, чуть придерживая края балаклавы для удобства. Вновь толчок. Душенька, входя одним движением, снова точно попадает по чувствительной точке, заставляя Обсидиана выгнуться дугой, резко хватаясь за чужие предплечья, выстанывая имя любимого. Двигаясь и дальше в нужном направлении, Душенька берет дрожащие ноги под колени, еще больше ускоряя темп. Воздуха катастрофически не хватало, разум затуманен у обоих парней, не позволяя думать ни о чем другом, кроме объекта своего обожания, что находится совсем рядом. Но, видимо, что-то явно не так. Душенька, замечая метания Обсидиана, останавливается, не выходя из партнера. — Обси, всё хорошо, милый? – заботливый тон Душеньки сводил с ума. Ну как он может быть таким хорошим? — Да, просто, я всё никак не могу привыкнуть к ...своей позиции, так сказать, – смущенно пробормотал Обси, смотря куда угодно, но не на возлюбленного. — Что конкретно тебя не устраивает? – вопросительно склонив голову, спросил Душенька — Я не знаю, родной. Просто какой-то психологический барьер, – прикрывая глаза, со вздохом признается Император. Возбуждение давило всё больше и больше, хотелось скорее завершить начатое, растворяясь в приятной неге. — Ты уверен, что хочешь продолжить говорить об этом сейчас? – намекает Душенька на их текущую ситуацию. — Если тебе трудно, предлагаю поменяться. Только, давай закончим так, как начали, ладно? – не дожидаясь ответа, выпалил Душенька ведомый возбуждением. Быстро кивнув, Обсидиан приподнимает края балаклавы, закатывая темную ткань в районе носа, притягивает Душеньку к себе, впиваясь сладким поцелуем. Движения возобновляются в прежнем темпе. Душенька проводит кончиками пальцев по впалому животу, вызывая мурашки у Императора. Целоваться с Душенькой великолепно. Его мягкие губы нежно касаются чужих, заставляя чувствовать приятный трепет в области груди. Переходя с уст, осыпает невесомыми поцелуями места не скрытые балаклавой: щеки, скулы – всё, до чего может дотянуться. Обсидиан, рвано выдыхая, цепляется за чужие плечи, буквально через пару глубоких толчков чувствуя скорую разрядку. Дыхание учащается, а сердце стучит в бешеном ритме. — Душенька, – с придыханием пролепетал Обси, — быстрее, пожалуйста, — еле как вымолвил Обсидиан, еще больше краснея, смущаясь собственной просьбе. Повинуясь желанию возлюбленного, Душенька, сам будучи на пределе, ускоряется, обхватывая член ладонью, водя в такт своим движениям. Размазывает предэякулят большим пальцем, акцентируя внимание на головке. Обсидиан, чувствуя плавные движения руки, не смея больше терпеть, изливается в чужой кулак, громко вскрикивая. Душенька, жмурясь до потемнения в глазах, получает разрядку следом, входя до упора, чувствуя, как податливые стенки сжимают его внутри. Обессиленный Душенька, выходя из партнера, падает рядом с Обсидианом, пытаясь отдышаться. Кладет голову на вздымающуюся грудь Императора, обхватывая свободной рукой торс. — Ты как? – почти что шепотом промурлыкал Душенька, поглаживая любимого. — Я в норме, – резко выдыхая, промолвил Обси, зарываясь пальцами в каштановые кудри, мягко перебирая шелковистые пряди. Душенька, слегка приподнимаясь, чмокает разнеженного Обсидиана в припухшие губы, влюбленно всматриваясь в глаза напротив. — Пойдем в душ и спать, я жутко устал, – пробормотал Душенька, попутно трепетно касаясь губами чужой шеи, оставляя еле заметные следы. — Конечно, родной, – смущенно улыбнулся Император, подставляясь под ласку любимого.