Против системы

Учебный день выдался на удивление лёгким, а с последних занятий и вовсе отпустили – это рай на земле или весна так влияет на преподавателей? В любом случае, ещё нет и двух, а Луи с Найлом уже сидят в квартире второго, пьют пиво и поедают пиццу. Первой, по инициативе Томлинсона, парни открыли с ананасами – блондин впервые пробовал столь «экзотический» вид закуски, а его приятель уплетал за обе щеки третий по счёту кусок. По телевизору, к огромному несчастью ребят, ничего интересного не показывали, и в этой ситуации забывчивость Хорана сыграла на руку: когда-то он скачивал несколько ужастиков, чтобы глянуть ночью в гостях у Томмо, но в тот раз парни просто напились и уснули. Так что теперь настало время для ещё давным-давно запланированного киномарафона! Только где флешка… Сам Луи искать никакую флешку, естественно, не пошёл – отправил хозяина апартаментов (хотя прекрасно знал, что все мелкие вещи Найл хранит в верхнем ящике стола – просто хотелось позлить дружка и открыть новую пиццу без него). В ответ на звук рвущейся коробки из спальни послышалось: «Блять, Луи!» – и шатен не смог взять кусочек в руки, залившись звонким смехом. *** Так прошёл вечер, наступила ночь. На столике красовались пустые коробки и упаковки от «очень полезной» еды и бутылки от «совершенно не вредных, но довольно вкусных» напитков. Парни развалились на диване, положив головы друг другу на плечи, а ноги свесив по разным краям. «Душевность, а не гейство», – сказал бы Луи на любой косой взгляд со стороны. – Тебе не кажется, что последняя бутылка была лишней? – Спросил Хоран, приподнявшись и осматривая весь бардак. Но из его рта тут же вылетел сдавленный стон от гудящей головной боли, и блондин упал в исходное положение. Прощай, веселье – здравствуй, трезвость! – Не кажется, – хмыкнул Томмо, никогда не страдавший от похмелья. Парень считал это одной из своих суперспособностей (главной, после умения врать и не краснеть). – В этот раз убираешь ты, кстати, мне прошлого хватило. Сказав это, Луи на миг замер, вспомнив ту ночь. В голове, в которой от выпитого алкоголя не должно было остаться и признаков разума, пронеслись обрывки их с Гарри разговора. За ними полетели картинки следующего утра, почти совместный завтрак… От этих мыслей Томлинсон невольно расплылся в улыбке. – Сейчас я хочу только одного – спать, поговорим позже, окей? – Бубнил опьяневший блондин, уткнувшись в подушку. В такие моменты он походил на ребёнка или на котёнка – на кого-то безобидного и беззащитного. У Луи никогда не хватало наглости разбудить приятеля – пусть отдыхает. Пока что. И когда в квартире воцарилась тишина, когда стих уличный шум, закончился дождь и свет ночных фар автомобилей больше не бегал по потолку, шатен в попытке уснуть представлял широкую улыбку парня с зелёными глазами.