vampire

Когда Уэнсдей впервые встретила Инид после внепланового окончания семестра, она надеялась на то, что голова её будет такой же ясной, как и в их первую встречу возможно, брюнетка была изначально обречена на провал. Несмотря на произошедшее, Инид выглядела посвежевшей и более радостной по приезде из дома и Уэнсдей задумывалась, было ли это правдой. После битвы с Крэкстоуном между ними многое изменилось, как минимум, блондинка стала получать слишком много поблажек со стороны готки и это не могло не радовать. — Ты уже уезжаешь? — оборотень тихо собирала свои вещи на яркой стороне комнаты в то время, как чемоданы Уэнсдей уже стояли полностью собранными и Вещь спокойно спал на одной из чёрных коробок. — Когда приезжает Ларч? Брюнетка упаковывает свою виолончель и убеждается, что всё на своих местах, прежде чем повернуться к своей соседке. — Он будет через полчаса. Я хочу подождать, когда все уедут, придётся видеть эти лица ещё в следующем семестре, мне достаточно на данный момент. — Уэнсдей садится на свою не застеленную кровать и складывает руки на колени. Инид радостно подскакивает к невидимой черте, ведь лента была убрана ещё после того, как она вернулась от Йоко. — Ты приедешь на следующий семестр? — блондинка ярко улыбается и Уэнсдей с удивлением замечает, как не чувствует раздражения, когда смотрит на неё. — Должна признать, — медиум встаёт с кровати, подходя к «линии», но оставляет достаточно пространства. — Тут… терпимо. Уэнсдей видит, как нервозность между ними пропадает, когда Инид узнаёт о её возвращении в следующем семестре и это, по непонятным причинам заставляет её хмыкнуть, обращая на себя заинтересованный взгляд голубых глаз. — Значит ли это, что я могу надеяться на тебя в следующем состязании кубка По? — блондинка делает шаг вперёд вторгаясь на бесцветную часть комнаты. Уэнсдей умалчивает о том, что совершенно не чувствует себя враждебно по отношению к этому. — Пожалуйста? — Хм. Несмотря на отсутствие ответа, Инид принимает и его. Если Уэнсдей уже задумывается над этим — шанс, невероятно крошечный, но всё же, есть. Они больше ничего не обсуждают и Синклер радостно ускакивает на свою сторону, собирать последний, блевотно-яркий чемодан. Ей было интересно, как родители отреагируют на её превращение, ведь это то, чего они желали больше всего и Инид должна признать, что очень волнуется. Вещь просыпается где-то за минут десять до прихода Ларча и стучит пальцами по полу, запрыгивает на такую же пустующую кровать и стукает Инид по ноге. Он намекает на то, что стоит быть потише, когда показывает какой-то шифр. И оборотень кивает радостно, когда слышит или видит? Слова поддержки от любимой руки и в конце концов даёт ему обещание на мизинцах и кулачок. Уэнсдей поглядывает на них немного, но быстро возвращает внимание к своим вещам. — Ларч. — приветствует брюнетка, когда высокий мужчина заходит в их комнату. Он ждёт указаний и не прилагая сил забирает всё нужное и выходит с Вещью на плече. Придаток что-то отчаянно рассказывает, пока Ларч просто мычит в ответ. Инид подходит к краю своей комнаты и Уэнсдей делает то же самое. — Что ж, это был насыщенный семестр. До встречи, Инид. — сухо прощается Аддамс и Инид немного грустит, что даже сейчас стена между ними ещё существует и смиренно кивает. — Это был лучший семестр за долгое время не смотря… на всё, что произошло. — она окидывает взглядом свою подругу и восхищается новой причёске, вместо привычных косичек был аккуратный пучок и хорошо уложенная чёлка. Как всегда, Уэнсдей Аддамс выглядела прекрасно. — Я буду скучать. — неловко признаётся. За всё время их проживания вместе, Инид привыкла к уже успокаивающим звукам печатной машинки и саркастическим замечаниям, казалось, теперь у неё будут временные проблемы со сном. Уэнсдей же осматривает то, как блондинка неловко мнётся рядом и отводит холодный взгляд в сторону двери. — Полагаю, я снова смогу обрести покой и не слушать твои отвратительные сплетни. — подытоживает, — Но признаю, что стала более восприимчивой к шуму вокруг. Оборотень знала, что завуалированно это значило то же, что и «Ты раздражающая заноза в заднице, но я тоже буду скучать», так что она радостно улыбнулась и кивнула, принимая ответ. Инид протягивает руки, инициируя объятия, но замечает, как брюнетка напрягается. Не отступает, но напрягается и поэтому быстро опускает руки. — Всё ещё не наша фишка. Поняла. — она понимает, что даже после всего, что случилось Уэнсдей не станет пренебрегать своими принципами и, может это немного обидно, но Инид уважает её границы. Вместо объятий, она протягивает руку. — Несчастного рождества, Уэнсдей? Обычно она не понимает, как это может звучать доброжелательно, но у Аддамсов свои причуды. Уэнсдей пожимает руку практически не мешкая. — Рановато, как для пожеланий, Синклер. — их руки всё ещё сжаты. — Да, но технологии это пожирающие душу и сознание бесполезные открытия,а телефона у тебя нет, так что… — немного мнётся, но улыбается. — Вообще-то, — медиум копается в своём черном вязаном кардигане и достаёт из кармана телефон. — Ксавьер подарил мне один, пришлось принять это в качестве извинений за то, что посадила его за решётку. — она вздыхает, когда экран резко загорается от сообщения Торпа. — Но, полагаю, ты можешь помочь мне с кое-чем перед отъездом. — не спрашивает, а утверждает, но Инид уже привыкла к такому виду «просьб», так что только удивлённо кивает. Как она сама до этого не додумалась? Может, потому что кто-то был занят спасением своей подруги и следующим за этим восстановлением, а не ходьбой по кампусу и нытью, что Уэнсдей его отвергла. Снова. — Непонятная ненависть настигает её и Инид встряхивает головой от злости, которая наполнила её грудь. С чего бы ей злиться на взаимоотношения этих двоих. Не замечая внутреннюю борьбу, Уэнсдей протягивает ей телефон. — То, что мне пришлось принять подарок, не означает, что я буду отвечать ему на сообщения, как он надеется. Была бы благодарна, если бы ты удалила и желательно сделала так, чтобы он не смог мне писать в течение этого времени, если это возможно. — она дожидается положительного кивка и протягивает телефон. Инид игнорируя совестный голосок в голове, заходит в обычный мессенджер и смотрит на сообщение от художника. — Можно ли это засчитать, как удачу? — гласило одинокое сообщение в диалоге. Оборотень закусывает губу, подавляя для себя не свойственную злую ухмылку, когда незаметно печатает: — Никогда в твоей жизни. После этого она блокирует контакт Ксавьера и вовсе удаляя его из записной книжки, затем удаляет диалог и если совесть её грызёт, то она полностью это игнорирует. — Всё. Не успевает она даже протянуть обратно девайс, как Уэнсдей снова говорит. — И можешь вписать туда свой номер. — звучит сухо, но Инид готова отпраздновать этот день, не понимая до конца, почему точно радуется. — Только на крайний случай. *** Уэнсдей сразу же замечает изменения в образе девушки напротив. Волосы стали немного длиннее, хотя кончики были так же выкрашены в несколько цветов, хотя, в этот раз это даже казалось милым. Медиум сразу же отогнала свои мысли и полностью зашла в комнату, всё ещё оставаясь незамеченной. — Уэнс? — поворачивается Инид, когда Вещь первый запрыгивает ей на плечо и что-то быстро жестикулирует. Теперь, спустя всего месяц, ей снова придётся привыкать к громкой соседке, какой ужас. — Уэнсдей! — радостно вскрикивает блондинка и подбегает, расставляя руки для объятий, но быстро вспоминает. Инид протягивает руку. — Инид. — коротко кивает. К своему сожалению, она замечает шрамы над бровью и щекой, которые остались на своих местах, и неприятное чувство пронзает её подсознание, хотя она находит их невероятными и достойным гордости. Следуя непонятно каким чувствам, Уэнсдей поднимает руки в приглашении или разрешении? Оборотень сразу же влетает в тёплые объятия. — Не могу поверить. Уэнсдей закатывает глаза. — Мы виделись месяц назад. — Да. — Инид начинает в уме считать секунды и это будет её самый любимый день, после их первых объятий в ту ночь. — Я скучала по тебе, соседушка. — когда мысленный счёт прерывается на сорока пяти секундах Инид отстраняется, когда Уэнсдей давит на её плечи и отходит. — Хорошо. — Инид прыскает на утверждение Уэнсдей и ярко улыбается, когда Вещь снова забирается на её плечо. — Не знала, что ты такой ласковый. — замечает готка, но позволяя себе вольность Вещь просто отмахивается, заставляя Аддамс фыркнуть. *** Как бы Инид не хотела поддерживать их взаимодействия без ссор, удалось продлить эту атмосферу только на четыре дня. Йоко спокойно попивала со своего стакана красную жидкость, пока Дивина что-то рассказывала, получая всё внимание вампирши. Инид влетает во двор достаточно весёлая, пока не замечает, как Уэнсдей о чем-то спокойно переговаривается с Ксавье, который меняет рисунок на одной из стен рядом со столиками. Она проходит, мимо чуть навострив уши, но общий шум не позволил ей что-либо услышать. — Привет! — чуть более натянуто, но улыбается своим подругам Инид. — А вот и мамина гордость! — восклицает Йоко, на что Дивина смеётся, а блондинка весело кланяется, и улыбка достигает её глаз. — Как прошли каникулы дома? Инид специально садится спиной к двум отвлекающим факторам и немного тупит, думая о том, с каких пор она перестала радоваться тому, как Уэнсдей начинает находить друзей. — Друзей, — мысленно фыркает. — Максимум парень, который… — так, пора прекращать. Ксавье так же был её другом, так что стоит успокоить свои гормоны, что со дня превращения только ухудшали ситуацию. В любом случае, оборотень отогнала лишние мысли и поспешила ответить. — Как обычно, но доза оскорблений была снижена вдвое, что не может не радовать. Танака вздёргивает бровь. — Я думала единственная претензия была в том, что ты не превращалась? — Дивина тоже удивлённо наклоняет голову, пока её взор не падает на что-то за спиной блондинки, но потом снова возвращает всё внимание на Инид. — Теперь, когда я оборотень, они хотят, чтобы я нашла своего оборотня. — Йоко давится кровью и Дивина похлопывает ту по спине. — Я все каникулы пыталась отшить всех возможных претендентов, ты бы знала как это неловко! Все втроём переглядываются между собой, пока Дивина не начинает. — А, эм… Аякс? Я думала вы вместе. — Ну, вообще, — оборотень морщится. — Мы расстались через день после битвы с Крэкстоуном. Йоко снова давится и теперь сирена осуждающе смотрит на неё. — Можешь сначала дослушать, а потом пить. — вампирша кивает и откладывает бокал. — Так что случилось? Я думала вы до безумия влюблены? — Что ж… — неловко мнётся Инид. — Думаю, мы поссорились, и он не одобрил моего поступка, так что я разозлилась, как и он. В итоге мы разошлись. Но! Сейчас всё в порядке, думаю, мы остались друзьями. Замечая движение сбоку, Инид оборачивает и видит, как Уэнсдей уходит со двора спокойно и уверенно, пока за её спиной плетётся оживлённый Ксавье и это, честно говоря, начинает раздражать больше обычного. Тихий рык срывается с её губ и Йоко удивлённо смотрит на свою лучшую подругу. Она без лишних слов загребает локоть оборотня и ведёт её в сторону, Дивина спокойно ждёт их возвращения. — Инид? — её голос граничит между вопросом и усмешкой. — Что? — Инид не до конца понимает действия вампиршы, когда видит огоньки в её глазах. — Что? — менее уверенно переспрашивает. Йоко кидает на неё многозначительный взгляд. — Вы расстались с Аяксом, потому что он был против того, как ты, не зная превратишься ли вообще, побежала на верную смерть в лапы Хайда, чтобы спасти свою соседку? Такой конкретный вопрос заставляет Инид покраснеть. — Ну… Уэнсдей тоже моя подруга. Танака смотрит на неё ещё более многозначительней. — Я не понимаю, что ты хочешь сказать. — Ты буквально пыхтишь, когда видишь Уэнсдей рядом с Ксавье. — Что? — прыскает блондинка, явно отрицая очевидное. Конечно, она просто не хотела, чтобы влюблённый Ксавье испортил впечатление об общении с людьми для Уэнсдей, которая только начала принимать социум вокруг. Какие ещё могут быть причины? — Йоко, я люблю тебя, но то, что ты говоришь полный бред. Брюнетка поднимает бровь. — Правда? Меня ты тоже ревнуешь к Дивине? — Нет? И я не ревную Уэнсдей. Просто… Не хочу, чтобы влюблённый Ксавье испортил впечатление об общении с людьми для Уэнсдей, которая только начала принимать социум вокруг. — повторяет своё оправдание вслух. — Только это. Вампирша всем своим видом показывает, как не верит подруге и продолжает допытываться до правды. — Тогда почему ты не захотела найти кого-то в стае? Я думала это было одно из твоих желаний — встретить суженного и создать семью. — Да. — кивает. — Я просто не готова, потому что с Аяксом всё только закончилось и это было бы не уважительно по отношению… — теперь она замолкает. По отношению к кому? Она на следующий день даже не думала о их расставании. Единственное, что действительно заполнило её голову в те дни это Уэнсдей, Уэнсдей, Уэнсдей. — По отношению к твоим чувствам к Уэнсдей? — договаривает за неё Йоко и это бьёт под дых силнее, чем хотелось бы. — Чувств к Уэнсдей? — пытается выглядеть менее взволнованной. — Перестань говорить бред, Йоко. — Тогда почему тебе не нравится, что у Уэнсдей появится парень в виде Ксавье? — и знает же вампирша, куда давить. В горле снова образуется знакомый ком желчи прежде, чем она понимает, её губы уже начали двигаться. — Уэнсдей никогда не понравится Ксавье. — глубокое рычание срывается и Инид сразу же закрывает рот. — Вот чёрт. Танака понимающе хмыкает. *** Всю последующую неделю Инид чувствовала, как в их комнате воздух становился всё напряженнее. Уэнсдей перестала слушать её, обычно можно было дождаться хотя бы язвительных комментариев, а теперь тишина. Ещё хуже, что брюнетка пропадает во время своих писательских часов и появляется к глубокому вечеру, они перестали разговаривать, ограничиваясь базовыми фразами, а вне комнаты Инид и вовсе становилась призраком. Уэнсдей будто бы не замечала напряжённую обстановку в комнате, а Инид уже четвёртый раз больно срезает кутикулу Вещи из-за чего тот шлёпает её по руке, и блондинка вскрикивает от неожиданности, отрывая взгляд от спины Аддамс. — Вещь! — возмущается девушка. — За что? — Девочка моя, — жестикулирует рука, — Да я без пальцев останусь такими темпами. Перестань сверлить её взглядом. От слов придатка Инид краснеет и возвращает своё внимание на кутикулы. Уэнсдей поворачивается на своём стуле и теперь оборотень делает вид, что не замечает прожигающего взгляда. — Что-то случилось? — интересуется безэмоционально. — Ты с момента приезда какая-то мутная. Блондинка отрывается от мизинца Вещи и наигранно тупит взгляд. — Не понимаю о чём ты, Уэнс. — Не… — девушка обрывается, когда на телефон приходит сообщение. Она хмурится и печатает что-то в ответ, поднимается с места и натягивает зиповую кофту поверх чёрной футболки. — Скоро вернусь. Не понятно, чем руководствуясь Инид тут же подрывается с кровати и хватает брюнетку за руку. — Нет! — вскрикивает даже громче, чем думала. — Нет? — Уэнсдей смотрит на неё в упор. — Синклер, у меня нет времени на твои шутки. — Отпусти меня, пока мне не пришлось…— Инид машет головой. — Тебе обязательно идти? — Инид, какого чёрта? — Инид чувствует словно рука, которая удерживает Уэнсдей пылает. — Отпусти, Ксавье должен показать мне что-то важное. — Что-то важное. — Да. Теперь даже Вещь насторожился, когда увидел, как ногти на свободной руке Инид вытягиваются, но девушка через силу отпускает руку брюнетки и пятится назад. — Прости, — она выбегает за дверь, когда кричит за спину. — Это всё луна, я становлюсь слишком восприимчивой. — дверь позади сильно хлопает от сквозняка и Инид буквально летит в комнату лучшей подруги. Не стучась, оборотень вышибает дверь плечом и мгновенно летит на пол. — Блин. — шипит от боли и переворачивается на спину, потирая больное место, но не поднимаясь с пола смотрит на потолок. — Вы закончили? — тихо интересуется. — Да. — фыркает Йоко и Инид аккуратно встаёт и поворачивается лицом в сторону девушек. — Какого чёрта, Синклер? — Почему все меня это спрашивают? — грустно вздыхает Инид. — Простите, что помешала. Привет, Дивина. Сирена только успокаивающе хлопает свою девушку по плечу и усмехается. — Всё в порядке, что стряслось? Инид проходит на кровать к Йоко и падает рядом, её сразу же ловят в свои объятия и слышится тяжёлый вздох. Вампирша оглядывается на свою девушку, но та выглядит не менее обескураженной. — Я влюблена в Уэнсдей Аддамс. — Ага. — не сдерживается Танака и шипит после толчка от сирены. — То есть, это же хорошо, я думала у вас это взаимно? После вопроса подруги Инид ещё больше хмурится и опускает голову. Уэнсдей Аддамс была всем, что заполняло её голову ещё с самого первого дня, но Инид пыталась игнорировать навязчивые мысли в своей голове, правда получалось в последнее время, откровенно говоря, паршиво. Мысль о возможных отношениях между готом и художником резала её серебряным клинком по сердцу, и голубоглазая не знала, как от этого избавиться. — Уэнсдей нравится Ксавье. — не дожидаясь встречных вопросов, Инид отвечает. — Она ушла куда-то, как только Торп захотел показать ей нечто «важное». Я была глупа, если думала, что смогу быть рядом с ней, когда изначально была третьей лишней. Она даже попросила заблокировать его номер, а теперь он пишет ей каждую свободную минуту, когда я поздравляла её с Рождеством или Новым годом, моё сообщение в лучшем случае читалось. — такие яркие голубые глаза тухнут с каждой секундой всё больше и Йоко с Дивиной закусывают губу, не зная, что посоветовать. — Сначала она… Я думала стена, между нами, немного обрушилась, что я смогла стать ближе, но она продолжает отдаляться и я не могу ничего с этим сделать. В комнате повисает тишина. Можно было услышать, как шестерёнки крутятся в голове Йоко, она хотела помочь подруге, но, как на зло в голову ничего не лезет. Дивина смотрит проницательно, жалеет и придвигается, ближе гладя спину расстроенной Инид. — Может, моя мама права. — вдруг говорит Инид. — Может мне суждено быть с кем-то из стаи, кто-то, может быть, примет мою внешность? — Что? — сирена поражённо вздыхает. — Инид, ты красивая и эти шрамы ничего не решают. — не получая ответа Дивина ещё больше хмурится, — Инид… Ты… — Простите, я всё время прихожу к вам с проблемами и нагружаю, даже сейчас, у вас были свои планы, а я вломилась и… — слезы неконтролируемо стекают по щекам и Йоко решает, что пора остановиться. — Перестань. — твёрдо командует вампирша и Инид смотрит на неё, но слезы продолжают течь. Танака продолжает мягче. — Инид, мы твои подруги и ты должна знать, что можешь обратиться за советом или помощью в любое время. Не то, чтобы ты специально прерывала нас? — последнюю фразу девушка произносит с насмешкой. — Нет, конечно. — выдыхает блондинка. — Тогда никто из нас на тебя не держит зла. — спокойно заканчивает Йоко. — Я, честно говоря, не знаю, как оправдать поведение Аддамс, потому что думала, что между вами уже что-то есть, но… Если ты говоришь, что это не так, тогда абстрагируйся от неё так же, как и она от тебя. Какие бы ни были на то причины, перестань винить себя или думать, что с тобой что-то не так. — брюнетка берёт оборотня за руку. Хорошо. Инид настроена на то, чтобы всё было в порядке и если Уэнсдей Аддамс не хочет иметь с ней ничего кроме общей комнаты и обычной дружбы, тогда она забудет о своих не нужных чувствах к этой девушке и будет двигаться дальше. *** На следующий день Уэнсдей возвращается домой прямо перед началом комендантского часа, сторона Инид пустует. Вещь скучающе листает журнал на отвратительном розовом покрывале. — Где Инид? — спрашивает Уэнсдей, когда не слышит, чтобы кто-то был в их ванной. — Я думала у вас вечер маникюра. Вещь как-то обиженно отмахивается, но потом подбегает к ногам брюнетки. — Она ушла на свидание, которое для неё устроила мама. — будучи не очень уверенной, может ли манера жестикуляции влиять на интонацию, но придаток точно выглядит не очень довольным. Он тоже не одобрял идею Эстер, мамы Инид. — На свидании? Где? С кем? — сухо интересуется. Странный комок мешает задать больше вопросов. Уэнсдей чувствует, как желчь собирается у неё на кончике языка. Разве Инид не говорила, что ей не интересно это? Может её заставили? Прежде чем поток мыслей уносит медиума с головой, они с Вещью слышат щелчок двери и оборачиваются. В дверях стоит улыбчивая Инид, на её щеке смазанный блеск от чужих губ и маленькая роза в руке. Несмотря на это, Уэнсдей хочет верить, что не придумала то, как улыбка не касается глаз блондинки. — Привет? — её голос звучит напряженно. Она проходит мимо Аддамс прямо в ванную, где набирает воду в небольшую вазу, чтобы поставить несчастную розу в воду. — Где ты была? —несмотря на умение контролировать свои эмоции, Уэнсдей держится достаточно плохо, потому что голос звучит напряжённо и резко. Это практически заставляет обернуться. — У нас допрос? — хихикает блондинка, но снять напряжение не получается, становится только хуже. — Я была на свидании. — Свидании? — выплёвывает готка. — Ну да? Мама советовала найти кого-то, кого я знаю, так что Алекса согласилась пойти со мной на ужин. Это проблема? — голос звучит вызывающе и Уэнсдей приходит в себя. Она делает глубокий незаметный вздох и пытается взять ситуацию под контроль. — Я думала ты была против таких вещей? — Ну, — пожимает плечами. — Теперь я поменяла мнение, она была милой. — Инид отворачивается, чтобы надрезать стебель и окунуть его в холодную воду для продолжения жизни. Не успевает она опустить стебель, как Уэнсдей сгребает цветок и срывает бутон. — Какого чёрта ты делаешь?! — Цветок отвратительный. — кивает она и крошит лепестки прямо на пол, — В любом случае, тебе нравятся больше пионы. — говорит так, словно это обыденность, будто имеет право портить подарок этой девушки, будто может ревновать. Инид шокировано смотрит на неё, и волна негодования накрывает. — Какого черта, Аддамс? — рычит девушка. — Ты путаешь границы дозволенного! Может лучше пойдёшь к Ксавье, и вы займётесь чем-то важным? — голос пропитан яростью и Вещь быстро уходит из комнаты незаметно хлопая дверью. Инид варилась в этом с первого дня, потому что сначала Уэнсдей позволяет себя обнять или схватить за руку, чтобы потом даже не обращать внимания, проводить своё свободное время с Торпом, а теперь ещё и играет с ней в эти грёбанные качели. Она не может так поступать. — Ревнуешь? — скалится брюнетка и безэмоциональное лицо приобретает злой оттенок. — Ты не имеешь права играться со мной, Аддамс. — В игры играешь здесь только ты, Синклер. — она щурится и отступает на свою часть комнаты, но продолжает прожигать взглядом. — Почему ты говоришь так, будто сама не отдалилась от меня! — взрывается Инид. — Ты! Ты единственная, кто проводит всё своё свободное время с чёртовым Ксавьером, не я! Прости, что пыталась наладить наши отношения, но получив игнор решила, что тебе это не нужно! — Уэнсдей пытается что-то ответить, но Инид перебивает её. — Я не договорила! Я думала у нас что-то поменялось, думала мы стали ближе после битвы с Крэкстоуном, все мои мысли на каникулах были заняты тобой, я переживала всё ли в порядке! — Я не просила тебя… — Это то, что делают люди, которые ценят близких! — Инид зло фыркает, — Но я ошибалась, если думала, что ты что-то почувствуешь! Ты не можешь никого любить или дорожить кем-то, ведь это значило бы, что у тебя есть сердце! Я пыталась помочь, хотела быть ближе, но теперь вижу, что это невозможно. Она устало выдыхает. Напряжение, которое скопилось за всё время, наконец-то покинуло её. — О, — выдыхает зло Уэнсдей и делает шаг навстречу. — Так переживала за наши взаимоотношения, что не могла сдержаться и пошла на свидания с какой-то… девушкой, позволив к себе прикасаться?! — она впервые замечает за собой что-то такое, что граничит с разочарованием и ревностью. — Ты каждый вечер была с Ксавьером! — Мы не встречаемся! Инид отворачивается и отходит, но Уэнсдей продолжает делать шаги, пока её не отталкивают. — Поэтому при первой возможности ты уходила к нему, полностью наплевав на меня? — голос оборотня звучит глухо, и брюнетка догадывается, что они зашли слишком далеко. Инид уже давно беззвучно плачет. — Он помогал мне… С тем, чтобы найти кое-что. — И как? — ядовито, но уже без сил спрашивает Инид. — Нашла, что искала? Сердце разрывается от понимания, что она не имеет права злиться на Уэнсдей, не может претендовать на неё или указывать с кем ей быть или нет. Как и Уэнсдей не должна злиться на неё, когда Инид пытается идти дальше. — Инид, я не хочу идти дальше с этой ссорой. — Инид чувствует, как её руки в свои берёт Уэнсдей и смотрит прямо в глаза. — Я хотела узнать, будет ли это правильно, если мы будем вместе. Родители сказали, что у Аддамсов есть… некие разногласия с родом оборотней и мне пришлось рыться во всём, что было, но папа Ксавье владеет одной из больших библиотек, так что он скидывал ему пару сканов с некоторых книг, как бы это странная штуковина не работа. Это всё, чем мы занимались. Инид глупо смаргивает последние слёзы и чувствует, как Аддамс нежно проводит пальцами по её щекам. — Ты не встречаешься с Ксавье? Уэнсдей закатывает глаза. — Инид, у меня никогда не было в мыслях быть с кем-то кроме тебя. — честно признаёт медиум. Черные глаза исследуют лицо блондинки и Инид не может не таять от того, насколько нежна девушка по отношению к ней. — Мне жаль, что я расстроила тебя, мне казалось, будет лучше отдалиться, если окажется, что мы не можем быть вместе. — Почему тебя так волнует мнение моей стаи? — руки ложатся поверх её ладоней. — Тебя волнует, и я хотела соответствовать, как бы противно это ни было, стандартам, если для тебя это имело смысл. Не видя смысла больше сдерживаться, оборотень притягивает Уэнсдей ближе и с чувством целует, когда чувствует, что брюнетка отвечает ей со всей отдачей и углубляет поцелуй. Аддамс напирает на неё, когда Инид упирается ногами в свой стул и падает от потери равновесия, но Уэнсдей лишь продолжает целовать с большим напором, она выбивает весь воздух с лёгких и упирается руками в спинку стула. Брюнетка опускается ниже, исследует линию челюсти и скользит языком по шее, слышит, как Инид сдерживает рык. Это раззадоривает, и она седлает бёдра девушки, расстёгивая рубашку осторожно и прикусывает область возле ключицы. Инид в который раз тяжело вздыхает и отстраняет Уэнсдей за плечи. — Погоди… — Подожди. — просит Уэнсдей и снова хватается ладонями за лицо притягивая в ещё один поцелуй. Ощущения кружат голову и дразнят бабочек в животе. — Уэнс. — переводит дыхание. — Ещё нет. — Аддамс прикусывает губу, углубляет и до того страстный поцелуй. Они целуются ещё несколько минут, пока лёгкие не горят от нагрузки и нехватки воздуха. — Прости. Инид ухмыляется. — Не то, чтобы я была сильно против. — обычно Уэнсдей сочла бы необходимым съязвить, но она видит, что блеск в глазах любимой девушки вызван исключительно счастьем, и не может ничего с собой поделать, когда оставляет ещё несколько поцелуев на улыбающихся губах. — Прости, что заставила чувствовать себя покинутой или отверженной, в погоне за идеалом я совсем потеряла изначальную цель и сделала больно тебе. За это я искренне извиняюсь. — она всё ещё сидит на бёдрах Инид не испытывая ничего, кроме удобства и комфорта. Но в итоге почему-то пытается встать, чтобы вытереть мешающую деталь, хотя Инид другого мнения. Она дёргает девушку за бёдра, обратно усаживает на себя искренне наслаждается какое количество личного пространства Уэнсдей теперь эй открылось. — Куда ты? — взволнованно спрашивает. — Инид. — тяжёлый вздох. — Если я буду смотреть на отпечаток губ у тебя на щеке дольше, клянусь, я распотрошу эту несчастную девчонку. — Инид на это только хихикает неловко и перемещает руки на талию поглаживая её сквозь ткань рубашки. — Не потроши меня, пожалуйста. — Что? *** — Йоко? — тихо стучится в комнату подруги оборотень. Дверь быстро открывается, её затягивают внутрь так же быстро. — Что ты делаешь? Мне нужно идти, Алекса… Йоко гордо вскидывает подбородок. — Я отменила твоё свидание. — Что? Дивина выходит из ванной с отвратительно красной розой. — Что вы придумали? — Я поспорила с Дивиной, что Аддамс на самом деле в тебя влюблена, так что мы дали Алексе двадцатку, которую та приняла без вопросов и забрали её блеск для губ. — получая ещё более сконфуженный взгляд чем раньше, Танака проясняет. — Мы подделаем поцелуй на твоей щеке и дадим эту несчастную розу, если Аддамс не будет ревновать, я буду покупать вам обеды до конца семестра. — Инид откровенно смеётся над этим, но идея бесплатных обедов не так плоха. — Если я буду права, вы с Дивиной ведёте меня на концерт. *** Уэнсдей вздыхает. — У Йоко действительно есть мозги, я поражена. — потом вытирает отпечаток губ. — И кто отважился тебя поцеловать? — теперь голос звучал чуть грубее и Инид улыбается от не скрытого собственничества брюнетки, она наклоняется для ещё одного поцелуя, но мажет губами по щеке, когда Уэнсдей отворачивается в сторону. — Боже, какая ты милая. — Инид умилённо треплет её по щекам и почти не боится, что ей отрубят руки ночью. — Я поцеловала свою ладонь, и приложила её к щеке, мы все знали, что если ты и правда что-то ко мне чувствуешь, то нужно перестраховаться. Можно теперь меня поцеловать? Удивляясь своей нежности, Уэнсдей не скрывая закатывает глаза и примыкает к губам. — Если уже мы всё решили…— Инид слышит не свойственную неуверенность в голосе Уэнсдей и успокаивающе смотрит в черные глаза напротив. — Я знаю, что мы тяжело к этому пришли, но я бы хотела, чтобы ты официально стала моей девушкой. — такие непривычные слова на удивление легко срывались с её губ. — И, если ты согласишься, я пообещаю, что буду любить тебя так, как свойственно Аддамсам, что кстати ещё и предупреждение. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была самой счастливой, потому что ты этого заслуживаешь. На глаза блондинки наворачиваются слёзы. — Я сейчас пообещала сделать тебя самой счастливой, а ты заплакала? Инид прекрати рушить мою репутацию. — Прости, просто ты… Ты идиотка, Уэнсдей Аддамс. — хрипло хихикает оборотень. Уэнсдей хмурится. — Я надеюсь это да. — Конечно. Аддамс тяжело вздыхает и прежде, чем снова поцеловать Инид шепчет ей в губы: — Я куплю Йоко билеты на все концерты в этом году. — от благодарности в голосе своей девушки Инид мысленно пищит. *** Следующим днём Невермор был потрясён новостью об отношениях двух соседок. Несмотря на все ожидания от этих отношений, Инид думала, что они признают это публично, но всё будет приватно, как оказалось, Уэнсдей была другого мнения. Они сидели рядом за столиком, пока Инид болтала с Йоко и Дивиной о чём-то, Уэнсдей спокойно обнимала блондинку за талию, прислонившись к боку. — Я не думала, что ты такая липучка, Аддамс. — язвит Йоко, когда видит, что Инид переплетает их пальцы, пока брюнетка незаметно для остальных, кроме вампирши и сирены, целует костяшки её пальцев. — Не думала, что ты захочешь лишиться своих клыков так быстро, Танака. — несмотря на отвлечённость от объекта угроз, Йоко удивлённо натыкается на нож, который пролетает в сантиметре от макушки вампиршы и вонзается в дерево сзади них. Йоко удивлённо свистит и поднимает руки в капитуляции. — Принято.