home, sweet home

      Ночь, мягко говоря, совсем не удалась. Соён просыпается с вытянутым пересохшим языком, хватаясь за горло — воздуха катастрофически не хватает. Она кричит, когда осознаёт своё положение. Кровать висит под самым потолком, угрожающе качаясь; свет мигает, заставляя виски тяжко ныть, глаза жмуриться, а лампочки взрываться под напряжением. Силы Соён не работают. Концентрация теряется в страхе. Внезапно кровать полностью переворачивается, скидывая Соён на пол. Она стонет, поднимаясь на ноги. Голова кружится и в глазах темнеет. Стукнувшись затылком, Соён временно потеряла чувство пространства. На мгновение ей показалось, что перед ней пролез гигантский мохнатый паук. Чон блюёт под ноги. Из последних сил она хватается за дверной косяк, стараясь не свалиться в противную лужицу. Удаётся не плохо.       Соён не помнит как, но она оказывается в коридоре. Она спустилась в главный зал, где огни мигали ещё ярче, а летающий стул выглядел намного агрессивнее. Уже за мгновение Соён подпрыгнула в ужасном крике, почувствовав, как чья-то рука упала на её плечо. Она развернулась и увидела Суджин. Её лицо было перекошено в взволнованной гримасе.       — Ты хочешь меня в могилу загнать, — Соён огрызается, скидывая руку.       — Это Юци, — тихо шепчет Суджин. У неё за спиной блестят крылья. — У неё ночной кошмар. Такое случается.       Соён без наставлений бежит в комнату Юци. Она знает, что там Миён, может даже Минни, но ей нужно увидеть девушку. Маленькую, напуганную Юци. Коридор полон летающих вещей, грозящих прилететь в голову. Соён уворачивается, вспоминая давно забытые слова. Она жмурится, повторяя у себя в голове как мантру — всё это иллюзия. Срабатывает. Коридор пуст, хоть тьма всё ещё охватывает его.       У самой двери Юци было ещё тяжелее. Она приветливо открылась перед Соён, затягивая ту внутрь тяжёлой энергией. Чон слепо следует, забывая бороться с иллюзиями мрака. Показавшаяся спина Миён немного успокаивает. Она обнимает Юци, стоявшую посреди комнаты с раскинутыми вверх руками. Её пальцы торчат под ненатуральными углами, выбивая смелый дух из Соён.       Миён глянула на Соён и вернулась к Юци. Последняя бормотала про мрак и пауков, рождение и смерть. Чо сжимала её щёки, пытаясь заглянуть в глаза. Она шептала на неизвестном Соён языке бесчисленное количество слов, стараясь сохранять спокойствие. Но тело Юци выворачивалось всё сильнее, а кошмары медленно перетекали в реальность, ломая стены мрака. Соён закрывает глаза, делая глубокий вдох.       Она давно выучила это место — учить здесь было нечего. Юци, свернувшись калачиком, лежала в дали, накрыв голову дрожащими руками. Её окружили пауки, клацая гигантскими челюстями. Миён не было. Соён знала, что сюда могли попасть лишь те, кого впустит сама Юци. По телу невольно разлилось тепло. Чон кривит улыбку, чувствуя значимость. Даже если сейчас это не так важно.       Отогнать чудищ было легко. Нарушая порядок тьмы, Соён легко пользовалась силами. Она была благодарна Юци за её нынешнюю "мощь". Если бы не легкомысленность, простота и жажда приключений девушки, Чон ещё не скоро смогла бы поднять себя и других в воздух, не чувствуя металлического привкуса на языке.       Соён закусывает губу, медленно приближаясь к Юци. Она не уверена, что эта идея хорошая. Ей стоит построить стену между ними и никогда больше не пересекать эту границу. Любви нет места в их мире, полного страданий и несправедливостей. Соён не готова сражаться за счастье. Она поднимает Юци на ноги, пряча чувства глубоко внутри. Словно из настроенного механизма, из её рта вырываются слова поддержки, но все они лишены искренности. Соён уверяет Юци, что все эти чудища — лишь плод её фантазий. С этой тьмой можно бороться, она слабее своего хозяина. Вместе с этим Соён уверяет себя, что сердце сжимается не из-за переживаний за Юци, а от раскрывшихся потаённых страхов. Она говорит себе, что пауки внезапно начали её пугать.       Соён не знает, что по её щекам текут слёзы — очнувшаяся в реальном мире Юци бережно стирает их, забывая о пережитом. Кошмар перед ней намного страшнее. Переубедить убеждённого человека слишком сложно. Особенно, если это кто-то такой же упёртый как и Соён. Юци обессилено проваливается в сон, обещая себе заняться этим чуть позже. Чон отправляется за ней, падая на холодный пол.

***

      Соён не хочется знать причину, по которой она просыпается в одной кровати с Юци. Голова болит, глаза слипаются. Воспоминания провалились куда-то глубоко, оставляя только неприятный осадок в области сердца. Соён стряхивает головой и сжимает глаза, надеясь, что это всё исправит. Но тело рядом остаётся на месте и в нос назойливо лезет аромат яблока. Поменять шампунь всё же нужно.       Юци ворочается. Одеяло сползает, оголяя плечи. Соён тяжело сглатывает, отворачиваясь. Она надеется, что ноющая боль в теле не из-за возможной «хорошо» прошедшей ночи. Дыхание останавливается, когда чужая рука окутывает талию. Юци прижимается к застывшему телу, что-то бормоча сквозь сон. Соён умиляется. Эта сторона в девушке ей нравилась. Юци вообще ей нравилась. Как подруга.       Соён хихикает от собственных мыслей. Она переворачивается обратно, стыкаясь носом к носу с Юци. Та мило сопит, дуя губы. Соён засмотрелась. Она бесстыдно рассматривала девушку, взглядом обводя каждый сантиметр лицо, то и дело сползая к открытому плечу. Кожа у Юци нежная и в меру бледная. Соён смущается собственных мыслей — ей хочется провести языком по плечу, почувствовать кожу на губах. Она встряхивает головой, прогоняя мысли. Посиневшие пятна на её шее заныли.

***

      Соён быстро начала разваливаться. Её жизнь шла просто потрясающе. Она никогда и не думала, что сможет чувствовать себя по-настоящему счастливой, будучи в очередном приюте. Однако здесь её полюбили, её поддерживали и уважали как человека, не насмехались над неудачами и ценили все взлёты и падения. За два месяца Соён научилась искренне улыбаться. Вместе с этим пришло и умение открыто грустить.       Эти чувства были далеки от тех ужасных мучений, что она испытывала в других приютах. Это была не тоска за обычной жизнью нормальный людей. Эта печаль пропитала каждую часть тела, не давая двигаться дальше.       Солнце только поднималось, когда Соён следила за играющейся Юци из своего окна. У самого подоконника она поставила стол, украсив тот мягким одеялом и подушками. Теперь одинокие вечера и не только Соён встречала на самодельном уютном уголке. Здесь было тихо и темнота комнаты достаточно угнетала, чтобы по щекам катились слёзы. Соён отворачивается, не находя сил дальше следить за Юци.       Они почти не общались. С последнего кошмара Юци прошло не меньше месяца. Тогда Соён сбежала с собственной комнаты, боясь с утра пораньше встретиться взглядом с Юци. Однако теперь глаза последней преследовали её всюду. Соён прячется за спиной, когда Юци поднимает голову в сторону её окна. Её улыбка изменилась. Чон не уверена — повлияло на неё так взросление или обстоятельства, но теперь уголки губ Юци сползали вниз даже при улыбке, да и щенячьи глаза потеряли былой блеск. В когда-то счастливом лице Юци читалось опустошение. Соён медленно скатывается по стене вниз, находя в этом свою вину. Она грубо запускает пальцы в волосы, царапая кожу головы.       Вчера Юци перекрасилась с розового в чёрный.

***

      — Как ты себя чувствуешь? — Миён вылавливает Соён в саду, перекрывая путь к отходу. Она мягко улыбается и указывает рукой на скамью, предлагая присесть. Соён слушается, склоняя голову вниз. Она знает о чём пойдёт речь. — Ты не появлялась на занятиях больше месяца. Ты же знаешь, я не против, но волнуюсь. — Чо присаживается рядом, по-матерински обнимая девушку за плечо. Соён впервые замечает на её молодом лице морщины. — Сегодня мы собираемся в поход. Юци пообещала провести всех нас к людоедам.       Соён жмурится при упоминании Юци. Она заламывает пальцы, чувствуя себя опасно уязвимой. Миён сканирует её лицо. Чо тянет углы губ выше, когда лицо девушки заливается краской. Видеть Соён смущённой удивительно. Как никак, в её глазах Чон была немного дерзким подростком, любящим одиночество и тишину. Сильные эмоции, помимо злости, Соён на людях не проявляла. Она предпочитала прятать чувства внутри, закрывая их на замок в комнате.       — Я не буду тебя заставлять. Просто хочу сказать, что мы собираемся после обеда. Надеюсь ты присоединишься к нам.       Соён слабо кивает головой в спину Миён. На обед она не пришла. Живот жалостно ныл, когда Соён с сомнением рассматривала содержимое шкафа. Вещей у неё немного, но подобрать что-то для похода можно было. Она примеряет тёмно-зелёную толстовку и бежевые широкие штаны с кучей карманов по бокам. Перед зеркалом Соён чувствует себя идиоткой. Смеясь под нос она отрицательно качает головой, собираясь снять этот ужас. Идти ей всё равно никуда не хотелось. Разве что самую малость.       Соён хватается руками за края толстовки, собираясь стянуть её через голову, но стук в дверь останавливает. Чон затихает, не зная что делать. И дураку понятно, что она сидит в комнате. Ещё не вечер, а значит она точно не спит — не открыть дверь будет невежливо. Соён кидает взгляд на зеркало, прежде чем открыть дверь. И всё же она выглядит как идиотка.       За дверью стояла Юци. Она неловко протирала дыру в полу носком тяжёлых ботинков, пряча руки за спиной. На её лбу висела идиотская красная лента, а на щеках красовались по две кривые полоски, нарисованные то-ли углём, то-ли чёрной краской. Соён прикладывает кулак ко рту, сдерживая смех. Вид Юци её немного успокаивает. Не только она нарядилась как дурочка.       — Ты всё же идёшь? — Юци поднимает глаза с надеждой, светясь от радости. Соён не смеет отказать. Она просто не позволяет сказать, что это ошибка и чистая случайность, что она никуда не собиралась, а просто рассматривала гардероб. Соён кивает, выдавливая кривую улыбку. Находиться с Юци наедине было тяжко. Живот предательски урчит. — Тебе нужно есть больше! Ты в этой одежде скоро утонешь. Соён, это нездоровая худоба меня волнует.       Юци смелеет, когда Соён выходит из комнаты, следуя за ней. Она протягивает батончик, вытянутый из кармана, заставляя съесть. Соён умиляется. Не смотря на собственные установленные правила, она в шутку толкает Юци плечом, прося не быть такой мыльной. Юци смеётся, окрашивая щёки ямочками.       Соён боится, что её план проваливается. Безнадёжный план защитить эту девушку от себя.

***

      Громкие сказки Юци о людоедах, живущих в глубине леса, никого не пугали. Суджин восхищённо рассматривала скрытые в чаще растения, обсуждая особенности каждого куста с Минни. Шухуа плелась за ними в хвосте, недовольно выставляя зубы в сторону Ким. Перевоплощаться в человека для нормального путешествия она не захотела — по её словам дикая природа плохо влияет на её нежную кожу. Всем оставалось с этого только посмеяться.       Юци вела всех спереди. Она с энтузиазмом запрыгивала на каждое упавшее дерево, палками забивая бедных муравьёв. Миён с привычной ей улыбкой пыталась объяснить, что ломать дома несчастных насекомых неправильно. Юци не слушала её до последнего, пока на её открытые щиколотки не напали озлобленные муравьи. Отбиваться от них пришлось дольше, чем от жестоких бессердечных «людоедов».       Соён поддерживает Юци за талию, когда та старается залезть на очередную ветку.       — Так умею только я, — Юци гордо поднимает подбородок, когда её ноги легко поднимаются, оказываясь на твёрдой поверхности. О своей помощи Соён не упоминала. Довольной Юци ей было предостаточно. Видеть её печальное личико давно поднадоело.       — Конечно-конечно, — Шухуа давит возмущения, аккуратно проходя под этой веткой. Суджин рядом сдерживает смех, кидая загадочный взгляд на Соён. Чон, кажись, полностью понимает её и желание Шухуа оставаться в образе волка — её костюм был хуже всех других, выделяясь шапкой, очень похожей на рыцарский шлем. В таком одеяние ей нужно было идти не на поиски людоедов, а в цирк или театр на комедию. Под лучами прожекторов она могла бы сиять. И всё же Суджин догоняет недовольную девушку, собственнически прижимая ту к себе. Она оборачивается за спину, хитро подмигивая Соён, после стреляя глазками в сторону Юци, изобразившей из себя главного героя приключенческих романов.       Соён смущённо принимает намёки, помогая Юци слезть. Она невзначай переплетает из пальцы, сжимая чужую ладонь покрепче. Юци удивлённо оборачивается, вопросительно наклоняя голову. Соён не знает, что сказать. Она «заинтересовано» рассматривает бесконечные кусты, насвистывая заевшую в голове мелодию. Через минуту Юци начинает подпевать ей, довольно раскачивая их руки.       За их спинами Минни и Миён обмениваются улыбками, скрепляя пальцы не менее крепко.       — Спасибо тебе, — Миён шепчет на ухо девушки, целуя тыльную сторону ладони Ким. Последняя лыбится, отвечая поцелуем в щёку. Где-то впереди недовольно воет Шухуа, вернувшаяся в облик волка. Она держится за плечи Суджин, безостановочно пытаясь облизать той нос. Со до последнего уворачивается, неловко хихикая. Соён уверена, что Шухуа ещё не скоро получит поцелуй от этой девушки. Она неспокойно выдыхает, прижимаясь к плечу Юци. Всё же, в компании друзей намного лучше.