коты любят злодеев

meow

— Чон Чонгук? Что вы делаете в моем доме? — Вы же сами попросили предупредить заранее, — спокойно, насколько это вообще возможно, говорит парень. — Стучаться не учили? — Я стучался.       Они смотрят друг другу в глаза с вызовом. — Ким Тэхён, не могли бы вы убрать холодное оружие от моей шеи? И волосы отпустить, пожалуйста. Не то чтобы мне не нравилось столь близкое общение, но всё-таки…       Тэхён опускает кинжал и медленно отпускает волосы парня, а потом зачем-то неловко приглаживает их. Колдун со странным выражением лица вновь падает на старую кровать, громко выдыхает. Испугался он, конечно, ни на шутку. — Чон Чонгук, пожалуйста, никогда так не делайте с людьми в целом, а с колдунами особенно. Здесь на входе могло быть заклинание защитное… Думаю, не особо приятно было бы оказаться подожженным. — Пак Сую просто с самого начала разрешил, прости, что-то я не подумал о том, что ты можешь быть против, — опять соскакивает на неформальное общение Чонгук. — Ладно… Когда решили собраться? — В восемь вечера, — Чонгук рассматривает книги, которые раньше не видел. — Вечер в нашем поместье с наиболее значимыми лицами селения. — А с обычным населением? — Они узнают всё от слуг, не переживай, у нас тут все друг о друге всё знают. — Замечательно…       Тэхён с Чонгуком обмениваются ещё парой ядовитых фраз, после чего Чон уходит. Тэхён поражается такой беспардонности человека, который, как казалось, горд, высокомерен и честолюбив.       Он медленно собирается как физически, так и морально, потому что идти сонной размазней не хочется. Пусть это и всего лишь село, маленькая ячейка, ничего не значащая по сравнению с тем, к чему он стремится в будущем, это всё же его зона ответственности, а потому нужно быть человеком, который внимателен даже к такому масштабу. Это его разгон, нельзя опозориться.       На улице его встречает Чонгук, и, как бы Тэхёну он не нравился, он всё же оказывается не самым плохим сопровождающим.        Пара сухих фраз, несколько оценивающих взглядов — это тот максимум, которого они достигли за эти несколько дней. Чонгук по-хозяйски открывает дверь и пропускает Тэхёна внутрь, где его уже ждут.       Глава — рано постаревший мужчина, худой и мускулистый, во время каждого его движения видны перекаты мышц, показывающих следы активной физической работы, стоит посреди залы, с бокалом вина, вокруг же, за столами, на широких и удобных подоконниках, а также в целом группками, находятся люди, мнение которых сформирует о нём общественное отношение. Тэхён не в первый раз оказывается на таких встречах, а потому абсолютно спокоен. Впервые он оказывается благодарен старшему брату, таскавшему его с собой на все вечера во время их отдыха в столице.       Тэхён подходит к нему и дружелюбно улыбается. — Вот, представляем нашему скромному обществу нового колдуна, прибывшего из Академии. Юное ученое дарование, которое будет совмещать у нас работу с исследовательской деятельностью! Надеюсь, здесь вам понравится! — Ким Тэхён, не могли бы вы рассказать о себе? — произносит полный мужчина в уже порядком изношенном костюме, рядом с которым сидят две дочки, не сводящие с него глаз. — Что ж, я девятый сын в многодетной семье, однако родители обеспечили меня жильём около Академии, так что во время учёбы я не испытывал никакой нужды, также во время учёбы уже работал в делопроизводстве Академии, подразделение востока, так что про эти ячейки мне известно… — Тэхён едва сдерживает смех, когда наблюдает, как-то загораются, то затухают глаза у некоторых уже пожилых женщин. Они анализируют, может ли этот молодой человек быть подходящей партией для их дочерей. — Ким Тэхён, присядьте к нам, — молоденькая девочка в небесно-голубом платье, похожая на кошечку, хлопает по свободному месту. — Мы хотим поиграть в лото… — Ну нет уж, — парня подхватывают под руку. — Лучше расскажите нам про Академию, у нас только два человека получали высшее образование — это Чонгук и Хосок. А нас не выпускают из глуши! — Что хотите узнать?       Кима окружает молодежь, но он-то знает, что те персоны, которые сидят за столом и играют в карты и лото, на самом деле не хуже остальных вслушиваются в его речь. Он вздыхает, потому что прямо сейчас начнётся безудержное и безостановочное интервью. — А как у вас?.. Тоже факультеты есть? — Есть специализация после окончания основного курса… — А какие бывают? Чонгук вот учился в экономическом… Но он не из Академии, поэтому интересно, просто жуть! — Ну, у нас очень много их, у всех специфика своя: алхимия, целительство, чернокнижие, трансформация… — А вы кто? Научный какой-нибудь колдун? — Да, я больше теоретик, нежели практик. Моя задача расшифровывать древние книги и найти применение или обезвредить проклятия в них. — То есть вы работаете с тёмными книгами? — раздаётся голос из-за стола. Тэхён оглядывается и сталкивается взглядом с женщиной, прикрывающей нижнюю часть лица веером. — Эм… Да, я чернокнижник. — Ох! Даже не знаю, прошлый был способен трансформироваться, мы с этим кое-как смирились, но чернокнижник… Я поняла расстановку акцентов в вашей речи, но всё же, я думаю, подрастающее поколение не будет находиться в безопасности… — Уважаемая, — Тэхён саркастически улыбается, наблюдая, как от него, как по щелчку, отлетает молодежь в стороны. — Моя обязанность — расшифровывать древние книги на случай, если кто-то из молодежи полезет в непонятные и зачарованные подземелья, замки, поместья или прочую лабуду. Я думаю, найти собственного ребенка спустя десятилетия поисков где-нибудь в лесу, ещё и обращённого в камень, будет не очень хорошей перспективой. Пока вы отправите запрос, пока прибудет и соберется консилиум, пока назначат ответственных за обратное превращение, пока найдется подходящая книга, которая будет переведена… Для того, чтобы сократить этот довольно тягомотный процесс, Академия идёт по превентивному пути — в нашем случае лекарство будет готово заранее, до начала болезни…       Чонгук прерывает словесную баталию хлопком в ладоши и просит пришедших потанцевать, ведь это всё-таки праздник, а не судебная тяжба.       Виновник торжества приглашает несколько миленьких и спокойных девушек, с достоинством кружась по зале и перекидываясь шаблонными приятными репликами. Он не может сказать, что эта ситуация с тявканьем подпортила его настроение — он ожидал, что встреча пройдёт со скрипом, а в итоге даже дал достойный отпор. Но всё же вечер, устроенный в его честь, прошёл в итоге не так плохо — Тэхён выиграл несколько десятков золотых, играя в карты. Учитывая, что с финансами в ближайшем будущем виднеются проблемы, максимально благополучный исход.       После этого пышного приветствия наступает серая бедная обыденность.       Днём колдун сидит дома безвылазно, разбираясь с переводом, по ночам ползает по лесу, с усердием развешивая амулеты и отмечая на карте вместе с особенностями окружающей среды. С питанием наклевываются первые проблемы: покупать дорого, растить самому — долго. Приходится недоедать, отъедаясь изредка в поместье главы, практически напрашиваясь на ужин (а точнее, специально приходя к его началу, чтобы его из вежливости пригласили за стол). Помимо этого раз в неделю колдун заходит на званые вечера к Чонам, терпеливо отвечает на все глупые и не очень вопросы о своей специальности. Внезапно, единственным островком здравого смысла оказывается Чонгук, который с ним вообще больше не говорит.       День тянется за днём, он терпеливо ждёт, пока к нему самому придут люди с просьбами, но прекрасно понимает, что им тоже необходимо время для того, чтобы: 1. привыкнуть к нему; 2. переварить информацию о его специальности; 3. найти проблемы себе на голову, решение которых пересекалось бы с необходимостью обратиться к нему.       Тэхён — человек молодой, однако принадлежащий к виду «человек исполнительный», поэтому он не испытывает никаких неудобств и трудностей в безостановочной работе. Наоборот, отсутствие непосредственного начальства запаляет его, и Тэхён всё больше перевыполняет свой изначальный план. Время медленно, но продуктивно течет, ровно до одного момента.       Тэхён сидит с главой и спокойно попивает чай, рассказывая про своего старшего брата, работающего в Академии, а за столом Чонгук со старшим братом Хосоком возятся в отчётах. Резко отворившаяся дверь заставляет всех невольно дернуться и взглянуть на нарушителя спокойствия. — Пропала! — восклицает женщина и падает на колени. — Пропала!       Чонгук молниеносно оказывается рядом и усаживает женщину рядом с Тэхёном, в то время как Тэхён впихивает ей в руки стакан с водой. Он её знает, периодически перекидывался с ней вежливой парочкой фраз на вечерах и подслушивал сплетни: это столичная дворянка, которая после замужества и переезда в глушь от безысходности стала наседкой, единственным смыслом жизни которой стали дети. — Дочка пропала! — Может, она просто где-нибудь у подруг? — спрашивает Хосок. — Её не было утром! — женщина бросается в ноги к главе. — Я отправила всех служанок, мы обошли все места, где она могла бы быть! Спасите! Я боюсь представить, что с моей Ин, она же совсем юна и глупа!       Хосок, будучи ответственным за правопорядок в селении, исчезает, подхватывая под руку одну из служанок, очевидно, начиная организацию поисков, а Тэхён начинает грызть ногти. С одной стороны, не его просили о помощи, с другой, должностные инструкции обязывают в помощи всем обратившимся за ней. Чисто технически, он является одним из тех, кто слышал о проблеме, да и в отчетах мелькнет хоть какое-то подобие работы с населением. — Может, я помогу? — неловко и тихонько спрашивает он. — Если можете, что угодно дам! — она срывается на истерический крик. — Ах, моя бедная девочка! — Тогда протяните руку.       Тэхён хладнокровно и спокойно кидает кружку на пол и поднимает большой острый осколок. Он просит женщину закрыть глаза, закатывает ей рукав и довольно профессионально вонзает этот осколок в предплечье. Дворянка вскрикивает и рефлекторно пытается одернуть руку, но Тэхён цепкой хваткой удерживает её и, вылив чай из второй кружки на пол, наблюдает, как алая кровь потихоньку капает в неё. — Не умрешь, не переживай, — тихо, но твёрдо шепчет он. — Вы её близкая кровная родственница, в ней ваша половина, я её найду минут за пять-десять, а вы пока что идите в больницу, вам там всё остановят.       Парень ждёт, пока накапает нужное количество крови, а потом отправляет женщину в сопровождении главы за медицинской помощью. А сам берёт Чонгука за руку и быстро объясняет, что нужно следить за тем, чтобы колдун сам себе не причинил вреда во время поиска. Чонгук, не до конца понимающий, но стыдящийся спросить, соглашается.       Тэхён залпом выпивает кровь из кружки, после чего его глаза загораются жёлтым ярчайшим цветом, а тело выкручивается, парень запрокидывает голову назад и хрипит, всё это происходит так быстро, что даже подготовленный к различным ситуациям во время учебы Чонгук на мгновение теряется, но потом подхватывает его за шею, при этом вплотную прижимаясь к нему, чтобы по максимуму контролировать тело колдуна. Чонгук слегка краснеет, на мгновение от неловкости отворачивается, но потом понимает, что колдун сейчас не в состоянии контролировать тело, поэтому вновь устремляет на него свой взгляд, бесясь слегка тому, что «не причинить себе вреда» в их понимании вещь немного различная.       Тэхён еле слышно шипит, его взгляд судорожно бегает из стороны в сторону, а белки глаз постепенно начинают краснеть из-за лопающихся от напряжения капилляров. Для Чонгука это время тянется бесконечно, в то время как для Тэхёна бежит практически со скоростью света. Ему нужно найти девочку до прихода женщины, потому что вид его скорчившегося тела навряд ли покажется приятным и утешающим, да и спасовать не хочется, он ведь заверил, что быстро найдёт. Он из последних сил терпит острую боль — в голове будто фейерверки взрываются, и завораживающего и веселого в этом мало, если честно.       Внезапно его взгляд перестаёт бегать и цепляется за что-то, а потом тело потихонечку начинает обмякать в крепких руках Чонгука. Колдун, расслабившийся лишь на несколько секунд, подрывается с места и еле успевает добежать до туалета, где выблёвывает чужую кровь обратно, к сожалению, вместе с обедом, а потом, смотря прямо в глаза обеспокоенному Чонгуку, шепчет: — Нашёл.

meow

      Тэхён спокойно усаживается обратно на кресло, просит позвать либо Хосока, либо кого-нибудь, кто может непосредственно с ним связаться. Молодой паренек в форме появляется через несколько мгновений, колдун диктует ему адрес и настоятельно просит произвести осмотр этого дома, так как именно там находится то, что им нужно.       Чонгук спрашивает, нужно ли Киму лекарство для глаз, но тот отказывается, кратенько обрисовывая ситуацию и объясняя, что это последствия магического всплеска и никакие капельки ему сейчас не то что не помогут — навредят. А после минутного беспокойства начинается типичное ворчание со стороны Чона и язвительные просьбы в следующий раз хоть немного подробнее обрисовывать то состояние, в котором он окажется, потому что это потенциально опасно для них обоих.       Через несколько минут возвращается бледная мать и глава. Чонгук замолкает, вновь устремляясь к своему рабочему столу. — Ну вы, Ким Тэхён, и виртуоз! Наши санитары сказали, что такого аккуратного разреза они в жизни не видели. — Стараюсь, — ехидно хмыкает парень, заглядывая в глаза страдающей женщине.       Он тяжко вздыхает, а потом начинает: — Я её нашел, передал адрес Хосоку… — Ах!.. Похитили!..       На мгновение дом погружается в тишину. — Скорее всего, сама ушла, потому что… та сцена, в которой я застал её и её возлюбленного, была не похожа на случай типичного похищения.       Женщина вскрикивает, а после хватается за сердце. Сначала Тэхён хотел быть максимально корректным и тихонько объяснить ей ситуацию наедине, но лучше всё равно бы не стало — девушку с любовником всё равно в ближайшее время найдёт Хосок с подчинёнными, в их моральных ценностях и умении молчать он не особо сомневается, но вот ситуацию всё равно придётся решать. Он и так постарался сказать всё прямо, но в то же время как-то… обтекаемо. — Какой позор!.. Что же будет с младшенькими! Их же никто из верхов теперь не возьмёт! — воет женщина, уже забывшая о своём переживании за потерянную дочь.       Истинная натура раскрывается именно в таких ситуациях. Тэхён, начитанный, но на практике не привыкший к такому. Ему всё ещё странно слышать от матери, которая несколько минут назад убивалась по потерянной дочери, теперь выслушивать мольбы о том, что лучше бы она заблудилась в лесу и её сожрали волки, нежели чем теперь всю оставшуюся жизнь жить с клеймом неразумной дочери, сбежавшей с любовником из родного дома.       Герои-любовники оказываются в доме главы через полчаса, причём парень появляется с живописным синяком под глазом, слегка помятый, с порванной рубахой. Тэхён не понимает, нужен ли он тут, ведь свою цель он выполнил, а дальнейшая драма — не его дело. Но опять: ведь его никто не выгоняет, а какой-то кошачий интерес практически заставляет в голове немного пересмотреть планы на текущий день.       Он встаёт около окна и тихонько выглядывает из-за шторы, старательно делая вид, что его интересует улица. Но долго делать вид, что площадь — одна из самых живописных картин, не получается, потому что на улице появляется толпа зевак. Конечно, ведь воины, прошаривавшие округу и в итоге забравшие пару, быстро стали темой для обсуждений номер один. — Господи, это же ещё и крестьянин! — бросается на подушку женщина и разражается рыданиями. — Ах, мама! — Ин рвётся в сторону матери, но Чонгук одёргивает её и сажает обратно. Он с раздражением цокает и рычит: — Думайте, как будете выкручиваться, идиоты. — Прошу не оскорблять! — хмурится парень, но затихает, видя кулак Хосока. Скорее всего, именно на него парень упал несколько минут назад.       Дом погружается в тишину, прерываемую лишь тиканьем часов, рыданием матери и редкими вздохами остальных. Но Ин не может долго держать себя в руках — и вот в доме раздаётся рыдание матери и тихое всхлипывание дочери. Колдуну она не кажется какой-то глупой или раскаявшейся — скорее, она кажется немного раздосадованной, что все запланированные ей задачи не были реализованы так, как ей бы того хотелось. — Свадьба, — практически одновременно выходит из уст Тэхёна и Чонгука.       Глава растирает виски и смотрит то на парнишку, выглядящего сейчас не очень презентабельно, то на Ин, с грациозностью вытирающую вышитым самостоятельно платком слёзы. — Неравный брак получается так-то… — бормочет он. — Ну по факту брак они уже заранее консумировали, — с каменными лицом заявляет колдун, после чего рыдания матери в доме разражаются с двойной силой. — А чего ты рыдаешь, раз сама сбежала-то? — раздраженно спрашивает Чонгук, обращая внимание на Ин. — Так глупо всё в итоге вышло… Да ещё и вытащили откуда… — С лесосклада, — шепчет Хосок, прыская в кулак. — Вот это романтика пошла…       Обсуждение ситуации начинается лишь спустя некоторое время, когда все более-менее успокаиваются. На столе вновь появляются закуски, на которые сразу же набрасывается колдун, потому что кушать хочется вдвойне — из-за усталости и из-за того, что недавно его нехило прополоскало. Чонгук едва заметно улыбается, но потом словно одергивает себя и на смену мягкому выражению лица приходит привычная равнодушная маска.       Переговоры затягиваются на несколько часов, участия в которых Тэхён почти не принимает, он сидит рядом с Чонгуком, лишь изредка поддерживая то или иное решение.       Итогами становится следующее: свадьба назначена через две недели, произошедшее принято считать знакомством невестки с родителями жениха, о котором забыла предупредить хозяйку нерадивая служанка, Тэхён любезно предложил свою помощь и быстро показал в волшебном камне совместное времяпрепровождение зарождающегося семейства переживающей родительнице, их искренняя любовь принята во внимание главой и после обсуждения с матерью решено разжаловать Ин до статуса крестьянки, чтобы брак стал равным. Ещё и выдавать девушку будут без приданого, чтобы «показать искренность чувств и их отречённость от материального мира».       Нелепое, косо слепленное оправдание с примесью правды было пущено в общество. Да, оно обсуждалось и осуждалось сразу двумя слоями населения ячейки 273 и сразу же двумя не воспринималось совсем.       Через несколько дней Тэхён получает приглашение на свадьбу, будь оно неладно.

meow