Черный бриллиант
12 декабря 2023 г., 23:36
— Где мама? — спросила Дин.
Роджер, устроившийся в мягком кресле у камина, показал большим пальцем в сторону окна.
— Там, снаружи, и счастлива.
— Ты счастлив?
Роджер заложил руки за голову и широко улыбнулся. На предплечье у него была вытатуирована красивая роза-компас. Под ней скрывался шрам после перелома руки в процессе стройки крепости на дереве в Ларк-Хаус. Чернилами выведена только буква "N", в самой верхней точке.
Дин вглядывалась сквозь заледеневшие оконные стекла. Вэл лепила снеговика у подъездной дорожки. Во время зимних прогулок она всегда заплетала волосы в две косы. Они свисали из-под ее полосатой шапочки-чулка с большим помпоном на конце. Она выглядела мило. Молодой. Розовощекая. Дин начала заплетать себе волосы, наблюдая за происходящим, затем натянула свои зимние штаны и ботинки.
Вэл широко помахала рукой, когда Дин вышла, крикнула:
— Хочешь присоединиться?
— Господи, я просто вышла помочь тебе, — крикнула Дин в ответ.
Они выстроили длинную очередь снежных людей. Они как раз использовали ветки вместо рук, когда фары осветили подъездную дорожку, разрезая лучами падающий снег. Внедорожник Алекса медленно подкатил. Входная дверь дома распахнулась, выпустив еще один луч теплого золотого света. Роджер вышел на крыльцо, большой и бородатый, в зимних штанах и рыбацком свитере, широко раскинув руки.
Алекс выскочил со стороны пассажира еще до того, как машина остановилась, побежал к дому с криком, а Родж с воплями спустился по ступенькам. Потом они оказались на снегу, катаясь, колотя друг друга кулаками и смеясь.
— Мой броманс, — тихо пропела Вэл. — Не обязательно, чтобы на небе была луна…
— Они только что виделись на День благодарения, — напомнила Дин.
— Не имеет значения, — ответила Вэл. — Привет, красавчик. — Она рассмеялась, когда Хав заключил ее в крепкие объятия. Затем Хав подхватил Дин и закружил ее. От него пахло, как всегда роскошно, но в этот раз с легким привкусом фастфуда в волосах.
Затем из задней двери появился Ари. Сердце Дин перевернулось и умерло. Она стояла неподвижно с ветками в руках и неуверенной улыбкой на лице, стесняясь обнять его на глазах у взрослых. Они быстро обнялись, рука Ари скользнула по ее спине.
— Привет, Шноз, — поприветствовал Родж. — Рад тебя видеть. — Он не страдал той застенчивостью подростков, поэтому заключил Ари в объятия, от которых хрустели кости, одной рукой взъерошив ему волосы.
— Бери свои вещи и заходи.
В лыжном домике наверху было три спальни: одна с кроватью размера «king-size» с отдельной ванной комнатой. Две другие спальни делили одну ванную комнату. Внизу находилась спальня с двумя комплектами двухъярусных кроватей, сдвинутых голова к голове вдоль одной длинной стены. Братья Ларк и Алекс спали здесь, когда были маленькими. Дин устроили на одной из коек. С приездом Ари взрослые занялись обустройством спального места.
Роджер уступил комнату с отдельной ванной Вэл и Алексу и бочком подошел к Хаву со словами:
— Оставишь сегодня для меня свою спальню незапертой?
В ответ Хав уложил Роджера лицом вниз на кухонный стол и притворился, что вытирает его насухо Роджером.
— Полегче, приятель, — воскликнул Роджер. — Это мой первый раз.
— Никогда не знаешь, — рассмеялся Хав.
— Где будет спать Ари? — спросила Вэл, помешивая что-то на плите.
— Можем ли мы доверять двум подросткам наедине в комнате с двухъярусными кроватями? — спросил Хав.
— Да, — ответил Роджер, в то же время Вэл сказала: — Нет.
— Мама, — простонала Дин.
— Знаю, я буржуазный придурок.
— Ты такая и есть. — Отрезала Дин.
— Я буду спать на диване, — отозвался Ари.
— Оставайся со мной, — предложил Хав, хватая его сзади.
Ари расхохотался.
— Нет, спасибо.
— Я буду чувствовать себя неловко, если тебе придется спать на диване, — сказала Вэл.
— Нет, ты не будешь чувствовать себя неловко, — подсказала Дин.
— Ради бога, Вэл, — вставил Родж, — вы с Алексом годами делили двухъярусную комнату.
— Нам было по двенадцать, — парировала Вэл.
— Ха, тебе не было двенадцати, когда ты улизнула с ним в хозяйскую спальню. — Родж взглянул на Дин. — Ты знаешь, что была зачата в этом доме, верно? Если подумать, Шнозу лучше поспать наверху.
Громкий смех. Ари стал ярко-красным, а Дин пожалела, что не может умереть.
На следующее утро Вэл задержалась в продуктовом магазине. Остальные отправились в "Smugglers’ Notch". Ари взял групповой урок на холме для начинающих, в то время как Дин с Алексом, Хавом и Роджером отправились на Мадонну.
Это был ее первый раз на лыжах после несчастного случая, и она волновалась больше, чем хотела признать. Алекс тоже. Она могла сказать, что он старался не обращаться внимание на нее, но каждый раз, когда она останавливалась, чтобы перевести дух или насладиться видом, он тут же оказывался рядом с ней. С тобой все в порядке? Ты устала? Тебе холодно? У тебя болит спина? С ногами все в порядке? Ты хочешь остановиться? Нам нужно отдохнуть?
Даже Роджер, обычно такой невозмутимый, кудахтал над ней, пока Дин у не возникло желание проткнуть их обоих лыжной палкой.
— Сделай мне одолжение, исчезни, — наедине сказал ей Хав. — Мы все расслабимся.
— Ни хрена подобного, — ответила она.
Ее тянуло к Хаву. Он был надежным, простым лыжником. Никаких трюков, никакого риска, никакой охоты за острыми ощущениями. Он хотел насладиться спуском с горы и дожить до того, чтобы повторить. Дин шла по его следам, копируя его широкие, элегантные повороты, возвращаясь к основам. Она чувствовала себя хорошо, хотя слияния трасс пугали ее, и она переместилась на дальнюю середину склона, чтобы избежать их.
Алекс развернул лыжи поперек горы и подождал, пока она догонит. Она плюхнулась рядом с ним, аккуратно пуская маленькую волну снега к его ногам.
— Ты хорошо выглядишь на склоне, — сказал он, возясь со своими креплениями.
— Спасибо.
Хав резко остановился, за ним Роджер.
— Дин, все в порядке? — спросил Родж. — Устала?
— Единственное, что устал — это мой мозг, — ответила она. — Я так много думаю.
Они встретились с Вэл в лодже за ланчем. После Ари записался на частный урок. Вэл и Алекс хотели покататься на лыжах вместе. Родж объявил, что на сегодня все, сказав, что ему нужно сделать несколько телефонных звонков и собрать вещи.
— Я поеду с Хавом, — вызвалась Дин.
Первая поездка наверх после обеда всегда была самой тяжелой: в желудке бурлит кровь, а ноги не рады, что их снова заставляют. Хав закрыл глаза, на ресницах собрался снег.
— После обеда самое замечательное время для сна, — сказал он.
— Знаю, — согласилась она. — Позже мы все поспим.
— Ты только что сказала поспим?
— О да, я это сказала. Разбиться, — крикнула она, когда они поднялись над верхушками деревьев.
— Рифмуется с наличными, — крикнул в ответ Хав.
По обе стороны от них открывался горный пейзаж. Дин указала вокруг, называя вершины. На курорте Стоу «Передняя четверка» прорезала широкие белые артерии по склону горы: Гоат, Старр, Нэшнл и Носедайв.
Они проехали над деревьями, увешанными бусами для Марди Гра.
— Вон идут твои родители, — указал Хав.
Спускаясь по склону под ними, Вэл и Алекс синхронно катались на лыжах, их следы образовывали идеальные восьмерки. Хав и Дин свистели, аплодировали и выкрикивали оценки.
— Папа всегда здесь такой счастливый.
Они сделали пару промежуточных заездов на Мадонне, затем поднялись на Стерлинг, чтобы попробовать спуститься с «Черного бриллианта».
— Хорошо себя чувствуешь? — Спросил Хав, обматывая ремни палки вокруг запястий.
— Давай прокатимся. — Дин опустила очки и оттолкнулась.
Она упала всего через несколько поворотов. Она отшутилась, встала и продолжила идти.
И продолжала падать.
Она не могла повернуть направо, не могла вспомнить простую механику удержания края. Трасса была слишком крутой. Она сужалась, и ее испуганное «я» сделало ее еще уже, зажав ее. У нее не было места. Люди пролетали мимо нее сзади, прижимаясь к ней. Вся ее уверенность рухнула, и знание в ее ногах соскользнуло лавиной.
— Все в порядке? — спросил Хав, когда они остановились у обрыва.
У нее перехватило горло, а в очках перед глазами все плыло.
— Да, ты иди первым, — попросила она. — Мне нравится следовать за тобой.
Он пошел вперед. Она последовала за ним, но сделала только один неуверенный поворот. Споткнулась и упала на бедро. Встала, разъяренная и расстроенная. Затем полностью потеряла контроль над своим следующим поворотом и снова упала на то же бедро, на этот раз потеряв лыжу. Она заскользила вниз с горы, как пропеллер. Сотрясающий удар от двойного падения пронзил ее бок, и она закончила. Она лежала в снегу. Сломанная.
«Я никогда не спущусь», — подумала она.
