Память

Ибо ничто не является злым с самого начала.

Ночь с 7 на 8 сентября. Этой ночью Мари Блэк не вернулась в свою комнату. Она оставила там Паркинсон и прочих соседок, покинула их, не издав ни звука. Не скрипнула половица, без шума открылась дверь. Двигаясь бесшумно, словно летя, Мари Блэк преодолевала лестницы и коридоры Хогвартса, направляясь прямиком к Астрономической Башне. Лишь бы никого не встретить. Филч бродил по коридорам, и она была вынуждена вжаться в стену за углом, сдержать сбитое дыхание и надеяться, что тьма ночи скроет её от его глаз. Он прошёл мимо, не обратив внимание на блеснувшие во мраке коридора глаза. Она рванула дальше. Она бежала,но топота не было. Мари Блэк буквально парила над поверхностью, скрываемая собственными чарами и мглой тёмного времени суток. В эту ночь не было ни звёзд, ни луны. Небо заволокло тучами, на землю опустился непроглядный туман. Она не видит собственных рук, а значит, никто другой не увидит их и то, что она с их помощью сделает. В кармане мантии блестел острый кинжал. Астрономическая башня не была пуста - там её встретил другой. Его лицо было скрыто капюшоном мантии, но видневшиеся из-под ткани пряди платиновых волос убедили девушку в том, что Малфой успел прийти гораздо раньше чем она. - Опаздываешь. - Меня не обеспечили отдельной башней, в которой нет слежки за мной. - разразилась Блэк, недовольно поглядывая на брата. - Кончай ворчать. Ты принесла? - она без объяснений вытащила из-за пазухи два флакончика с мутной жидкостью. - Я положила туда волоски Эйнджел и Лиан. У нас есть час. - Они точно не помешают? - обеспокоенно переспросил Драко. - Точно. - фыркнула девушка. - В первую неделю осени они всегда уезжают к своей бабке. И этот год не исключение. - Ну а как ты объяснишь их появление, если мы на кого-то наткнемся? - не унимался он. - Скажем, что решили уезжать позже! - срываясь, шикнула она. - Что ты из мухи слона раздуваешь, Малфой! Он зашипел, заставляя её говорить тише. - Да нет тут никого, не надо на меня шипеть! - прошептала она, всё же понизив голос. Она ошибалась. Во второй раз в своей жизни она ошибалась. Потому что за обширной колонной, скрытая тенью, стояла и сдерживала дыхание Гермиона Грейнджер. Она боялась, что бешеный стук её сердца выдаст её - но, кажется, никто, кроме неё самой не обращал внимание на это. Гермиона не спала в ту ночь и слышала, как Малфой спускался по скрипучим ступеням башни Старост. Слышала, как он прошептал пароль и покинул башню посреди ночи. Не раздумывая, бросилась за ним, накладывая на себя чары невидимости. Следовала за ним по пятам, петляя по мрачным коридорам, не поддаваясь дичайшему страху и ужасу, которые обуревали её в этот миг. Всё потому, что она вновь хотела во всём разобраться - зачем бывший Пожиратель Смерти покидает свою комнату посреди ночи и, испуганно озираясь и скрываясь, уверенно направляется к Астрономической Башне? Она здесь. Там же, где он, слышит, что он говорит, что говорят ему, о чем говорят они. За окном ухает сова. Капли барабанят по крыше. Ни одной звезды нет на чёрном небе. Малфой призвал к себе метлу и легко оседлал её, а Мари, не нуждаясь в ней, взлетела без неё. В балконный проём сначала вылетел Драко Малфой, вслед за ним - Мари Блэк. Их тут же поглотила непроглядная тьма и густой туман. Всё затихло. Дождь перестал барабанить по крышам, уханье совы сменилось трелью соловья. Гермиона долго не решалась сдвинуться с места, прикованная, словно боясь, что если она выдаст себя, на ней тут же применят Аваду. Лишь спустя долгий час она убедилась в том, что была здесь одна. Вышла из своего укрытия, сняла чары. Неуверенными, мелкими шагами направилась к балкону и, оперевшись на ограждение, вгляделась вдаль. Тучи стали прозрачными, позволяя разглядеть звезды на небе. Блеклый свет луны отразился на высоком лбу Гермионы Грейнджер, освещая чёткий профиль и нахмуренные брови. Было уже не так мрачно. Туман стал испаряться, также внезапно, как появился. Гермиона думала, вглядываясь вдаль. Стоящий за другой колонной человек тоже думал, вглядываясь в очертания стройного, высокого стана Гермионы Грейнджер. Гермиона приближалась к полупустому кабинету. В такую рань весь Хогвартс ещё спит - и только старосты бодрствуют и собираются на традиционный, утренний совет - старостат. Им нужно успеть обсудить все рабочие нюансы до завтрака. Завтрак начнётся в девять. У них есть полтора часа. Она сделала глубокий вдох, ещё раз перебрала в руках все бумажки с заметками и, распахнув дверь, вошла в помещение. Оно слабо освещалось лучами утреннего солнца. Первую парту уже заняли слизеринцы - Мари Блэк облокотилась на грудь Теодора Нотта и лениво дремала, расположив белокурую голову на его плече. Юноша приобнимал её за плечи и соскучающим видом перелистывал учебник по зельеварению. Малфоя не было. Полумна и Терри вошли следом за Грейнджер - Бут был недовольным и невыспавшимся, а Лавгуд, как обычно, жила в своём мире - довольное и отстранённо выражение лица только подтверждали мысли Главной Старосты об этом. - Доброе утро, Гермиона. - пропела она, приближаясь к гриффиндорке. Грейнджер улыбнулась ей и мило откликнулась на её приветствие. - Ох, ты знаешь, Гермиона, даже мозгошмыги не могут пробраться в твою голову - не то, чтобы воспоминания. - как бы между прочим заметила Лавгуд. Староста напряглась и вопросительно взглянула на говорящую. Мари Блэк тут же распахнула глаза и с напряжением начала вслушиваться в разговор. - Воспоминания? Пробраться в голову? Полумна, может, ты зайдешь к мадам Помфри? - с непонимание спросила Гермиона, нервно теребя в руках листки со своими заметками. - Нет, нет, со мной всё хорошо. - отстранённо ответила Лавгуд. - А вот тебе следует обратиться к специалистам. Посоветуйся с Блэк, она хороша в таком. - она улыбнулась и, подскакивая и звеня многочисленными украшениями, направилась к одной из свободных парт. Гермиона сглотнула. Снова Блэк. Блэк, кстати, уже бодрствовала и преследовала Лавгуд удивлённым и хмурым взором - что она ещё про неё знает? Джинни ворвалась в комнату, непривычно тихая, следом за ней вошёл Невилл. Уизли плюхнулась на стул позади Мари и, склонившись к её лицу, что-то оживлённо затараторила, подпихивая под руку ей свежий выпуск Пророка - Гермиона мысленно отругала себя за то, что забыла его на тумбе у кровати. Эрн и Ханна прибежали, держась за руки и, горячо извиняясь, заняли самую дальнюю парту. Гермиона же проследовала к кафедре и, разложив листы с заметками и объявлениями на ней, осмотрелась. На месте все, кроме... - А где Малфой? - раздражённо поинтересовалась она, глядя в сторону слизеринцев. Тео пожал плечами и Мари уверенно заявила: - Не знаем. Мы не видели его со вчерашнего ужина. Ложь. Гермиона поджала губы и отвела взгляд. Она прекрасно знала, что Блэк-то его видела. В тот момент, когда Гермиона хотела выразить своё недовольство, вновь распахнулась дверь. Малфой был сонный и растрепанный, но, несмотря на это, чертовски привлекательный. Идеально выглаженная мантия, белая накрахмаленная рубаха с расстегнутой верхней пуговицей, кое-как надетый галстук. Да, у Драко Малфоя есть суперспособность - выглядеть сногшибательно даже тогда, когда он, по сути, должен выглядеть ужасно. Эта мысль проскочила в голове у Гермионы, когда она метнула взгляд в его сторону. Осмотрела его с ног до головы и встретилась с ним глазами. Серые, припухшие от недавнего сна. Тусклые. Интерес и восхищение блеснули в его глазах. « - Пришли посмотреть, как этой твари отрежут голову? - насмешливый, высокомерный голос вывел Грейнджер из себя, и, выхватив из кармана брюк палочку, она кинулась в его сторону. - Ты, мерзкий, отвратительный, гадкий, напыщенный индюк! - она рванула в его сторону, выставляя вперёд палочку, приставляя её к его горлу, толкая его к камню, что оказался неподалёку. Малфой вжался в холодную поверхность камня, недоверчиво глядя на Грейнджер - неужели, что-то сделает? - Гермиона, он того не стоит! - запыхавшийся Уизли выскочил из-под арки и подбежал к злой гриффиндорке. Вслед за ним выскочил Поттер и устремился к подруге, хватая её за локоть. Грейнджер прищурилась, гордо подняла ввысь подбородок и опустила палочку. Малфой самодовольно хмыкнул. Гермиона лишь кичиться. Она слишком слабохарактерная и.. Удар. Хлесткий и хорошо поставленный. На скуле остался красный след. Рон восхищённо выдохнул и с трудом сдержал рвущийся наружу смех. Гарри улыбнулся и, крепче сжав локоть подруги, оттащил её от Малфоя. Уизли не сводил с девчонки восторженного взгляда, как, впрочем, и сам Малфой. Он смотрел на неё с нескрываемым интересом и восхищением. » Да, именно тогда Гермиона видела это восхищение и интерес в его глазах. Пару лет назад, когда они были на третьем курсе. Именно тогда он так смотрел на неё - непонимающе, растерянно и восхищенно одновременно. Почему раньше она не помнила это? Почему эта сцена вылетела из головы? Интуитивно она сжала на груди амулет, некогда подаренный Мари. - Ты опоздал, Малфой. - Я в курсе, Грейнджер. Холодно, отстранённо, спокойно. Он уверенно вошёл в помещение, приблизился к кафедре и, кинув на стол свои бумаги, расположился в стоящем рядом кресле, закинув ногу на ногу. Вызывающе взглянул на Гермиону, словно задавая ей вопрос - скажешь ещё что-то в мой адрес? Она промолчала. - Итак. - она сделала глубокий вдох, беря себя в руки. - У нас на повестке дня школьный дресс-код, организация Хеллоуина и Осеннего бала. - Осенний бал? - переспросила Ханна, не скрывая удивление и радость в голосе. Бал - это волнующе и непривычно. Война окончилась три года назад,и на протяжении этих трёх лет Магическая Британия была погружена в траур и занята восстановлением всего разрушенного. Люди оплакивали умерших, маглы наслаждались солнечной погодой, а маги усердно пытались вернуть всё, восстановить здания, экономику и Министерство. Минерва МакГонагалл занималась восстановлением Хогвартса вместе со всеми педагогическим составом, желающие студенты помогали. Визенгамот вершил суд на Пожирателями. Было не до веселья. И сейчас Осенний бал кажется отдушиной, возможностью наконец-то вернуться к прежней жизни! - Да. Приблизительные даты, по словам МакГонагалл - тридцать первое сентября или первое октября. После проводим Хеллоуин. По поводу бала... - Гермиона выпрямила один из листков. - Нам нужно продумать украшения, банкет, музыку, дресс-код и открытие. Пройдёмся по каждому из пунктов. Вопрос с украшениями был решён тут же - Мари и Джинни с энтузиазмом откликнулись и пообещали принести эскизы к следующему сбору. Блэк и Уизли оживились, услышав о возможности продемонстрировать свои творческие навыки. Напряжённость рыжей будто рукой сняло, а вот в движениях и голосе Мари всё ещё чувствовались скованность, хоть она и стала чуть раскрепощеннее. Меню банкета пообещал составить Теодор Нотт, а компанию ему решил составил Бут. - Огромная просьба, Теодор - не поддавайся на просьбы своего друга Забини внести огневиски в официальный список. - как бы между прочим произнесла Гермиона. Нотт хмыкнул и ослепительно улыбнулся. - Как скажете, мисс Грейнджер. Она демонстративно закатила глаза. Музыкальная подборка легла на плечи Полумны и Невилла, Ханна и Эрн решили заняться дресс-кодом. Оставалось открытие. Святой Мерлин, Гермиона вовсе забыла подумать о том, что ей стоило вклиниться в компанию Блэк и Джинни, или, в конце концов - Невилла и Полумны, но никак не оставаться без дела вместе с Малфоем! Всё, всё рассчитала, кроме этого! - Тогда мы с Грейнджер отберем перваков и поставим открывающий танец, так? - вопросительно поднимая одну бровь, переспросил Малфой. Молчание Гермионы послужило ответом. Она нехотя вписала в строку с надписью: "Открытие Осеннего Бала" два фамилии - Грейнджер, Малфой. Просто замечательно. Планирование Хеллоуина была отложено до конца месяца, потому что выяснилось, что дел у каждого из старост и так невпроворот. Поэтому, Гермиона, не мелочась, перешла к последнему пункту сегодняшнего собрания. - МакГонагалл просила, чтобы мы занялись внешним видом студентов. - А что с ним не так? - нахмурилась Джинни, удивляясь. - Ну, например, - Малфой встал со своего места как раз кстати. Лёгким движением руки Гермиона схватила его за локоть и притянула ближе к себе. Он был на порядок выше её, но это не помешало ей сделать задуманное. - В лучшем случае, студенты ходят как раздолбаи, но в школьной форме - галстук набекрень, рубашка непонятно как надета. - свою тираду она сопровождала умелыми движениями рук - сначала застегнула две верхние пуговицы рубахи, потом перевязала зелёный слизеринский галстук и потуже затянула его на шее, борясь с желанием удушить напыщенного Малфоя. Он, впрочем, не сопротивлялся, и лишь уголками губ слегка улыбался - неясно, что его больше смешило - недовольное, нахмуренное лицо Грейнджер или сама ситуация. Ухмылку не сдержали и Джинни с Тео. Мари многозначительно подняла брови и переглянулась с Ноттом, а Ханна, пряча улыбку, отвернулась. - Впрочем, это ещё не самый ужасный случай. - не переставала Гермиона, расправляя складки на мантии и воротнике юноши. - Многие перестали носить форму вовсе - заявляются в джинсах и толстовках на уроки. Я ничего против не имею, сама люблю такую одежду, но в нашей школе всё же есть устав и форма... Гермиона вдруг опомнилась. Что она сейчас делала, простите? Поправляла внешний вид Драко Малфоя. Интуитивно, будто делала это ежедневно на протяжении многих лет, завязала его галстук на шее и расправила мантию. Её рукам эти движения казались знакомыми и избитыми, но она не помнила, чтобы вообще делала подобное кому-то. Она, собственно, до этого момента думала, что не умеет завязывать галстук. По-крайней мере, не помнила, что умеет. Румянец распространился по щекам быстрее, чем она рассчитывала. Резко убрав руки от Малфоя, она стала судорожно перебирать листки на столе и растерянно бормотать: - Поэтому МакГонагалл настаивает, чтобы мы, как старосты, следили за тем, что все в школьной форме - белая рубашка, галстук и мантия. Шапочка по необходимости. - на этом она закончила. С трудом справившись с тряской в руках и дрожью в ногах, она выпрямилась и осмотрела всех сидящих. - Вопросы есть? Они отрицательно закачали головой. Гермиона с облегчением выдохнула - отвечать на вопросы она была бы не в силах. Ей пришлось тут же напрячься, потому что Грейнджер почувствовала на себе испытующий взгляд Малфоя. Он прожжет ей затылок, если не отвернется. Её сердце остановится, если он не отведёт взгляд, и она рухнет прямо здесь! Святой Мерлин, Драко Малфой, прекрати. Её мысленные мольбы он явно не слышал, потому что пока все выходили, он не прекращал испепелять её глазами. Мари и Тео вышли последние, вслед за Джинни, которая, хихикая, что-то говорила Блэк. Нотт, кажется, не участвовал в разговоре, но прислушивался к нему. Уже через минуту они остались одни в помещении. Гермиона, как ни в чем не бывало, принялась собирать свои вещи и всовывать их в сумку. Привычные, отточенные действия, которые заняли у неё меньше, чем полминуты. И вот, она, перевесив через плечо лямку сумки, уверенными шагами направилась к двери, когда её окликнул знакомый, ледяной голос. - Грейнджер. - Малфой. - она резко развернулась на каблуках и, склонив голову набок, натянуто улыбнулась ему. Он, прикусив губу, осматривал ее. Гермиона вопросительно и насмешливо взглянула на него, как бы задавая вопрос: "Что ты от меня хочешь?" - Я не передал тебе расписание дежурств. - он протянул ей листок, который был покрыт редкими, сильно накренившимися налево, размашистыми буквами. - Это на ближайший месяц. Гермиона кивнула ему и засунула листок к остальным бумагам, лежащим в сумке. - Я передам каждому позже. Кто там сегодня? - кратко поинтересовалась она. - Мы. Она повела бровью в сторону, но ничего в ответ не сказала. - Ты хотел ещё что-то спросить, Малфой? - нетерпеливо произнесла она, видя, что он колеблется, бегая глазами по комнате. - Ты свободна сегодня вечером? Грейнджер не сдержала изумленного смешка. - А ты хочешь подкараулить меня за углом и грохнуть? - Грейнджер, да или нет? - Нет. - холодно ответила Гермиона. - Мы с Гарри идем в Хогсмид. - С Поттером? - Да. - Без Уизли? - Без. Я же сказала - с Гарри. - выделяя каждое слово, отчеканила девушка. - Поэтому твой план провалится, Малфой. Всего хорошего. - цокая каблуками, она покинула кабинет, закрыв за собой дверь с громким хлопком. Малфой непонимающе и разочарованно смотрел ей в след. На душе у Гермионы было погано. Она не сделала ничего противоестественно, наоборот - всё верно, правильно. Но почему чувство, будто она сделала ошибку? Будто пошла против чего-то нормального, привычного. Она не знает. А сердце болезненно сжимается, колотится, внутри всё холодеет. Неправильно, неправильно, неправильно. Она покрепче сжала лямку сумки, так, чтобы железки впились в кожу ладони, проткнули до крови. Мерзкое ощущение не покидало её - ей казалось, что она упускает, забывает что-то жизненноважное. Что-то... Родное сердцу. - Вы слышали об Амортенции будучи студентами ещё шестого курса. - говорил Слизнорт, выставляя на всеобщее обозрение котелок с полупрозрачной жидкостью. - Кто что вспомнит? Рука Гермионы привычно взметнулась вверх. Никто уже не удивлялся. - Это мощное приворотное зелье. Создаёт непреодолимое влечение к тому, кто его приготовил. Его можно узнать по лёгкому перламутровому блеску. И пахнет оно для каждого по-разному. В зависимости от того, что человеку дорого. Профессор удовлетворённо кивнул. - Верно, мисс Грейнджер! - он помешал жидкую консистенцию. - И что же чувствуете вы? Гермиона прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. - Запах свежескошенной травы, дождя, старых книг, мяты, французских духов, яблочного смузи и... - она одернула себя, кажется, испугавшись сама. Щеки порозовели, в глазах блеснуло непонимание и изумление. - И всё. - коротко, быстро и скомканно. Слизнорт понимающе кивнул. - Мистер Поттер? Гарри не задумываясь откликнулся: - Запах древа рукоятки метлы, ягодного чая, шоколадных панкейков и лавандовых духов. - только после того, как он протараторил это, он подумал о том, что никто в его окружении не пользуется лавандовыми духами. Рон пробубнил что-то об яблочном пироге и запахе пергамента, Лаванда смущённо протараторила под нос то же, что и Уизли, Парвати на протяжении пяти минут перечисляла всевозможные цветочные запахи, Блейз Забини заговорчески прошептал, что чувствует терпкий аромат виски и получил осуждающий взгляд профессора. Нотт сказал, что для него амортенция пахнет пергаментом и шоколадом, а Малфой уверенно ответил, что чувствует только запах моря. При этом Мари недоверчиво и насмешливо посмотрела в сторону смутившегося брата. - А вы, мисс Блэк-Тонкс? Наверняка всем здесь интересно узнать, чем же амортенция пахнет для вас. - миролюбиво произнёс Слизнорт. Мари вздрогнула. Её долгие годы не называли Блэк-Тонкс, считая, что она оскверняет семейство Тонксов и достойна носить только имя Блэков - соответствующее ей по её статусу предательницы. Она выступила из тени. Привычно сдержанная и непроницаемая. Сделала глубокий вдох... - Страницы новых книг, запах свежих масляных красок, цветущих вишнёвых деревьев. - она перечисляла запахи с блаженной, удовлетворенной улыбкой до тех пор, пока не услышала другой, видимо, менее приятный для неё запах. - Всё. Слизнорт кивнул. Она вернулась на своё место, неподалёку от Малфоя, под его испытующим, издевающимся взглядом. - Заткнись. - Я ещё ничего не сказал. - Всё равно заткнись. Слизнорт отодвинул в сторону котелок и на его место выставил корзину с кучей склянок и мешочков с какими-то ингридиентами. - Лавандовые духи? - не отставал Рон от Гарри. - Где ты хоть раз слышал аромат лавандовых духов? Поттер жал плечами, сам не вполне понимая, что он испытывает. Уизли как-то странно приблизился к Гермионе, склонился к её волосам и стал вдыхать, уверенный в том, что останется незамеченным. - Рон, ты дурак? - искренне поинтересовалась Грейнджер, закидывая голову назад и встречаясь с его растерянным взглядом человека, застигнутого врасплох. - Ну а вдруг ты сменила парфюм на лавандовый, а я даже не заметил! - попытался оправдаться Рон. Гермиона скрестила руки на груди и возмущённо посмотрела на него. - А ты не заметил, что я уже три дня как сменила парфюм? - вопросительно изгибая бровь, поинтересовалась она. Уизли стушевался, а Поттер сдержанно улыбнулся, ожидая продолжения. - Не-е-ет, ты что-о! - протянул Рон, озираясь. - Конечно, заметил! - Ну и какой же? - не отставала девушка. - Что "какой же"? - не растерялся он. - Парфюм какой, Рональд? Молчание. - "Морской бриз", Рон! - засмеялся Гарри, видя смятение, отразившиеся на лице рыжего товарища. - Да-а-а, я так и думал, просто не знал, как выразить мысль. - тут же вставил юноша. - Ты умеешь думать? - недоверчиво переспросила Гермиона и тут же залилась смехом вместе с Поттером. - Тишина в классе! - хлопнув в ладоши, сказал Слизнорт. - Сегодняшняя ваша задача состоит в том, чтобы попытаться самостоятельно приготовить амортенцию. - Вы хотите, чтобы мы научились привораживать возлюбленных? - насмешливо поинтересовалась Панси Паркинсон, никем незамеченная до этого. - Нет, мисс Паркинсон. - смеясь, откликнулся профессор. - Амортенция ни есть сугубо приворотное зелье. Иногда оно необходимо, чтобы возвращать к жизни. Капля этого напитка может заставить умирающего вернуться в мир Живых. Учтите - умирающего, не мёртвого. Мари напряжённо вслушивалась в слова учителя, хмуря брови. - Откройте страницу сто сорок два. Перед вами ингридиенты и подробная инструкция. Ваша задача - приготовить зелье, соответствующее описанию на сто пятидесятой странице за этот урок. Если возникнут проблемы - обращайтесь ко мне. - он осмотрелся и, улыбаясь, добавил - И к мистеру Поттеру. - Гарри скривил рожицу, показывая однокурсникам, что к нему лучше не обращаться. Зазвенели склянки, откупоривались крышки, по краям глубоких котелков стучали деревянные ложки, сыпались порошки из пакетиков. Подземелье заполонило терпким ароматом душицы, входящей в ингридиенты. Стало жарче от зажегшихся под котлами огней. Ножички застучали по разделочным доскам. Гарри тихо переговаривался с Роном, Гермиона поучительно нашептывала им, что за чем нужно добавлять. Симус сосредоточенно вчитывался в написанный в учебнике рецепт и исполнял всë с особой тщательностью. Нарезал, крошил, выжимал и закидывал осторожно и бережно. Всё, кажется, шло хорошо. Жидкость густела и приобретала розоватый оттенок - прямо как в тексте пособия для зельеваров. Оставалось добавить покрошенную скорлупу драконьих яйцев. Щепотка... Раздался громкий взрыв, всё в кабинете заволокло дурманящей дымкой. Симус так и замер в позе, когда он ссыпал скорлупу в котелок - с занесенной над ёмкостью ладонью и ошалелым выражением лица, которое, кстати, покрылось пылью и розовыми подтеками не до конца приготовленного зелья. - Я бы удивилась, если бы этого не произошло, Симус. - спокойно заметила Блэк, вытаскивая из кармана мантии изящную палочку. Все вокруг хихикали и переглядывались, окнуаясь в воспоминания давно минувших лет, когда всем им было по четырнадцать и Симус точно также умело подрывал всё, что попадалось ему под руку. - Я честно делал всё, как написано! - воскликнул парень, расстроенно смотря на свою грязную одежду. Отстирается ли? - Ты перепутал драконьи яйца со змеиными. - опережая профессора, произнесла Грейнджер, осматривая пакетики, из которых Симус брал ингридиенты. - Я тебе больше скажу - это ядовитые яйца. Конечно, взрыв сильный. - улыбнулась Блэк, подходя к Гриффиндорке. Гермиона отскочила, словно ошпаренная. В голове у неё всё ещё стояли картины вчерашней ночи, когда эта улыбающаяся сейчас девушка пряталась в коридоре, кутаясь в чёрную мантию, когда она вытаскивала из кармана сосуд с оборотным зельем, когда она переговаривалась с Малфоем тихо, не желая открыто говорить. Грейнджер не ответила, поджав губы. Мари пронзающе осмотрела её, Гермиона аж поежилась. Что-то в ней было, в этой Блэк - знакомое и оттого пугающее. И в этом взгляде, и в этой интонации. Вот только что? Она напрягла память, но так и не вспомнила. Нужная мысль будто уплывала от неё, пряталась. Мари сглотнула и сделала глубокий вздох, успокаивая себя, увидев, как повела себя девушка. Отшатнулась. Будто она - Блэк - прокаженная. Что ж, её дело. Изящным взмахом палочки Мари убрала следы взорвавшегося зелья - исчезли пятна, остатки жидкости и гарь на котелке. Её палочка уткнулась в лицо Симуса. - Ты не против? Юноша махнул рукой, мол, делай, что хочешь. Взмахнув, она убрала черноту с его лица. Финниган провёл пальцами по щеке и убедился, что не осталось никакой грязи на лице. - Спасибо, Мари. Она, едва улыбаясь, кивнула ему в ответ. Гарри жадно следил за каждым движением Блэк. При одном кратком взгляде на неё на ум приходило лишь одно слово - грация. Она действительно была воплощением грации. Изящные, непринужденные движения, элегантные изгибы талии, обтянутой чёрной, высоко посаженной юбкой, лёгкие взмахи рукой. Взгляд метнулся на её лицо - мимолетная улыбка появилась на нём, когда она глянула на Симуса. Едва заметная, но такая нежная и непринуждённая, что у Поттера больно защемило в груди. Она ему кого-то напоминала. Кого-то некогда близкого и родного, но на веки потерянного. Может, Сириуса? У него с двоюродной племянницей явно были общие черты - заострённый подбородок, выделяющиеся скулы, высокий лоб. Если прищуриться, то в ней действительно можно рассмотреть покойного крестного. Нет. Дело не в Сириусе. Эта её улыбка... Он был больше, чем уверен, что такой не обладает больше никто в то же самое время, как был свято уверен в том, что уже видел эту полуухмылку. Видел либо в давнем прошлом, либо в смутном сне. Манила его таинственность и обворожительность этой девушки. Он пытался одернуть себя, напоминая, что девчонка имеет грязные планы и мысли, награждает его лже-оберегом, предназначение которого в скором времени откроется им, а потом шастает по ночному парку с Малфоем и обсуждает планы возвращения... Кого-то? "Его можно вернуть. Её тоже." О чем вообще была речь? Гарри должен интересоваться сутью их диалога и планов, а не девушкой. Вот только не выходит. Прошли годы с окончания войны, и с тех пор Гарри ни разу не был влюблён. Он не испытывал даже симпатии к кому-либо. Поттер не мог ничем это объяснить, просто принимал, как данное. Возможно, увиденное им в годы войны испоганило его психику окончательно, и девушки уже вовсе не могут впечатлить его. Может, он просто ещё не встретил никого подходящего. Причин может быть много, но ясно одно - он не смел любить. От смутных мыслей о том, что он не влюбляется потому, что уже любит, Гарри отмахивался как от назойливых мух. Звучит глупо. Как можно любить кого-то и даже не знать об этом? В общем, четыре года он промучился в сомнениях и догадках, пока на глаза ему не бросилась эта... Блэк. При одном только взгляде на неё его бросало в жар,а в голове путались многочисленные мысли. Его, несомненно, тянуло к ней. Он это осознавал и от того ещё больше боялся её. Но всё же Поттер усмехнулся про себя, думая, что благодарен ей хотя бы за то, что её появление избавило его от каких-либо сомнений об ориентации. Рон толкнул его под бок и прошептал на ухо: - Ты пялишься. Гарри качнул головой и постарался отвести взгляд. Будет смотреть только в книгу. Ни на Блэк. - Посмотри на Поттера, Пэнс. - шикнул Нотт, склоняясь к лицу подруги. Она скосилась в сторону вышеупомянутого. Поджатые губы и сжигающий взгляд, направленный на Мари. Девчонка улыбнулась. - Тело всё помнит. - пробурчала под нос недовольная Джинни, оказавшаяся на уроке в паре не с Гермионой, не с Патил, не с Гарри и не даже с Роном - а с треклятым Забини. Она проклинала Слизнорта, составившего список пар на уроки зельеварения, но вслух возмущения не высказывала - мало ли. - Что ты сказала? - тихо переспросил Блейз. - Что я работаю в паре с идиотом. - Уизли, ты сказала: "тело всё помнит". - Ты что, не глухой? Умеешь удивлять, Забини. - закатила глаза девчонка, демонстративно отворачиваясь и отходя подальше от приблизившегося к ней Слизеринца. Он же, в свою очередь, не церемонясь, схватил её за руку и грубо развернул к себе, возвращая на прежнее место. - Сколько ты знаешь? Джинни непонимающе вздернула вверх брови. - Ну явно побольше тебя. Потому что размер моего мозга превышает размер куриного. - не переставала язвить рыжая, вызывающе глядя на него, сверкая зелеными глазами. - Уизли, ты помнишь? - Забини не отставал. Да пропади он пропадом, что он от неё хотел услышать? - Таблицу умножения? Да, помню. Тебе напомнить? - за откровенными издевками скрывались судорожные попытки понять, что он пытается выпытать. Что в её фразе так удивило и смутило парня? "Помнит" - Уизли. - Ты в курсе? - Я её лучший друг, Уизли. - закатил глаза он, кажется, поняв, что скрывалось в вопросе девушки. - Разве я могу быть не в курсе? А вот ты с какого перепугу посвящена в такие деликатные подробности? - С такого перепугу, что я её лучшая подруга. - злобно процедила сквозь зубы девушка. - Не думай, что ты один-единственный и всемогущий. И отпусти мою руку, Забини, мне больно. Он испуганно отшвырнул её руку в сторону, словно испытав дичайшее отвращение. - Прости, Уизли. Девчонка не ответила, лишь крутанула резко головой, ударив его по щеке своей длинной рыжей косой. - И как много Уизлетта знает, Пэнс? - шикнул Забини, дергая подругу за локоть. Паркинсон обернулась и самодовольно хмыкнула. - Джинни тебе внятно сказала, Биззи - уж точно побольше, чем ты. Девушки засмеялись, глядя, как багровеет от недовольства лицо парня. Он прикусил нижнюю губу, сдерживая рвущиеся ругательства и, прищурившись, вновь осмотрел с ног до головы рыжую. - То есть, она с нами. - Да, Блейз, она с нами. - холодно заметил Малфой, вникнув в суть разговора. Джинни гордо вскинула вверх подбородок и победоносно глянула на опешившего мулата. Он осматривал то её, то друзей, не веря в то, что они сейчас произнесли. - И Мари не против? - Мари сама её в это втянула. - фыркнул Нотт, демонстративно закатывая глаза, явно утомлённый перепалкой, возникшей между товарищами. - Серьёзно, Блейз, ну что ты прицепился? Чем тебе помешает Джинни? - Уже Джинни? - наигранно всплеснув руками, изумился он, прикладывая ладонь к груди. - Меня ты три года высокомерно называл "Забини", а она уже "Джинни"! - Ну конечно. - не унималась Уизли, приближаясь теперь уже по своей воле к слизеринцу. - Я, в отличие от тебя, не просто харизматичная, а ещё привлекательная и дружелюбная, а не самовлюблённая нахалка и всем бочкам затычка. - едко подметила она. Джинни ожидала, что Забини рассыпется в ругани и возмущениях, но на его лице вдруг появилась поистине нахальная усмешка. - Я харизматичный по твоему мнению? - Ты глухой, раз слышишь только начало предложения. - вывела вердикт Джинни, приложив указательный палец к виску и сделав пару оборотов, намекая на умственную неполноценность партнёра по зельям. - Когда Джин и Биззи стали ругаться без повода и с поводом, как старая супружеская пара? - насмешливо поинтересовалась подошедшая Блэк. - Я что-то пропустила? - вопросительно поднимая брови вверх, спросила Мари. - Да заткнись хоть ты! - сплюнул Блейз и рьяно взялся за приготовление зелья. Джинни, Панси и Мари тихонько рассмеялись. Обедать Гарри не стал. Кусок в горло не лез. Гермиона смотрела на него обеспокоенно и растерянно - что с ним случилось? - Гарри, точно всё нормально? - в который раз спрашивала она, сама всё больше теряя аппетит. - Да, Миона, всё в норме. - раздражённо откликнулся он. - Ты сам не свой. - подключился в разговор и Рональд. - Неужели тебя настолько заинтересовала эта девчонка? - усмехнулся он. Гермиона злобно зыркнула на друга. - Дело не в Блэк. - покачал головой Поттер. - Меня не покидает дурное предчувствие. Будто... Будто что-то случилось или должно случиться. - наконец осмелился произнести Поттер то, о чем думал всю ночь. Именно дурное предчувствие. Страх. Всепоглощающий и снедающий его изнутри. Гнетущий ужас перед неизведанным. Он не может с ним бороться, будто его ему внушили. - Шрам болит? Или снова чужие мысли в голове? - предположил Уизли, отрываясь от еды. - Нет и нет. Ничего из этого, Рон, абсолютно ничего! Гермиона потупила взгляд и поджала губы. - У меня шрам болит. На неё уставились сразу два непонимающих взгляда. - Какой шрам? - прервал молчание Уизли. Гермиона задернула рукав мантии и обнажила ужасающую и леденяющую кровь надпись на предплечье. "Mudblood" Кроваво-красные буквы поблескивали от сочившейся из них сукровицы. - Не переставая ноет. Боль отдаётся по всей руке. Такого никогда не было. - пробормотала она. Это началось рано утром. Она проснулась от дикой, колющей боли и больше не уснула. Перепробовала все мази и зелья - ничто её не спасало. От боли было не убежать. Как и от себя. В голове набатом звучало: от себя не убежишь. Боль в руке нагоняла мысли о тяжёлом прошлом, лишённых памяти родителях и о её собственных провалах в памяти. Их она обнаружила тоже только ночью, когда пыталась вспомнить, как училась Мари раньше и с кем водилась. Она с ужасом поняла, что вообще ее не помнит. Стала перебирать в памяти и другие моменты - и поняла, что не помнит. Не помнит точно. Смутные, размытые картинки, но никакой чёткости. Друзей обеспокоило это. Потому что Рон и Гарри вдруг поняли, что испытывают то же. Опустошение в голове. Только сейчас этот стало чувствоваться так остро. - А почему мы раньше об этом не задумывались? - поинтересовался на завтраке Рон. - Ну, о том, что мы ничего толком не помним. Гермиона пожала плечами, а Гарри высказал догадку. - Амулеты? - Не будем делать поспешных выводов. - закрыла тему для разговора Гермиона. - Приготовим зелье, узнаем наверняка, и тогда уже будем об этом говорить. - сказала, точно отрезала. В ответ на жалобу Гермионы о ноющей боли ни Гарри, ни Рон не нашли, что сказать. Уизли смог лишь протянуть руку и взять её исхудавшую ладонь в свою. Грейнджер благодарно сжала его руку. - И что это может значить?- Гарри не спрашивал это у подруги, он задавал вопрос самому себе. Что снова происходит? - Обедайте, я пойду сразу к теплицам. Займу нам места. - Гарри поднялся на ноги и, захватив сумку, уверенной походкой двинулся к выходу. - Ох, Рональд. - пробормотала Грейнджер и устало рухнула на его плечо. Он приобнял её и ничего не сказал. Не знал, что сказать. Потому что как и Гарри чувствовал - что-то приближается. И это явно не будет для них райским наслаждением. Поттер присел на собственную мантию на берегу озера. Здесь сейчас было тихо и безлюдно - тишина и одиночество было как раз тем, в чем он так сильно нуждался сейчас. Ему нужно было подумать. Или наоборот, дать себе возможность ни о чем, и ни о ком не думать. Бессмысленный, пустой взгляд устремился вдаль. Пару лет назад над водами этого озера он летел на Клювокрыле, раскинув руки в стороны и громко смеясь, наслаждаясь ощущением свободы. Пару лет назад по этому озеру прибыли в Хогвартс участники турнира Трёх Волшебников. Пару лет назад в этом озере он проходил своё второе испытание как четвёртый участник этого турнира... Всё это осталось далеко в прошлом. Это уже не вернуть. Кажется, он сказал это вслух, потому что в ответ услышал краткое и спокойное: - Прошлое ты не вернешь, зато можешь построить будущее, гораздо более яркое и светлое, чем прошлое. Поттер аж подскочил. Блэк подкралась тихо и незаметно, как охотящихся тигрица. Он не слышал приближающихся шагов, не слышал размеренного дыхания, не слышал шелеста мантии. Давно она тут? - Прости, я тебя напугала. - извинилась девушка, медленно приближаясь к нему и плюхаясь на траву рядом с ним. Вновь усевшийся Поттер снова резко поднялся с места, как ошпаренный, и отошёл от неё на пару шагов, глядя в сторону девушки прищурившись, из-под нахмуренных бровей. Мари посмотрела на него как-то... Отчаянно. Потом перевела взгляд с начала на свои руки, выставленные перед собой. На ноги. Поднялась взглядом выше, остановилась глазами на животе, потом груди. Глянула на плечи. И снова посмотрела на него, будто задавая вопрос: что во мне не так? Что заставляет тебя так отскакивать от меня? Так бояться и презирать меня? Гарри вдруг почувствовал, как болезненно сжалось его сердце. Что-то больно закололо в груди. А в голове внутренний голос твердил: Блэк - убийца и предательница. Держись от неё подальше. Да, она убийца, предательница и бывшая Пожирательница смерти. Этого достаточно для того, чтобы в открытую презирать и избегать девчонку? - Ты что-то хотела? - безразлично и спокойно произнёс он, оценивающе глядя на неё сверху вниз. - Хотела посоветовать не торчать здесь в одиночку - не такие уж и спокойные времена грядут. - в тон ему откликнулась девушка. О да, эта слизеринская надменность и тщеславие. Чувство собственного достоинства и превосходства. - Я не нуждаюсь в твоих советах. - он поднял мантию с земли, накинул её на плечи и, не глянув на неё больше ни разу, направился к теплицам. Он не мог видеть, как она обхватила себя руками и заплакала. Гарри и Гермиона трансгрессировали в Хогсмид сразу после окончания уроков. Рон проводил их ехидным и понимающим взглядом, на который оба предпочли не обращать внимания - пусть думает, что хочет. - Куда ты хочешь? - спросил Гарри, подавая ей руку. Она взяла его под локоть. - Зайдем в лавку, купим Пророк, а потом зайдем перекусим - всё равно на ужин не успеем уже. Главной привелегией вернувшихся в Хогвартс после войны студентов была полная свобода. Нынешние семикурсники, уже достигшие двадцати лет, могли распоряжаться своим временем самостоятельно. Они прибыли доучиваться по собственному желанию, и конечно, были обязаны выполнять домашние задания и не плутать по коридорам Хогвартса после двенадцати часов ночи, но вот внеурочное время они могли проводить где угодно, как угодно и с кем угодно. И уж тем более - герои Войны. Гарри оплатил купленный Гермионой утренний выпуск Пророка и спрятал его в глубокий карман мантии. - Хочешь, зайдем к Паддифут? - предложил Поттер. Гермиона улыбнулась и недоверчиво глянула на него. - Ты серьёзно? Девушка знала, что с этим местом у Поттера связаны самые неприятные воспоминания. Она и сама с отвращением вспоминала ту сцену ссоры Гарри с Чжоу из-за неё, Гермионы. Если серьёзно, то они никогда не любили друг друга в романтическом плане. Гермиона испытывала к Гарри нечто большее - чувство единства. И знала, что с такой же теплотой он относится к ней. И это осознание было единственным, что спасало её в последние годы. - Ладно тебе, Миона, там вкусные пироженые и десерты. - Я надеюсь, ты угощаешь? - шутливо поинтересовалась Грейнджер. - Я думал, это даже не обсуждается. - он подмигнул подруге и потащил её в сторону кафе. Они расположились за дальним от входа столиком, у окна. Гермиона взяла меню и начала зачитывать вслух названия блюд и десертов, предполагая, что выберет сначала Поттер что-то для себя. - Я буду шоколадный чизкейк и трайбл с бананом. - после недолгих раздумий произнёс Гарри, предоставляя теперь Грейнджер возможность выбрать блюдо. Гермиона перестала зачитывать названия десертов и принялась теперь выбирать то, что возьмёт себе. И по старой привычке Гермиона смотрела сначала на правый столбик, и только после этого, если еë устраивала стоимость, узнавала название блюда. - Гермиона, если что, меню читается слева направо. - как бы между прочим заметил Гарри. - Ты ведь тирамису любишь, так? Она кивнула. - И эклеры? Она вновь кивнула и не сдержала улыбки. - Ну вот и решили. Гермиона слышала, как Гарри сделал заказ, добавив к условленному им воздушное мороженое крем-брюле и два стакана латте. - А теперь про зелье. - плюхнувшись в кресло напротив неё, начал Гарри. - Сколько времени тебе ещё нужно? - спросил он, недовольно скосившись на болтающийся на шее амулет. Гермиона поджала губы и через пару секунд задумчивости, заговорила: - Недели полторы. Я прикупила ещё нужных ингредиентов, но добавлять их нужно последовательно. Это сложно, Гарри. От того, правильно ли я всё сделаю, будет зависеть... Да всё будет зависеть! - Ещё раз. - устало пробормотал Гарри, взъерошивая непослушные волосы - Зачем нам это вообще надо? Грейнджер демонстративно закатила глаза. - Мерлин, Гарри, как с тобой сложно! - воскликнула она, прежде чем в сотый раз пуститься в объяснения. - На этих амулетах лежат чары - это распознать несложно. Во-первых потому, что алкановый камень используется только в случаях для создания зачарованных украшений, а во-вторых потому, что я просто-напросто это проверила - простое заклятие показало мне, что на амулете лежат чары. - на непонимающий взгляд Поттера она ответила. - Те же чары, с помощью которых проверяли твою метлу, которую тогда прислал Сириус. Ну так вот. Чары на амулетах лежат - мы это уже определили. Но вот загвоздка в том - какие? Сама Мари сказала, что это "обереги", которые будут нас предупреждать об опасности, но ведь Малфой назвал их "лже-оберегами". Значит, никаких чар защищающих там нет. Тогда - какие? Передо мной сейчас стоит задача понять, проклятие это или нет. То заклятие, про которое я вам с Роном говорила... В общем, оно показало, что мы не находимся под проклятием. - она, кажется, заговорила о том, что беспокоило её больше всего, потому что на лице её тут же отобразилось смятение. - Проклятия нет, но есть действительно какие-то чары.. Я не могу определить - какие. И естественно не могу наложить на нас никакого контрзаклятия - от чего мне, спрашивается, нас защищать? Короче, это зелье по-крайней мере ослабит действие каких-либо чар извне. Именно извне, Гарри. Если чары есть уже на нас... - Что невозможно, потому что твоё заклятье этого не показало. - поспешно перебил её Поттер, зная склонность подруги к накручиванию самой себя. - Миона, успокойся - ты сделала всё, что было в твоих силах. Закончишь с зельем и думать про это перестань - ты слишком много тревожишься без повода! Но он знал, что Грейнджер просто не могла не тревожиться. С той самой ночи, когда он так опрометчиво под действием крестража сказал ей: "Ты делаешь недостаточно". С тех самых пор она из кожи вон лезет, чтобы держать в своих руках буквально всё - ничего не упустить, всё контролировать, за всё ручаться головой, за всё нести ответственность. - Гарри, не без повода. - вздохнула девушка. - Меня смущают сны... - Сны? Поттеру эта тема казалась запретной. Вроде как они предпочли отмалчиваться по поводу этих странных, смутных снов, где их преследует незнакомка со скрытым лицом. Они деликатно обходили эту тему, лишь по взгляды при первой встрече утром понимая - она снова преследовала их во снах. Причём таких ярких снах, что они скорее напоминали реальность. Воспоминания, поднявшиеся из глубин памяти. - Нам снится то, что мы, кажется, проживали, но не помним. И этот сон целесообразно становится на место воспоминания. - склоняясь ближе к Гарри, затараторила девушка. - Меня это пугает. Здесь есть два варианта развязки - либо это действия каких-то чар, цель которых - внушить нам что-то, либо... - Либо это некогда отнятые у нас воспоминания, которые нам возвращают при помощи этих чар. Она кивнула. Наконец вслух было сказано то, что волновало их уже не первый день. - Да уж, ситуация не из лучших. - хмыкнул Поттер, прерывая установившееся молчание. - И всё усугубляет ситуация с Малфоями. - оживилась Гермиона. - Пропали! Думаешь, просто так? Что-то происходит, Гарри, и им это известно. Кстати, дай-ка мне Пророк, может, там появилось что-то новое? Он протянул ей спрятанный в мантию выпуск, когда на стол был выставлен их заказ. Газета снова было отложена, так как оба отвлеклись на поедание блюд и обсуждение чего-то более непринужденного. Конечно, они вернутся к серьёзным вопросам, но Мерлин, как иногда приятно побеседовать о чём-то с другом за чашкой кофе и сладким десертом! - Мы все же взялись за организацию Осеннего бала. - посвятила друга в подробности школьной жизни старост девушка. - Он будет где-то в конце октября, и знаешь, даже я в предвкушении! - Конечно. - улыбнулся Гарри. - Сколько лет у нас уже не было возможности развлечься, как хочется, а? Гермиона рассмеялась. - Для тебя ограбление Гринготтса - не развлечение? Он надменно фыркнул. - Это так, разминка. Сейчас легко вспоминать то время и улыбаться. Но как было жутко тогда... Легко говорить о войне, сидя в теплом кафе за чашкой горячего напитка, но стоит вспомнить обо всех ужасах той поры ночью, как тело сковывает леденящий ужас. - И что нужно сделать к этому Балу? - Декорации, костюмы, поставить вальс, продумать меню... Голова кругом идёт! - в завершение, она добавила. - Ещё и пару найти. - Я могу облегчить тебе задачу. - поднимая голову, заметил Поттер. - И как же? - недоверчиво поинтересовалась Золотая девочка. - Пойдёшь со мной на бал? Губы Грейнджер непроизвольно расплылись в улыбке. - Ты уверен, что хочешь снова обременить себя моим обществом? - Что за глупые вопросы, Гермиона? - Ну, может, ты хотел бы пойти с Джинни там, или ещё кем-то. - пропела девушка, уплетая тирамису за обе щеки. - Гермиона, я правда хочу пойти с тобой, и ты это знаешь. - нетерпеливо откликнулся Гарри. - А ты прекрасно знаешь, что я скажу тебе "да"! - в тон ему ответила Грейнджер. - Вот и решили. - он подмигнул ей и вернулся к поеданию чизкейка. Всё было съедено за разговором о том, как изменился Хогвартс, какова МакГонагалл на должности директора и что выбор Хагрида новым деканом Гриффиндора весьма своеобразен, хотя оправдан. Наконец, когда тарелки с десертами опустели, Гермиона спохватилась и развернула пророк, чтобы углубиться в чтение новостей. - Раз мы вернулись к насущному - ситуация с Малфоями.. Неоднозначная. Они и правда могли скрыться из-за скорых проверок в домах бывших Пожирателей, но, не могу понять - зачем устраивать шумиху такую? Гермиона не ответила Гарри. Она подняла на него изумленный взгляд и протянула раскрытый Пророк трясущимися руками. “Вошли в Министерство Магии и больше не вышли. Таинственное исчезновение четы Паркинсон“ Поттер схватил газету и углубился в чтение отчёта. Вчера вечером исчезли Паркинсоны. Их видели последний раз у входа в Министерство магии в восемь часов. Оттуда они не вышли и домой не вернулись. И всё бы ничего, если бы в самом конце не упоминалось, что на до допроса арестованы две девушки, ранее состоящие на службе в Паркинсон-мэноре, отправленные хозяевами временно в Малфой-мэнор, чтобы кто-то проследил за домом из друзей. Именно в их компании последний раз видели чету Паркинсонов, именно они внезапно очутились в ночном Лондоне, бегущие в направлении противоположном Минестерству Магии. Они сбегали. Подробности ещё выясняются, но точно известны имена девушек - Эйнджел и Лиан. Ни для кого не секрет также и то, что девушки должны были уехать из Лондона ещё два дня назад, но по неясным причинам остались. - Под какими именами, говоришь, Малфой и Блэк этой ночью собирались где-то пребывать? - Эйнджел и Лиан. Блэк сказала, что они уехали. Между ними повисло молчание. Гермиона ожидала Малфоя в гостиной. Не то, чтобы ей было страшно - скорее, некомфортно. Ей предстоит идти патрулировать школу с человеком, которого они подозревают в исчезновении как минимум двух бывших Пожирателей смерти. Рон написал Перси с просьбой предоставить им более подробную информацию о произошедшем за последние три дня и в ближайшее время они рассчитывают получить её. Пока что - никакой спешки и выводов. Хотя, в данной ситуации вывод напрашивается сам собой. Малфой вошёл в гостиную Башни Старост расслабленно и медленно, будто он вовсе не опоздал на двадцать минут. Это Гермиона ему и сказала, как только услышала его шаги. - Святой Салазар, Грейнджер, не нуди - пошли сделаем всё, составим отчёт и разойдёмся? - недовольно закатывая глаза, предложил он, и Гермиона, вполне удовлетворенная таким поворотом событий, подскочила с кресла и, ненароком задев его плечом, пулей выскочила из Башни Старост. Он медленно последовал за ней. - Быстрее будет, если мы разъединимся - холодно заметила Грейнджер,все шагая перед Драко. - Я просмотрю Северное крыло, ты - Южное. - Грейнджер, скажи мне, пожалуйста, зачем по уставу школы её патрулируют двое старост, а не один? - ехидно поинтересовался Малфой, скрещивая руки на груди. - Ну затем, что во время патрулирования можно наткнуться на непредвиденные трудности и опасности, которые двоим преодолеть гораздо легче, чем одному и.. - затараторила Гермиона, вспоминая прочитанный не раз текст старого свитка. Драко её нетерпеливо прервал. - Именно поэтому мы будем патрулировать оба. Вместе. В одних и тех же местах. - Ты так боишься за свою жизнь, Малфой? Думаешь, без меня не спасешься, если что-то пойдёт не так? - о, Гермиона просто не смела упустить шанса подцепить его. - Нет, Грейнджер. - он смерил ее высокомерным взглядом. - Просто боюсь, что твою смерть припишут на мой счёт, как бывшему Пожирателю Смерти. - Драко усмехнулся, опережая её. - Ну да, на чей же счёт ещё скинуть смерть грязнокровки. Он остановился и посмотрел на неё через плечо. - Грейнджер, тебе что, нравится, когда тебя называют грязнокровкой? - Нет, конечно. - Ну так а какого чёрта ты сама себя так называешь? Коридор едва освещается. Где-то вдали ещё слышны голоса не спящих студентов. Малфой так близко и так далеко одновременно. Гермиона никогда не обращала внимания на то, что он почти на голову выше чем она! Это уже было. Чувство дежавю не покидало её. Было, было, точно было! Но когда? «- Что случилось, Грейнджер? - Гермиона дёрнулась, когда почти над её ухом послышался насмешливый голос. Горячее дыхание его обладателя едва коснулось её шеи, прежде чем он сел на ступени рядом с ней. - Какое тебе дело, Малфой? - огрызнулась девушка, подбирая под себя подол платья и отодвигаясь подальше от подошедшего, словно боясь, что он набросится на неё с кулаками. - Какие мы грубые. - ухмыляется. Чертов Малфой ухмыляется. Смеётся над плачущей гриффиндоркой. - Малфой, проваливай отсюда, пока я не испытала на тебе обездвиживающие чары! - срываясь на крик, затараторила Гермиона. - Святой Салазар, Грейнджер, что произошло? - закатывая глаза, повторил Драко. - Хочешь рассказать всей школе, почему хнычет заучка Грейнджер? Придумать сплетню о том, что её использовали и бросили, потому что грязнокровки никому не интересны и не нужны? - Гермиона подскочила на ноги и,забыв, что сняла пару минут назад туфли на неудобных каблуках, хотела было двинуться в противоположную от слизеринца сторону, как почувствовала ледяную хватку на запястье. - Грейнджер, не заводись. Я что, похож на сплетника? Ему не нужно было прикладывать особые усилия, чтобы притянуть девушку обратно. Он не прижал её к себе, просто заставил оказаться неподалёку, на одной ступени с ним. Оказывается, она ниже его на голову - ни Малфой, ни Гермиона никогда не обращали внимания на столь заметную разницу в росте. - Ну? - Похож. Малфой засмеялся. - Ты путаешь меня с Забини. Вот он - заядлый сплетник. Молчание. - Малфой, ты пил? Брови Драко стремительно ползут вверх после реплики гриффиндорки. - А ты предлагаешь? - С какого перепугу ты так расщедрился на разговоры с грязнокровкой? Малфой цокнул языком. - Тебе нравится, когда тебя так называют? - раздражённо поинтересовался он, одаривая её холодным взглядом. Ну хоть что-то привычное. - Нет, конечно! - Ну а какого чёрта ты сама себя так называешь, Грейнджер? Обуйся. - Зачем? - Ты будешь босиком танцевать на холодном паркете? - Я не собираюсь танцевать, Малфой! - воскликнула Гермиона, пытаясь высвободиться из железной хватки и убежать, но вместо этого почувствовала, как те же ледяные пальцы сомкнулись на её талии. Легко он приподнял её и при помощи палочки надел её туфли на босые ноги. - Я пригласил. » Нет, Мерлин, этого не было, это было сном! Давним, ярким, но сном! Никогда, никогда она не танцевала с Малфоем - слышите? Кто должен это услышать? Её затуманенный рассудок или бешено колотящееся сердце? Блеск в глазах или дрожь в коленях? - Грейнджер, ты идешь, или тебя пригвоздило к полу? Если так, то можешь постоять, но я пойду! - он действительно развернулся и стремительно направился вперёд по тёмному коридору, когда был остановлен вопросом: - Мы танцевали на Святочном Балу? Святой Годрик, зачем она это спросила? Сейчас он рассмеется и поиздевается над ней, а потом, когда вернётся к друзьям-слизеринцам, расскажет всем, какая староста Грейнджер, аля-Золотая девочка глупая, какие нелепые вопросы она задаёт ему и о чем вообще думает! Мерлин, во что она вляпалась? - Да. Тихо. Его хриплый голос эхом отдался по коридору школы. «Да. Да. Да-а..» И каждый раз это его "да" звучало тише, тише, тише и тише... - А почему я этого не помню..? - спросила она больше у самой себя, чем у него - буквально пробормотала под нос, тщетно напрягая голову и вызволяя воспоминание из памяти, но ничего - абсолютно ничего! - не выходила. Лишь пустота. Малфой судорожно сглотнул. Амулет на груди Грейнджер на миг вспыхнул и тут же потух. - Грейнджер, будешь задаваться философскими вопросами потом, когда мы закончим с патрулированием и вернёмся в башню, о-кей?