Two on Lake Murray.

Очередные анализы, очередная порция таблеток, белые больничные коридоры, мерзкий запах антисептика. Еще немного и Нил действительно готов сдаться. Он прекрасно понимает, что это его косяк, или вернее его матери, а если точнее, то его вторичного пола. Если бы он родился бетой или альфой, проблем было бы на порядок меньше. А сейчас, по мимо того, что они тратят кучу времени и денег на врачей, он так же испытывает терпение своего альфы. Джостену кажется, еще немного и Эндрю взорвется. Он с опаской посматривает косым взглядом на альфу, боясь его реакции на очередную паршивую новость. Но ничего не происходит. Эндрю спокойно выслушал, что забеременеть шанс очень маленький, он есть, но… На этих словах все врачи одинаковы: качают головой так, будто ты присмерти, опускают взгляд скрещивая руки в замок на столе… Джостена уже порядком воротит от всего этого. Он осторожно скрывает свой запах, чтобы ещё больше не давить на своего альфу. Это далеко не первое их обследование, и почти все говорят одно и тоже. Два года назад Эндрю просто загорелся идеей о собственных детях. Нил тоже хотел, но понимал, что просто — им это не дасться. И вот, прошло два года, а результата ноль. Они спокойно выслушивают все наставления врача, новый рецепт на очередные гормональные таблетки и процедуры. А после тихо выходят из «Центра семьи и детей». Молча дойдя до машины, они садяться и выезжают по направлению к дому. Тишина угнетает и давит на Нила. Он чувствует, что Эндрю закрывается от него, а это давит еще сильнее. Нил сжимается, стараясь быть меньше своего тела, страясь не попадаться на глаза альфе. Эндрю ни разу и пальцем его не трогал, но инстинкты берут свое. Молча пройдя в квартиру, Миньярд не останавливаясь, скрывается в ванной. Нил оседает на пол в коридоре, его голова пуста, его грудь болит от тоски по альфе, от жалости к самому себе, от безвыходности ситуации. Эндрю достоин большего, чем Нил. Он достоин хорошего омегу, способного выносить для него здоровых деток. Он заслуживает счастья и полноценной, здоровой семьи. Не замечая слез на собственном лице, в голову Нилу лезет одна навязчивая и крайне глупая идея.

***

Сейчас Эндрю спит на второй половине постели, его дыхание ровное как и диапазон его запаха. Джостен медленно и очень осторожно поднялся с постели, стараясь не потревожить сон альфы. Аккуратно обойдя кровать, Нил приоткрыл дверь, полоска света из коридора осветила часть лица Эндрю. Бледная кожа почти просвечивалась, из-за переживаний Эндрю стал плохо спать. Темные круги под глазами стали будто еще больше. Весь его образ сурового и серьезного альфы сошел на нет в темноте спальни, в тишине ночи он выглядел очень уставшим. Давно Нил не видел его таким. Он задержал дыхание, напоследок запечатлевая образ Эндрю в своем мозгу, медленно выдохнув, Нил закрыл дверь их спальни. Так будет лучше, он знает это, он верит в это. — Прости меня. — прошептал Джостен, отпуская ручку двери. Сумка была собрана еще днем, пока Эндрю был в ванной. Сердце Нила колотилось так сильно, что он боялся, что Эндрю услышит его. Его омега протеставал, тянул его обратно в постель, рвал его изнутри, но Нил уверен — Эндрю достоин лучшего, самого лучшего омеги, а Нил тут точно лишний. Быстро переодевшись из домашней пижамы в уличную одежду, Нил вынул записку из кармана сумки и оставил на кухонном столе, вместе с телефоном. Если он не сделает этого сейчас, то не сделает никогда.

***

Проснувшись от неясной тревоги, Эндрю первым делом положил руку на вторую часть кровати, желая прикоснуться к Нилу. Обнаружив на месте Нила лишь холодное постельное белье, что неприятно ужалило ладонь альфы, Эндрю поднялся с кровати: » — Неужели Нилу было настолько неприятно спать со мной, что он ушел в гостинную? -» Альфа, который не может зачать ребенка — позор, а не альфа. Что-то подобное он услышал еще недели две назад в раздевалке душевой, когда выходил с очередной тренеровки, направляясь домой. Нил тогда пропустил тренеровку, его тошнило всю ночь, и Эндрю держал виртуальные кулачки в своем мозгу за то, чтобы Нил оказался беременный. Спустя пару дней они сделали тест, и он был отрицательный, а Нил вспомнил про роллы, что ел с заправки после тренировки, как раз за день до того, как ему стало плохо. Эндрю не теряет надежду, но с каждым разом все сложнее. Хочется просто все это прекратить. Не будет детей — ну значит не будет. Сколько можно мучать его омегу? А эта дебильная фраза и вовсе вывела его из себя. Ты не альфа — если бросил своего омегу, поставив ему метку. Если бросил своего омегу одного с детьми, если посмел поднять руку на омегу или ребенка, если … Много таких если. И Эндрю не считает себя плохим альфой. Он хорошо обращается с омегами, он обеспечивает Нила всем, чего бы ему не захотелось, он уважает его: границы, цели, желания. Сейчас есть трудности, но они справятся с ними, вместе справятся. Эндрю уверен в этом. Дойдя до гостинной и не обнаружив омегу на диване, Миньярда начала захватывать паника. Куда он мог отправиться так поздно? Обнаружив на кухне записку, Эндрю окончательно убедился в том, что Нил сбежал… Снова! Альфа его рвал и метал изнутри, омега сбежал и это его вина — Эндрю. Голова начала болеть, его немного потряхивало от отвратительных представлений того, во что мог вляпаться Нил. Если с его омегой что либо случиться, он спалит этот мир до тла. Тревога сменилась яростью. Как он посмел снова его бросить? Что Эндрю сделал не так, что Нил снова сбежал? Мерзкая мысль затопила его разум… А если он попал в беду… Ни кто не имеет права трогать его омегу. Нил не должен был убегать, что он себе придумал? И главное, где его искать? Быстро натянув кроссовки, Эндрю вылетел из дома, сжимая в руке записку от омеги и ключи от машины. Если где и искать бывшего бегунка, так это вокзалы и аэропорты.

***

В городе было всего два автовокзала, и один аэропорт. Если размышлять как Нил, то выбор падает на аэропорт. Эндрю вжимал педаль газа в пол, выжимая из Мазерати все 220 км/ч. До аэропорта он доехал минут за 15 по пустынной дороге, когда днем это занимало не меньше полутора часа. Если Нил там, Эндрю его убьет. Лишь войдя в аэропорт, Эндрю смог вдохнуть полной грудью. Его альфа почувствовал своего омегу. Облегчение накрыло его с головой, живот перестало крутить от тревоги, а голова отчистилась от ярости. Заприметив рыжую макушку на одном из сидений, Эндрю в спешке направился к Нилу. Его пальцы чесались прикоснуться к своему омеге, а альфа внутри тянул его вперед, выл и изнемогал от тревоги за омегу, из-за беспокойства и нетерпения почувствовать свою пару. Эндрю медленно подошел, присаживаясь в пластиковое кресло рядом с Нилом. Джостен опустил голову к коленям, уложив на нее руки, в правой был билет. Осторожно вытащив его из несопротивлявшихся пальцев, и не гладя на то, куда Нил собрался, Эндрю разорвал его на маленькие кусочки, выкинув в ближайшую урну. Он осторожно присел на корточки перед своим омегой. Нила трясло от слез, которых Эндрю не видел. — Прости меня… Прости, прости, прости… — задыхаясь в собственных всхлипах, выдавливал из себя Нил. Сердце Эндрю сжалось… » — Боже, да что он придумал себе? За что извиняется? -» — Нил, малыш, посмотри на меня. — с усилием подняв голову от колен, Джостен посмотрел на Эндрю измучеными, красными от слез глазами. — Ты ни в чем не виноват. — строго проговорил Миньярд, обхватив ладонями лицо Нила. Джостен замотал головой. — Нет, Дрю. Это моя вина, из-за моего дерьмового прошлого мы не можем иметь детей. Но я знаю как сильно ты их хочешь. — он обхватил руками ладони Эндрю, пытаясь сбросить со своего лица. Но Миньярд держал крепко. — Ты достоин лучшего. Лучшего омеги, не меня. Я деффектный, я испорчен. Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь. — давясь слезами, бормотал Нил. Эндрю больше не мог этого выносить. Он осторожно спустил Нила с пластикового кресла к себе на колени, крепко обнимая его. Боль Джостена так сильно давила на него, эмоции Нила, не сдерживаемые — убивали его изнутри. — Малыш, послушай: ты — все что мне нужно. Тебя ни кто и никогда не сможет заменить, понимаешь? Мы справимся со всем, не получится своих детей, ну ничего страшного, всегда можно взять из приюта, или же вовсе без них жить. Заведем котов. — стоило Эндрю крепко обнять своего омегу, как Нил тут же расслабился, чувствуя родной запах. Он перестал плакать, а на словах о котах даже хихикнул, сквозь всхлипы, но все же. Эндрю крепче прижал Нила к себе, зарываясь носом в его волосы. Вдыхая такой родной аромат карамели и корицы. — Не бросай меня, Нил. Я не смогу без тебя. — Джостен сильнее вжался в тело Эндрю, утыкаясь носом в его шею. — Два часа назад, я думал это хорошая идея… Прости меня, Дрю. — омега вновь всхлипнул, размазывая слезы по шее Эндрю. Миньярд начал целовать его голову, нашарив руку Нила, он сплел их пальцы, осторожно потирая безымянный, где было обручальное кольцо омеги. — Я люблю тебя, Нил. Будь со мной. Ты помнишь, в болезни и в здравии? Я всегда буду рядом. — Нил медленно кивнул. — Я тоже очень люблю тебя, Дрю.

***

Спустя два месяца Нил забеременел. Об этом инциденте они не говорили ни кому.