Преемница Толкина

Глубокий сон, полный ярких видений, сменился мягкой полудрёмой, окутавшей тёплыми объятиями просыпающийся разум. Майтимо в наслаждении потянулся и нечаянно врезался левой рукой в подлокотник. От удивления он сразу же подскочил, усевшись на ложе, но от резкого движения Амрас, так удобно устроившийся подле него, скатился с дивана, вскрикнув от неожиданности. Нельяфинвэ, продолжая удивляться, последовал за ним и встал, озираясь по сторонам. Стены, двери, пол да мебель, — всё чуждо и незнакомо. Потолок довольно низкий, а окна большие, что никак не вязалось с деревенским домом в его представлении. — Где мы? — невольно вырвалось у него. Со стороны зеркала послышался зевок. Амрод, сонно щурясь, сидел полулёжа, ещё нежась под тёплым пледом. Амрас в это время приходил в себя на полу и пытался сообразить, как он там оказался. — Да у тех аданет мы, — наконец вымолвил Питьо, ложась обратно, а из-под пледа торчали его сапоги, которые он так и не снял перед сном. Нельо, наконец, вспомнил события прошедшей ночи и удовлетворённо кивнул. Но безмятежность пропала с его лица. Он повёл плечами, разминая затёкшие мышцы и удостоверяясь, что мелкие травмы уже затянулись, а яда как не бывало, но стоило ему повторить движение, как лопатку пронзило болью, кляксой расплывшейся по спине. Оказывается, обожгло ему не плечо, ведь не может ожог переместиться в совершенно другое место?

***

Алёна Лепестки, подхваченные порывом ветра, сорвались с дерева, закружились, переливаясь в неясном свете голубыми и молочными цветами. Они не парили, нет, они свободно летели, а после завертелись каждый в своём направлении. Когда всё более-менее успокоилось, над недвижимой гладью воды образовался узор из тех самых лепестков, нежно-розовый, с голубыми прожилками, и движущийся, однако не сходящий с траектории. Он представлял собой некие символы, чётко вырисовывающиеся… Резкий крик заставил меня дёрнуться, а удивительный сон, такой сладкий, как мне показалось, слетел мановением того самого ветерка. Я невольно поморщилась, злясь на того балбеса, который решился с утра пораньше навести шумиху. И какого из моих друзей оса ужалила… ? Я резко села. Подождите. Какой друг? У меня ведь никого, кроме Нины, из друзей не гостит. Кристина не в счёт. Причём вскрик, я уверенна, был мужским. Интересненько... Рядом заворочалась подруга, разбуженная, очевидно, той же причиной. Её первыми словами, кто бы мог сомневаться, была несколько нецензурная лексика, сводившаяся к тому, что она собственноручно съест того негодяя, что поднял её в такую рань. И я её вполне поддерживала, потому что с удовольствием поспала бы ещё, но, видать, не судьба, как говорится. — Алён, какого, прости ж меня, лешего? — с помятым видом вяло прохрипела она спросонья. — И тебе доброго утра, — и вот тут я всё вспомнила, всю эту сумбурную ночь, и, удивляясь самой себе, спокойно заметила. — Утро добрым не бывает. Нина застонала в голос, столь велика была её горечь от воспоминания «долгожданных» гостей, что так бесцеремонно ворвались в нашу жизнь. — Алёнка, давай их съедим? Что-то попало не в то горло, и я закашлялась, поперхнувшись не пойми чем. — Что, прости?! — Давай их съедим? — нет, я не ослышалась. — Я голодная, просто жуть. А ты недавно про каких-то там каннибалов говорила… Договорить она не успела, поскольку я, как обычно, не церемонясь, постучала её кулачком по лбу. Ну что за ребячество? Я очень надеюсь, её на этой теме не заклинит, как это иногда бывает. — Нина, какой каннибализм в XXI веке?! — всё-таки возмутилась, для приличия. — Если хочешь, можешь вызвать полицию, только, я думаю, это бесполезно. Ей ехать до нас если не полтора часа, то два, а потом ещё разъяснять чего-то… Да ну. Лучше договоримся, а там и проводим куда им надо. — Ну… — замялась она. — Или электрошокер у твоей кузины есть, потом за домом где-нибудь прикопаем. Мой истеричный смех послужил ей ответом. Мне правда сейчас меньше всего хотелось вставать и идти разбираться, но нет толку оттягивать время, всё равно рано или поздно придётся спуститься. Главное, чтоб Кристя не спустилась раньше нас, они-то наверняка со вчера ничего не помнит. — Алён, как там их звали? Арод, Арас и Мадос? — исковерковав имена, спросила у меня Нина. — Амрод, Амрас и Маэдрос, — поправила её. — Ну так вот, точно иномирцы. Один как раз безрукий, или бескистевый, а неважно, суть понятна. — Да с чего ты всё это взяла? Право, Нина, я тебе удивляюсь. Что с тобой происходит в последнее время? — Да всё порядок. Мне просто один друг кое-чего рассказывал… Не суть. Короче, я думаю, они реально из другого мира. В фанфиках такое описывается иногда. — Фанфики — это никак не связанные с реальностью художественные произведения, полёт фантазии, — раздражённо возразила ей. Я уже серьёзно начинала злиться, хотя, кажется, сама готова принять эту чепуху за чистую монету. — Если б писатели могли открывать проход между фэндомами, то я первым делом отправилась бы дорамы переживать. — В том-то вся и загвоздка. Как открыть фиг знает, — продолжала увещевать она. — Так, лучше закроем тему, пока ничего не выяснится. Может весь этот бред и гроша ломаного не стоит. А нам пора, — я решительно поднялась с кровати. — Окей, будь по-твоему. Только я одна туда не пойду. — Ну конечно, кто ж спорит.

***

Собравшись с духом, Алёна стала казаться спокойной, хотя внутри и была напряжена до предела. Она медленно, растягивая каждый шаг, спускалась по лестнице, и ступеньки скрипели под нею в воцарившейся тишине. За ней поодаль следовала Нинка, также казавшаяся спокойной и холодной, но только казавшаяся… Мужчины несколько заинтересованно взглянули на них. Амрод, правда, посчитав, что братья как-нибудь сами справятся, перевернулся на другой бок, всем своим видом показывая безразличие к происходящему. Амрас, нацепив маску возвышенного высокомерия, в мгновение ока оказался на диване, дабы не позориться перед незнакомками, располагаясь на полу. Маэдрос же, скрестив руки, уверенно шагнул вперёд, всем своим видом показывая готовность к ведению переговоров. Когда блондинка окончательно спустилась, их взгляды скрестились, но оба продолжали безмолвствовать. Девушка сдержанно кивнула им в знак приветствия и со спокойной (относительно, конечно) душой прошла дальше по коридору, попутно заглянув в боковую дверь, откуда послышался короткий плеск воды. Её подруга однако не последовала за ней; она осталась стоять на лесенке, боязливо и в то же время с любопытством поглядывая на эльфов. — Нин, чаю будешь? — раздался крик первой девушки, отчего та вздрогнула, неудачно оступившись, и упала на ступеньку. — А покрепче нет чего-нибудь? — вспомнив, что надо бы ответить, отозвалась она. — Нинка, блин, алкоголик! Даже не думай! Нина со скучающим видом зевнула, раздумывая над тем, насколько хватит её нервов и как бы ненароком не свалиться в обморок в самый неподходящий момент. Их показательный игнор начинал раздражать парней, но сами они пока не решались нарушить молчание, наблюдая за взаимодействием людей. Вскоре послышалось глухое рычание, несравнимое ни с чьим, заставившее гостей напрячься. На кухне, по их представлению, творилось что-то неладное, но, внимательно следя за реакцией девушки, сводившейся к нулю, они сочли, что опасаться нечего. Тем временем хозяйка, скорее всего она, этого дома вернулась в прихожую и, также сохраняя гробовое молчание, уселась на тумбочку, вперив пронзительный взгляд в стальные очи лидера мини-банды. Она не отводила глаз, смотрела прямо и холодно, и Маэдрос невольно почувствовал, не на его стороне правда. Пусть эта аданет и слаба телом, но дух её силён и полон необычного света, тогда как над её подругой сгущались сумеречные тени. — Так и будем молчать? — наконец вымолвила соперница. Голос её прозвучал резко, полный внутреннего достоинства. — Я думаю, и аданет со мной согласится, что это было бы глупо в нашем положении, — степенно ответил ей Маэдрос. — Не могу не согласиться. Так как ваши имена? Он озадаченно окинул её пристальным взглядом. — Если не изменяет мне память, то вчера мой брат представил вам нас. Имя моё Маэдрос Нельяфинвэ, и братья Амрас Телуфинвэ и Амрод Питьяфинвэ. — Это я помню, но я хочу знать ваши настоящие имена. Этими может называться любой, кто читал Сильмариллион. Это, конечно, оригинально, но, блин, ребят, они не в тренде. — Что значит любой?! — вспылил тот близнец, у которого волосы ничуть не отличались от цвета старшего брата. В мгновение ока он оказался возле Алёны, нависая над ней, от чего та отпрянула назад. — Если мы Амбаруссар, то никто не посмеет так зваться! Иначе ему придётся ответить за свои слова! — Тельво! — грозно воскликнул Маэдрос, переходя на синдарин. — Ты ведь принц, так веди себя соответственно! Мы в их доме, в конце концов. Парень попятился, а его прекрасные черты исказились в непонимании и подобии страха. Он схватился за голову и усиленно помассировал виски. — Право, не пойму я, что на меня нашло, — ответил он на том же языке, и добавил уже по-русски. — Прошу прощения, я не знаю, что на меня нашло. Честно, я не хотел причинить тебе вреда. — Но собирался, — побелевшими губами прошептала она. — Нет! Зачем? — Амрас отскочил подальше, и только тогда девушка спокойней вздохнула, закрыв глаза в попытке привести мысли и чувства в порядок. Ей пришлось постараться, дабы угомонить клокотавшее в груди сердце, но когда ею овладело полное спокойствие, на её лице появилось отчуждённое и несколько презрительное выражение. Скрестив руки на груди, она всем своим видом показывала некое превосходство, за которым скрывалась внимательная настороженность. — Что ж, продолжим. Так как вы перебрались через забор? — Какой? — с диванчика спросил Амрод, повернувшись к присутствующим, мол, я тоже в теме. Девушка скептически вскинула брови. — Ладно, положим. Тогда что вы забыли на нашем участке? — продолжала расспросы она. — Вся территория окружена забором, перебраться через который довольно проблематично. И вот вопрос, каким боком вы здесь забыли? Ну не с неба же свалились? — Знали бы мы сами, как тут очутились, — фыркнул он. — У вас с собой документы? Паспорт? Мужчины переглянулись. Их замешательство было искренним и неподдельным, почему-то хотелось поверить в истинность их имён, да и вообще всем словам. В стальных глазах старшего Алёна видела сильную, несгибаемую натуру, а в словах не чувствовала обмана. Она прекрасно понимала, что не ровня никому из них, и в случае борьбы её проигрыш обеспечен. Но бороться не было желания, разве что верить им… Однако в подобных случаях не стоит рассчитывать на сердце, и надо полагаться только на холодный ум. Но натура женская такова, что познаёт мир скорее чувствами, нежели разумом, а потому все эти мысли и ощущения, проносившиеся штормом в душе, посеяли в Алёне сомнения в пользу недавних доводов Нины, очевидно почувствовавшей то же, только раньше. Заметив, или скорее интуитивно почувствовав состояние подруги, Нина решила-таки прокомментировать ситуацию. — М-да, ситуация фиговая. — Лол, — пользуясь слэнгом, согласилась та. — Ладно, — тяжкий вздох вырвался из её груди. — Вы кто? И откуда? — Лорд Маэдрос, — кивок в сторону Высокого, — и Лорды Амбаруссар, — раздражённо ответил светлый рыжик, как охарактеризовала хозяйка Питьяфинвэ. — А что касается наших владений… Похоже, теперь их нету. Химринг пал… Девушка, однако, практически не обратила никакого внимания на последнюю часть фразы. — Маэдрос и Амбаруссар стало быть… Нолдор, что ли? — с усмешкой поинтересовалась она. — Старший и младшие сыновья… Как там его?.. А, вспомнила. Феанора, который по дури своей заявился в Средиземье ради каких-то побрякушек и быстренько пал фактически от рук Моргота. — Что, прости? Гнев волнами разошёлся от всех троих. Они вспыхнули, и их огненные локоны дополняли живое пламя. Ярость, вспыхнувшая в них как белый фосфор, заполнила комнату, вызвав у обеих жуткий ужас. Зрачки Нины расширились в панике, рот приоткрылся, а тело сковало оцепенение. Реакция же Алёны полностью противоречила. Брови её хмуро сошлись у переносицы, все мышцы напряглись, как у пантеры перед прыжком, а глаза лихорадочно блестели. Вдруг, без каких-либо предисловий, как гром среди ясного неба, заиграла тяжёлая музыка, и песня из Metallica оглушила всех присутствующих. Одновременно раздались два вскрика неожиданности, вырвавшиеся у женской части; Амрод как ужаленный подлетел под потолок, у Маэдроса закружилась голова, видать, последствия плохого самочувствия, и он чуть не рухнул на ровном месте, а Амрас всё же оказался вновь на полу, зажав уши руками от громких звуков. Лесенка заскрипела под торопливыми шагами, и в холл спустилась ещё одна представительница местного населения. На этом чудике, сомнительно, но принадлежавшем к женскому роду, были мутно-зелёная футболка, явно на размер или два больше нужного, и чёрные спортивные шорты по колено. На ногах виднелись небольшие синяки и ссадины, по которым можно было предполагать активный образ жизни, в котором девушка мало следила за своей целостностью. Спутавшиеся русые волосы скрывались под тканью, не позволяя судить об их длине. То ли одежда так влияла на её фигуру, то ли просто черты лица были такими, а создавалось ощущение, что перед тобой стоял ребенок, только вошедший в стадию взросления. Шатаясь, с сонными глазами, она налетела прямиком на сидящую на лесенке девушку, споткнулась о неё и чуть ли не кубарем скатилась вниз, при том неразборчиво ругаясь. — Дура, глаза разуй! — вскричала Нина. — Кристя! И что это вообще такое?! — её последние слова относились к музыке, всё так же заглушавшей почти все звуки. — Нина, блин, расселась ни пройти, ни проехать! — в свою очередь ругнулась девчонка. Её звонкий, с нотками баса, голос в какой-то момент зазвучал громче музыки. — Будильник это! Будильник!!! Раскачиваясь как бравый моряк на палубе, она вышла на середину холла, огляделась в поисках чего-то, но, не обнаружив это самое «чего-то», пошла к шкафу. На пути ей неудачно попался несколько дезориентатированный Нельо, в которого она благополучно врезалась. От удара её подобно пушинке отбросило назад. Уже с пола она недовольно возмутилась. — Какой придурок сюда стену поставил?! — но долго заморачиваться над этим вопросом ей было лень. Поднявшись, девчонка, наконец, дошла до шкафа. Порывшись в нём, она разочарованно достала колонку, орущую на всю избу металлику. Поиск возобновился. — Ну блин! Ну где он, леший вас?! Сейчас, злая на весь мир, Кристя очень походила на помянутого ею лешего. Неожиданно музыка сменилась. Нет, она не стала тише или спокойнее, но ритм и мелодия сменились. Алёна, сама не зная зачем, открыла ящик тумбочки, на которой всё время располагалась, и достала оттуда телефон. Кристина, увидав свою вещицу, в мгновение ока оказалась возле неё, выхватив средство связи и приняв звонок. — Алло, Кристина? — раздался транслируемый в усиленном виде приятный мелодичный голос. — Доброе утро. Ты уже встала? — Алло, Соня, — мрачно ответила та. — Вот скажи мне, ты на кой в такую рань звонишь?! — Ну ты колонку обещала проверить! Выдержит она? — Да выдержит, прям в самый раз. — Кристя! — негодующе воскликнула кузина, намекая, мол, звонок в их присутствии и в это время как-то неуместен. Кристина вроде бы намёк поняла, но трубку не вешала. — О, в самом деле? Тогда я сейчас к тебе приеду! — радостно сообщила Соня. — Что?! — вырвалось сразу у троих девушек и почти одновременно. — Соня, твою ж налево! Какой нагряну?! Я только с кровати встала! И вообще! — распалялась Кристина. — Нам не к спеху! Ты… Ты сдурела мне ТАК рано звонить? — Ну, я думала ты жаворонок, — смущённо попытались ей возразить. — Сама ты жаворонок недостреленный! — Да не кипятись ты. — Ладно, — враз остыла девчонка. — Но всё равно, давай дела позже обсудим. — А почему? Кристина посмотрела на хмурое лицо Алёнушки, на немые угрозы Нины… — По кочерыжки, позже всё. И да, давай я тебе ночью перезвоню, часиков эдак в 11. А то, видишь ли, у меня два вурдалака дома, и оба злющие и голодные. — А, ой, понял, принял. Созвонимся позже, пока. — Пока. Что следует делать, если кузина на пару с подругой готовы с тебя три шкуры снять? Правильно, драпать поскорей! Кристя тоже попробовала удрать наверх, но дорогу ей преградила Нина. — Это кто здесь вурдалак? — Мадмуазель, вы, конечно же. А теперь извольте пропустить наверх. Предчувствуя драку, которая грозится разгореться в любой момент, блондинка решила тоже внести свою лепту, чтобы либо замять конфликт, либо перекрыть его другим. — Нина, спокойствие, только спокойствие, — поучительно посоветовала она, а после обратилась уже к сестре. — Кристя! Иди ты в баню! — Да без проблем, — она развернулась на каблуках, которых у неё и в помине не было, и рванула к двери, подёргала ручку, пожала плечами… — Не-а, не судьба мне в баню идти, пойду на кухню! — …и убежала по коридору. Блуждающий взгляд уставшей несмотря на ранее время аданет случайно наткнулся на Майтимо. В нём промелькнуло нечто знакомое, сочувствующее, на что девушка лишь невесело усмехнулась. Да… Непроста доля старших. — Алён, ты только не смейся, но серьёзно, что такое нолдор? — резонно спросила Нинка, заработав от младших эльфов несколько изумлённых возгласов. — Э… Проще говоря, эльфы такие, с некоторыми особенностями в хобби и во внешности. — То есть вы не люди? — Да, — просто ответил ей Амрод. — Ну, в таком случае предложение их съесть всё ещё в силе. Все четверо шокировано уставились на невинную (вместе с тем сумасшедшую) улыбку Нины, получившуюся чересчур милой. Очень некстати в коридоре возникла Кристина. — Так что или кто у нас на ужин? Мясо будет, да? — Кристина, сгинь с глаз моих! — прошипела блондинка, в порыве волнения подскочившая с тумбочки. — Ладно-ладно, так что есть-то будем? — Тебя, — не выдержала Нина. — Меня? — брови девушки уползли к волосам. — Ну не, я костлявая. — Заткнулись обе! И ты иди, иди отсюда, — с этими словами Алёнка вытолкала сестру из холла, посылая на все четыре стороны, если они будут достаточно далеки от неё. Вздохнувши, девушка облегчённо предложила продолжить прерванную беседу, но им опять помешали, и опять потрёпанная девчонка. Сначала весь дом огласил крик «Эй! Какого фига!!!», а затем и «чудище», как её охарактеризовала хозяйка, появилась с растерянным и взволнованным видом в холле. Из её сбивчивого обрывистого рассказа было понятно только, что когда она зашла в кухню, над столом разверзлось пламя, а потом на том месте оказался человек со страшной раной на голове, из которой вовсю хлестала кровь. Маэдрос хотел пойти посмотреть, да остался, рассудив, что для начала лучше решить свои проблемы, а потом уж интересоваться чужими. — Да за что мне это?! За что? — обречённо спросила хозяюшка, возводя очи к небу, но небо и потолок молчали. — Так, ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Кристина, иди обработай ему рану. Живо! — Чего?!!! Не, спасибо, не хочу! — Кристь, ну давай без цирка, а займись делом! — Не-а, возиться мне ещё с утра пораньше… Да там такое кровотечение! Б-р. — Вот именно!!! Займись этим! — Да заставь, — стояла она по-прежнему на своём. — Да нам от трупа будет сложнее избавляться! — постаралась привести разумный аргумент Нина. — Не-а. Алёна переглянулась с Ниной. Всё-таки придётся торговаться. — Ладно, Кристина, чего ты хочешь? Только сделай это, быстро! Та скептически глянула на них, подняв одну бровь и победно ухмыляясь. — С вас газировка… И мороженое. Два. — Ладно, — смиренно согласилась Нина. — М-м… — промурлыкала Кристина, хитро прищурившись. — Тогда ещё торт… — Кристина, мать твою, хорош торговаться! Займись делом! — взорвалась Нинка. — Ла-а-адно, иду. И девушка спокойно, однако торопливо отправилась выполнять поручение. Удобно иногда быть младше и иметь некоторые навыки, вот так можно и себе какие-нибудь плюшки раздобыть. — Итак, насчёт вас, — обратилась она уже к парням. — Допустим, вы не врёте о себе, и тогда у меня возникает следующий вопрос. А как вы здесь вообще оказались? — Да не знаем мы, — инициативу снова взял Амрод. — И здесь — это где? — Здесь, в нашем мире, где, по идее, вас вообще не существует и существовать не должно. Вы ведь поняли, что не в Арде, и даже не в Средиземье? — Охотно. Вы в нашем мире на планете Земля (хотя сомневаюсь, что вам это что-то даст), в стране Россия, в Подмосковной области, у нас в деревне со стороны северо-востока. — К какому племени вы относитесь? — спросил Нельяфинве, прикрыв веки. — Племени? Ну… Мы принадлежим к русскому народу, а племени… В общем, потомки славянских племен. Вообще в нашей стране живёт много племён и национальностей, но в основном русские. — А что здесь за земли? — справедливо поинтересовался Питьяфинвэ. — Э… Евразия, если говорить о расположении страны. Тут нет Эстолада, истерлингов и потомков трёх домов людей, с которыми впервые столкнулся Финрод Фелагунд. — Вы о нас так наслышаны? Откуда? — Ну… Не то чтобы так много, но достаточно и в общих чертах. Видишь ли, Амрод Амбарусса Питьяфинвэ (кажется, это твои имена), в нашем мире есть о вас сборник легенд. Его написал профессор Толкин в прошлом веке, и в нём в общих чертах повествуется об истории вашего мира. — Я сомневаюсь, что вам так уж много оттуда известно, хоть с именами ты угадала. — Не угадала, а вспомнила, — поправила его Алёна. — Ещё я помню все имена Маэдроса. — Да ну? — Ну да. — Так скажи, если ты всё же не выдумываешь. — Маэдрос Нельяфинвэ (коротко Нельо) Майтимо Руссандол, и прозвище… Высокий. Нолдор были порядком удивлены, что и отобразилось на их лицах. Девушка всё время следила за их реакциями, как учила её одна очень хорошая знакомая, и чем дольше продолжались её наблюдения, тем больше она удостоверялась в их правдивости. — И… Откуда? — с трудом выдавил Майтимо. — Говорю же, один человек, профессор, написал про вас книгу с мифами, историями… — Что ты хочешь этим сказать? — Хочу сказать, что для нас вы, как бы, не существуете. Просто миф или легенда. — Но… Мы ведь существуем! Здесь и сейчас, мы не можем одновременно существовать и быть выдумкой, — Питьо непонимающе взглянул на братьев, как бы ища поддержки к своим словам. — Да я сама вижу, что не можете. Иначе бы вас тут не было. Но в таком случае, могу предположить… Вас сюда Моргот закинул, или ещё кто постарался? — Вы знаете о Враге? — Примерно. А также о том, что он украл сильмарилли и уничтожил Древа. Но тем не менее, это он вас сюда? — В который раз ты задаёшь нам этот вопрос. — Извините, — покаянно опустила голову девушка. — Просто такая ситуация неординарная, и вот… Наверное, волнение так сказалось. — Ничего… Но нет, мы не знаем, как сюда попали, — вздохнул младший Амбарусса. — И уж тем более то, как нам отсюда выбираться. — Судя по вашему виду, вас занесло сюда с какой-то схватки. Но почему у вас нет оружия? — У вас тут очень недружелюбные кусты и животные, особенно ежи. Они всё оружие растащили. — Белобрысик что ли? Так вы в ежевичные кусты угодили? — Не знаю. Во всяком случае они усердно старались нас раздеть. От его шутки, а может от той интонации, с которой он говорил, на душе как-то стало теплее и приветливее. Обстановка уже не казалась напряжённой, скорей уж непринуждённой…

***

Кристина Эх, что же делать?! Ну что за рана, просто кошмар! Я ведь не настоящий врач-травматолог, так, нечто вроде самоучки. Хотя травматологи тоже по голове не специализируются… Но кто бы меня спрашивал?! Я аккуратно стащила какую-то разбитую железную коробку, очевидно, некогда бывшую шлемом. Нехилой массы, кстати говоря! Мужчина выглядел плохо, кровь хлестала, как из-под крана. Даже не знаю, с чего начать. Хорошо ещё, что по дороге я захватила тазик с тёплой водой и тряпку, иначе пришлось бы туго. Лицо почти полностью залила кровь, скрыв черты и мешая человеку толком дышать. Из-за этого придётся для начала хотя бы стереть часть, а то не лицо, а кровавое месиво, где видны лишь очертания. Итак, рану я протёрла, с кровью работать мне не впервые. Теперь рана проглядывается намного лучше, но надо обработать, и начну с перекиси. Я не смачивала ею ни тряпку, ни салфетки, а просто осторожно лила на рану. Жидкость попадала в нужные места, шипела, покрывая рану белой пенкой, верный признак химической реакции. Парень застонал, очевидно почувствовав, как шипит лекарство. Но алый поток не останавливался. Ничего, справимся. Повезло, однако, что мама — хирург, и так любила меня брать к себе на работу. Но сейчас не об этом. Нужно осмотреть повреждение. Рана — как громадная царапина, простирающаяся от корней волос в правой части по лбу к переносице, где и кончалась. Правда, чуть позже обнаружился красноватый след, как от царапины, шедшей по скуле и носу. Впрочем, это неважно. Теперь следует промазать зелёнкой края… Минуточку! Я осмотрела рану, она была в ширину миллиметров 5 или чуть больше, и не поверила своим глазам. Шлем разломан просто страшным ударом, от которого голова должна была быть если не разрублена, то явно до мозга пробита. А тут и череп даже не задет! А, ладно. Позже разберёмся. Сейчас с зелёнкой и т.д. Возиться пришлось не менее 10 минут, может больше, прежде чем удалось полностью и основательно остановить кровь, которой после обработки стало меньше. Пошла сменила воду и второй раз обтёрла лицо. Надо сказать, очень красивое личико, утончённое… И грива длинная и густая, чёрный шёлк просто, вот только перепачканная. Из-под прядей выглядывали кончики ушей, немало меня удивившие своей формой. Острые, они не казались подделкой, из-за чего я даже их потрогала и к своему же изумлению удостоверилась в их неподдельности. Нет, эльфов ведь не существует…? Решила на всякий случай осмотреть всё остальное. Одежду, конечно же, снять сейчас было невозможно да и приняли бы меня за извращенку, а такого счастья мне не надобно. Впрочем, каких-то глобальных и серьёзных повреждений, по крайней мере наружных, не обнаружила, а всю мелочь, до которой смогла дотянуться, я обработала. Вот только изрядно смутили мой травматический опыт полосообразные ожоги. Никогда таких прежде не видывала, да и где их можно получить? Очнулась от своего дела тогда, когда на кухню зашли люди, а в следующее мгновение меня чуть не сбили с ног. Вот заразы невоспитанные!

***

— Какого фига?! — только и смогла сказать возмущённая девушка после того, как её чуть ли не откинули назад. Маэдрос, оказавшись на пороге кухни, вскрикнул и бросился к столу с распростёртым телом. Он мигом растерял своё хладнокровие и возвышенность, склонился над другом, трепетно оглядывая парня, кончиками пальцев пробегая по лицу и ране. Стоило Кристине увидеть это, так она сразу же возникла возле него, отчитав за неосторожные, на её взгляд, движения. Он рассеяно выслушал её, покивал, но трогать перестал, убедившись, что друг дышит и его жизни пока не угрожает опасность. — Бабушки мои… — вздохнула Алёна, окидывая взглядом стол, запачканный багровыми пятнами. Благо, она не застелила его скатертью… — Э-эй, а это кто? — до Кристины наконец дошло, что присутствие ещё троих парней в доме как-то странно. — Ты что, только сейчас их заметила? — Нина удивлённо вскинула брови. — Да, так кто это?! — Знакомься, близнецы Амбаруссар и Маэдрос, — торжественным тоном представила гостей хозяйка. — Кто-кто?!!! — Амрас, Амрод и Маэдрос. — Да ты гонишь! Не может быть! — Ага, я тоже так думала… — Ну ладно. — Ты лекарь? — включился в беседу Нельяфинвэ. — Ну… Не совсем. Самоучка, считай. — Маэдрос, а это кто? — спросила Алёна, указывая на лежащего в забытьи эльфа, но прежде чем он успел ей ответить, Кристя подняла с пола голубую, но столь же грязную ткань, на которую ранее не обратила никакого внимания. Высокий взял её и указал на символ, что просматривался несмотря на пятна крови. — Фингон, мой друг и брат… Блондинка присвистнула. Вот так гости… — Лекарь, не могла бы ты осмотреть моего младшего брата, Амбарусса? — Который из…? Майтимо подтолкнул Телуфинвэ, а на его возмущения, что, мол, у него обыкновенная царапина, жёстко оборвал его, приказав показать спину. Кристя знай своё дело, быстренько заставила нолдо задрать тунику так, чтобы вся спина оголилась. «Царапина» и вправду была отвратительна. На спине вырисовалась рваная рана со следами когтей. Казалось, зверь не только «погладил» по коже, но и попытался выдрать мясо, но не смог по той или иной причине. Ободранная поверхность, где, наверное, недавно было то же месиво, что и у Фингона, уже покрылась корочкой, но заживёт не скоро. Кристя деловито осмотрела и этот кошмар, пощупала, потрогала, с мрачным видом вздохнула… — Что, всё-таки очень плохо? — всерьёз занервничал «подопытный». — Что скажешь? — обеспокоилась и Алёнка. А девчонка опять тяжко вздохнула, да ещё с убийственно унылым видом. — Ну что сказать? Тут рваные края, тут корка добротная… А выводы неутешительные, — все затаили дыхание, — жить будет. Куда ж он денется? Все мы вынуждены мучаться на этом свете. Амрас чем-то подавился от таких «неутешительных» новостей и рассмеялся на пару с близнецом, попутно возвращая одежду в нормальное состояние. Подруга Алёны со снисхождением покрутила у виска, а сама хозяюшка, похлопов кузину по плечу, сказала: — Ну, Кристя… Неутешительные, да? — Конечно! Кому понравится, если тебя с утра пораньше работать заставляют?! Ну вас… в канаву! — и она уселась на диванчик за стол. Все стали рассаживаться кто где, кроме Нины, предложившей выпить чая и сейчас этим занимавшейся. Блондинка, уже погрузившись в свою задумчивость, на всякий случай пояснила эльфам местную иерархию общества, и что на «вы» обращаться никто из них не будет. — Нииин, ты это, погоди. Давай сначала стол-то протрём. — Э… Ага, сейчас. И пока Кристина зачитывала кузине гневную тираду насчёт кошмарности раны головы, стол по-быстрому приводился в порядок. Вскоре перед людьми (и нелюдями) были расставлены чашки с дымящимся напитком, Фингон ведь не на всём столе развалился. Достали из шкафчика печенье, в вазу положила мытые яблоки… Мирная картина, но стоит заметить, что хоть нолдор внешне и доверяли обитателям данного желища, однако в душе постоянно были настороже.