amoration

      сокджин гонит под сто восемьдесят, оглядывается в боковые зеркала — до сих пор светло, просит, нет, зубами цедит, умоляя хосока достать из бардачка магнум, желательно заряженный, желательно полностью.       — понадобится.       у сокджина нет возможности посмотреть на задние сидения, но уже как пять минут ему обо всем докладывает хосок. кондиционер совсем не работает? ладно, пусть тэхен достанет лед. лужица накапала? ага, придется стирать коврики. мелкого трясет? ясно, значит, пора менять тактику.       — приоткрой окно, но аккуратно, — сворачивает на проселочную дорогу ким. — немного потрясет. тэхен, держи крепче.       тэхен никак не реагирует, только сжимает чонгука в объятиях сильнее. если этот пиздец вообще можно назвать объятиями. он обхватил чонгука двумя руками и левой ногой, правой же — опирается о пол машины, вдавливается, не желая слететь с места. пристегнуться не успел, да и не думал об этом. все его внимание на чонгуке и его неспокойном лице, раз в несколько минут чонгук приоткрывает глаза, осматривает тэхеново лицо, даже не пытается улыбнуться, корчится от боли и вновь пропадает — как и сейчас, находится в предобморочном состоянии. ужасная картина.       тэхену не только больно смотреть на такого парня, ему охуеть как жутко глядеть на его тело. страдания передаются сполна, когда чонгук просыпается.       — как скоро анальгин должен подействовать? — ухватывая мелкого за голову, зарываясь во влажные волосы, нервничает тэхен. — ему до сих пор хуево.       — полчаса прошло?       — не преувеличивай способности анальгина, он сильный, но посмотри, блять, на чонгука! — поражает умение сокджина орать матом, разъезжая на бешеной скорости по грунтовым дорогам.       — не отвлекайся от дороги, — бормочет хосок, замечая повороты впереди.       — мы отрываемся?       — нет.       — тогда и ты займись делом, — разворачивая машину на добрых шестьдесят градусов, кричит сокджин.       хосок не обижается — понимает. посыл понимает тоже. перепроверяет магазин, смотрит в боковое зеркало — преследователи отстают от них на пятьдесят метров, почти идеально. им невероятно везет, что у тех нет в запасе оружия. пару выстрелов. громко. эффективно. расстояние между машинами увеличивается.       чонгук стонет с новой силой, его слышит даже охваченный адреналином сокджин, повторяет предыдущие указания, которые тэхен успел себе на подкорку записать. проверить температуру; уложить голову поудобнее; убедиться, что с ноги больше ничего не капает. все стабильно хуево: чонгук горячий, размякает в руках, но зато крови больше нет. значит, и температура скоро упадет.       — добавь в мешок, — резко выглядывает хосок, передавая тэхену кучу льда. откуда столько? тэхен и забыл, что они брали столько ненужного в свою поездку.       пора ли разъяснить что происходит? да, вполне… хотя нет, погодите.       — хен, — шепчет чонгук, пытаясь приподнять свою левую руку — не выходит, падает сразу же, не преодолев и пяти сантиметров. он так слаб, удивительно, что он смог заговорить, — пи… — сухо глотает, — …ть.       тэхен роется у себя за спиной, как раз там теплая бутылка воды, как раз на случай, если чонгук будет в состоянии поглощать что-то внутрь. тэхен не торопится и чонгука не торопит, пусть пьет тихонько, иначе его точно стошнит, он и так весь мокрый.       — мы можем ехать тише? — между делом — поглаживанием чонгука по голове — интересуется тэхен.       — не уверен. не хочу рисковать.       — долго до твоего…ну того?       — не особо. я петляю.       тэхен нервно кивает, он уже устал, заебался сидеть с мелким сзади. да, у него затекло все тело, а от переживаний он, кажись, весь окоченел, но не в личных неудобствах проблема. тэхену правда неприятно видеть это, находиться тут. никогда он и предположить не мог, что будет обнимать такого чонгука. впервые за их отношения, он не хочет смотреть на парня, впервые он боится услышать его стоны.       взгляд чонгука понемногу проясняется, ему все еще больно, но анальгин хоть и глушит ущербную часть боли, помогает справляться. чонгук не понимает, что происходит, почему они так несутся, что не так с тэхеном. опять проваливается в бессознание, но вываливается быстро — с первой же кочкой.       для него все: темное небо, чувство эйфории, тепло в районе живота, человек рядом… важно. он приподнимает правую руку, тянется к чужой, просит о помощи. на его мольбы отвечают сразу же — истерически захватывают ладонь в свою, сжимают, мягко целуют, ластятся. глупая улыбка мелькает на лице чонгука, тэхен же роняет слезы — утирает… не утирает, сквозь них смотрит в любимое лицо, тянется ближе, целуя по-эскимосски. почему? чересчур нежно.       — что со мной? — шепчет сквозь едва приоткрытый рот. тэхен молчит, глаза отводит.       а чонгук, кажется, не чувствует ног.