Запасной игрок

      ... Чуть шершавые подушечки пальцев беспрепятственно скользили по теплой бархатистой коже спины. Их хозяин не иначе как разрабатывал очередную стратегию: вот линия бота, а вот – мид. А это, похоже, очень дерзкий джанглер, решивший не только профармить чужой лес, но и покрасоваться у трона противника, обескураживая своей наглостью. После чего он живым вернулся на свою базу, чтобы восстановить потраченные ресурсы. К нему стянулась команда, и …       Девушка незаметно усмехнулась – нелогичная стратегия оборвалась, потому как за базой «команда» обнаружила новый мир и отправилась на его исследование. Руки смяли упругие ягодицы, сладким желанием задав течению мыслей пикантное направление.       Она перевернулась на спину, не спеша открывать глаза. Было безумно приятно отдаваться его касаниям – уверенным и нежным, знающим особенности каждого миллиметра ее тела. Руки тут же заскользили по бокам, большими пальцами мягко считая ребра, и приподняли обнаженную грудь. Это заставило ее шумно вдохнуть и прогнуть спину, сильнее прижимаясь к горячим ладоням. «Мммм, восхитительно…». Кажется, у них было немного времени друг для друга.       Она открыла глаза, чтобы с наслаждением окунуться в желания и любовь, которыми несомненно наполнен его взгляд. Но вместо серого металла на нее смотрела ночь, подсвеченная теплым светом ночных фонарей. Такая же загадочная и манящая, как звездное небо.       - Мин? …       Удивление вытолкнуло из сна в горячие простыни. Мерное тиканье часов и тяжелое дыхание нарушали тишину. За окном светало, близился восход.       С глухим стоном выпутавшись из постели, Кира направилась в душ. Тело все еще горело от фантомных прикосновений, внизу живота разливалась влажная тяжесть. Некогда познав ласку мужских рук и привыкнув к регулярному удовлетворению, организм требовал своего.       Забравшись в кабинку, она безжалостно включила ледяную воду, пытаясь усмирить разбушевавшиеся гормоны. Перед закрытыми глазами, среди обрывков горячего сна, мелькнул катализатор вспышки. Мин. И кровь упрямо забурлила вопреки льющейся на макушку холодной воде, вынуждая ее рычать от бессилия и наполняя глаза слезами обиды.       Вчера ... еще бы несколько ударов сердца и она сама потянулась бы к нему, сломленная обрушившимся на нее напором. Но он начал медленно отстраняться, то ли переживая, что она упадет, то ли растерявшись от столкновения. В любом случае, это помогло ей собрать крохи достоинства и, выскользнув из туфлей, на ощупь ретироваться в комнату. Поэтому, когда парню все же удалось включить свет, она уже постыдно бежала вверх по лестнице.       Захлопнув за собой дверь, она по ней же сползла на пол, захлебываясь беззвучными рыданиями. Она все еще не понимала, как могла так сильно полюбить парня в отношениях. Терзания разрывали изнутри, кроша на мелкие кусочки.       И лишь воспоминания о собственной боли, инициированные появлением третьей, помогли усмирить эмоции. Она не хотела становиться этой «третьей». Она не хотела причинять кому бы то ни было такую боль. Лучше уж трусливое бегство, чем мерзкий титул разлучницы.       Мелко дрожа от холода и напряжения, Кира выбралась из душа и заглянула в зеркало, встречаясь с лихорадочным блеском карих глаз:       - Ну ты и вляпалась, умница! – зло прошипела она себе.       Решив, что пробежка будет лучшим вариантом выплеснуть энергию, она переоделась в спортивный костюм и отправилась на свежий воздух. Бег действительно помог уравновесить гормоны, и к возвращению на базу в голове воцарилось хрупкое подобие спокойствия. Часы показывали, что она все еще опережает привычный график, но уже на 20 минут.       Вдохнув полной грудью утренней свежести (потому как коридор теперь навсегда будет пробивать током, напоминая о близости), девушка зашла в тихий и еще сонный дом. Вернувшись в комнату, Кира с удивлением отметила шум воды.       - Забыла выключить что ли? – бормоча себе под нос, она открыла дверь в ванную.       И ошарашенно замерла, на время забыв про дыхание. Так как вполне отчетливо различила за прозрачной запотевший стенкой тело, беззаботно плескающееся под струями горячей воды. Мужское тело. Волосы с красным отливом, мощная шея, широкие плечи, мускулистая спина, зауженная талия, крепкие ягодицы… Стоя к ней спиной, парень что-то напевал, намыливая голову.       - МАТЬ ТВОЮ!!! ЛАО МАО!!!! – яростно зарычала она, заливаясь краской и пулей вылетая из своей комнаты. Остановиться удалось только на первом этаже. Обхватив голову руками, она от души материла тиммейта на родном языке, всеми силами стараясь развидеть увиденное. Хрупкое спокойствие оказалось разбито вдребезги.       На ее крик из комнат выскочили сонные ребята с вопросами о том, что стряслось.       - Кира, ты же должна быть на тренировке! – выбежал Кэт, поражая всех своим видом и лишь добавляя вопросов. – У нас кран сломался…       Измайлова подняла на него взгляд, но тут же отвернулась, еще сильнее заливаясь краской. Кажется, теперь загорели не только лицо и уши, но даже макушка.       - Сгинь!!!       Едва зашедший в коридор Мин чуть не вышел обратно, услышав приказ. Но вовремя осознав, что он не мог быть адресован ему, вместе с Жуем поспешил в игровую выяснять, что могло довести Измайлову до крика. Праведный гнев, прозвучавший в голосе девушки, оказался справедливо направлен на Кэта, мечущегося на втором этаже в единственном предмете гардероба - небольшом полотенце, придерживаемым им на бедрах. Красноречиво-любопытные взгляды загнали парня в … комнату запасной, вынудив ее хозяйку обреченно упасть на свое кресло, пряча с тихим стоном красное лицо в ладонях.       - Кран, - тихий смешок неудержимо перешел в заразный безумный смех. Похоже, нервы у нее все-таки сдали.       Увиденная картина вызвала у тренера двоякие чувства, наверно, как и у всей команды. С одной стороны – возмущение, ибо подобное поведение выходило за рамки приличия, а с другой – он и сам не смог сдержать смех, когда за парнем захлопнулась дверь, и хохотавшая рядом Измайлова очень этому способствовала.       - Кран, - всхлипывала Кира, держась за живот и утирая слезы.       К чести менеджера, он смог сходить до кухни за стаканом воды.       - Лао Мао, он… - Жуй протянул Кире стакан.       - Цыц, - посмеиваясь, оборвала она объяснения, залпом выпивая холодную воду и кое-как успокаиваясь.       Хлопнула дверь, и топер, гуськом, придерживая полы халата, прошмыгнул в свою комнату. Рей же вытерла лицо и хмуро обвела заинтригованных ребят взглядом:       - Пусть Кэт отвечает на ваши вопросы, - и ушла к себе.              Пока команда собиралась на завтрак, Ю успел приготовить кофе. От его внимания не укрылось плохое настроение девушки, и он чувствовал в этом и свою вину. Он сам назвал ее «другом», но вышедшие вчера из-под контроля эмоции дружескими назвать было никак нельзя. В памяти еще свежо было воспоминание о резкости девушки в плане нарушения личных границ. Стоило извиниться. А пока он надеялся, что проявленная забота хоть чуть-чуть улучшит ее настроение.       Рей спустилась, лишь когда началась тренировка основной команды. Несмотря на то, что не было ставших привычными обмена взглядами и улыбки, Мин с удовлетворением отметил, что во время загрузки игры Кира обхватила ладошками теплые бока чашки и сделала первый глоток, с наслаждением прикрывая глаза. И после, погрузившись в работу, понемногу отпивала остывающий напиток. Когда же приблизилось время обеда, она выскочила из домика, бросив «хочу проветриться» и лишая их возможности поговорить.       После обеда привезли новые костюмы для фотосессии. В этот раз участвовать должны были все – и геймеры, и Мин с Жуем. Компания хотела показать их единым коллективом, семьей. Поэтому сейчас в игровой поднялся шум – парни активно обсуждали новые образы и придумывали позы.       - А давайте примерим? – предложил Кэт, с интересом изучая футболку с переливающейся, словно горящей, надписью ZGDX.       - В комнатах, - кивнул Мин.       - Да брось, - фыркнул Юэ, - Яо на дораме залипла, ей еще минут 20 точно смотреть. А Рей гулять ушла. С ее настроением она в лучшем случае к игре только вернется. Да и надо-то нам минут 5.       Почему-то доводы младшего Лу показались убедительными. Наверно потому, что всем просто хотелось примерить новенький образ. Оголив торсы, футболки и рубашки тут же полетели на диван. Следом за ними, не так быстро и уверенно, потянулись штаны.       - Да вы издеваетесь, - за общим весельем они совсем не услышали хлопка входной двери и теперь замерли в неудобных позах, оглушенные тихим негодованием, насквозь пропитанным уверенностью в их неисправимом идиотизме.       - Кира?! - тренер лихо застегнул ширинку, поворачиваясь к Измайловой. Но слушать объяснения она не собиралась. Развернувшись на каблуках, девушка стремительно вышла из домика. И к тому моменту, когда он нашел свою футболку и выскочил на улицу, ее уже и след простыл. А на телефон пришло сообщение:       «Я к Дзинь Ян. Надеюсь, к моему возвращению вы вспомните, что живете под одной крышей с ДЕВУШКАМИ».              Вечер опускался на город, понемногу накрывая его темным бархатным одеялом, а Киры все не было. Мин устало оперся на перила балкона, вглядываясь в дорогу. Мысли в голове навязчиво крутились вокруг девушки, подогревая смутную тревогу.       - Ты хотел удалить ее резюме не читая, когда получил его от моей матери, - рядом с ним облокотился Чен. - А теперь места себе не находишь, когда она уехала к подружке. Еще не жалеешь, что все-таки открыл ее резюме?       - Ни капли. Я все еще уверен, что на этот сезон Рей – лучшая запасная, что мы смогли бы найти, - улыбнулся Ю. Чен первым из команды заметил его отношение к Кире. Это произошло еще до того, как Энси вынудил его действовать решительней. Вторым оказался Кей. И, возможно, еще Юэ догадывался. Остальные же, судя по наблюдениям, не видели в его поступках чего-то бóльшего.       - И долго ты будешь вокруг нее ходить? Ведете себя, как герои дорамы.       - Ты же видел, что произошло. Не думаю, что она хочет со мной отношений, - выдохнул Ю.       - Тебе не кажется, что тогда оказалось неподходящее время? – продолжал друг. – Мне кажется, после АнимэКона ее отношение к тебе изменилось.       - А мне кажется, что она всего лишь вину за резкость заглаживает, - упрямился Мин.       - Как вчера прошло? – Чен решил зайти с другой стороны.       - Я готовился к худшему. Но ей удалось изменить этот вечер, - вопрос всколыхнул воспоминания, красноречиво отражая на лице парня эмоции. Перед глазами вспыхнул волнующий образ Киры. Мин прекрасно понимал Ксина – в своем платье девушка выглядела очень … притягательно. Плотная ткань, обхватившая тонкую талию, но скрывшая остальную фигуру, манила фантазировать. Стройные икры, тонкие руки, длинная шея уменьшали набор вариантов до чего-то изящно-плавного и волнительно-трепетного.       - И что между вами произошло, что она сегодня на иголках? Конечно, выходка Лао Мао, как и наша … кхм … демонстрация, не относятся к успокаивающим. Но думается мне, что спокойствие Железной Леди пошатнул не Кэт. Что можешь на это сказать?       Воспоминание разговора в кабинете обдало Мина жаром, мгновенно учащая пульс. Кира даже не представляла, насколько двусмысленно звучали для него ее слова. Оказанное доверие пробуждало звериные инстинкты. Особенно в свете демонстрации ее предпочтения. И тут он тоже был солидарен с кузеном – желание увидеть покорность в ее глазах сводило с ума. Вот только, в отличие от брата, ему было мало физического превосходства, ему был необходим ее осознанный выбор.       А это возвращало размышления к нерадужным мыслям, что тогда, что сейчас, помогающим скинуть напряжение. А что, собственно, он мог ей дать? Увидев ее общение с Ратмановым и с Савицким, Мин прекрасно понимал, что ни деньги, ни статус, ни власть, ни что-либо другое связанное с богатством и знаменитостью ее не интересует. Впрочем, взаимопонимание на уровне мыслей тоже оказалось для нее не главным, как и многие другие качества. Оба парня казались ему более достойными кандидатами в мужья, нежели он сам. Но чего-то, важного для нее, в них не было, что позволяло им сохранять близкую дружбу. И он до сих пор не мог придумать ничего достойного, отличающего его от них, чтобы предложить ей. Разве только свое сердце. Но, учитывая ее способности и обаяние, подобных сердец у нее должна быть уйма. Наверно, поэтому и откладывал разговор.       Но Чен все еще ждал ответ.       - Чуть не упали в коридоре. Надо Жую сказать, чтобы штраф добавил … за разбросанную обувь.       Накрученный за вечер собственными фантазиями, он, конечно, чуть не испортил все, случайно столкнувшись с Измайловой. Она оказалась в опасной близости: аромат ее кожи затмевал разум, сбивчивое дыхание лишало воли, а трепещущая на шее жилка, едва различимая в темноте, так и тянула прикоснуться губами. Оторваться от нее стоило ему огромных усилий. А ее поспешное бегство лишь добавило сожалений о собственной несдержанности. Ему хотелось быть к ней как можно ближе, но совершенно не хотелось, чтобы это навредило их отношениям. Если он допустит ее отъезд, он рискует потерять ее навсегда.       - Ты сегодня удивительно многословен, - поддел друг. На это возразить было нечего. Мин еще сам не сформулировал свои мысли и не сформировал планы.       Неспешный разговор прервала мелодия. Чен взглянул на экран и встревоженно ответил на звонок, сразу включая громкую связь.       - Кира?       - Лу, приезжай, - вместо Рей, они услышали напряженный шепот Дзинь, наполненный страхом. Мин тут же достал телефон, запуская поисковик, - я …       - Выходи! – рявкнул в трубке мужской голос между громовыми ударами, добавляя парням тревоги. Девушка всхлипнула, послышался звук слива воды, и едва различимое «И-иду».       - Нашел, - Ю показал зеленую мигающую на экране точку.       - Скоро будем, держись, - бросил Чессмэн, скидывая звонок, и перехватывая рванувшего к выходу тренера. – На машине.       - Я быстрей доеду, - дернулся Мин, но хватка друга оказалась крепче.       - На. Машине, - твердо повторил Чен, ловя зрительный контакт. Поколебавшись пару секунд, Ю кивнул.       А через пять минут был благодарен ему за настойчивость, прекрасно осознав, что уже на третьем светофоре, которые, как назло, к их приближению переключались на красный, был бы сбит за свою поспешность. Ибо терпения у него не было.       - Спецов вызови, - голос Лу был обманчиво спокоен, но парень, в отличие от него, головы не терял. Мин быстро нашел нужный номер и нажал вызов. Короткий разговор завершился названием пункта назначения. И Ю снова сжал в руке телефон, сдерживая за зубами требования ускориться и цепляясь взглядом за мигающую зеленую точку.       Что их ждет в пункте, он не знал. Но мог предположить. Либо отморозки, решившие слишком нагло приударить за девушками, либо ублюдки, зарабатывающие на богатых, популярных или просто красивых. Вторые были гораздо опасней. Они выслеживали своих жертв, опаивали наркотиками, после чего снимали на видео и шантажировали, вынуждая сливать деньги, отдавать драгоценности, переписывать недвижимость. Репутация – дело хрупкое и очень ценное. Чаще всего у таких группировок все было подхвачено – и связи, и силовики, и «место работы». Если они успеют увести девушек, найти их будет уже невозможно. Единственный шанс остановить – накрыть с поличным. И испуганный разум, конечно, рисовал самые страшные картины.       - Раз Дзинь Ян смогла позвонить, значит, Кира еще в сознании, - заметил Чен, пытаясь успокоить друга. Мин резко вскинул на него взгляд. «Еще»… Он совсем не был уверен, что она «еще» в сознании. Какой бы сильной она ни была, и ее возможностям есть предел. Но точка на экране продолжала мигать, оставаясь на месте и поддерживая в душе надежду.       Оставшееся время в пути показалось бесконечностью. Он гнал тревожные мысли, старательно заменяя их на воспоминания. Но вот последний поворот, и машина Лу резко остановилась прямо перед входом, нарушая все правила.       Хорошо, что вход в бар оказался со стороны Чена. Мин врезался в него у дверей.       - Дождемся подкрепление. Мы не знаем, сколько их, - настаивал друг. Он был прав, вот только кипевшая в жилах холодная ярость требовала выход. Внезапно подлетел Ай Дзя, пытаясь смести Чессмэна с дороги. Судя по выражению лица, его разрывало не меньше, чем Ю. Следующую попытку прорваться остановила подъехавшая охрана, и Чен посторонился.       Время снова замедлилось, позволяя прочувствовать каждую секунду творящегося безумия. Шумный общий зал, наполненный неуместным весельем, легкой музыкой и дебильным смехом. Затемненный коридор с рядом одинаковых дверей в ВИП-кабинеты. С замершим сердцем он толкнул одну из них, за которой как минимум должен был оказаться телефон Рей, а лучше и она сама.       Взгляд залип на разворачивающейся сцене, поднимая злость на невиданные ранее высоты. Теперь он готов был убивать. Сзади подтолкнул Ай Дзя, и Мин шагнул вперед.       В комнате находилось пять парней, Измайлова и Чен. Татуированный лысый ублюдок, под улюлюканье друзей, тянул губы Киры к своим, вцепившись в ее нижнюю челюсть узловатыми пальцами. Маска ложной заинтересованности на ее лице треснула, сменяясь отвращением. Рука девушки судорожно шарила по столу опрокидывая бокалы, пока не сумела схватить один из них и плеснуть содержимое в ненавистную физиономию напротив.       Алкоголь больно резанул глаза ублюдка. Разразившись проклятиями, он выпустил жертву и замахнулся, желая наказать ее смелость.       Мин перехватил руку, до хруста заламывая ее за спину, и высвободил скрутившуюся в тугую пружину ярость, прикладывая лысого головой об стол. Взгляд тут же выцепил Киру, автоматически отмечая, что девушка цела, в одежде и без видимых признаков насилия. Он готов был еще раз 200 приложить тварь, навсегда отбивая желание приближаться к женскому полу, но в мгновение увяз в нетрезвом взгляде карих глаз, наполненных страхом, разглядев в них себя. Бесстрастное бледное лицо и холодные глаза, во тьме которых пылала ненависть.       Очнувшись, она потянулась к нему, одним лишь касанием к руке освобождая его разум от алой пелены, а грудь – от цепей отчаяния. Он снова мог дышать. Она жива.       Чен взял на себя все вопросы, позволив Ю сосредоточиться на помощи Рей. Из кабинета они переместились в туалет, где он вынужден был бессильно метаться. Кира отказалась от помощи Дзинь Ян, отправив ее с Ай Дзя домой, напомнив, что подруга выпила какую-то таблетку. Саму Измайлову вело подсознание, слова ей давались с трудом, а внимание постоянно норовило ускользнуть, больше двух мыслей в голове не удерживалось. И сейчас она старательно вымывала из своего желудка влитый туда алкоголь, а Мин измерял маленькое помещение тяжелыми шагами. Он должен был ей как-то помочь, но на все его касания она нервно дергала плечом, вынуждая отступать и вязнуть в собственной бесполезности.       Наконец, оторвавшись от унитаза, девушка обессилено села на пол, прислоняясь к перегородке. Литровая бутылка воды была почти пуста. Он присел рядом, с тревогой разглядывая усталое бледное лицо. Ее мелко трясло, холодная кожа покрылась испариной, а сердце колотилось пугающе бешено.       - Я все-таки вызову врача, - предупредил Мин.       - Помоги встать, - попросила она осипшим голосом, открывая глаза. Взгляд приобрел некую разумность, снова отодвигая вызов скорой. Недовольно выдохнув, он легко поставил ее на ноги и довел до раковин, где она смогла умыться холодной водой.       - Уведи меня … отсюда, - ее лицо содрогнулось, и в глазах показались слезы. Шмыгнув носом, она еще раз умылась, и на дрожащих ногах шагнула к выходу.       Гостей в основном зале не было. Видимо, их спугнули спецы, когда выводили ублюдков. Зато, едва их заприметив, к ним бросился хозяин заведения.       - Госпожа! Пожалуйста, простите! – скулил он, кланяясь и пытаясь поймать ее руки. – У меня не было выбора! Не губите! Госпожа! Пожалуйста! Поймите! У меня жена и дочь! Госпожа, молю Вас! Не…       - Дочь? – вздрогнула Кира. Она еле стояла на ногах, почти полностью обвисая в хватке тренера, державшего ее за предплечье. Но информация о ребенке придала сил, и она сделала шаг к мужику. Мин предупреждающе поднял руку, но…       Острая коленка девушки отработанным до автоматизма ударом попала ровно в пах хозяина. Мужчина со стоном осел на пол. Мину пришлось перехватить Киру за плечи, потому как она настырно тянулась к поверженному:       - Я обязательно расскажу папе о сегодняшнем вечере, - хрипло, но уверенно шипела она. - Жди, он найдет тебя. И расскажет, какого это, когда твою дочь … предают.       Ю все-таки удалось вернуть ее в вертикальное положение, и, под скулеж и всхлипы хозяина, они покинули заведение. Остановившись у машины Чена, он притянул Рей к себе, позволяя уткнуться в грудь. Одной рукой прижимая к себе за талию, а второй – успокаивающе поглаживая по голове. Только сейчас понимая, что его и самого неплохо потряхивает. Но мерное горячее дыхание на груди успокаивало, позволяя поверить, что самое страшное уже позади.       - Я вызвал вам такси, - Чен протянул рюкзак Измайловой.       - Отвезу ее к себе. Думаю, завтра ей будет очень плохо, - предупредил Ю. – Вызову врача. В тишине и спокойствии ей будет легче вернуться в норму.       - Хорошо, я предупрежу ребят, - кивнул друг.              Едва оказавшись в салоне, Кира сразу заснула. Мин обнял ее, аккуратно устраивая голову на своем плече и чутко прислушиваясь к дыханию. Долгая дорога позволяла немного поразмыслить.       Например, о том, что в страхе за нее, он готов был на необдуманный поступок. А в его сфере деятельности безрассудные поступки не прощают. Он сам ей это рассказывал. Или о том, как сильно погряз в ней, что все свободное время тратил на нее. Не то, чтобы он был против, но желание быть с ней начинало выходить из-под контроля. Мысли об этом всегда раздражали, и он неосознанно погладил бедро прильнувшей к нему Киры. Ведь она стала для него не только главным источником эмоциональных всплесков, но и той, кто эти бури может успокоить. Просто своим присутствием. Или, как сегодня, взглядом. Это казалось странным, но именно так это и работало.       Его тянуло к ней с каждым днем все сильнее. Словно снежный ком нарастало желание хотя бы повторить то, что уже было. Почувствовать разливающееся тепло, когда искрятся ее глаза. Ощутить магию ее улыбок, способных влиять на его настроение. Почувствовать, как сладко пьянит запах ее кожи. Окунуться в уютное домашнее утро с чашечкой кофе и дружеской болтовней. Ощутить мягкие подушечки сильных пальчиков, что обволакивают нежностью и заботой, и не только бы на голове или руках. Насладиться властью, находясь в кольце ее рук, которую ощущал в минуты поездок на байке, чувствуя ее безграничное доверие. И это лишь часть моментов, что копились день за днем, проведенных рядом с ней. И он совершенно не представлял, что будет делать, если она так и не ответит взаимностью…       Конечно, он понимал, что она не идеальна. Ее образ мышления неординарен и, видимо от бесполезности, она прекратила его объяснять. Поначалу это невероятно раздражало всех. Пришлось учиться ей доверять, и вскоре негативные ощущения исчезли, сменяясь смесью интереса и азарта. Познания психологии не только вскрывали души, оставляя их беззащитными перед ее глазами, но и позволяли вызывать доверие, хотя сама о себе она рассказывать не спешила, но информацию не скрывала. Поэтому он сам учился «читать» ее и задавать правильные вопросы. Про сложности с доверием говорила и привычка самой решать возникающие проблемы. Иногда это доводило Жуя до исступления, сетующего, что девушка лишает его работы. На это он ответил внимательностью, учась предугадывать ее запросы. В конце концов, они были вполне логичны. Даже если перебрать все ее недостатки, в итоге получалось, что все они стали для него ее особенностями, без которых он ее уже не представлял.              Когда такси остановилось, Кира проснулась. Мин провел ее в родительский дом, где сам был не частым гостем, предпочитая ночевать в отеле рядом с базой. Он решил, что лучшим вариантом будет разместить девушку в своей комнате, а самому устроиться в гостиной на диване. Непродолжительный сон придал ей сил, словно откатив стадию опьянения на пару уровней - она все еще придерживалась за стенки, но способность здраво мыслить заметно улучшилась. Узнав расположение ванной, Измайлова пропала на добрых двадцать минут. Что вновь заставило тренера поволноваться – не стало ли ей хуже, не потеряла ли сознание.       Но вот шум воды стих, и вскоре она вернулась в его комнату, мило утопая в махровом халате. Волосы по-прежнему были собраны на затылке, зато с лица пропала размазавшаяся косметика, а по комнате распространился аромат. Его аромат. Сочетание источника и запаха прошлось разрядом по позвоночнику, будя что-то инстинктивное и естественное – желанная женщина пахла им, и куталась в его одежду.       Мин тяжело сглотнул, отгоняя непрошенные мысли. У нее просто не было выбора – в его ванной была только его косметика и уходовые средства. Он протянул ей футболку, выуженную из шкафа:       - В этом спать удобнее. Если ты спишь в одежде.       Девушка хмыкнула и, аккуратно придерживая халат, взяла вещь, отходя с ней к стулу. Двигалась она медленно и плавно, избегая резких движений. Кира потянула пояс, и тренер поспешил вернуться к одеялу, меняя постельное в своей кровати.       - Мин, а это дом твоих родителей? – поинтересовалась Рей.       - Да.       - А они не будут против, что я тут переночую?       - Нет. Они уехали. Деловая поездка. Мы тут одни.       - А твоя девушка не будет против?       - У меня нет девушки.       - Это твоя комната?       - Да.       - Может, мне лучше лечь в другой комнате?       - Нет, все нормально. Спи здесь.       Парень встряхнул пододеяльник, расправляя последние складки и принялся за подушки.       - Миин, - капризно-игривый, иной, совершенно непохожий на Измайловский, тон заставил замереть. Мозг, все же расплывшийся в сладких мечтаниях, отвлеченный типичной беседой, мгновенно собрался. – А я красивая?       После этого вопроса стоило бежать, ибо, услышанный от пьяной девушки, ничего хорошего он не сулил. Но парень все еще стоял с подушкой в руке, подвиснув на мысли про какое время его спрашивают: вообще или в данную минуту.       - Видимо, теперь я тебе противна настолько, что даже смотреть на меня не хочешь, - по-своему интерпретировала она его молчание, обиженно надувая губки.       - Не выдумывай! – оттаял Мин, завершая с наволочкой и оборачиваясь к ней. – Ты очень красивая. И не только внешне.       Кира стояла в его футболке, интригующе открывшей стройные ноги. Но внимание привлекло лицо, на котором каприз от его слов наглядно сменился на радость. «Интересно, а Кольт когда-нибудь видел ее в подобном состоянии?» - мелькнула в голове парня ревнивая мысль. Сейчас, когда разум был нокаутирован и едва держался на плаву, ею управляла душа, эмоции, чувства, желания, не связанные рамками приличия или ответственности. Оттого она вызывала любопытство, а не неприязнь. Будь на ее месте другая девушка, он бы поморщился и поспешил уйти. Но в его комнате другой девушке не место.       Посмаковав приятные слова, она медленно шагнула к нему. Походка пьяной модели окончательно утвердила улыбку на его лице. Он с интересом наблюдал за ее приближением, разглядывая загадочную улыбку и блеск в глазах, с любопытством отмечая, что не может разгадать ее намерений, даже когда она пьяна. В любом случае, Кира всегда держалась от него на расстоянии, сохраняя комфортную для себя дистанцию. Но в этот раз…       Подойдя, она одной рукой обняла его за талию. Неожиданная близость ошеломила. Вторая рука скользнула вверх, зарываясь в волосы и призывая наклониться. Он увидел мириады искр в карих глазах, перед тем как она их закрыла, поднимаясь на носочки.       Поцелуй оказался неожиданным. Мин застыл, широко распахнув глаза, завороженный ощущениями. Мягкие касания губ и язычка наполняли чем-то очень восхитительно теплым, упоительно нежным и до безумия желанным, что зарождало внутри трепет и распирало грудную клетку, вынуждая дышать глубоко и осторожно-медленно в страхе спугнуть потрясающее чувство. Он ощущал, как в этой неге, медом текшей в каждую клеточку его тела, растворяются тревоги и страхи прошедшего дня, а на замену приходят уверенность, сила и спокойствие.       Дарящая. Она целовала его не требуя, не прося и не настаивая, не стремясь вложить что-либо в свои касания. Она просто делилась своей любовью, самозабвенно растворяясь в этом многогранном чувстве и наслаждаясь каждым мгновением, настолько велико и чудесно оно было. Беззлобно, легко и наивно переворачивая его мир, окончательно разрушая уверенность в возможности дружбы. После такой «демонстрации», являющейся вишенкой на торте их взаимоотношений, он уже не сможет просто находиться рядом.       Но вот она начала отстраняться, возвращая его в реальность. Острый язычок аккуратно облизнул губы, после чего открылись сверкающие глаза. А у него внутри все потянулось к ней, наконец сбрасывая оцепенение и требуя вернуть восхитительные ощущения. Сопротивляться было бесполезно. И руки уверенно притянули хрупкое тело, возвращая уютную близость. Не найдя в ее глазах сомнений, он сам накрыл желанные губы, целуя глубоко и несдержанно. Это она – девушка, мягкая и чувственная, он же рожден мужчиной, чтобы защищать, заботиться и оберегать, а еще … выполнять ее желания.       Привкус крепкого алкоголя, все еще чувствующийся на языке, настойчиво бил в мозг, требуя внимания. «Она пьяна!» - противно зудело под коркой, но его желание было сильнее. «Остановись!» - требовали крохи сознания, когда рука соскользнула на бедро, касаясь теплой кожи за краем футболки. «Хочешь потерять ее – продолжай! - ввернул ультиматум здравый смысл. – Очнется на утро – возненавидит».       Руки нехотя обхватили девичьи плечи, разрывая поцелуй и отодвигая ее на десяток сантиметров. Ему казалось, что он отрывает часть своего сердца. Медленно вздохнув, он все же открыл глаза и встретился с ее взглядом, наполненным непониманием и … доверием. Горло перехватило, вынуждая откашляться. Так паршиво он себя еще никогда не ощущал – он собирался причинить боль той, которую любил до безумия.       - Кира, - он слегка встряхнул ее для привлечения внимания, - если захочешь, мы продолжим в следующий раз. Но сейчас ты сильно пьяна.       Он отпустил ее и быстрым шагом вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. В нее тут же прилетело что-то твердое. Судя по предсмертному дребезжанию – будильник с прикроватной тумбочки, где они стояли. Следом стены дома сотряс раздирающий душу вой. Острое желание, сдерживаемое непозволительно долго, вспыхнуло в ответ на его поцелуй, разливаясь нестерпимым жаром по венам. Мин сел под дверь, невольно сжимая футболку на груди. У него не осталось сомнений, что она любит его, но он прекрасно понимал, что она не простит его, если сейчас он воспользуется ее слабостью. В конце концов, она нужна ему целиком, включая разум, а не только ее тело и душа.       А за дверью бушевали – рык, крик, грохот падающих вещей. Судя по звукам, рабочий стол теперь тоже чист.       Кира затихла через минут десять. Выждав еще столько же для надежности, Мин вошел в комнату. Не обращая внимания на погром, он приблизился к уснувшей подле кровати девушке. Аккуратно уложил ее на постель и укрыл одеялом. После чего тихо прибрался. Перед уходом снова остановился у кровати, задумчиво рассматривая Рей.       - Надеюсь, у тебя есть веская причина держать меня на расстоянии, - сказал он спящей. – А если нет … ты не оставила мне выбора, дорогая.       Он нежно коснулся губами ее виска и вышел, оставляя дверь приоткрытой.