The Contract

      Ужасная сухость во рту это первое, что ощутил Джисон проснувшись ближе к обеду. Открыв глаза, он прищурившись принялся оглядываться по сторонам. К его удивлению он был в комнате у Ли. Как он здесь оказался он понятия не имел. Ведь последнее, что он помнит это то, что они были у Со на вечеринке далеко за городом. И каким чудом он оказался здесь было ему неизвестно. Когда он наконец перестал терроризировать сонным взглядом стену напротив, его рука наткнулась на теплоту нежной кожи. Хан повернул голову и наткнулся на спящего Минхо. Он оглядел его и его глаза остановились на припухших красных губах, которые тот забавно выпятил во сне. Чем больше он смотрел на эти губы, тем шире становились его глаза, а пульс резко нарастал по скорости ударов от осознания. В голове тут же пронеслись картинки вчерашней ночи. Крыша, он и Минхо. Крыша, он и Минхо целующий его со страстью. Джисону стало внезапно дурно. Внутри сковал страх, а дыхание перестало быть столь ровным, как минуту назад. Он не знал, что ему делать. Они не должны были этого делать! ОН не должен был этого делать!       Мысли роем проносились в голове ни на секунду не замолкая, донимая и так уже порядком болевшую голову из-за похмелья. А бесконечные мысли в панике бесновавшие в его голове, не находя пристанища не делали лучше. Хан не понимал, то ли ему сейчас собирать свои шмотки и бежать со всех ног отсюда, пытаясь забыть это как страшный сон, либо остаться и дождаться пробуждения Минхо, делая усердно вид, что это не его стараниями губы Минхо стали вдвое больше изначальных размеров. Авось Минхо и не вспомнит вовсе, как сам пожирал его губы, руками крепко сжимал его задницу, словно держась за последнюю соломинку в открытом океане. От картинок в голове лицо тут же залилось красками. Парень как можно осторожнее выплыл из постели. Оглядев себя, он сразу же выдохнул с облегчением. Он был в пижаме. Джисон абсолютно не помнил, как они добрались до дома Минхо, и как он оказался в этой пижаме, которая была ему немного велика. Штаны еле держались на его узких бёдрах, всё норовя придаться земле, вынуждая Хана придерживать их рукой.       На цыпочках дойдя до ванной, он закрыл на замок дверь и привалился к ней спиной, нервно выдохнув. Осознание, что вчера они с Минхо целовались ударил по нему, словно снежный ком, сбивший с ног. Ему нельзя было настолько расслабляться рядом с ним. Почему вообще Минхо загадал ему поцеловать его? Он что и в правду запал на него? Этого не может быть. Когда он успел? Джисон же не давал никаких поводов. Бесконечные вопросы по типу – Почему? Как? И Когда? Проносились в его голове, заставляя её гудеть, будто по ней ударили битой. Что ему теперь делать? Сделать вид, что он ничего не помнит? Это определённо упростит ему задачу, но, а если Минхо не будет играть по его правилам? Что если это дало толчок к его чувствам, которые тот судя по всему к нему испытывает? Иначе он не мог объяснить то желание. Он сильно сомневался, что Минхо мог ради потехи загадать это. Он целовал его слишком отчаянно, для того, кто решил всего лишь разыграть.       Джисон зарылся лицом в руки и издал тихий отчаянный стон. Пройдя к раковине, он взглянул в зеркало. Шея его была чиста. Приподняв футболку он и там обнаружил лишь чистую кожу. Опустив футболку, он неровно выдохнул. Значит дальше поцелуя они не зашли. Это определённо не делало ситуацию лучше, но во всяком случае облегчило положение Джисона. Внезапный поцелуй можно списать на алкоголь и накопившийся стресс. Друзья ведь тоже по пьяни целуются и не всегда это приводит к отношениям. А вот если бы они переспали, от чего парню лишь от одной мысли об этом стало не по себе, это было бы куда тяжелее затереть. Не подумайте, ему не противен секс, тем более с Минхо. Он просто не может уложить это в своей голове. Он запутался, не понимая, что теперь между ними. А его шаткое положение в их взаимоотношениях припорошенное ложью вовсе не делает ситуацию менее легкой.       Отмахнувшись от тяжёлых мыслей Хан включил воду и умыл лицо прохладной водой, от которой малость поёжился, когда капли воды скатились по шее и скользнули под ворот пижамы. Поставив руки на края раковины, он тяжело вздохнул. Джисон решил, что уйти сейчас втихаря будет лучшим решением. Ему стоит всё обдумать, прежде чем он вновь встретиться лицом к лицу с Минхо. Промокнув лицо полотенцем, парень подошёл к двери. Открыв её он к несчастью столкнулся с Ли. Тот выглядел сонным, но встревоженным. Но как только их взгляды пересеклись он будто весь расслабился, чего не скажешь о Джисоне, у которого внутри всё сжалось от волнения, а рука крепче схватилась за ручку двери, которую он так и не отпустил. – Хей, доброе утро, я уже подумал, что ты ушёл, – хриплым ото сна произнёс Хо. – Д-доброе. Как видишь, я всё ещё здесь, – глухо произнёс Джисон, под конец тяжело сглатывая. – Кстати об этом, как я здесь оказался? Мы же вчера были у Чанбина. – Ты немного перепил и заснул в кресле, я не знаю где ты живешь, поэтому Чан вызвал нам такси, хотя в его состоянии я несколько удивлён, как он по кнопкам не промахнулся, – усмехнулся парень и почесал затылок. – В итоге мы приехали ко мне. Я разбудил тебя, чтобы переодеться, и мы легли спать. Ты сразу заснул, как только натянул на себя пижаму, – мило улыбнулся Хо, вспоминая эту картину. – Гхм, ладно, это и правда на меня похоже. Меня быстро отрубает, стоит мне перепить, – неловко отозвался Хан. Он тут же задумался, если Хо помнит детально, как они попали к нему домой, то вероятно и про поцелуй должен также хорошо помнить? Почему же он не поднял эту тему? «Джисон очнись, парень только глаза продрал, а ты хочешь, чтобы он сразу завалил тебя этой неловкой темой!? Если ты сейчас же поторопишься, то ещё успеешь смыться раньше, чем он решит поднять эту тему.» - подумал про себя парень. – Я пройду в ванную?       Джисон вытаращился на него и только спустя несколько секунд до него дошло, что он всё еще стоит напротив двери в ванную и держит эту сраную ручку, будто трофей. Он тут же подскочил и обошёл Минхо, давая ему пройти. Ли издал смешок и повернулся к нему лицом. – Подожди меня, я быстро умоюсь, и я принесу чего-нибудь перекусить.       Джисон лишь кивнул и проводил его взглядом, пока за ним не закрылась дверь. Он тут же принялся метаться по комнате в поисках своих вещей. Натянув на себя впопыхах одежду, он ринулся на первый этаж. Он должен как можно скорее сбежать отсюда. Он не вынесет их разговора. А он почему-то был уверен, что Минхо поднимет эту тему. В доме было тихо, ему повезло, что по пути он не нарвался ни на кого из родителей Ли. Всунув ноги в кроссовки, не потрудившись даже надеть задники на пятки он вылетел из дома. Он не думал сейчас о том, что ближайшая остановка отсюда в трех километрах. Ему просто нужно было убраться отсюда как можно скорее. Вероятно, это покажется Минхо странным, что Джисон просто смылся ничего не объяснив. Но Хан подумает об этом позже. В конце концов придумает отмазку, ему не впервой.       Минхо наконец закончил с водными процедурами и покинул ванную. Однако его комната встретила его тишиной и пустотой. Джисона не было. Ли подумал, что парень, наверное, решил спуститься на кухню. Но переодевшись и спустившись туда, Минхо и там его не обнаружил. Обшарив весь дом, он остался в смятении. Куда делся Джисон? И почему он ничего не сказал? Минхо вернулся в комнату и прошёл к столу, на котором лежал телефон. Быстро отыскав контакт парня, он ткнул на вызов и принялся ждать, пока длинные гудки закончатся и ему наконец ответят на той стороне.       Джисон уже ехал в такси, которое поймал по дороге, возникшее имя на экране телефона заставило его выругнуться. Но звонок он всё же принял. – Алло? – Джисон, ты куда смылся вдруг? – Прости, мне позвонила мама, срочно надо было ехать домой, что-то случилось с водопроводом, а отца нет в городе, – как по маслу выдал Хан. В последнее время ложь с его языка срывалась быстрее, чем он успевал её выдумать. – А, ясно. Тебе надо было позвать меня, я бы отвёз тебя. – Я сомневаюсь, что алкоголь успел выветриться из твоего организма, чтобы тебе уже можно было садиться за руль, – усмехнулся Джисон. – Чёрт, ты прав. Не подумал об этом. – Не переживай, я еду в такси, всё в порядке. Как приеду домой напишу тебе. – Хорошо, буду ждать, – мягко ответил Хо. – Пока. – До встречи.       Хан сбросил звонок и запрокинул голову на спинку сидения, выдыхая. Взлохматив рукой волосы, он принялся глядеть в окно, в раздумьях закусывая невольно губу. Ему нужно всё обдумать… Ему нужен совет Чана.       Минхо поставил телефон на зарядку и присел на кровать. Воспоминания о вчерашней ночи проносились в голове, вызывая на лице улыбку. Он потянулся рукой к всё ещё опухшим губам и провел по ним большим пальцем. Он помнил тот безумный поцелуй. Он помнил насколько были сладкими и мягкими губы Джисона. И он не мог поверить в то, что Джисон исполнил его желание вместо того, чтобы врезать ему по роже за такие просьбы. От воспоминаний внутри всё приятно сжималось. А в руках всё ещё ощущалось фантомное чувство, как он сжимал тело парня в своих руках. Рухнув спиной на кровать, он прикрыл глаза. Усмешка сорвалась с его уст. Что теперь между ними? Джисон ведь не отвергнет его, если он предложит ему встречаться? Или он спишет всё на алкоголь и покрутит пальцем у виска на предложение Минхо? От мыслей улыбка на его лице с каждой секундой увядала на глазах.       Он хотел поговорить об их поцелуе за завтраком, но Джисон испарился, стоило ему только закрыть за собой дверь. Он ведь не сбежал, внезапно вспомнив об их поцелуе? Вдруг он понял, что это была ошибка и поэтому так скоропостижно сбежал? Минхо сделал вид, что поверил отмазке Джисона. Он не был глуп, Джисон не стал бы срываться с места из-за какого-то водопровода. Он бы дождался его и сказал бы об этом. Тем более, он заметил, как Джисон был встревожен, как только они встретились. Он вёл себя не как обычно. Им нужно было поговорить. Если Джисон решит, что эта была ошибка, Минхо не станет его отговаривать. Он примет и согласится с этим. Ведь он не хотел терять своего единственного друга. Даже если придется ради этого собирать сердце по кусочкам.

***

      Спальня освещалась полуденным солнцем, а тело было тяжёлым, нежась в теплоте постели и тёплых объятиях. Феликсу было хорошо. Он бы и дальше спал в обнимку со своим парнем, но настойчивый звон телефона вырвал его из пут сна. Парень недовольно поморщился и потянулся рукой к прикроватной тумбочке, на котором поился телефон с 15% заряда. – Алло. – Ёнбок, ты не забыл, что сегодня ты должен присутствовать на семейном ужине? – У меня нет семьи, отец. С тех самых пор, как умерла мама, а ты спрятал меня словно позор всей своей жизни. – Ёнбок… – удрученно произнёс мужчина. – Феликс. Моё имя Феликс. Не называй меня этим паршивым именем, которое не имеет ничего общего со мной, – ядовито отозвался парень. Он чувствовал, как внутри начинает понемногу закипать гнев. – Хорошо, я тебя услышал. Давай встретимся и поговорим? Мы давно не говорили по душам.       Парень тихонько встал с постели, чтобы не разбудить Чанбина и ушёл в ванную. Он не хотел, чтобы Бин слышал этот разговор. Не сейчас. Он не готов ещё рассказать ему эту жалкую сторону его жизни. – Давно? Мы вообще когда-либо это делали? Сколько себя помню, единственным моим окружением были няни и домработницы, с которыми я жил абсолютно в другом доме, пока ты устраивал свою идеальную личную жизнь для глаз народа и предвыборной кампании. Я всегда был для тебя на последнем месте в списке важных вещей в твоей жизни. А после того, как ты женился и заделал мне сводных родственничков, я и вовсе вылетел из него. Словно меня никогда и не существовало. Поэтому даже не смей заикаться сейчас и уверять меня в том, что мы семья. Не звони мне больше. Мне хватает и того, что я живу в отдельной квартире, которую ты мне купил. – Сынок, пожалуйста… – мужчина тяжело проглотил стоящий ком в горле. – Я знаю, что виноват перед тобой. Давай встретимся и поговорим лицом к лицу. – Нет, отец. Ты опоздал лет на десять в попытках слепить из нас семью. Я не хочу видеть ни тебя, ни твою паршивую семейку, на которую ты меня променял, – яростно выплюнул Ликс. – Ликси… Я…       Феликс не дал договорить мужчине, сбросив вызов. Он оперся руками о раковину, а горячие слёзы капали на белый фарфор, создавая неприятный звук. Каждая капля была словно гвоздь, который вбивал собственноручно отец в его крышку гроба. Обида, что сидела в нём горела так яростно, что парень не представлял, что ему когда-нибудь хватит сил, чтобы простить своего отца.       Феликс вздрогнул, когда услышал осторожный стук в дверь. Он тут же вытер слёзы с щек и включил воду, чтобы умыться и не предстать в неприглядном виде перед Со. Ли не хотел, чтобы он его видел в таком виде. – Эй, Ликси. Всё в порядке? – обеспокоенно спросил Со. – Да, я в порядке! – будничным голосом отозвался Ли. Спустя несколько секунд он выплыл из ванной и встретился с встревоженным лицом Чанбина. – У тебя глаза красные. Ты плакал? Что-то произошло? Я слышал часть разговора, правда неразборчиво, – Бин прикоснулся к чуть опухшему от слёз лицу, нежно проводя большим пальцем по щеке.       Феликс улыбнулся и помотал головой в отрицании. Стараясь избежать этого разговора, он протянул руки и вжался в Чанбина, утыкаясь ему носом в шею, вдыхая аромат его кожи. Он пах чем-то сладким, будто сладкая вата или жжёный сахар. Этот запах уносил его далеко в детство. В те времена, когда его мама ещё была с ним и баюкала в своих нежных руках. А тёплые губы оставляли нежный поцелуй на лбу и макушке. Этот запах успокаивал, в него хотелось закутаться, как в воздушное одеяло и никуда не вылезать.       Со обнял его крепко и оставил поцелуй на виске. Он понимал, что Феликс старается избегать разговора, и он не хотел давить на него. Поэтому решил на время отложить этот разговор, пока его парень сам не будет готов поведать ему о своих печалях. – Ты голоден? Пойдём что-нибудь перекусим. После вчерашней вечеринки я голоден, как волк, – нежно проворковал Бин.       Феликс рассмеялся, его парень всегда был в хороших отношениях с едой. И ему это безумно нравилось. – Да, пойдём. Как думаешь, кто-нибудь остался в доме? – отпрянув от Бина и взглянув в его глаза, спросил Ликс. – Не знаю, сейчас и узнаем, – усмехнулся Бин.       Он взял парня за руку, и они спустились вниз. Первыми они обнаружили за барной стойкой Чана. Тот сидел с гнездом на голове и осоловело смотрел в одну точку, почесывая локоть, пытаясь проснуться. Да, вчера он определённо выпил больше, чем он планировал. Спустя минуту к нему выполз Ким, он был куда свежее по внешнему виду. Никого не дожидаясь, он принялся рыскать по кухне в надежде отыскать кофе и что-нибудь из еды. – Привет, вы как? – подводя Ликса к барному стулу, спросил Со. – В порядке, хотя насчёт Чана не уверен, – усмехнулся Ким, включая чайник. – Выглядишь ты и в правду не важно, хён, – обеспокоенно пролепетал Ли. – А ведь мы его с Джисоном предупреждали, чтобы не налегал так на спиртное. В итоге, я пол ночи сторожил его, чтобы в собственной рвоте не захлебнулся, – пожурил его Сынмин.       От таких слов Бан тут же смутился, его щёки покраснели, а уши горели, будто по ним утюгом прошлись. Он неловко хихикнул и почесал макушку, делая своё гнездо ещё более шабашней.       Сынмин успешно отыскал необходимые ингредиенты и уже шаманил над завтраком для всех. Вчерашний разговор с Хваном крутился в голове, как заевшая пластинка, которая уже порядком надоела. За готовкой и фоновым шумом из-за беседы ребят, он немного отошёл от этого. – Кстати, а где Джисон и Минхо? – поинтересовался Со. – Я отправил их ещё вчера домой на такси. Так что они у себя дома. Джи отрубился вчера, поэтому Минхо вызвался его отвезти домой, – ответил Бан.       Сынмин поставил на стол каждому по тарелочке с рисом. А по середине стола поставил кастрюльку с супом из водорослей, который нашёл в пакетиках быстрого приготовления. Что сейчас пришлось очень кстати. И выложил на тарелку остатки кимбаба со вчерашней вечеринки. Усевшись за стол все поблагодарили парня за завтрак и принялись есть. Они болтали о чем-то не существенном, узнавая друг о друге больше. Так Сынмин понял, что Чанбин сделан из такого же теста, как и они с Чаном и Джисоном, даже несмотря на то, что тот был из богатой семьи. Кажется, придурковатось это врождённое и даже манерами и высшим кругом это не искоренить. Смешные и нелепые истории, о которых ведал Со сильно веселили всех. А громкие возгласы, которые издавал парень, заставляли прикрывать уши и смеяться из-за того, насколько же этот парень громкий. Из-за этих воплей на кухне и появилась ещё одна потерянная душа, которая выплыла из дальней комнаты дома, словно на зов природы, а точнее на вопли Со. – Боже, Бинни, ты и мёртвого вернёшь с того света своими криками, – невольно проворчал Хван и уселся на свободный стул. – Ты тоже остался? Я думал ты уехал домой, – удивился Бин. – Я вчера был малость не в кондиции, чтобы уехать домой. Завалился спать в одной из гостевых комнат. О, у вас уже и завтрак готов? Вовремя я встал, – удовлетворённо потянулся Хёнджин.       С момента появления парня здесь, Ким ни разу не поднял голову от тарелки, уткнувшись в неё и тихо поглощая еду. Он надеялся больше не пересечься с Хёнджином. Но судьба сыграла с ним злую шутку. Он пожалел, что не уехал вчера домой, когда эти мысли только возникли в его голове. Но схватив несколько шотов и утопив их в себе, эти мысли ушли куда-то на задний план, заставляя парня пить и предаваться музыке. А затем уснуть на диване. – Господи, это что еда богов?! Почему это так вкусно? – уплетая за обе щёки воскликнул Хван, отпив из ложки суп из водорослей, закусив кимчи. – Тебе стоит поблагодарить за это Минни, он наш сегодняшний спаситель, – мягко проговорил Чан и нежно взлохматил волосы Кима. Тот сразу же отшатнулся и принялся недовольно поправлять свои волосы. – Кстати, мы ведь не знакомы. Я Банчан или же Бан Крис, это моё родное имя. Я родом из Австралии. А нашего золотого поварёнка зовут Ким Сынмин. – Хван Хëнджин, – кивнул ему в знак знакомства Хван. – Спасибо, Сынмин, это очень вкусно, – мягко произнёс парень, переводя взгляд уже на Кима. В его глазах плескалось тепло, а Сынмину от этого стало тошно. Он отвëл глаза и поднялся из-за стола.       Быстро вымыв за собой тарелку с кружкой, он повернулся к ребятам и скоропостижно попрощался, сетуя на срочные дела. Парни в недоумении проводили его взглядом, пока за ним не захлопнулась дверь. – Что это с ним? – удивлённо спросил Феликс.       Ребята пожали плечами, кроме Хвана. Его настроение резко скатилось. А еда уже не доставляла такого удовольствия, как до этого. Он знал, что причиной ухода Сынмина был он. И от этого ему было гадко на душе. Ведь парень избегал его. Киму было нестерпимо даже находиться с ним за одним столом. Хван с силой сжал металлические палочки в руке. Он положил их на стол с лязгом и резко подорвался из-за стола в след за Сынмином. Ребята ничего не успели осознать, как за Хваном уже захлопнулась дверь. – Что это было? Куда Джинни подорвался так? – тихо спросил Ли. – Не знаю, Ликси. Чан, ты что-нибудь знаешь? Кажется, эти двое знакомы? По крайней мере я подозреваю, что Хёнджин побежал за ним. – Понятия не имею. Сынмин не говорил никогда, что знает Хëнджина, – растерянно отозвался Бан и принялся попивать кофе.       Хван вылетел, как пробка из дома. Он резво осмотрелся по сторонам и заприметил удаляющуюся спину Кима в ста метрах от него. Парень тут же сорвался с места, чтобы догнать его. Добежав до него в спешке, он дёрнул того за сгиб локтя, заставляя застопориться. – Хей, куда ты так стартанул? Сынмин, я знаю, что, если бы не я, ты бы сейчас сидел с ними спокойно и никуда не уходил. Я знаю, что ты не хочешь меня видеть, об этом ты сказал вчера вечером. Но прошу тебя, давай я хотя бы провожу тебя до остановки или лучше вызову такси? – с мольбой в глазах, выдал на одном дыхании Хëнджин.       Ким попытался вырвать свою руку, но блондин держал еë крепко. Сынмин смотрел в его глаза и видел там смятение и страх. Но ему было плевать. Теперь этот человек ничего для него не значил. И последнее чего он хотел бы к нему испытывать – это сострадание. – Отпусти мою руку, – спокойно произнёс Ким, смотря тому в глаза. – Минни... Я отпущу тебя, но прошу, давай мы встретимся в парке рядом с твоим домом сегодня вечером и поговорим.       Ким вздохнул и закусил губу. Он не понимал, о чём хочет с ним поговорить Хëнджин. Что ещё он хочет ему сказать? Тогда он предельно ясно выразился, что с ним у него нет ничего общего. И что Хван встречался бы с ним только если бы он был психом. Ким слышал это собственными ушами. Что он ещё хочет добавить? Хочет сделать ещё больнее? Зачем? Ким ушёл из его жизни бесшумно, не сказав ни слова, как тому и нужно было. Так что ему от него нужно теперь? – Хван Хëнджин, я попросил тебя оставить меня в покое и дважды я повторять не намерен, – холодно отозвался Ким и выдернул через боль свою руку. Хван с тоской и досадой наблюдал за тем как Ким уходит. – Блять! – взлохматив волосы, выругался Хван.

***

      Минхо лежал в своей комнате и кидал мячик для тенниса в стену, когда его отец постучал в дверь. Но парень даже не шелохнулся. Всё также бездумно бросая мяч и снова его ловя.       Господин Ли открыл дверь, после того, как не услышал ответа и прислонился к косяку, наблюдая за сыном. Тот выглядел расстроенным. И его отцу хотелось выяснить, в чëм кроется причина. – Привет, сынок. – Привет, я думал ты вернëшься только через неделю, – отстранено ответил Ли младший. – Компаньоны с которыми я заключал договор, оказались довольно сговорчивыми. Поэтому у меня заняло это всего лишь пару дней. – Понятно. – У тебя что-то стряслось? – спросил Рой, наблюдая как его сын всё также играл с мячиком не прерываясь. – Нет, с чего ты решил. – Ты сейчас выглядишь абсолютно также, как до знакомства со своим новым другом. Кажется, его звали Джисон? Если не ошибаюсь. Вы поссорились? – Почему тебя это вообще интересует? – Ты мой сын, меня волнует всё, что с тобой происходит. – Не смеши меня, – усмехнулся Хо. – Ты и волноваться обо мне? Рассказывай эти сказки кому-нибудь другому.       Рой с комом проглотил эти слова, решив проигнорировать. Иначе их разговор закончится скандалом. А он этого не хотел. – Твоя мать уже говорила с тобой о помолвке с семьёй Су? – Да. – И что ты думаешь об этом? – А у меня есть право на мнение в этом вопросе? Да и в остальных тоже. – Не язви. Я задал тебе вопрос. Тебе как моему наследнику не пристало легкомысленно думать о своей жизни. Ты забыл чему я учил тебя? – Конечно помню. "Сынок, холодный расчёт и взгляд на два шага вперёд это тот принцип, по которому ты должен жить, являясь человеком с фамилией Ли. Лишь только так ты достигнешь успеха и докажешь то, что наша семья из себя представляет". Именно это ты сказал мне, когда мне едва стукнуло пять. Сложно забыть слова, которые уже в пять лет повисли таким грузом на моих плечах, что о нормальном детстве можно было забыть. – Ты преувеличиваешь. Все мои напутствия тебе были лишь во имя твоего блага.       Минхо промолчал. Он понимал, что спорить бесполезно со своим отцом. Ему были чужды чужие идеалы. Он веровал только в свои. И если чужие не сходились с его, то он даже не слушал этого человека. – Ты спросил про помолвку. Хорошо, я не согласен. И? Мой ответ что-то изменил? Я сомневаюсь. Так к чему был этот вопрос? Ты надеялся, что я вдруг как собачка буду кивать от радости и побегу под венец с незнакомой мне девушкой, которая смотрит на меня, как на золотую жилу? Отец, проснись. Ты уже должен был понять, что твои идеалы и мои далеки друг от друга. И они не пересекутся даже под дулом пистолета. – Ты прав, но лишь в одном. Я надеялся, что ты наконец повзрослеешь и осознаешь, что такое бизнес. Поймёшь почему то, на что я потратил практически всю свою жизнь так ценно. И так важно, чтобы моё дело продолжалось и после моей смерти. Но к сожалению, ты пока не дорос. Да и с твоими мыслями вряд ли когда-нибудь дорастёшь до этого. Я не буду говорить, что я разочарован в тебе, сын. Ты думаю и так это уже понял. Скажу лишь одно, этой помолвке быть и тебе от этого никуда не деться. Хоть ты и думаешь, что твоё счастье для меня ничего не значит, я всё же скажу, что ты не прав. Я не говорю тебе, что ты обязан до конца своих дней прожить с этой девушкой. Ты можешь развезтись с ней, как только акции компании Су станут нашими. Но до тех пор, будь добр, делай так, как я тебе велю. – Вы вообще осознаёте, что то, что вы делаете это аморально? – Если бы все в этом мире задумывались о морали и чтили миролюбие, то человечество бы не пришло к тому, что мы имеем сейчас. Подумай над этими словами. Мужчина развернулся и уже собирался покинуть комнату сына, но остановился. – Я рад, что у тебя появился друг. Он и правда делает тебя счастливым, – в пол голоса произнёс мужчина и закрыл за собой дверь.       Минхо прикрыл глаза, стоило только двери за его отцом закрыться с глухим звуком. Единственное с чем он был согласен это с последними словами отца о Джисоне. Он и правда делал его счастливым, как никто до этого. И он бы был ещё счастливее, если бы его чувства оказались взаимными. Но он не мог принять тот поцелуй, как подтверждение. Это должно было произойти снова и на трезвую голову, чтобы окончательно поверить в то, что Сони испытывает к нему то же, что и он.       За всеми этими мыслями он понял, что скучает по нему. Ему хочется услышать его голос и задорный смех. С того побега, иначе он не мог это назвать, прошло два дня. Он не появился даже в школе. А преподаватель сказал, что он приболел. Как удачно совпало то. И за эти 48 часов они ни списывались и не созванивались. Хотя Джисон обещал ему написать, когда доберётся до дома. Но он так этого и не сделал. Если бы он был наивным глупцом, он бы мог сетовать на то, что Джисон был слишком занят устранением протечки и ему было совсем не до Минхо. Но он ведь не кретин. Он был уверен в том, что тот поцелуй настолько вывел его из равновесия, что тому пришлось переосмысливать чуть ли не всю свою жизнь. Хоть они и мало знакомы, чтобы настолько хорошо его знать и утверждать эту истину, но почему-то Минхо будто видел его насквозь, а потому был уверен в своей догадке.       Минхо уже порывался позвонить ему, но в итоге решил, что лучше дать ему время. Он не станет его тревожить и сбивать с мыслей. Будет лучше, если Джисон всё обдумает и завтра, если они встретятся в школе он уже не даст так просто ему отвертеться.

***

Два дня назад       Когда Джисон добрался до дома его встретила неприятная картина. Отец снова бесновал. Он ломился в спальню, за которой забаррикадировалась его мать судя по крикам. Он тут же вбежал по лестнице и встретился с пьяным отцом. Тот молотил кулаками по двери со всей яростью. Глаза налились кровью, а майка пропиталась потом и жирными пятнами. Услышав топот за спиной тот сразу перевёл внимание на сына. – А вот и паршивец, – ухмыльнулся мужчина. – Убирайся отсюда. Мы так прекрасно жили, пока ты шлялся по подворотням. – Чё сказал?! А ну иди сюда сучонок малолетний! – заверещал Сонхёк.       Мужчина вцепился руками в парня и принялся наносить удары. Один пришёлся на скулу, другой по рёбрам, еще один разбил губу и бровь. Удары наносились в хаотичном порядке. Несмотря на то, что Джисон был не робкого десятка, в силе отцу он всё же уступал. Он успел нанести только пару ударов. Но сам уже еле стоял на ногах. Если бы не мать, внезапно выбежавшая из спальни с вазой на перевес, он бы отключился. Его мать от страха за сына разбила вазу о голову мужа. Тот сразу же рухнул, как мешок с картошкой. Пока мать пыталась отойти от шока из-за содеянного, Джисон старался вернуть себе кислород, после сильного удушья, следы которого определённо останутся на его шее. Придя более или менее в себя, он на дрожащих руках подошёл к телу и опустившись на корточки прижал пальцы к пульсу на шее. Осознав, что отец дышит, он выдохнул. Он боялся, что его мать могла перестараться. Если бы это произошло неизвестно смогли бы они доказать, что это была самооборона. С их законодательством жертва домашнего насилия чаще всего почему-то становилась виновником.       Хан подошёл к матери и увёл в спальню. Порывшись в аптечке, он нашёл успокоительное и понёс его матери вместе со стаканом воды. Её всю трясло, глаза лихорадочно бегали по комнате. Поэтому Джисону нужно было её успокоить, чтобы решить, что делать с отцом. Он мог вызвать скорую и полицию, но ему нужна была вменяемая мать для того, чтобы дать адекватные показания. А в таком состоянии скорее её бы увезли в больницу под капельницу со снотворным и успокоительным, чем отца. Так как он был несовершеннолетним, его показания могли бы счесть недостоверными и искаженными в силу возраста и подростковой впечатлительности.       Пока мать приходила в себя после того, как приняла таблетку, он осторожно уложил её в кровать. А сам пошёл к отцу. На полу была небольшая лужица крови из-за разбитой головы. Ещё раз удостоверившись в том, что его отец не двинул кони. Он смочил тряпку и протёр лужу крови. Хорошо было бы поднять отца с пола, но он вряд ли бы смог водрузить на себя его тяжёлую тушу. Вернувшись в спальню, он издал облегчённый вздох. Его мать успокоилась и взгляд стал осознанным. – Мам, ты в порядке? – аккуратно спросил Джисон усевшись рядом и взяв женщину за руку. – Да, Джисони, я в порядке. А ты? Боже, что же он с тобой сотворил, – взглянув на сына ахнула мать.       Хан не успел ещё полюбоваться «работой» своего отца. Но встревоженное лицо его матери уже дало ему понять, что там всё плохо. – Я в порядке, мам. Ты спасла мне жизнь, спасибо. – Боже, сынок, это я должна тебя благодарить за всё, – притянув в объятия прошептала Джиён. – Мам, нам надо вызвать полицию и скорую. Боюсь если мы этого не сделаем, дело закончится плохо. – Да, Джисони, сейчас.       Спустя пару часов, когда мужчину забрали в больницу и на принудительное лечение от алкоголизма после письменного согласия госпожи Хан, они отправились в участок, где дали показания. После того, как с них сняли побои и завели дело о домашнем насилии их отпустили домой. К тому времени, как они вернулись домой и закончили с уборкой, а после улеглись в кровать, время перевалило за полночь. Только сейчас оказавшись в полной тишине и пережив весь этот кошмар его мысли начали одолевать события прошлой ночи. Джисон уткнулся лицом в подушку и завыл. Мало ему проблем с отцом, теперь ещё и в личной жизни творится чёрт знает, что! Он однозначно не появится в школе ближайшую неделю, пока все синяки и ранки не будут выглядеть так, чтобы их можно было бы замазать. И он ведь не может даже написать Минхо, тот начнёт допрашивать его с пристрастием. И обязательно разговор зайдёт об их поцелуе.       Чёрт! Что это вообще такое было? Тот поцелуй был таким отчаянным и безбашенным, будто оба дорвались. Он помнил вкус его губ. Они были горьковатыми от сигарет и чуть солёными от пива. Не самая приятная смесь, но почему-то она ему нравилась до безумия. Хотелось вновь прижаться к этим мягким и пухлым губам. Пройтись языком по ним, увлажняя. Закусить и пососать, отпустив, издавая чпокающий звук. Боже, это так всё будоражило до дрожи в коленках, что во рту резко набралась слюна, которую пришлось усиленно сглотнуть.       Он сходит с ума, определённо сходит с ума из-за этого парня. После этого поцелуя и реакции тела, вызываемой из-за воспоминаний, было уже глупо отрицать его влечение к нему. Но он не может просто сдаться этому желанию, это повлечёт за собой кучу проблем. Он не сможет до конца своих дней скрывать от Минхо то, кем на самом деле является. И он не уверен в том, что его жестокую правду примут с распростёртыми объятиями. Ему определённо нужен совет от друзей. Сам он не справится. Недолго думая он взял телефон в руки и написал Чану. От кого: Джисон [02:31] Чан, завтра после уроков встретимся на баскетбольной площадке. Мне нужен совет. И захвати Сынмина.