Леди Рэд

      Лучи утреннего солнца проникли через щёлочку закрытых штор и умудрились попасть прямо на глаза юной мисс Барнет. Беллатриса от этого неприятно поморщилась, но не стала закрываться одеялом и просто села на постели, сонно потирая свои глаза. Девочка бросила взгляд на часы, стоявшие на полке. Было уже девять часов утра и девочка даже немного удивилась, что никто не пришёл её разбудить. Собственный кашель напомнил о её состоянии и наказе матери больше отдыхать.       Тем не менее, валяться в кровати уже не хотелось и Белла быстренько переоделась в домашнее платье без корсета. Эмили не любила, когда юная леди одевалась сама, ведь подобное редко можно встретить среди аристократов, но самой Беллатрисе было всё равно на заморочки этих «благородных». В конце концов, она же не беспомощная калека, которая не в состоянии даже одеться самостоятельно. Правда, платья с корсетом довольно трудно надеть самой и тут уже нужна помощь Эмили.       Приведя себя в порядок, Белла вышла из своих покоев. Она решила прогуляться по особняку, разглядывая висевшие на стенах картины. После множества уроков она уже более-менее в этом разбиралась, но, любуясь этими произведениями искусства, предпочитала не задумываться о таких тонкостях, как стиль художника или возраст и цена картин.       Уже в холле она увидела, как Натаниэль надевает своё пальто и о что-то говорит слугам. Горничные заметили девочку первыми и присели в реверансе. Тогда барон обратил внимание на падчерицу, уже спускающуюся с лестницы.       — Отец, доброе утро.       — Здравствуй, Белла. Не спиться?       — Не совсем, просто не привыкла так долго лежать в кровати.       Натаниэль улыбнулся.       — Да, ты всегда была ранней пташкой.       — На днях Вы упомянули о какой-то выгодной сделке с герцогом Блэком. Вы сейчас едете туда?       — Не совсем. Я направляюсь к графу Фантомхайву, как раз по вопросу этой сделке с Чарльзом Блэком.       — Значит, господин Винсент тоже занимается этим вопросом?       — Скорее, я просто помогаю графу Фантомхайву. — Натаниэль усмехнулся и бросил короткий взгляд на стоявшего с остальными слугами дворецкого. — Если не вернусь сегодня вечером, зайди в мой кабинет. Там в столе есть кое-что для тебя.       Белла не удивилась. Это был не первый раз, когда барон отправляется к другим аристократам по делам и не успевает вовремя вернуться домой, из-за чего ему приходится проводить ночь в гостях. Вот только теперь её снедало любопытство, что же такого там может быть для неё?       — Я Вас поняла. Хорошей дороги, отец.       Натаниэль кивнул и вышел на улицу. Белла наблюдала как мужчина садиться в карету и та покидает территорию. Её внимание привлекло движение сбоку. Беллатриса обернулась и увидела, как Грелль уже почти скрылся с поля зрения. Дворецкого остановил голос девочки.       — Грелль, ты куда?       — А, миледи. — Сатклифф на миг скривился, но тут же повернулся с совершенно нормальным выражением лица. — Мне ещё нужно проследить, что бы Вам принесли самый лучший завтрак. Госпожа Анджелина приказала приготовить только полезные блюда.       — Хорошо, иди.       Грелль поклонился и быстро ушёл. Белла на подобное поведение только вопросительно подняла бровь, но ничего не сказала.       — Эмили, ты… — девочка обратилась к своей горничной, стоявшей рядом с остальными служанками, но её предложения прервал кашель. Глаза Эмили загорелись беспокойством и она тут же подошла к Беллатрисе, но не осмелилась прикоснуться. — Я в порядке.       — Идёмте, госпожа, нужно вернуться в Вашу комнату.

***

      Красные волосы развевались на ветру. Самый эксцентричный жнец бежал по крышам Лондона. Он не боялся опоздать, скорее просто хотел быстрее увидеться с напарником. Уильям, тем временем, уже давно был на месте и ждал двоих. Первым появился Грелль Сатклифф и сходу попытался кинуться в его объятия. Ти Спирс уклонился, отчего дворецкий семьи Барнет чуть не свалился с крыши.       — Опаздываете, диспетчер Сатклифф.       — Ах, Уилли, я со всех ног спешила увидеть тебя!       — Не важно. В любом случае, его ещё нет.       Уильям вернулся к прерванному ранее занятию, а именно наблюдением за проезжающими каретами.       — Неужели и он опаздывает? — Грелль посмотрел в ту же сторону, куда и начальник отдела.       Молчание послужило ответом. Наблюдение за дорогой показалось Сатклиффу скучным занятием и он принялся болтать о всякой ерунде, пытаясь вывести напарника на разговор. Уильям отвечал сдержанно, либо предпочитал и вовсе молчать. Тут ему на глаза попался некий беспризорник, что выбежал прямо под копыта лошади дорогой на вид кареты.       Миг и мальчишка отлетел, откинутый копытами животных. Грелль тут же замолчал. Люди заметили, что мальчишка умудрился стукнуть головой об асфальт и под ним стала растекаться лужа крови, но только жнецы видели, как из паренька, совсем ещё юного, вылетела плёнка, отображающая эпизоды его жизни.       По давно отработанной схеме, Грелль активировал свою Косу Смерти, а Уильям внимательно наблюдал за сменой картинок.       — Томас, фамилии нет. Родился 5 марта 1869 и умер 10 января 1882 года. Никаких примечаний нет. — Ти Спирс поставил печать, подтверждающую о собранной душе. Стоило ему это сделать, как плёнка оборвалась, полностью поглощённая красной бензопилой.       Люди внизу собрались неподалёку от новоявленного трупа, однако никто так и не решился подойти и как-то помочь бедняге. Впрочем, тот уже и в помощи то и не нуждался.       — Уилли, неужели ты позвал меня только из-за него? — Грелль махнул рукой в сторону Томаса, чью душу он только что собрал. — Ты ведь и сам мог справиться, к тому же вечно твердишь, что бы я не отвлекался от своего особого задания.       — Не совсем. Есть что-нибудь новенькое по делу Беллы?       Грелль скептически посмотрел на Ти Спирса, но тот никак на это не отреагировал, всё ещё ожидая ответа. Тогда Сатклифф как-то неохотно сказал:       — Ничего. Она ведёт себя всё также, ничего подозрительного не делает. В общем и целом, девочка просто обычный ребёнок, хоть и ведёт себя иногда гораздо разумнее своих сверстниц.       Ти Спирс промолчал, но Греллю вполне хватило его, казалось бы, ледяного взгляда. Тем не менее, Сатклифф знал своего напарника слишком хорошо, что бы его можно было вот так просто провести этой непроницаемой маской.       — Уилли, — Грелль специально протянул гласные, зная, как Ти Спирса это раздражает. — Неужели ты привязался к девчонке?       — Даже для Вас подобная мысль слишком глупа, мистер Сатклифф.       — Тогда с чего бы такой интерес? — Грелль говорил шутливым тоном, всё пытаясь добиться какого-то нужного ему самому признания от Уильяма. — Я ведь каждый день отправляю полный отчёт, тратя на эту совершенно неважную макулатуру драгоценное время сна. Подобное очень плохо сказывается на моей нежной коже!       — Эта девочка определённо не может быть «обычной». В Книге Жизни до сих пор стоит та же дата смерти, что и тогда, а душа числиться собранной. При всё этом, «Беллатриса» спокойно себе живёт как человек, а её глаза ни капельки не изменились. Тебе самому не кажется это странным, Грелль?       Сатклифф заметил, что Уильям назвал его по имени, но решил никак это не комментировать. Подобное уже бывало, хоть и редко, и только том случае, если Ти Спирс и правда не знает как ему поступить. В такие моменты ему нужна поддержка, а не ребячество напарника.       — Это не обычно, не спорю. — Грелль вздохнул. — Но, Уильям, и ты должен понимать, что Белла вряд ли понимает, что она, по сути, ходячий мертвец. Девочка живёт обычной жизнью и даже болеет, как и все люди. Её обследовала Мадам Рэд, опытный доктор, но, помимо простуды, никаких отклонений от нормы не обнаружила.       — Медицина у людей не так сильно развита, — возразил Ти Спирс. — Вот если отдать её на обследование нашим судмедэкспертам…       — Ты что хочешь отдать ребёнка этим сумасшедшим?! — вот тут Грелль и правда разозлился. Если бы перед ним стоял кто-нибудь другой, кто угодно, Сатклифф бы уже давно покромсал этого глупца своей бензопилой. Но сейчас вместо этого он просто рассерженно смотрел на Уильяма.       — Это единственный способ докопаться до истины. — последовал спокойный ответ. Грелль видел, как напряглись руки его напарника, будто бы тот был готов в любой момент схватиться за Косу Смерти.       — Живая или мёртвая, она ребёнок!       Минуту два жнеца смотрели друг на друга, ни на что не обращая внимание. Первым не выдержал Уильям.       — Возвращайтесь в особняк, диспетчер Сатклифф. Отправите мне вечером отчёт.       Только сказав это, Уильям тут же покинул крышу, направляясь в сторону департамента. Грелль закатил глаза на подобную выходку самого строго сотрудника департамента.       — Иногда он бывает просто невыносимым.

***

      — Так вот оно как, — протянул Дидрих.       Четверо мужчин находились в бильярдной комнате поместья Фантомхайв. Немец сидел в кресле, подперев рукой голову, и внимательно следил за каждым движениям хозяина поместья. Граф Фантомхайв, казалось, даже не обращал внимание на происходящее вокруг. Всё его внимание было сосредоточено на игре. За его ударом наблюдал Гробовщик, сидя на бильярдном столе с бокалом алкоголя в руке. Оба они были расслаблены, в отличии от своих собеседников, что сидели в креслах по разные стороны от игрального стола.       Натаниэль выглядел куда спокойнее, чем Дидрих, но ни от кого не укрылась его напряжённая поза и тяжёлый взгляд.       Усмехнувшись каким-то своим мыслям, Винсент одним точным ударом загнал большинство шаров в лузы.       — Как всегда прекрасная игра, граф, хи-хи.       — Хватит дурачиться, — раздражённо сказал Дидрих. — Это серьёзно.       — Никто и не спорит, — Винсент поднялся и повернулся лицом к мистеру Барнету, облокотившись спиной о стол. — Как поживает твоя дочурка?       Натаниэль подозрительно посмотрел на расслабленного Сторожевого Пса Её Величества.       — А Вам какое дело до моей дочери, граф Фантомхайв?       — Ну как же? — наигранно обиделся Винсент. — Она ведь моя племянница.       — Ранее она Вас не особо то и интересовала.       — Слышал, принцесса заболела, — раньше, чем Фантомхайв успел что-то сказать, в разговор встрял Гробовщик. — Надеюсь, ничего серьёзного? Хи-хи.       — Мы здесь не для того чтобы обсуждать мою дочь.       — Так что там с Блэком? — немец попытался вернуть разговор в прежнее русло.       — Ко мне недавно наведались… мои старые знакомые, — медленно сказал Барнет, откидываясь на спинку кресла. Он не заметил, как замер информатор при упоминании «старых знакомых», ведь заминка длилась не больше мгновения. — Мне не долго осталось и у них есть подозрения, что погибну я не своей смертью.       — Кто-то готовит покушение? — уточнил Винсент, возвращая себе серьёзный настрой.       — Верно. За всё это время я пересёк дорогу лишь одному человеку, и мы все знаем кому.       — Так в чём проблема? — спросил Дидрих. — Предупреждён — значит вооружён. Раньше ведь ты и сам с подобным справлялся.       — Сейчас особый случай, — возразил на это Гробовщик. — Хах, к тому же, теперь у барона Барнета есть что терять.       — Да, — Натаниэль вздохнул. — Я не хочу их в это впутывать.       — А что насчёт Беллатрисы? — вновь перевёл тему Винсент. — Она ваше с Анджелиной единственное дитя. Не планируешь сделать её наследницей? Или предпочтёшь передать наследство кому-то более близкому по крови?       Это был явный намёк на рождение родного ребёнка, однако у самого Натаниэля были свои мысли на этот счёт.       — Беллатриса — наша дочь. Единственная и, соответственно, лишь она может претендовать на место главы рода.       — Хи-хи, забавно. Вы ведь так и не сделали её своей наследницей официально. Раз так боитесь стать моим новым клиентом, Вам следует с этим поторопиться.       — Конечно, — не стал спорить барон Барнет. — Но ведь в случае чего, граф Фантомхайв поможет моей дочери, не так ли?       Три пары глаз уставились на хозяина поместья. Тот продолжал улыбаться, но глаз эта улыбка не коснулась.       — Разумеется, за кого ты меня принимаешь?       В дверь постучали. Получив разрешение, в комнату зашёл дворецкий Танака. Тот поклонился господам, сообщая, что ужин уже подан и графиня вместе с детьми ожидает дорогих гостей.       — Что ж, господа, закончим на этой ноте, — с неизменной улыбкой сказал Винсент Фантомхайв. Это определённо будет занятное дельце.