Против системы

Ночь – красивое слово, не правда ли? Загадочное, таинственное. Оно хранит в себе множество секретов, разгадать которые под силу далеко не каждому. Но тот, кто сможет узнать хоть частичку – вмиг станет самым счастливым, избранным. Ночью все мы те, кто есть на самом деле: уязвимые, со своими мечтами и страхами, желаниями и болью – со всем тем, что днём скрыто от чужих глаз. Это время суток лучше всего подходит для знакомств – есть возможность узнать человека не с «лучшей», но с «истинной» стороны. Ночь для обоих героев пролетела как ласточка перед окном – секунда, и её как не бывало. Утром юноша с глазами цвета морской глади чуть не проспал учёбу, в то время как кудрявый парнишка был полон сил. Как так вышло? Никто не знает. И они не знают. Быть может, виновны сны, содержание которых сильно разнилось? Сон Гарри – спокойный, местами радостный, даже забавный. Почти идеальный. Сон Луи – тревожный, напряжённый. Он не давал парню расслабиться ни на минуту. Скорее всего, в этом и было дело. Однако, сейчас же обоим предстоит тяжёлый учебный день, и исход его – очередная загадка. *** – Томмо, выглядишь помятым. Бурная ночка выдалась? Играя бровями и похлопывая приятеля по плечу, Найл, будучи в своём репертуаре, подшучивал как мог, пока до начала занятий оставалось время. Сегодня тест, он не готов, а значит одной из причин такого поведения было желание взбодрить товарища, чтобы тот обязательно помог со сложными заданиями (то есть – со всеми). – Ещё слово, и помятой будет твоя футболка, потому что я её с тебя стяну, засуну в мусорный бак, а потом, прежде чем вернуть, промою ржавой водой из туалета. Томлинсон был не в настроении – друг заметил это ещё с порога кабинета – но такое состояние парня его вовсе не смутило. Это же Найлер. Просто он потратит чуть больше времени, добиваясь улыбки на уставшем лице товарища. – А что у нас случилось? Кто обидел маленького Томмо? Обнимая и зарываясь одной рукой в каштановые волосы, младший прижимает «обиженку» к своей груди. Луи не противится: парень остаётся тактильным, даже когда злится, но об этом не обязательно знать кому-то кроме Найла. До начала урока оставалась ровно минута, и Хоран, всё ещё надеясь развеселить товарища (и получить помощь… ладно, это не так важно), подскочил на стуле от пришедшей в голову идеи. – В пиццерии сегодня акция, две большие пиццы по цене одной маленькой. Берём? – Тараторил блондин, широко улыбаясь. Лицо шатена во мгновение ока сменилось с «отстань от меня, или я тебя побью» на «люблю тебя всем сердцем, мой милый товарищ». Теперь друг напротив друга сияли две улыбки. – Спрашиваешь? Я закажу доставку, с какой начинкой брать? – Бери любимые. И оплати моей картой. Считай, «подарок для неудачника». И, получив лёгкий удар куда-то в рёбра, Найл вновь смеётся, хватаясь за живот. А Луи никогда не узнает, что никакой акции в тот день не было.