Укусы

Несмотря на обещания аль-Хайтама на следующий день (хотя, правильнее сказать, ночь, но Кавех уже привык, что они живут по совиному расписанию) показать расположение библиотеки и той огромнейшей "трапезной", этого не происходит. Кавех чувствовал ужасную слабость, да и вид его, скорее всего, был так себе, судя по нахмурившемуся лицу вампира. Так что сейчас юноша просто неподвижно сидел, периодически сжимая в руках кончик одеяла и закусывая губу, дабы не шикнуть от неприятной боли. Аль-Хайтам пояснил, что «нанёс слишком рваную рану», из-за чего она теперь заживает куда хуже предыдущей. Где-то внутри Кавеха проснулся маленький бунтарь, захотевший упрекнуть мужчину перед ним, но этот самый бунтарь также быстро заткнулся, стоило юноше только мельком глянуть на аль-Хайтама. После обработки раны они перешли к так ненавистному приёму пищи. В этот раз опять суп (каша Кавеху понравилась куда меньше) и стакан сока. В отдалении стояла тарелочка с несколькими дольками яблока и нарезкой сыра, но аль-Хайтам пока не протягивал её. На последнее Кавех обратил особенное внимание. Своего рода подкуп? Мотивация всё съесть? Юноша тихо фыркнул, совсем забыв, что аль-Хайтам мог наблюдать за ним даже не смотря прямым взглядом. Вообще, он так постоянно делал, но Кавех только недавно осознал, что его не игнорировали, а именно так странно следили за ним. Вот и сейчас лёгкая ухмылка, окрасившая лицо мужчины, дала понять, что его позабавила реакция юноши. По крайней мере, суп был тёплым. И хотя есть всё также не хотелось, сегодня Кавех постарался запихнуть в себя еду куда быстрее, чем последние несколько дней. Потому что, ну… Если не запихнёт в себя он сам, запихнут уже в него. К концу тарелки юноша даже почувствовал, что действительно в последнее время плохо ел, и к нему вернулось какое-то подобие аппетита. Аль-Хайтам поменял пустую супницу на блюдце с яблоками и сыром. Второе ушло почти сразу, а вот фрукты, пусть и свежие, и сладкие, всё же, уже просто не лезли. Так что Кавех оставил половину долек на тарелке. *** Весь день сон с редкими пробуждениями и перекусами фруктами, приход аль-Хайтама под самый вечер, обработка раны, нормальный приём пищи, уход аль-Хайтама, лёгкое полузабытье, перебиваемое воспоминаниями и грустными мыслями, короткий заход аль-Хайтама для оставления еды и перекуса. Этот несложный ритуал повторялся несколько раз, Кавех давно потерял счёт дням или даже неделям, проведённым в этом месте. Состояние, по крайней мере физическое, постепенно приходило в норму. Да и в плане психическом… Кавеху стало чуть легче находиться с аль-Хайтамом в одной комнате. Если, конечно, это было именно в Кавеха комнате, он был завёрнут в "защищающий" плед и вампир не подходил близко. Вообще, юноша с иронией отметил, что слишком легко начал считать эту комнате своей. Да и аль-Хайтам примерно также о ней говорил. Но вот, на четвёртый или пятый раз, выученный ритуал сначала ломается тем, что мужчина помимо еды приносит ещё и какую-то одежду, а потом окончательно рушится, когда аль-Хайтам требует переодеться. Кавех раскладывает на кровати принесённые шмотки. Это опять светлая просторная рубашка и какие-то мягкие бежевые штаны. Юноша закусывает губу, прижимает руки к груди. Это сочетание напоминает ему ту ночь в трапезной. Неприятные ассоциации сами лезут в голову. Неужели аль-Хайтам решил снова..? Кавех пересиливает себя и всё же натягивает одежду, не особо заботясь, что рубашка могла помяться. Плевать. Он даже не решается оглядеть себя и проверить, как выглядит. Вместо этого его внимание перекидывается на ноги. Опять он будет ходить по каменному полу босиком? Не очень-то приятные ощущения, если честно… Юноша вздыхает. Ладно, делать всё равно нечего… Кавех осторожно приоткрывает дверь и выглядывает. Аль-Хайтам дожидался его, читая в руках какую-то маленькую книжонку. Только когда юноша вышел, он оторвал глаза от пожелтевших страниц, пробежался взглядом по одежде Кавеха и слегка нахмурился. − Пуговицы. − Что? – не понял Кавех, тупо смотря на мужчину. Аль-Хайтам не стал утруждать себя дополнительными объяснениями, шагнул к Кавеху и начал расстёгивать рубашку на нём. Юноша было дёрнулся обратно в комнату, в мнимое убежище, но осознал, наконец, что имел ввиду вампир. Пришлось усилием воли заставить себя стоять неподвижно, пока ему перестёгивали пуговицы на один сдвинувшийся ряд. После этого аль-Хайтам повёл Кавеха по путанным тёмным коридорам. Путь, отдалённо, припоминался юноше, но полностью вспомнить его он не мог. Зато сейчас, кажется, получилось запомнить. Как и ожидалось, они подошли к массивным дверям в трапезную. − В этот раз запомнил? – аль-Хайтам повернулся к послушно следовавшему затихшему "гостю". − Да… − Теперь тебе нужно будет приходить сюда каждый вечер на закате. Ты понял? Кавех кивнул. Кивнул, и лишь через несколько секунд смог обработать информацию и отреагировать на неё. − Стой, что? − На закате. Приходить сюда. Кушать. Кавех отшатнулся, делая глубокий вдох и не зная, как выдохнуть. Хотелось воспротивиться, убежать. Но, судя по настороженной реакции монстра даже на эти несколько резких шагов назад, стало ясно, что едва ли получится хоть как-то избежать встреч. − Я не хочу… − единственное, что прошептал Кавех, мотая головой. − Меня не волнует. Не пойдёшь сам – притащу силой. И тогда уже первым есть буду именно я. – Кавех чуть не задохнулся от этой неприкрытой угрозы. Рука невольно дёрнулась к ране на ключице. Несмотря на появившуюся обиду, Кавех пошёл за Хайтамом следом, когда он отправился дальше по каменным коридорам. Делать, опять же, всё равно было нечего. Пол только ужасно холодил, но юноша старался абстрагироваться от этого. Плохо получалось… Библиотека оказалась этажом выше. Они неожиданно вышли в какой-то зал, уже не такой большой, как трапезная, но всё ещё приличных размеров. В середине этого самого зала была красивая широкая лестница с узорчатыми перилами. Кажется, для общей картины ей не хватало только красной ковровой дорожки. Это помещение, несмотря на пустоту, показалось Кавеху куда уютнее, нежели место, в котором предстояло ужинать с вампиром. Хотя, возможно, любое помещение в этом замке показалось бы теперь уютнее. После того, как они поднялись по этой прекрасной лестницы, они вышли сначала в читательский зал, а потом уже и в комнату с книжными стеллажами. Кавеха посадили в одно из кресел для чтения. Он тут же подтянул к себе ноги, обнимая их и утыкаясь лицом в колени. Плевать на приличия. Ступни ужасно замёрзли. Аль-Хайтам вернулся в читательский зал с какой-то толстой книгой в руках, уселся на подлокотник кресла Кавеха и начал спокойно читать, будто и совсем не замечая одного человека в комнате. В целом, юноша рассудил, что так даже лучше. Посидят пару часиков, а потом и разойдутся. В помещении было тихо. Осторожное сопение Кавеха иногда прерывалось перелистыванием страниц, но других каких-либо звуков не раздавалось. Кавех старался прислушаться к чему-то ещё, чтобы как-то себя развлечь, но… Ничего. Даже второго дыхания нет. Юноша мельком перевёл взгляд на аль-Хайтама. Он мало задумывался о природе существа, похитившего его. Мысленно он окрестил хозяина дома вампиром и монстром, раз уж он пил кровь и занавешивал окна, но сам мужчина ничего не говорил о своей сущности. Кавех и хотел бы узнать немного больше, однако в лоб спросить боялся вызвать подозрения, а следить – это находиться рядом, от чего он тоже, мягко сказать, не был в восторге. За рассуждениями о том, как же устроен аль-Хайтам, Кавех сам не заметил тихо подобравшейся сонливости. В конечном итоге, как бы долго он не пытался с ней сражаться, всё же задремал. Причём задремал, кажется, очень крепко. Неясные расплывчатые образы перед глазами, темнота и холод преследовали даже во сне. Кавех, вроде, и осознавал нереальность происходящего, но продолжал тонуть в этой бездне, созданной уставшим сознанием. Воображение будто на зло, издеваясь, подкидывало пустующее нечто, за пределами возможности объяснения. Первое отчётливое что-то спустя тягуче долгое ничего почти мгновенно вырвало юношу из сна. Он распахнул глаза, дёрнулся, тут же ощущая боль. Аль-Хайтам крепко сжимал его волосы, параллельно продолжая читать книгу. Точнее, он просто перебирал его пряди, но когда Кавех проснулся от касаний и попытался на автомате отшатнуться от непонятного воздействия, сжал его волосы. − Не дёргайся. Расслабься. Кавех шикнул от боли, но как только спросонья сообразил, что от него требуется, тут же послушался и немного расслабился. Аль-Хайтам ослабил хватку, продолжил заботливо перебирать пряди. Только сейчас Кавех замечает, что его щёки неприятно холодит и стягивает. Он плакал? − Ты что-то мычал во сне. Юноша не знал, как вампир понял, что его беспокоит, но думать об этом не захотел. Просто утёр щёки, сделал несколько рваных вдохов-выдохов и уткнулся лицом в колени. Аль-Хайтам не перестал играться с его волосами даже после того, как Кавех окончательно успокоился.