Вдали от тепла

Каюты, как Тарталья и предполагал, оказались рядом. Поэтому, когда сумрак ночи сковал корабль, увлек всех праздных матросов в объятия бога Диониса и ослабил бдительность любопытствующих путешественников, Предвестник постучался в соседнюю каюту. Дверь открыли. – У меня деловое предложение от организации Фатуи относительно вина, которое вы производите. Дверь не успела закрыться – Тарталья придержал ее мыском сапога. Хмурые брови красноволосого сошлись в недовольной дуге, и крайне мрачно он ответил: – Мы можем обсудить это завтра утром. – Предложение ограничено по времени сегодняшней ночью. Сам понимаешь, мне нужно будет убедить главного казначея, что твое предложение самое выгодное, – Тарталья хитро улыбался и не торопился убирать ногу. Дилюк стоял на месте, не сдвигаясь, не впуская незваного гостя внутрь, но и фатуи не торопился уступать. – Полагаю, Вы не собираетесь заключать контракт на невыгодных для себя условиях, так что не думаю, что Ваше ограниченное по времени предложение хоть сколько-нибудь меня привлечет. – Я заметил, что ты любишь принимать горячие ванны… – Тарталья выдержал паузу, смакуя появление каждой сомневающейся морщинки на лице юноши, вызванное непониманием (точно не узнал вчера), – и по счастливой случайности между Мондштадтом и Ли Юэ у нас как раз расположен постоялый двор «только для своих». Туда-то, собственно, и нужны поставки вина. Тарталья был доволен тем, что упоминанием о горячих ваннах ему удалось сбить Дилюка с толку, но в то же время он почувствовал, как у самого едва заметно, но очень неприятно дрогнул голос при упоминании столицы контрактов. Если сегодняшней ночью дойдет до сна, он снова не уснет.