Что-то большое
14 декабря 2023 г., 20:32
Любовь день за днем разрушала стены неуверенности Дин и показывала Ари, кем он может быть. Она освободила его от его собственного тела. Они брали влажную глину своей сексуальности и бросали в центр гончарного круга. Вместе они придали ему форму красивой чаши. Приподняли края, немного изогнули, и укрепили. Обжарили с доверием. Снаружи покрыли глазурью темно-каштановые волосы, а внутри раскрасили серебром и зеленью ее глаз. В этот сосуд они поместили свои тайные «я», пока не осталось очень мало того, что считалось слишком личным, чтобы делиться им.
Он полагал, что их первый секс будет в машине. Но планеты сошлись и подарили им будний вечер, когда Хав был в городе и Алекс с Вэл на концерте в Вассаре. Итак, их первый раз был в постели Ари.
— Можно я? — спросила Дин, открывая презерватив.
— Конечно, — ответил Ари, с трудом сглотнув из-за бешено колотящегося сердца.
— Можно я буду сверху?
— Ты можешь быть там, где захочешь, — сказал он, едва выговаривая слова.
Коса ее волос перекинулась через плечо, когда она она оседлала его бедра, немного ввела его внутрь, затем опустила бедра вниз.
Ари выдохнул, когда она крепко сжала его в себе. Она выгнулась дугой над его грудью, как небо, обхватила его голову и поцеловала. Медаль Святого Бернарда коснулась его кожи, прохладной и гладкой. Ее ноги подогнулись, и она приподнялась на всю длину его члена, затем снова опустилась.
— О боже, Дин, — прошептал Ари ей в губы.
— Это так приятно. — Ее рот был сладким и глубоким, когда она вводила и выводила его из своего набухшего, сжимающего жара. Его пальцы сняли резинку с конца ее косы и расчесали длинные локоны, позволив им ниспадать подобно занавесу вокруг них.
— Сядь, — попросила она. — Иди сюда. — Она притянула его к себе и раздвинула ноги, обхватив его. — Обними меня вот так.
Они переплели ноги и руки.
— С тобой все в порядке? — прошептал он, запустив руки в ее волосы.
— Да.
— Как ощущение?
— Ощущение… что-то большое.
— Эм… — Он выдавил смешок. — Спасибо?
— Не за что? — Она уткнулась своим хихикающим личиком ему в плечо. — Я не смогла придумать другого слова.
— Нет, большой — это хорошо. Это хорошо. Не надо… ничего менять.
Они смеялись, шмыгали носом, прижимались друг к другу. Затем Дин откинулась на руки, прижала пальцы ног к спинке кровати и двинулась на нем. Держа ее за бедра, он наблюдал, как исчезает в ее теле, а затем появляется снова, как чудо.
— Ари, всего так много.
— Знаю. У меня была идея, что это… Нет, неважно, я понятия не имел.
Она откинула голову назад и рассмеялась. Он не знал, что можно заниматься любовью и смеяться одновременно. Что от секса может образоваться комок в горле, даже если это заставляет твое тело корчиться и кричать. Что девушка может быть красивой, когда смотришь на нее сквозь тонкую пелену слез. Он не знал, что так может быть. Он не знал, что сам может быть таким.
Это было все равно, что сорвать слишком тесную одежду и отбросить ее в сторону. Его тело, стройное, сильное и здоровое, вернулось к нему. Мир мог называть его ребенком, но в глубине души он был любовником. Любовником Дин. Уверенным и добросовестным. Мог повалить ее и повиснуть над ней. Передвинуть ее ноги сюда, повернуть ее тело туда. Попросить, чего он хотел, и дать ей то, в чем она нуждалась.
— Я так сильно люблю тебя, — прошептал он, слова бесстрашно выплескивались наружу. Ему нравилась их форма во рту. Нравилось, когда они плескались в ледяном море ее глаз. Ему нравился бриллиант, который создавали ее ноги, когда они раскрывались перед ним, нравилось, как ее бедра прижимались к его руке, и голодное притяжение ее рта. Ему нравилось знать, что ей нравится, когда ее целуют вот так и прикасаются вот так. Ему нравилось, что она хочет его. Он снял с себя кожу, открыл свое сердце и показал ей все, что у него было.
