Home

«Обучая, вы будете учить, и обучая, вы будете учиться, вы найдете свое место рядом с теми, кого вы любите. Ох, и всё то, о чем вы мечтали, видения, которые вы видели, Ну, время когда вы можете требовать это всё, приближается. (Phil Collins — Son Of Man)

С того дня на тренировочной площадке жизнь Тэхёна принимает новый оборот, которого он никак не ожидал. Он приступает к своим тренировкам всего через несколько дней после того, как Юнги составил ему план и рассказал, с чего начать. А также посоветовал, как включить часы тренировок в ежедневное расписание Тэхёна, не заставляя его отказываться от работы в детском саду. Это непросто, но в конце концов с помощью Феликса они решают, что Тэхён будет заниматься со щенками по утрам, а днём будет тренироваться с Юнги, который оставит других трейни заниматься с Шиён. План в первую очередь состоит в том, чтобы помочь Тэхёну стать более выносливым и нарастить мышцы. Поэтому первые недели посвящены бегу, поднятию тяжестей и накачиванию пресса, которые превращают Тэхёна в массу ноющих мышц каждый раз, когда он возвращается домой. Это тяжело именно так, как он себе представлял, и большинство дней Тэхён думает, что ему следует просто сдаться и забыть эту глупую идею, которая вряд ли приведёт его к чему-то хорошему. Но каждый раз, когда он чувствует себя подавленным, уставшим и обескураженным из-за того, что его тело не реагирует так, как ему хочется, Юнги всегда рядом, чтобы подбодрить его и напомнить, почему он пошёл по этому пути. В такие моменты Тэхён рад, что он не одинок в этом, потому что, если бы это было так, он бы уже сдался. Но у Юнги всегда есть правильные и мудрые слова для него, и он никоим образом не торопит омегу, не устаёт и не раздражается, когда Тэхён не может закончить сет с тяжёлой атлетикой. Юнги мягко подбадривает его, когда он ноет и просит перестать бегать, потому что слишком запыхался, чтобы продолжать. Юнги, будучи другом, с которым раньше Тэхён проводил меньше всего времени, теперь часто бывает рядом по утрам на озере, за обедом и ужином, в книжном Намджуна и во время тренировок. Тэхёну это всё так приятно, ему нравится, как медленно крепчают их отношения. Тренироваться тяжело, но постепенно результаты начинают проявляться, и, несмотря на то, что у него нет зеркала, чтобы увидеть изменения в своём теле, Тэхён чувствует их, просто касаясь своих рук и ног. Он замечает это, когда может бежать гораздо дольше, чем раньше, и каждая тренировка становится менее болезненной и утомительной. Он становится сильнее, его плечи немного шире, всё тело крупнее, лицо круглее и здоровее. Он начинает привлекать внимание других членов стаи, и это больше не из-за того, что он присоединился к стае последним. А судя по тому, что говорят его хёны, Чимин и Чонгук, он выглядит очень хорошо, а его новое проработанное тело подчеркивает его природную красоту. Тэхён польщён вниманием и оценивающими взглядами омег и бет — от альф он всё ещё чувствует себя немного неловко — но он уже увереннее, чем раньше. Он гордится результатами, которых достиг, благодаря своей усердной работе и тем, как хорошо он чувствует себя в собственном теле. В течение этих недель Тэхён наконец решает, что пришло время покрасить его дом и придать ему более гостеприимный вид. Итак, с помощью Чонгука, Хосока и Намджуна они красят дом в бледно-оранжевый цвет, а дверь в небесно-голубой с именем Тэхёна, написанным на ней черным цветом. Этот бледно-оранжевый был первым цветом, который пришёл на ум Тэхёну, когда Хосок спросил его, в какой цвет он хочет покрасить дом. Но только после того, как Хосок вслух сказал, что этот оттенок напомнил ему цвет мандарина, омега понял, что, возможно, он выбрал его не совсем случайно, а потому, что он ассоциируется у него со спокойствием и безопасностью. Они украсили дом снаружи горшками с цветами на крыльце и вьющимися белыми розами на стенах. Дом изнутри выкрасили в тот же бледно-оранжевый цвет, а на стены Тэхён повесил небольшие рисунки, изображающие природу, волков и книги. Утром Чимин зовёт Тэхёна пойти за покупками, помогая ему выбрать украшения для его дома. В конечном итоге он просто набрал множество картин и маленьких деревянных статуэток, которые Джисон делает своими руками. Он даже покупает человеческие часы для гостиной, несколько блокнотов, чтобы писать в них продолжение своей истории, и новые одеяла с подушками разных цветов. В конце концов, он вложил в дом много усилий и, наконец, не сомневается в том, что это место теперь действительно похоже на его дом. Чимин за короткое время закончил читать рукопись Тэхёна, сказав, что, несмотря на то, что он не особо любит читать, настолько зацепился за эту историю, что не смог оторваться от чтения. Альфа был так взволнован рассказом Тэхёна, что продолжал говорить о нём несколько дней, вываливая все свои впечатления и мысли. Это сделало омегу по-настоящему счастливым. Было странно слышать, как кто-то сходит с ума по одному из его рассказов, но это было так приятно. Чимин так много и повсюду говорил об этой истории, что в конце концов остальным волкам тоже стало любопытно, о чём все эти разговоры, и теперь все хотели прочитать рассказ Тэхёна. Несмотря на то, что он чувствует себя недостаточно уверенно, чтобы позволить всем прочитать его работу, благодаря поддержке Чимина Тэхён, в конце концов, сдаётся. Он даёт альфе разрешение показать другим рукопись, которую Чимин всё ещё хранил в своём доме, слишком одержимый ею, чтобы вернуть владельцу. Когда многие из читателей отзываются с восторгом, Тэхён понимает, что ему нужно перестать смущаться при мысли о том, что другие читают не просто его историю, а его самые сокровенные мысли. Он уговаривает себя просто не думать об этом, отвлечься. Это помогает ему сохранять спокойствие и не сходить с ума каждый раз, когда он видит, как кто-то из его друзей передаёт историю другому из них. В конце концов, всем им, кажется, нравится то, что они прочитали. Тэхён чувствует такое облегчение и гордость, когда даже Намджун хвалит омегу за это, говоря, что тоже не может перестать читать. Когда тренировка начинает превращаться в настоящую боевую, всё снова становится сложным и утомительным. Но удовлетворение так велико, когда он выучивает новое движение и ему удаётся поразить своих противников, вместо того, чтобы всегда быть тем, кто получает удары, кровоподтеки или фиолетовые синяки. После его первых занятий только с Юнги, где альфа обучал его основам боя, всё больше и больше проверяя быстрые инстинкты Тэхёна, обучая его атаковать, а также наблюдать и изучать противника, правильно защищаться, они переходят к следующему этапу. Теперь, когда Тэхён усвоил базовые вещи, он был более менее готов к поединкам с другими трейни, которые оказываются менее мягкими и более агрессивными в бою, чем Юнги. Во время тренировок Юнги старался не навредить Тэхёну, но, к сожалению, другие волки на поле не проявляют к нему такой же осторожности. Первые дни боёв с трейни, конечно, ужасны, у них гораздо больше опыта, чем у Тэхёна, но омега не унывает, потому что видит, как день ото дня становится лучше. Он тщательнее изучает своих противников и более шустро избегает ударов. Он лучше защищается, чем атакует, но это неудивительно. Именно на этом этапе обучения Тэхён понимает, что ему будет интересно научиться охотиться. Юнги предлагает научить его и этому, но чуть позже Тэхён узнает, что охотиться намного сложнее, чем сражаться: его первые попытки заканчиваются очень плохо, несмотря на то, что его волчьи инстинкты должны ему помогать. Видимо, только их недостаточно, ему нужно научиться контролировать их и использовать мудро и сознательно. 🐺 — Да брось! Ты даже не стараешься! — шутит Юнги, легко избегая удара омеги. Тэхён фыркает, когда восстанавливает равновесие. Он вложил в удар слишком много силы, и когда его рука ни во что не попала, его тело подалось вперёд, словно его потянула невидимая веревка. — В этом-то и проблема, я делаю всё, что в моих силах! — омега запыхался и уже сожалеет о том моменте, когда попросил Юнги сразиться с ним. Это показалось ему забавным, когда только пришло ему в голову: он попытается сразиться с самым могущественным альфой, который, вероятно, существует. Тэхён, конечно, не думал, что выиграет, он просто хотел посмотреть, сможет ли он хотя бы раз ударить Юнги теперь, когда он более опытен в боях. Теперь Тэхён понимает, что это была скорее самоубийственная идея, чем забавная, потому что Юнги далеко не в его лиге, и, вероятно, поэтому он не спаррингует ни с кем из трейни во время занятий. Даже с Чонгуком или Шиён. Просто кажется, что Юнги интуитивно знает, что собирается сделать Тэхён, и даже если омега всё пытается и пытается, альфа всегда намного быстрее его. В кои-то веки Тэхён вёл себя так смело и безрассудно… И всё зря. Тот факт, что у Юнги даже не сбилось дыхание очень бесит… Он не устал, потому что просто избегал каждую попытку омеги ударить его, и Тэхёна так раздражало его самодовольное лицо по этому поводу. Возможно Тэхён этого заслуживает, потому что исход ситуации был очевиден с того самого момента, как Юнги сказал ему: «Ты действительно не хочешь драться со мной». Он должен был отступить, но захотел показаться храбрым. Но, может быть, Юнги мог бы доставить ему хоть немного удовлетворения и притвориться, что Тэхён наконец-то ударил его. — Ты не устал? — спрашивает его Юнги, когда Тэхён не сдаётся и снова чуть не падает. Тэхён тяжело вздыхает, уперев руки в бёдра, чувствуя себя таким усталым. — Да, думаю, я достаточно опозорился. Юнги усмехается. — Нет, ты выглядел очень смелым, я не ожидал от тебя такой просьбы. — Теперь я знаю, что нельзя позволять себе быть импульсивным, — глаза Тэхёна закрыты, голова запрокинута назад, он пытается отдышаться. — Нет, импульсивные решения иногда помогают, они заставляют рискнуть! — говорит Юнги, и Тэхён улыбается тому факту, что альфа всегда подбадривает его, никогда не позволяя думать о себе плохо. — Я должен был упустить этот шанс, — горько говорит Тэхён, и Юнги не может сдержать смешок. Тэхён открывает один глаз, чтобы взглянуть на Юнги. Вид его улыбки, обнажающей милые розовые дёсна, всегда заставляет Тэхёна чувствовать себя таким мягким и тёплым внутри, и он тоже улыбается. — Ты так многого добился за такой короткий промежуток времени, я уверен, что однажды ты сможешь победить меня, — говорит Юнги уверенно и обнадеживающе, но Тэхён совсем не уверен в этом, сила омеги даже не может сравниться с силой обычного альфы. Что говорить о чистокровном. — Я больше не собираюсь даже мечтать о таком, — признаётся омега, и его сердцебиение наконец немного успокаивается. — Эй! Ты должен мечтать даже о недостижимом! — Юнги мягко ругает его, заставляя Тэхёна слегка смеяться. — Пошли, мы уже опаздываем на завтрак. Тэхён кивает, его желудок урчит. Ему нужно кинуть что-нибудь на зубы, чтобы компенсировать все усилия, которые он только что приложил. Он делает шаг вслед за альфой, который уже направился в сторону столовой, когда у него появляется идея. Снова ужасная, но он может хотя бы попробовать, он уже и так опозорился, хуже уже не будет. Может в конце концов у него и получится, кто знает. Собрав всю свою храбрость, Тэхён ждёт, пока Юнги окажется на правильном расстоянии от него, чтобы начать бежать к нему, концентрируясь на единственной мысли в его голове. Он застанет Юнги врасплох и заставит его упасть! Его план идеален. Или, по крайней мере, так оно и было бы, если бы Юнги не обладал столь острым чутьём. Таким, которое заставляет его вовремя обернуться, заметить Тэхёна и заблокировать его попытку с лукавой улыбкой на лице. Юнги не только блокирует Тэхёна, но, в конце концов, именно он сбивает омегу с ног, пытаясь сделать его приземление максимально мягким. Это происходит так быстро, что Тэхён даже не понимает, что, чёрт возьми, только что произошло. Всего секунду назад он бежал… а теперь лежит на земле, запыхавшись, с широко открытыми от шока глазами. Шок заставляет его поздно осознать, в каком положении они оказались. Юнги лежит прямо на Тэхёне, их лица так близко, что бедное омежье сердце начинает бешено колотиться о его грудную клетку. Каждый дюйм кожи омеги внезапно покалывает от ощущения чужого тела, прижатого к его, такого тёплого и тяжелого, но не слишком, чтобы чувствовать себя некомфортно. Или, по крайней мере, дискомфорт — это меньшее, что разум Тэхёна способен заметить прямо сейчас, он заполнен только видом лица Юнги перед ним. Так близко к его собственному лицу… Юнги тоже, должно быть, заметил их положение, потому что, если раньше он ухмылялся из-за победы над Тэхёном, то теперь ухмылка полностью исчезла с его лица, сменившись ошарашенным выражением. Они смотрят друг на друга, кажется, бесконечные минуты, Тэхён полностью теряется в мягких чертах лица альфы, его глаза настолько темны, что почти невозможно отличить зрачок от радужной оболочки. Тэхён никогда не замечал, но у Юнги невероятно тёмные и длинные ресницы, которые делают его кошачьи глаза ещё красивее, их форма настолько притягательна, что у омеги возникает инстинкт провести по ним кончиком пальца, чтобы почувствовать мягкость ресниц… Взгляд Тэхёна привлекает мягкий изгиб его носа, такого круглого и милого, а потом непреднамеренно опускается на губы альфы, розовые, тонкие и чуть надутые. В лице Юнги нет ничего, что не очаровало бы его, Тэхён мог бы смотреть на него часами не уставая. Дыхание Юнги щекочет губы Тэхёна, вызывая мурашки по его спине, всё его тело начинает нагреваться по мере того, как он понимает, насколько они опасно близки и как Юнги тоже не может перестать смотреть на Тэхёна. С самым мягким прикосновением, которое Тэхён когда-либо чувствовал, Юнги поднимает руку, чтобы убрать пряди волос Тэхёна с его лица. Кончики пальцев слегка касаются его щеки, заставляя дыхание омеги дрожать, а дикий огонь распространяться внутри его тела. Юнги — это всё, что Тэхён может воспринимать прямо сейчас, с его прекрасными глазами, губами, носиком, и сильным телом с мандариновым запахом, окутывающим его целиком. Когда мысли Тэхёна становятся слишком дикими и он чувствует, что начинает терять контроль над реакцией собственного тела, омега решает, что, возможно, им следует разорвать контакт. Он не хочет, но ещё одна такая минута — и Тэхён не знает, на что он будет способен, не знает, что его тело или инстинкты заставят его сделать. Его мысли слишком переполнены вопросами о том, каково было бы целовать альфу, каково было бы ощущать его губы на своей коже. Тэхён всегда фантазировал о том, каким будет его первый поцелуй, но он никогда не чувствовал такого сильного влечения к кому-то, что заставило бы его рассмотреть возможность по-настоящему поцеловать их. Тэхён немного напуган тем фактом, что его эмоции поглощают его и выходят из-под контроля, поэтому, откашлявшись, он говорит: — Однажды я всё-таки смогу застать тебя врасплох, верно? — он пытается засмеяться, но получается немного неловко. Юнги, кажется, в той же ситуации, когда он неловко комментирует: — Да… конечно, сможешь. Он медленно встаёт и момент внезапно исчезает. Тэхён не знает, чувствует он облегчение или грусть. Его сердце всё ещё бьётся, как сумасшедшее, но, по крайней мере, теперь он чувствует, что снова может ясно мыслить. И первый вопрос, который он задает себе: Что это было? 🐺 Через два дня после этого Тэхёна разбудил Чимин, громко зовущий его по имени. Тэхён так крепко спал, что просыпается испуганным от неожиданного голоса. По тому, как громко и раздражённо Чимин кричит его имя, омега догадывается, что он, вероятно, занимается его пробуждением уже долго. Омега чувствовал бы себя виноватым за это, если бы не был таким сонным. Что немного странно, потому что прошлой ночью он лёг спать рано, потому что он тоже чувствовал себя сонным! И он был уставшим большую часть предыдущего дня… Так почему же он всё ещё чувствует сонливость?! Омеге требуется вся его сила, чтобы заставить себя сесть, не проигнорировать голос Чимина и не вернуться ко сну. — Наконец-то! — Чимин говорит с облегчением. — Я уже начал думать, что ты умер! Тэхёну тоже кажется, что он умер, он даже не может вспомнить, когда заснул; его голова коснулась подушки, а затем… Полная чернота, омега чувствует, что давно не спал так глубоко и крепко. Действительно очень давно и, наверное, это должно навести его на какую-то мысль, но его мозг чувствует себя таким медленным и его инстинкты так громко говорят ему снова заснуть, что он не может больше думать. Почему он вообще должен бодрствовать? Его волк тоже кажется беспокойным из-за того, что он не спит. Надо поспать… Тэхён не может сосредоточиться, чтобы найти ответ на этот вопрос, но он, должно быть, какое-то время был в ловушке своих мыслей, потому что внезапно Чимин подходит к нему ближе, машет рукой перед его лицом, чтобы привлечь внимание. — Хэй?! Ты в порядке, Тэ?.. — слова Чимина обрываются внезапным рычанием, сорвавшимся с губ Тэхёна, когда альфа подходит слишком близко к нему, почти садясь на кровать. По какой-то причине картина того, как Чимин подходит так близко к его гнезду, особенно разозлила волка Тэхёна. Настолько сильно, что Тэхён в своём сонном состоянии позволил эмоциям волка взять над собой верх. Он даже уверен, что его глаза засияли золотым светом, когда он это сделал. Чимин тут же отшатывается, удивленный, но прислушивающийся к молчаливому предупреждению, которое дал ему волк Тэхёна. — Прости, прости, я не хотел тебя злить, мне не следовало подходить так близко к твоему гнезду, — говорит альфа, показывая омеге руки в жесте капитуляции, который предназначен больше для волка Тэхёна, чем для человека. Он звучит так искренне расскаивающимся, что сердце Тэхёна сжимается. И именно это заставляет его наконец вырваться из сонного состояния. — Нет, не извиняйся, Чимин, это ты меня прости, я… Я не знаю, почему я это сделал, — хмурится Тэхён, начиная всё больше и больше осознавать, что с ним что-то не так. — Ты не в первый раз был в моём гнезде, и мой волк никогда не возражал против этого, но… Но волка Тэхёна сейчас раздражает присутствие Чимина, а также тот факт, что Тэхён не спит, от этого раздражения омега тоже чувствует себя немного беспокойно. Ко всем странным вещам, которые он чувствует сегодня, Тэхён добавляет тот факт, что если Чимин здесь, чтобы разбудить его, значит уже время завтрака, он проспал свою обычную встречу с Юнги на озере. Быстрый взгляд в окно подтверждает его предположение, как и его урчащий желудок. — Ты плохо себя чувствуешь? — спрашивает Чимин, его глаза выглядят большими из-за озабоченности его состоянием. Тэхён действительно видит, как альфа заставляет себя оставаться на своем месте и не приближаться к омеге, несмотря на то, что его инстинкты подсказывают ему проверить Тэхёна и убедиться, что с ним все в порядке. — Не знаю, — искренне говорит Тэхён. — Я просто чувствую себя… очень сонным, и мой волк кажется беспокойным. — Тебе приснился плохой сон? Может, ты плохо спал, — пытается догадаться Чимин, испуская успокаивающие феромоны, которые медленно наполняют спальню его ароматом корицы, что, несмотря на странную ситуацию, заставляет Тэхёна вздохнуть с облегчением, его волк успокаивается, узнавая знакомый запах Чимина и вспоминая, что он друг, а не реальная опасность. — Я так не думаю. Я сонный со вчерашнего дня… Странно, что я до сих пор всё ещё хочу спать, когда уверен, что всю сегодняшнюю ночь спал очень крепко. На лице Чимин появляется озадаченное выражение. — Ты и вчера вёл себя странно, больше всего за обедом, я никогда не видел, чтобы ты так много ел. При воспоминании о вчерашней еде Тэхён чувствует, как его желудок завывает. Чёрт, он так голоден, так сильно, что у него раздражающе болит живот; это не обычное чувство голода… оно более сильное и болезненное. — Может, мне просто нужно поесть, — говорит Тэхён, медленно вставая, чувствуя себя таким счастливым от мысли что-нибудь съесть, может быть, это снимет тяжесть, которую он чувствует в голове. Прежде чем выйти из комнаты, чтобы переодеться и пойти завтракать, теперь, когда его волк стал немного спокойнее благодаря феромонам Чимина, омега пользуется случаем, чтобы заключить альфу в объятия и извиниться за то, что рычал на него. Чимин радостно отвечает взаимностью на объятия, его запах корицы стирает в нем следы беспокойства… Или, по крайней мере, стирает на несколько мгновений, потому что внезапно Тэхён чувствует, как напрягается тело альфы, и чувствует, как он прижимает голову ближе к пахучим желёзам омеги. У Тэхёна нет времени спросить своего друга, что происходит, потому что Чимин уже вырывается из объятий и делает несколько шагов назад, пока между ними не остаётся достаточно места. Он выглядит обеспокоенным, и его щеки немного краснее, чем раньше. — Думаю, я знаю, в чем проблема, — говорит альфа, и его обеспокоенное выражение лица заставляет сердце Тэхёна учащенно биться от опасения. — В чём?.. — Тэхён, мне кажется, у тебя начинается течка, — обеспокоенно говорит Чимин. — Что?! Это невозможно, у омег вроде меня редко бывают течки! — протестует он, его мозг полностью отвергает эти слова. Он отвергает их прежде, чем по-настоящему задумывается о них. — Ну… это редко, но не невозможно, они всё ещё будут время от времени и… Я действительно думаю, что это один из таких случаев, — кажется, Чимину почти жаль, что ему приходится сообщать Тэхёну эти ужасные новости. Тэхён смотрит на альфу с шокированным выражением лица, он внезапно чувствует себя парализованным. Он чертовски ненавидит течку, в основном потому, что она совершенно бесполезна для него, дни чистой боли без абсолютной причины, и он не очень-то хочет провести следующие дни, корчась в попытке облегчить боль и ноя, чтобы кто-то помог ему остановить всё это. Он хотел бы, чтобы был способ просто избежать этого, но Чимин, вероятно, учуял приближающееся тепло в его запахе, так что, нет сомнений, что так оно и есть. Плюс, теперь Тэхён может полностью понять, почему он чувствует себя таким сонным и голодным: его тело готовится к следующим нескольким дням, когда он будет слишком занят страданиями, чтобы думать о сне или еде. Тэхёну уже хочется плакать. Он не хочет течку. Блин! — Что мне делать? — спрашивает Тэхён у альфы слабым и грустным голосом. — Я позову Сокджин-хёна, он поможет тебе всё подготовить, — отвечает Чимин, ободряюще улыбаясь омеге, хотя сейчас он явно немного беспокоится о приближении к омеге. Запахи омег в дни предварительной течки обычно не привлекают альф, как это бывает, когда омеги вступают в полную фазу, но иногда могут возбудить их волков. И то, как Чимин отреагировал на запах Тэхёна, довольно красноречиво свидетельствует о том, что волк альфы, должно быть, был немного затронут этим. — Спасибо, — искренне говорит Тэхён, опечаленный мыслью о том, что вскоре ему придётся не видеть своих друзей или кого-либо ещё в течение нескольких дней — и это если повезёт и его течка будет короткой, как в прошлые разы. Чимин улыбается своему другу в последний раз и подходит ближе, чтобы нежно погладить руку Тэхёна, прежде чем быстрыми шагами выйти из комнаты и из дома. Вздохнув, Тэхён тащит своё уставшее тело на кухню, зная, что он, вероятно, не сможет пойти позавтракать с остальными членами стаи. К счастью, у него на кухне достаточно еды, чтобы утолить голод. Он уже съел целую миску риса и два банана, когда в дверь постучали. — Войдите! — говорит он, садясь за обеденный стол. Сокджин входит в дом, его глаза полны тревоги, но его улыбка добрая и искренняя. — Доброе утро, Тэхён-и. — Доброе утро, хён, — улыбается ему омега, даже если это не похоже на доброе утро. Именно тогда Тэхён замечает, что Сокджин держит в руках деревянную миску, накрытую тканью, распространяющий по комнате восхитительный запах, от которого сразу же текут слюнки. — Я принёс тебе это, я знаю, как ты любишь мой мисо-суп, — говорит старший, ставя миску на стол поближе к омеге. Тэхён смотрит на старшего хёна, чувствуя себя невероятно благодарным. — Мне он очень нравится, — подтверждает омега, его глаза сияют, когда он смотрит на миску. — Но если ты принёс его сюда, значит я не могу выйти, верно? Сокджин кривит губы в извиняющейся улыбке. — Можно я подойду поближе, чтобы проверить твой запах? Тэхён кивает, встаёт и останавливается перед бетой, слегка наклонив голову набок, чтобы дать другому волку свободный доступ к его шее. Его внутреннему волку не очень нравится, когда Тэхён так делает, показывая своё самое уязвимое место другому волку, но Сокджин — один из его друзей, и Тэхён знает, что он никогда не воспользуется этим. На самом деле, бета приближает свой нос к шее Тэхёна всего на несколько секунд, необходимых для того, чтобы его нос уловил необыкновенную сладость запаха омеги, которую наверное и учуял Чимин. Его запах должен был стать более сладким, привлекательным и манящим, чем обычно. — Да, Чимин прав, у тебя разогрев перед течкой, — заявляет Сокджин, кладя одну большую руку на лоб Тэхёна, чтобы проверить его температуру. — С каких пор ты стал чувствовать себя странно? Жесты и слова беты настолько типичны для врачей, что Тэхён неизбежно улыбается. — Вчера. Сокджин задумчиво кивает. — Ты помнишь, через сколько дней предварительного разогрева у тебя начинается течка? Тэхён на самом деле не помнит этого наверняка, у него было так мало течек, что он никогда особо не беспокоился об этом. — Три или четыре, но я не совсем уверен. — Хорошо, тогда это обычно, как и у большинства омег. Это означает, что у нас есть сегодня, завтра и, может быть, ещё один день, чтобы подготовиться, — говорит Сокджин, и он выглядит таким организованным и спокойным, что Тэхён почему-то тоже чувствует себя менее обеспокоенным. Течки всегда были чем-то, с чем ему приходилось справляться в одиночку, в своём маленьком доме, молясь, чтобы Соджун смог охранять его дом, защищая его от потенциально опасных альф. Течки всегда были причиной беспокойства и страха для Тэхёна не только из-за боли, которую так трудно облегчить, когда омега проводит свою течку в одиночестве, но и потому, что это те дни, когда омеги наиболее уязвимы. А Тэхён не чувствовал себя в безопасности в своей старой стае. Он боялся, что, узнав о его течке, некоторые из альф могут этим воспользоваться. Ему всегда было жаль Соджуна, которому приходилось не спать день и ночь, чтобы присматривать за Тэхёном, которому иногда помогали только Лия и Джихё. Тэхён столько раз говорил ему не делать этого, потому что ему было опасно оставаться так близко к дому Тэхёна, но Соджун никогда не слушал его, потому что для него не было ничего важнее, чем защищать Тэхёна в такие моменты. — Я разберусь со всем, — успокаивал он Тэхёна, и омега никогда не сомневался в этом. Любовь делала его сильнее. Он не знает, какие кошмары приготовит для него новая течка, но, по крайней мере, Сокджин с ним и покажет ему, что он должен делать. Это то, чего в его стае у него никогда не было: ему буквально пришлось самому понять, как позаботиться о себе во время первой течки, потому что больше спросить было не у кого. Никто не говорил ему, что нормально, а что нет. Никто не успокоил его, что боль не означает, что он умирает и что скоро это закончится. У него был только Соджун, который в то время был так же невежествен в этой теме, как и он сам. Может быть, на этот раз, за ​​исключением боли, течка не будет полностью пугающим опытом. — Что ты чувствуешь на данный момент? — спрашивает его Сокджин всё тем же профессиональным тоном. — Мм… Мне очень хочется спать, мой волк не хотел, чтобы я просыпался, и я чувствую себя очень голодным, и мой волк немного раздражителен, я думаю, это заставило меня рычать на Чимина, потому что он подошел слишком близко к моему гнезду. Сокджин кивает. — Это нормально, в течение следующих дней гнездо станет твоим безопасным местом, и твой волк точно не подпустит в него альфу, даже если это друг. Ему нужно подготовиться, не отвлекаясь сейчас на альф. Кроме того, он должен чувствовать себя в безопасности. Тэхён тоже кивает, показывая, что он понял. — А теперь ешь свой суп, а я расскажу, что мы будем делать после, — подбадривает омегу Сокджин, и они оба садятся за стол. Тэхён не заставляет повторять дважды и сразу начинает есть. — Я не останусь здесь, верно? — спрашивает Тэхён, и в его голове всплывают спрятанные в лесу дома, которые он увидел в первый день. — Нет, тебе будет безопаснее перебраться в один из домиков в лесу на несколько дней, ты слишком незащищён здесь. Слишком много альф живёт рядом с твоим домом, и плюс дома в лесу всегда охраняются бетами, чтобы не допустить никакой плохой ситуации, так что это действительно самое безопасное место. Тэхёна это успокаивает, но он не в восторге от мысли оставить свой любимый дом и своё гнездышко и отправиться в чужой, который не будет пахнуть им. Его неуверенность, должно быть, отражается на его лице, потому что Сокджин ободряюще улыбается ему. — Не волнуйся, мы перенесём туда всё, что тебе нужно для создания твоего гнёздышка, и там ты будешь чувствовать себя в таком же комфорте, как и дома, обещаю. Тэхён доверяет старшему хёну, поэтому позволяет его словам смыть страх, который он чувствует. — Значит ты не против, если сегодня мы начнём перевозить твои вещи? Так у тебя будет время, чтобы привыкнуть к дому. Ты можешь взять с собой всё, что заставляет чувствовать себя в безопасности, и всё, что ты хочешь добавить в своё гнездо. Также мы возьмём много еды и воды. О, и ты должен взять с собой одежду и… несколько полотенец. Тэхён кивает, продолжая есть, мысленно составляя список всех вещей, которые он должен взять с собой. — Твои течки длятся меньше, чем у других омег, верно? — На данный момент они… они длились три, максимум четыре дня. — Идеально. Если ты не возражаешь, я помогу тебе со всей подготовкой и буду приходить время от времени, чтобы убедиться, что ты хорошо питаешься и пьёшь достаточно, чтобы не получить обезвоживание… Это нормально для тебя? — Да, конечно! На самом деле, я немного меньше нервничаю от мысли, что кто-то присматривает за мной, — признаётся омега, слегка краснея. — Я рад, я хочу помочь тебе сделать эти трудные дни менее напряженными. И он верен своим словам. Покончив с едой, Сокджин призывает Тэхёна вернуться ко сну, пока он использует это время, чтобы всё организовать и поговорить с Феликсом о выходных на работе омеги. Тэхён рад подчиниться просьбе старшего и обнаруживает, что легко засыпает через несколько минут после того, как свернулся калачиком в своём гнёздышке. Когда Тэхен просыпается, он начинает собирать свои вещи по списку Сокджина. Он позволяет своему волку намекнуть ему, что он должен взять для создания нового гнезда, потому что он знает лучше. Поэтому Тэхён не сопротивляется, когда его волк подталкивает его взять с собой невероятное количество одеял, даже тех, которые уже лежат на его кровати, и несколько подушек. В итоге получается так много вещей, которые он должен переместить в другой дом, что Сокджин просит Чонгука и Хосока помочь им. Они единственные два альфы из их группы, которые могут приблизиться к Тэхёну сейчас. То, что они спарены друг с другом и совершенно не заинтересованы в других омегах, бетах или альфах, помогает им спокойно чувствовать себя в присутствии Тэхена. Омега рад их видеть, и больше всего рад объятиям двух альф, его предварительный разогрев заставляет его чувствовать потребность в привязанности, которой альфы рады осыпать его. Обычно Тэхён не был бы таким ласковым с ними, но он обнаружил, что любит тепло их тел вокруг него, их мягкие запахи, знакомые и успокаивающие, то, как нежно Хосок массирует ему голову, пока Чонгук держит омегу на руках… Присутствие Хосока и Чонгука также помогает, когда они, наконец, покидают дом Тэхёна, чтобы перебраться в другой. Их запахи достаточно сильны, чтобы скрыть течный аромат Тэхёна и предотвратить любую опасную ситуацию с любым альфой, которого они могут встретить в пути. К счастью, ничего не происходит, они почти никого не встречают и благополучно добираются до дома, который набивают кучей вещей. К неудовольствию Тэхёна, после этого Хосок и Чонгук покидают его, обмениваясь последними теплыми объятиями и заверяя, что всё будет хорошо и что они будут с нетерпением ждать его. Как только они уходят, Сокджин начинает готовить еду на маленькой кухне в доме: она точно такая же, как и у него, но очень маленьких размеров, хотя достаточная для того, чтобы в ней прожил один человек в течение короткого промежутка времени. Тем временем Тэхён начинает собирать своё гнездо, укладывая множество одеял и подушек, а также часть своей одежды так, как вздумается его волку. Пока он пытается понять, как переложить подушки, поскольку чувствует, что с ними что-то не так, Сокджин внезапно говорит: — О, у меня для тебя кое-что есть! Тэхён с любопытством поворачивается к нему и остается в недоумении, когда видит, что Сокджин идёт к нему с большой корзиной, полной того, что на первый взгляд кажется одеждой. — Что это такое? — Ну, так как у тебя нет пары или потенциального партнера, мы обычно просим альф или омег в нашей стае — в зависимости от того, кого предпочитает омега в течке — дать нам что-нибудь из их одежды. Их запахи могут помочь. Запах альфы может немного облегчить боль и заставить омегу чувствовать себя менее одиноко. Я подумал, что для тебя лучше попросить одежду альф нашей маленькой группы, так как ты хорошо знаком с их ароматами и не будешь чувствовать угрозы. Но… — Запахи Хосока и Чонгука не подойдут, потому что они уже спарены, — делает вывод Тэхён. — Точно, твой омега не успокоится от их запаха, по крайней мере, в такой ситуации. Так что у нас остается два варианта. — Я выбираю Чимина, — говорит Тэхён, возможно, с излишним акцентом. Последнее, чего он хочет — это чувствовать запах Юнги во время течки, особенно после того, что произошло два дня назад, когда Тэхён задался вопросом, каково это — целоваться с альфой. Чимин — лучший вариант в основном потому, что он наверняка поможет Тэхёну не думать о том, что он на самом деле чувствует к Юнги; это не совсем подходящий момент, чтобы думать о чувствах. У него будет время подумать об этом, когда его течка закончится. — Я уже приглашал его в свое гнёздышко, так что… это должно сработать, — добавляет Тэхён, чтобы всё выглядело так, будто его предыдущее заявление было взвешенным, а не поспешным. К счастью, Сокджин ничего не комментирует, но в его выражении лица есть что-то странное, когда он улыбается и говорит: — Отлично! Он берёт из корзины мягкую красную рубашку и предлагает её Тэхёну. Омега улыбается тому факту, что с одного взгляда на вещь он уже может сказать, что это Чиминовская, с головокружительным вырезом и атласной тканью. Чимин любит всегда одеваться ярко и эффектно. Тэхён поворачивается к кровати, намереваясь положить рубашку в гнездо, но вдруг запах Чимина достигает его ноздрей, и омега ловит себя на том, что морщит нос от отвращения. Он подносит рубашку к носу, чтобы убедиться, что этот ужасный запах действительно исходит от рубашки, и потрясён, осознав, что это действительно так. Она даже не пахнет Чимином, она пахнет корицей, но… отвратительно. Тэхён тут же убирает рубашку от лица. — Ты уверен, что это Чимина? — спрашивает он, его лицо сморщивается от отвращения. — Конечно… Что-то не так? — недоумённо спрашивает Сокджин. — Пахнет ужасно, — признаётся Тэхён, чувствуя, что даже его волк плохо реагирует на этот отвратительный запах. Сокджин жестом просит Тэхёна вернуть ему рубашку, и когда омега делает это, бета тоже подносит рубашку к его носу, чтобы проверить. Тэхён внимательно смотрит на старшего, ожидая, что тот отреагирует так же плохо, как и он. Но этого не происходит, Сокджин не морщит нос от отвращения, он просто долго смотрит на Тэхёна, словно погруженный в свои мысли, прежде чем сказать: — Это… интересно, но меня это не удивляет. —Что? — спрашивает Тэхён, озадаченный тем, что говорит другой. Сокджин не отвечает ему, он просто берёт из корзины ещё одну рубашку и отдаёт её Тэхёну, заставляя омегу думать, что, возможно, он был прав и что первая рубашка на самом деле не принадлежала Чимину. Но в тот момент, когда Тэхён берёт в руки новую рубашку, он чувствует её запах. Эта рубашка точно не Чимина. Мандарин. Просто вдыхание этого запаха сразу успокаивает его волка, а тот отвратительный запах — далёкое воспоминание, которое больше не имеет значения. Единственное, что вдруг кажется важным, — это запах мандарина, который заставляет Тэхёна чувствовать себя менее сонным, тяжесть его тела и головы, наконец, начинает проходить. Инстинктивно омега подносит рубашку ближе к лицу и глубоко вдыхает запах, чувство удовлетворения наполняет его сердце, и это так сильно будит его волка, что Тэхён ясно чувствует, как его глаза сияют золотым светом. Это запах, который его волк хочет для своего гнезда, и никакой другой. — Да, похоже, твой волк уже принял решение, — говорит Сокджин, на его лице появляется легкая хитрая улыбка. — Рубашка Чимина, как всегда, прекрасно пахнет, но у меня было чувство, что тебе бы не понравился его запах, раз твой волк оттолкнул его сегодня утром. Наверное, по той же причине, по которой ты сейчас не выносишь его запаха, потому что он не тот, которого ждал твой волк. Тэхён чувствует, как его лицо вспыхивает, румянец растекается не только по его щекам, но и по всему лицу и шее, в то время как он смотрит на Сокджина широко раскрытыми глазами, потрясёнными этими словами. Дела обстоят хуже, чем он думал. Он действительно влюблён в Юнги! И не только он, но и его волк. Это деталь, которая делает всё более серьёзным, важным… и сложным. Тэхён начал подозревать это со вчерашнего дня на озере, но, возможно, в глубине души он всегда знал, что с самого начала смотрел на Юнги иначе, чем на других своих друзей. Юнги — единственный среди его друзей, кто заставляет его чувствовать себя… по-другому, заставляет его сердце биться быстрее и наполняться счастьем каждый раз, когда он видит его улыбку. Одна только мысль об улыбке Юнги заставляет его улыбаться прямо сейчас. Чёрт возьми, он уже так глубоко погрузился в свои чувства к альфе. Чем больше он думает о небольших реакциях своего тела каждый раз, когда Юнги находится рядом с ним или когда они случайно касаются друг друга, тем больше Тэхён уверен, что он действительно влюблён в него. И это довольно волнующе, потому что он впервые чувствует что-то подобное к человеку! Но это также немного пугает, потому что он действительно не знает, что делать теперь, когда у него есть это знание. Возможно, сейчас не лучшее время думать об этом, у него будет достаточно времени, чтобы спланировать, как уйти от этого откровения после того, как его течка спадёт. И именно мысль о его течке заставляет омегу выйти из раздумий и вернуться в реальность, где веселящийся Сокджин всё ещё смотрит на него. Если он улыбается — это значит, что это не так уж и неловко, что волк Тэхёна хочет почувствовать запах Юнги, верно? — Не рассказывай другим, пожалуйста, — умоляет Тэхён другого, его лицо всё ещё красное от смущения. Тот факт, что его волк отказывается иметь запахи других людей в своем гнезде, кроме запаха Юнги, имеет большое значение, довольно красноречивый факт, и если Сокджин скажет им… Они автоматически узнают, что Тэхён чувствует. Но омега на самом деле не готов сообщить другим о том, что он сам узнал всего несколько минут назад. Волки менее сложны, чем люди, легко понять, почему они действуют определенным образом, они никогда не скрывают того, что у них внутри. Выражение лица Сокджина смягчается, и в нём нет ничего, кроме искренности, когда он говорит: — Если они спросят, я скажу им, что ты выбрал рубашку Чимини, это звучит нормально? Тэхён облегченно вздыхает. Он знает, что его хён сохранит секрет, и на данный момент это лучшее, что можно сделать. — Это идеально, спасибо, хён. Сокджин подходит к младшему и ласково взъерошивает ему волосы. — Тебе не нужно смущаться. Юнги — очень добрый и красивый мужчина, у твоего волка и у тебя определенно хороший вкус, — подмигивает он младшему, заставляя Тэхёна смущённо рассмеяться. — А теперь я должен показать тебе кое-что, что заставит тебя смутиться больше, чем желание заполучить одежду Юнги в своем гнёздышке, — объявляет старший, заставляя Тэхёна резко перестать смеяться. — Что это? Сокджин отходит от омеги и приближается к маленькому шкафу всего в нескольких сантиметрах от кровати. — Вот кое-что, что может помочь тебе пережить жар, — говорит он, прежде чем открыть дверцы шкафа, чтобы увидеть несколько полок, заполненных множеством цветных вещей, которые Тэхён не может ясно разглядеть. Он бережно кладет рубашку Юнги на кровать и подходит ближе к шкафу, хмурясь, но в то же время чувствуя некоторое любопытство. Омега практически рядом с Сокджином, когда у него, наконец, появляется возможность хорошенько рассмотреть все эти вещи, и тут же сожалеет, что подошел так близко. Теперь он понимает, почему Сокджин сказал ему, что это было бы более неловко. Тэхён никогда не видел ничего подобного! — Ч..Ч..Что это за…т-т-такое? — его щёки снова краснеют от приливающей крови. Сокджин не может сдержать смех из-за забавного шокированного выражения лица Тэхёна. — Это называется фаллоимитаторы, это человеческое изобретение, они сделаны из разных материалов. Бета берёт один из них, полупрозрачного голубого цвета, давая Тэхёну возможность рассмотреть его внимательнее и убедиться, что… да… эта штука имела форму члена. Это так хорошо сделано, что Тэхен на самом деле немного впечатлён, несмотря на всё смущение и шок. — Этот сделан из чего-то вроде желе, — объясняет Сокджин, показывая предмет омеге, ничуть не смущаясь. — Ты можешь выбрать тот, который тебе нравится, даже несколько, каждый из них разного размера, чтобы… ну… угодить предпочтениям каждого человека, — улыбаясь, пожимает плечами Сокджин. — И некоторые из них более гибкие или жёсткие, чем другие. Тэхён всё ещё смотрит на другого широко раскрытыми глазами, этот разговор кажется немного сюрреалистичным. Вероятно, ему следует быть более зрелым в этом вопросе и говорить об этом нормально, как это делает Сокджин, не краснея и не чувствуя себя так странно, но… Он никогда по-настоящему открыто не говорил о сексе с кем-то… Он вообще никогда ни с кем не занимался сексом! И никогда не использовал другие вещи, кроме собственных рук, во время течек, так что… Он не может винить себя за то, что не может быть таким же зрелым, как Сокджин. Когда он начинает понимать, что люди обычно делают с этими… фаллоимитаторами, Тэхёну хочется исчезнуть при мысли о том, что Сокджин показывает ему эти штуки, предлагая ими воспользоваться. Конечно, он делает это из лучших побуждений, чтобы Тэхён не слишком страдал во время течки, но… Чёрт, Тэхён не может остановить растущее внутри него чувство стыда и смущения. — Наша стая также создала свою версию фаллоимитаторов, — продолжает Сокджин, начав искать на полках конкретный. — О, вот он! Это фаллоимитатор, который может имитировать узел альфы, просто нажав на эту кнопку, — объясняет он, заставляя Тэхёна посмотреть на кнопку под фаллоимитатором. Эта штука намного больше, чем человеческий, который Сокджин показывал ему раньше. И снова Тэхён оказывается немного впечатлён, это действительно то, что может спасти одиноких омег во время течки, поскольку быть связанным альфой, как правило, единственное, что может уменьшить продолжительность течки. — Что… эм… — Тэхён прочищает горло, скорее потому, что хочет подумать, что сказать, чем потому, что ему действительно нужно. — Что… что, если… Омега вздыхает. Это займет некоторое время… Может быть, ему не следует спрашивать… Но он немного любопытен и знает, что в одиночку не найдет ответа. Сокджин терпеливо смотрит на Тэхёна, давая понять, что может ждать его хоть целый день. Тэхён делает глубокий вдох, мысленно подбадривая себя, а затем пытается снова. — Что, если… омега никогда… никогда… не был… — Завязан? — предлагает Сокджин. Тэхён кивает. — Это… это действительно… больно? — он закусывает губу, избегая взгляда собеседника. — Ну, да, в первый раз обычно больно. Но когда у омеги течка, ты знаешь, что боль становится относительным понятием. Это может быть больно, но ты будешь больше концентрироваться на удовольствии, чем на чем-либо другом, уверяю тебя. Это на самом деле приятно знать, поэтому Тэхён рад, что в конце концов задал этот вопрос. Он на самом деле не знает, будет ли он использовать этот специальный фаллоимитатор, немного опасаясь того, как это будет ощущаться, но, по крайней мере, у него есть уверенность, что это не будет слишком больно, если он захочет попробовать. В бредовом состоянии он, вероятно, попытается сделать что-нибудь, чтобы остановить боль. — Спасибо, — говорит Тэхён, и он немного рад, когда Сокджин снова кладет фаллоимитаторы в шкаф, сигнализируя, что разговор наконец окончен. Тэхён немного заинтригован тем фактом, что на этот раз у него будет что-то кроме рук, чтобы дать себе облегчение. Впервые его течка может быть немного более приятной и возможно доставит удовольствие. Хотя он даже не хочет говорить о фаллоимитаторах с кем-либо снова. — Хорошо, я думаю, это всё, что тебе нужно знать о всех необходимых вещах, если ты захочешь их использовать, они все здесь. Тэхён кивает, прежде чем отойти от шкафа и вернуться к своей предыдущей задаче формирования гнезда. Сокджин передаёт ему другие рубашки Юнги, которые вновь смущенный омега начинает раскладывать рядом с подушками. Это занимает некоторое время, потому что его волк, кажется, не очень уверен в том, как хорошо сделать гнездо, но, в конце концов, Тэхён чувствует себя вполне довольным результатом, а его волк так взволнован тем фактом, что гнездо немного пахнет как он, но в основном как Юнги. Тэхён смущается, осознавая, что он тоже счастлив. 🐺 Фаза предварительного разогрева проходит гладко, Тэхён в основном спит, ест и болтает с Сокджином, когда бета приходит посмотреть, как у него дела. Последний день разогрева — единственный, когда температура тела Тэхёна начинает немного повышаться, а его кости начинают ныть. Еще не настолько, чтобы причинять боль, но достаточно, чтобы чувствовать себя некомфортно. Кроме того, он уже становится более эмоциональным и нуждается в объятиях, что в конечном итоге вынуждает Сокджина проводить сеансы обнимашек, чтобы омега оставался спокойным и довольным. Чтобы уменьшить боль и побороть лихорадку, Сокджин заставляет омегу принимать холодные ванны, которые на самом деле значительно облегчают ощущение дискомфорта. Когда наступает ночь последнего дня предварительной течки, Тэхён ясно может прочитать на лице беты, как ему больно оставлять Тэхёна одного. — Мне жаль, что тебе приходится проходить через это одному, — говорит Сокджин, в сотый раз убедившись, что у Тэхёна есть всё, что ему нужно, прежде чем уйти. — Ничего, я привык… — и омега искренен; это не лучшая вещь — проводить течки в одиночку, но прямо сейчас ему было бы неудобно, чтобы кто-то помогал, даже тот, кого хочет его волк! — На этот раз у меня много игрушек, чтобы помочь себе, — говорит Тэхён, чтобы поднять настроение, хотя мысль о фаллоимитаторах всё ещё заставляет его краснеть. Но, по крайней мере, Сокджин посмеивается над этим, выглядя немного менее обеспокоенным. — Тебе они понравятся, обещаю! Тэхён не отвечает на это, потому что его покрасневшие щёки — уже громкий ответ. — Я буду приходить к тебе регулярно, так что не волнуйся, ладно? Я позабочусь обо всём, а ты просто сконцентрируйся на том, чтобы чувствовать себя лучше, — в последний раз подбадривает его Сокджин, лаская темные волосы младшего волка. Тэхён улыбается не только из-за милого жеста, который заставляет его чувствовать себя довольным, но и потому, что тот факт, что Сокджин будет присматривать за ним, действительно успокаивает. Он знает, что на этот раз с ним всё будет в порядке, будет кто-то, кто напомнит ему попить и поесть. Здесь он не чувствует себя абсолютно одиноким. Омега надеется, что Сокджин сможет понять, насколько он безмерно благодарен за помощь, по тому, как Тэхён смотрит на него, когда говорит: «Я так и сделаю, спасибо, хён». — Не беспокойся, ты один из моих самых дорогих донсэнов, я сделаю для тебя что угодно. При этом Тэхён понимает, что, возможно, ему не так уж не повезло, как он думал, если жизнь позволила ему встретить такого заботливого человека, как Сокджин. Его по-прежнему волнует мысль о том, что он, наконец, является частью чего-то большего, а не просто раздражающим присутствием там, где ему не место. Тот факт, что его течка приближается, на самом деле стимулирует поплакать над этими мыслями, но, к счастью, ему удается удержать их, хотя бы до тех пор, пока его не оставят одного. Он не хочет пугать бету. На следующий день течка начинается медленно, но Тэхён может сказать, что она началась, когда он просыпается, просто по тому, как в комнате невероятно жарко, и омегу так раздражает множество одежды на его теле. Он раздевается, и, поскольку он всё ещё чувствует себя не слишком слабым, чтобы двигаться, он идёт умываться холодной водой, чтобы хотя бы немного освежиться, а затем заставляет себя столкнуться со своим смущением и выбирает фаллоимитатор, чтобы взять с собой в гнездо, зная, что через несколько часов он ему всё равно понадобится. В конце концов, он берёт два из них: обычный и тот, что с узлом, даже если он всё ещё немного не уверен в его использовании — он боится навредить себе. Он возвращается в своё гнездо, не беспокоясь о том, чтобы снова одеться, потому что его тело этого не выдержит, и с течением времени будет только хуже. Находясь в окружении знакомых вещей и обнадёживающего мандаринового запаха, Тэхён успокаивается на несколько часов, несмотря на растущую температуру его тела и боль в костях. Этого достаточно, чтобы омега снова заснул, но его сон беспокойный и нарушается ещё сильнее по мере усиления боли, вынуждая омегу балансировать на краю дремы. До тех пор, пока от боли в костях не начинается боль в животе, такая внезапная и такая сильная, что она заставляет омегу задыхаться и проснуться окончательно. Тэхён почти забыл, насколько отстойно это ощущение, настолько хуже, чем боль от перевоплощения, даже если в обоих случаях он чувствует, будто что-то внутри него загорается. Тэхён начинает корчиться, тщетно ища позу, в которой он чуть меньше чувствует, что вот-вот умрёт; но, конечно, такой позы нет, и чем больше минут проходит, тем хуже становится. Омега начинает жалобно скулить от боли в теле, его волк чувствует беспокойство, его мысли становятся бессвязными и наполняются страхом, ощущение пустоты заполняет его грудь. Его волк начинает скулить, обиженный отсутствием нужного альфы рядом с ними, начинает паниковать, потому что не хочет быть один. Его эмоции настолько сильны, что становятся одним целым с человеческими эмоциями Тэхёна. Единственное, что может сделать Тэхён, чтобы унять это удушающее чувство одиночества, — это слабой рукой притянуть к себе одну из рубашек Юнги, зарыться в неё лицом и закрыть глаза. Сильного запаха достаточно, чтобы его волк немного успокоился. Омега даже смог сделать глубокий вдох, его тело почувствовало слабое облегчение. Тэхён продолжает потеть, его тело горит и зудит, его грудь быстро вздымается и опускается, пока он продолжает ёрзать, чувствуя беспокойство и взывая к кому-нибудь, чтобы это прекратилось, его глаза и щёки наполняются иррациональными слезами от бредовых мыслей, которые начинают формироваться в его голове. Тэхён прижимает к себе рубашку Юнги, пытаясь побороть бред, сосредоточившись на альфе и на успокаивающем чувстве, которое всегда даёт ему этот запах. Всё так жжёт, болит и ноет… Но постепенно жжения в его животе начинает трансформироваться, боль превращается в возбуждение, и мысли в его голове тоже меняются. Его волк больше не грустный из-за того, что рядом с ним никого нет, теперь он сходит с ума потому, что нет никого, кто мог бы его наполнить, нет никого, кто мог бы зачать в нем щенков, нет альфы, готового связать его. И это невыносимо. Потому что Тэхён этого хочет. Он так этого хочет. Он хочет чувствовать руки и губы на своем теле, он хочет чувствовать, как член входит в него, разрушает его. Ему это нужно. Он чувствует себя таким пустым и таким возбуждённым. Кровь приливает к его промежности, его член твердеет от растущего желания, которое распространяется внутри тела Тэхёна, смешиваясь с болью, заставляя его чувствовать себя еще более беспокойным. Потому что ему нужно облегчение, ему нужно чувствовать удовольствие, ему нужно, чтобы вся эта боль прекратилась. Тэхён начинает чувствовать знакомое ощущение влажности и липкости между ягодицами, его смазка начинает вытекать из его дырочки и увлажнять одеяла под ним. Тэхён начинает прикасаться к себе, его руки блуждают по груди, пытаясь унять потребность, горящую под его кожей. Он трогает один из своих сосков двумя пальцами, издавая стон, прежде чем начать тереть маленький бугорок, другая его рука медленно обхватывает член, который уже настолько твёрд, что только мягкое прикосновение его руки заставляет его громко стонать, волна удовольствия захлёстывает его. Омега поглаживает всю длину медленными движениями, уделяя особое внимание головке, его тело дрожит от каждого прикосновения большого пальца к нижней её стороне. Он задыхается, удовольствие перекрывает боль. Медленно отпуская свой член, он протягивает руку дальше, к своей дырочке. Он собирает столько смазки, сколько может, полностью вытягивая свою правую руку, чтобы снова обхватить ей член. На этот раз он оказывает немного больше давления и двигает рукой быстрее, но не настолько, чтобы довести себя до предела. Вскоре омега понимает, что только его прикосновений будет недостаточно, несмотря на то удовольствие, которое они ему доставляют. Ему нужно больше. Он хочет альфу, он хочет быть разрушенным им, наполненным, кричать от удовольствия и кончать от него много раз, пока не потеряет сознание. Рукой, которая не обхватывает его член, Тэхён снова берет рубашку Юнги, подносит ее ближе к своему лицу и закрывает глаза, на этот раз не ища от неё успокоения, а чтобы обмануть свой мозг, создать для волка иллюзию, которую он ищет. Омега глубоко вдыхает, и в состоянии бреда и возбуждения легко обмануть себя и представить, что это кто-то другой гладит его член. Он представляет, как длинные пальцы Юнги обхватывают его тело, бледная кожа альфы красиво контрастирует с возбужденной краснотой его члена. Он представляет, как розовые пухлые губы целуют его шею, мягкие поцелуи сменяются скользящим приоткрытым ртом, медленно спускающимся к его соскам. Губы Юнги обхватывают бугорок и тягуче посасывают его, заставляя Тэхёна издать хриплый стон. Движения его рук становятся более плавными и быстрыми. Запах мандарина только делает эту фантазию более яркой, так легко представить, что Юнги действительно здесь, его губы целуют его повсюду, продолжая доставлять удовольствие Тэхёну. Омега настолько поглощен своими фантазиями, что даже не сразу понимает, что близок к своему первому освобождению. Он кончает, его губы приоткрываются для тихого вскрика от приятного подавляющего ощущения, которое пробегает по его телу. Но одного раза недостаточно, это только заставляет Тэхёна жаждать большего, его дырочка становится более влажной, так что теперь с ней можно поиграть. Несмотря на то, что руки принадлежат ему, в бредовом состоянии Тэхён всё ещё представляет, что это руки Юнги начинают открывать его, по одному пальцу за раз, наполняя комнату не только маленькими вздохами и стонами Тэхёна, но и влажными звуками, которые издаёт прикосновение его пальцев к смазке. Он растягивает свою дырочку медленно, несмотря на сильное желание, которое он чувствует, но он знает, что если будет делать что-то слишком быстро, то возбуждение и боль не исчезнут надолго. Итак, Тэхён не торопится, погрузившись в свои сексуальные фантазии о горячем альфе, его длинные пальцы легко возбуждают его. Тэхён даже не осознает той боли, которую ему причиняет растяжка, когда он добавляет ещё один палец, а затем два к первому. Он чувствует только удовольствие, его живот такой теплый, а член всё ещё твёрдый. Когда он проникает внутрь на три пальца, Тэхён начинает медленно трахать себя и пытается войти как можно глубже, его бедра инстинктивно следуют за его движениями. Он стонет, растягивая «ножницами» свою дырочку, его разум всё ещё заставляет его верить, что не он это делает, что пальцы, которые доставляют ему удовольствие, принадлежат Юнги. Он почти слышит его хриплый и низкий голос, говорящий, как хорошо ощущать его, как он так хорошо раскрывается для него. Его кожа покрывается мурашками при видении того, как Юнги шепчет эти слова ему на ухо, затем кусает его мочку, в то время как его пальцы скользят в Тэхёне, готовя его к члену. К его узлу. Тэхён ускоряет движение своей руки, чувствуя, как его задница становится всё более влажной, а желание внутри него возрастает. Он так сильно его хочет. Вытаскивая из себя пальцы, оставляя дырочку сжиматься вокруг пустоты, которая заставляет Тэхёна скулить и умолять, чтобы его снова наполнили. С последними каплями разума, оставшимися в его голове, Тэхён тянется к одному из фаллоимитаторов рядом с ним, который оказался тем, что с узлом. Омега обнаруживает, что совсем не возражает, и на самом деле, очень хочет попробовать. Он поглаживает свой член несколько раз, чтобы снять напряжение, из-за которого он так болезненно ноет, затем принимает позу, широко расставив ноги, приподняв их с матраса и прижав к бокам. Он подносит кончик фаллоимитатора к своему входу, дырочка отчаянно сжимается, а затем он медленно начинает толкаться им внутрь. Это первый раз, когда что-то большее, чем его пальцы, проникает в него. Несмотря на то, что Тэхён провел много времени, раскрывая себя, он чувствует, как его дырочка растягивается слишком сильно, но боль терпима. Тэхён задыхается от этого ощущения, его другая рука тут же берётся за член, давая своему телу больше удовольствия, чтобы отвлечь его разум от болезненного нового растяжения. Но, несмотря на первоначальное колебание, Тэхён настолько влажный от своей смазки, что, как только кончик фаллоимитатора оказывается внутри и омега приспосабливается к новой растяжке, Тэхёну легко протолкнуть остальную часть фаллоимитатора внутрь. И, чёрт возьми, это потрясающе. Настолько удивительно, что Тэхён не может перестать стонать, а всё его тело дрожит от удовольствия. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким наполненным, таким довольным. Удовольствие настолько велико, что из глаз Тэхёна выкатывается несколько слёз. На этот раз он не может делать это медленно, всё его тело умоляет его продолжать, чтобы доставить больше удовольствия. Бёдра Тэхёна начинают неконтролируемо двигаться в такт движениям его руки, которая толкает и вытаскивает фаллоимитатор так быстро, как только он может. Он думает о губах на своей шее, о маленьких любовных укусах и облизываниях, о тяжёлом дыхании Юнги, щекочащем кожу Тэхёна, когда он быстро и качественно трахает омегу, доводя его до безумия от удовольствия. Несколько раз сменив угол фаллоимитатора, Тэхён наконец находит свою простату и издает громкий крик. Он толкается в неё снова и снова, ноги начинают дрожать, а стоны не удерживаются на губах и разливаются по комнате, как музыка. В какой-то момент он поворачивается на бок, чтобы иметь возможность по-прежнему заталкивать фаллоимитатор внутрь себя, но также, чтобы двигать бедрами по кровати, потирая свой член об одеяла и рубашки под ним. Неистовое трение даёт ему некоторое облегчение, пока этого становится недостаточно, и он снова начинает гладить себя рукой и трахать игрушкой. Он продолжает увеличивать скорость, пока не чувствует, как напряжение в его животе нарастает и, наконец, взрывается, когда Тэхён нажимает кнопку под фаллоимитатором. Его кончик автоматически втягивается внутрь омеги, доводя его до предела, его глаза расширяются от мощных волн удовольствия, которые этот фальшивый узел посылает по всему его телу. Он кончает снова, его сперма пачкает одеяла под ним, его тело сотрясают спазмы, дырочка сильно сжимается вокруг фаллоимитатора. Его губы раскрываются в последнем громком стоне, который звучит так, как будто Тэхён протяжно выдыхает имя Юнги, но он не уверен в этом. Это настолько сногсшибательно, что Тэхён отключается на несколько минут, и ему требуется некоторое время, чтобы прийти в себя. Его тело вдруг настолько онемело и ослабло, что он не может пошевелиться даже на дюйм. Но оно того стоило, и Тэхён молча благодарит Сокджина за то, что тот показал ему фаллоимитаторы. 🐺 Так продолжается еще два дня, но Тэхён каждый раз развлекает себя разными игрушками разных размеров, а также экспериментирует с позами. Жар накатывает волнами, как всегда. Тэхён часами проводит в возбужденном и бредовом состоянии, доводя себя до такого количества оргазмов, какое его тело способно выдержать. Каждый раз он обнаруживает, что неизбежно путается в мыслях и фантазиях о Юнги и его руках, и представляет, как он накрывает тело Тэхёна своим, отправляя его в забвение, пока он так хорошо его трахает. Затем за часами возбуждения следует более короткий период спокойствия, в течение которого Тэхён снова может думать о чём-то, что не является его жгучим желанием быть наполненным членом, и когда он понимает, насколько усталым и истощенным чувствует себя его тело. Именно в эти моменты Сокджин приходит навестить его и уговаривает поесть и попить, что Тэхён не особо любит делать, потому что поднять его тело, чтобы сесть, чертовски сложно. Для этого нужна сила, которой после десятого оргазма за день у Тэхёна больше нет. Он так устал, что его даже не волнует тот факт, что, когда Сокджин с ним, Тэхён остается голым. Это просто не имеет значения, в конце концов, и старший хён, кажется, даже не возражает. Приятно поговорить с кем-то, когда Тэхён не чувствует, что его разум сходит с ума, и он не может отличить реальность от фантазии. Приятно получать новости о том, что происходит за пределами этого дома. Когда его течка, наконец, подходит к концу, Тэхён чувствует, что пропал из деревенской жизни на несколько недель. Когда у омеги течка, очень сложно уследить за временем, всё, что находится за пределами гнезда, становится таким размытым и неважным, что легко забыть обо всём остальном, даже о прошедшем времени. Тэхёну требуется ещё три дня, чтобы действительно восстановить силы и вернуться к жизни, но в основном, чтобы любой течный след исчез из его запаха. Сокджин является важным присутствием для Тэхёна и в эти дни, помогая ему вернуться в нормальное состояние и перестать быть амёбой, которая даже не может подняться с кровати. Единственное, что остается побочным эффектом его течки — это острая потребность в объятиях, которые, к сожалению, Сокджин не может дать ему, потому что боится, что после этого он будет пахнуть Тэхёном, и это может стать проблемой, когда он вернётся в деревню. Итак, омега терпеливо ждёт того дня, когда ему можно будет вернуться ко всем, чтобы удовлетворить последнее желание своего тела. Он провёл три дня в одиночестве, мастурбируя и всегда отрываясь от кайфа, и после этого его никто не обнимал и не успокаивал. Это было ужасно, наверное, худшая часть течки. Он скучает по прикосновениям кого-то, кто не является им самим, и фальшивые фантазии о Юнги только усугубили эту потребность в близости. Итак, когда наконец пришло время вернуться к своей повседневной жизни, Тэхён гудит от счастья, он действительно с нетерпением ждёт встречи со своими друзьями, другими учителями и щенками! На протяжении всей течки его разум был заполнен непрерывными мыслями о щенках и его желании иметь альфу поближе к себе, чтобы завести своего ребёнка. И омега ненавидит это. Он ненавидит, что его тело заставляет его желать чего-то, чего он, вероятно, никогда не получит, и как легко течки могут обмануть его разум и заставить его забыть об этой конкретной вещи. Сокджин помогает Тэхёну забрать все его вещи из маленького домика, складывая их в большие корзины, говоря ему, что они должны постирать все одеяла, полотенца и одежду, прежде чем вернуться в деревню, течный запах Тэхёна всё ещё сохраняется на тканях. Они направляются к берегу реки, когда выходят из дома, но останавливаются, когда оба понимают, что Тэхёна кто-то ждет. Чимин, Чонгук и Хосок ждут его на безопасном расстоянии от домов, но всё же достаточно близко, чтобы омега их заметил. Они начинают взволнованно махать Тэхёну, когда тоже видят его, заставляя омегу громко смеяться. — Им так не терпелось увидеть тебя, — тоже смеётся Сокджин, глядя на сцену перед ними. Тэхён ясно это видит, и его сердце наполняется любовью, когда он знает, что они скучали по нему так же, как он скучал по ним и очень ждал воссоединения. Чимин первым буквально бросается в объятия Тэхёна, крепко сжимая его. Омега не может сдержать улыбку, отвечая на крепкую хватку. — Я так скучал по тебе! — говорит Чимин, прижимаясь щекой к плечу омеги. — Я тоже, даже если меня не было не слишком долго. — Ну, восемь дней — это много! В основном из-за того, что мы никогда не были так далеко друг от друга с тех пор, как встретились! — возражает Чимин, нежно начиная нюхать омегу и тереться своей шеей о шею Тэхёна. Запах корицы Чимина наполняет ноздри омеги, и, несмотря на то, что на самом деле это не тот запах, которого сейчас больше всего не хватает волку Тэхёна, он все же заставляет сердце Тэхёна чувствовать себя довольным; а запах — это жест привязанности, так что это именно то, что нужно омеге прямо сейчас. Любовь и возвращение к людям, которых он любит. Инстинктивно Тэхён тоже трется своей шеей о шею альфы в знак благодарности и привязанности. — Я до сих пор сожалею о том, как я отреагировал, когда мы виделись в последний раз, — чувствует необходимость сказать Тэхён, шокированное выражение лица Чимина, когда Тэхён зарычал на него, всё ещё запечатлелось в его сознании. — Не беспокойся об этом, — Чимин отстраняется от Тэхёна, чтобы посмотреть ему в лицо и погладить одну из его щек. — Я понимаю, почему ты так себя вёл. На самом деле, я был немного удивлён, когда Сокджин сказал мне, что ты выбрал мою одежду для своего гнездышка, это успокоило меня, дав понять, что твой волк не сердится на меня. — Конечно, он не сердится на тебя! Это было просто немного… напряжно, — успокаивает Тэхён Чимина, внутренне добавляя, что его волк, очевидно, хотел, чтобы в его гнезде был только Юнги, а не другие альфы. Он не комментирует ситуацию с рубашкой, он действительно не хочет лгать, но, к сожалению, вынужден, когда Чонгук присоединяется к разговору и говорит: — Он хвастался тем, что ты выбирал его одежду несколько дней! Это было просто невыносимо! — младший альфа раздражённо качает головой. — Хэй! Это был первый раз, когда кто-то выбрал мой аромат, чтобы помочь им пережить течку или гон! Это важная роль! — Чимин защищается. Тэхён не может не взглянуть на Сокджина, услышав эти слова, потому что теперь он чувствует себя более виноватым из-за того, что солгал своему другу, особенно теперь, когда он знает, как Чимин гордится этим. Но также и потому, что Чимин напомнил Тэхёну, что тот факт, что его волк выбрал Юнги… Это… имеет большое значение… Сокджин ободряюще улыбается омеге, и только тогда Тэхен понимает, что Чимин смотрит на Тэхёна, чтобы найти какое-то подтверждение своим словам. — Эм… да! Конечно аромат мне очень помог! — он много раз кивает, улыбаясь, и надеясь, что никто не заметит, как нервирует его этот разговор. Чимин, кажется, удовлетворён этим ответом, и после ещё одного быстрого объятия он оставляет место для двух других альф, которые тоже хотят потискать омегу. Чонгук, конечно же, первый среди них двоих: он обхватывает шею Тэхёна своими длинными руками и притягивает омегу к себе. Его запах дождя такой освежающий и нежный. — Привет, хён, как хорошо, что ты вернулся. — Привет, Чонгук-и, — улыбается Тэхён тому, насколько тёплое тело младшего, тепло, которое убаюкивает тело омеги и заставляет его полностью расслабиться в объятиях. Тэхён никогда не замечал, как сегодня, насколько тела Чонгука и Чимина отличаются друг от друга. Один высокий, с крепким телом, другой ниже ростом и стройный. Запах одного пленительный, притягательный, его невозможно не заметить, как и самого Чимина; другой нежный, спокойный, безмолвный, как Чонгук. — Мне не хватало кого-то, с кем можно было бы убежать из-за переполненного людьми стола, — говорит молодой альфа Тэхёну, прежде чем начать нюхать омегу. — От тебя слишком сильно пахнет Чимин-хёном, — объясняет он себе, понюхав омегу, недовольно морщась. — Это значит, что он восхитительно пахнет, — с гордостью возражает Чимин. — Я не люблю корицу, — признается Чонгук. — У тебя плохой вкус! — У меня нет плохого вкуса! Мне просто нравятся ароматы, которые отличаются от этого! — Мы знаем, иначе твоя пара не был бы альфой, пахнущий, как земля из леса! — Эй, не втягивайте меня в это! — протестует Хосок. — Мне нравятся оба ваших запаха, если это может помочь, — вмешивается Тэхён, улыбаясь двум младшим альфа, всегда готовым поссориться из-за чего угодно. К счастью, они оба довольны словами Тэхёна. Чонгук отходит от Тэхёна, давая возможность Хосоку тоже обнять омегу. Тэхён не может удержаться от довольного мычания, когда Хосок погружает одну руку в волосы омеги и слегка почёсывает его затылок. — Ты в порядке, Тэхён-и? — обеспокоенно спрашивает его рыжий альфа. Тэхён кивает. — Теперь да, — подтверждает он, и это правда: видя их снова, он действительно чувствует себя менее уставшим. Он вернулся к своей семье. — Но я действительно нуждаюсь в сеансах обнимашек ближайшие несколько дней. — Можешь рассчитывать на меня! — говорят одновременно Чонгук и Чимин и хмурясь смотрят друг на друга, но затем вздыхают в знак того, что смиряются со своей судьбой. Остальные не могут не смеяться над этим. Они вдвоём всегда такие забавные. — Кровать достаточно большая, — успокаивает их Тэхён. С последним поцелуем Хосока в щеку три альфы возвращаются в деревню, оставив Сокджина и Тэхёна на их пути к берегу реки. Вероятно, это та же самая река, которая впадает в озеро, где обычно встречаются Тэхён и Юнги. — Какое счастье, что они не учуяли запах Юнги, — говорит Тэхён, поскольку это единственный запах, который он до сих пор чувствует, исходящий от корзины, которую он держит в руках. — Твой запах перекрывает его, он сильнее, — говорит Сокджин, оставляя омегу в недоумении. С осторожностью Тэхён нюхает одеяла, но опять же, единственный запах, который он чувствует, — это аромат Юнги. Неужели он способен чувствовать запах альфы больше, чем остальные, он думал, что это просто его воображение, но, видимо, это не так… Наверное, это связано с тем, что запах мандаринов нравится его волку. Теперь, когда течка закончилась, ему правда пора начать размышлять о своих чувствах и о том, что он собирается делать, когда выяснит их. Тэхён не в восторге от этой идеи, он напуган, что ему придётся столкнуться с этими новыми чувствами. Но он знает, что ему нужно это сделать, потому что, опять же, то, что произошло, имеет большое значение. В особенности тот факт, что Тэхён доставлял себе удовольствие, думая о Юнги, чего бы не случилось, если бы он не испытывал к нему физического влечения. Он уверен, что его фантазии остались глубоко в подсознании, если бы вместо этого он использовал одежду Чимина. Эта одежда должна была помочь ему чувствовать себя менее одиноким и успокоить боль, а не стимулировать его лихорадочный мозг для создания эротических фантазий. Тэхён чувствует себя таким смущённым, когда вспоминает обо всех вещах, которые он представлял себе в течение этих трех дней. Но больше всего ему неловко от того факта, что он хочет, чтобы эти вещи действительно произошли. Он чувствует, как его тело гудит от желания при этой мысли. Омега глубоко вздыхает и старается не думать об этом, сейчас неподходящее время для таких мыслей. Он не может винить свой разум в создании подобных сценариев: в конце концов, он был возбуждённым, отчаянным и одиноким… Ну и, по-видимому, ещё сильно влюблённым… Для него было вполне естественно думать все эти вещи о Юнги, но он уверен, что он не первый человек, с которым происходит что-то подобное. В конце концов, течка — это всё о сексе. И эта мысль успокаивает его достаточно, чтобы приглушить смущение. — Думаешь, Чимин рассердится, если узнает правду об одежде? — спрашивает Тэхён, переводя мысли на другую тему. — Ммм… он, наверное, был бы немного разочарован. Чонгук был бы в восторге. Но я думаю, что после этого Чимину будет больше любопытно, почему ты солгал, чем заботиться о самой лжи. Он любит посплетничать, так что точно не будет возражать, если ты расскажешь ему о Юнги. Тэхён улыбается, потому что знает, что Чимин был бы так рад за него и так много дразнил бы его из-за его влюбленности. Возможно, когда Тэхён сам поймёт и примет свои чувства, он расскажет Чимину правду. Они подходят к реке и начинают тщательно стирать все вещи из корзины. Тэхён улыбается, когда видит красную рыбу, любопытно приближающуюся к одному из одеял. В это время омега благодарит Сокджина за всю его помощь, рассказывая, как приятно чувствовать, что кто-то присматривает за ним. Сокджин улыбается и краснеет, польщенный. Перед тем, как постирать рубашки Юнги, Тэхён в последний раз подносит одну из них к носу, наслаждаясь тем, как она пахнет ими обоими. Сочетание, которое заставляет его волка удовлетворенно мурлыкать. Омега задается вопросом, где может быть Юнги, и почему он не пришел с остальными, чтобы поприветствовать его. Но Тэхён сразу же отбрасывает грустное чувство, которое вызывают у него эти мысли, потому что Намджуна тоже не было. Возможно, это потому, что они были заняты, но может и потому, что Юнги и Намджун — люди, которые любят давать личное пространство другим, они не те, кто всегда ищет физического контакта, как Чимин, Чонгук и Хосок. Вероятно, они не хотели подавлять Тэхёна зная, что скоро они всё равно встретятся. Он знает, что они оба заботятся о нём, поэтому он отказывается позволить этим злым мыслям испортить ему хорошее настроение. Закончив, они, наконец, идут в направлении деревни, а точнее, к дому Тэхёна, где они будут сушить одеяла и одежду, как следует спрятав одежду Юнги. Всего в нескольких метрах от его дома Тэхён замечает, что на крыльце его лестницы кто-то ждет. На мгновение это озадачивает его, но затем он узнаёт его. Точнее, в основном, узнаёт запах. Сердце Тэхёна начинает бешено колотиться, и он понимает, что стал идти быстрее, когда слышит, как Сокджин посмеивается в нескольких шагах позади него. Тэхён краснеет от его очевидной реакции, но продолжает идти, пока Юнги тоже не замечает их, и внезапно омега задается вопросом, хорошо ли он выглядит. Он надеется, что да, что он не выглядит болезненным, усталым, с растрепанными волосами. Юнги встаёт и терпеливо ждёт, пока они подойдут ближе, его губы растягиваются в одной из его мягких улыбок, которые автоматически заставляют Тэхёна тоже улыбаться. — Юнги-хён! — восклицает омега, когда они наконец подходят ближе, и всё его лицо светится от счастья. — Тэхён-а! Тэхён даже не останавливается, чтобы подумать, он просто действует инстинктивно, когда ставит свою корзину и бежит к Юнги, пока расстояние между их телами не исчезает в объятии. Это первый раз, когда они обнимают друг друга, и после всех тех дней, когда Тэхён жаждал присутствия Юнги рядом с ним, он чувствует, что для этого настало подходящее время. Просто так приятно видеть его снова и снова быть окруженным этим мандариновым ароматом, более интенсивным, чем обычно, и омега понимает, что Юнги тоже рад его видеть. Несмотря на первоначальное удивление, Юнги быстро отвечает взаимностью на объятия, обхватывая Тэхёна за талию, заставляя его кожу покалывать именно там, где нажимают ладони Юнги. Тэхён забывает об этом, когда они не слишком близки, но прямо сейчас он замечает и улыбается осознанию, что Юнги меньше его, несмотря на то, что он намного сильнее. Но его фигура идеально помещается в руках Тэхёна, а его голова покоится прямо на плече омеги. Они, конечно, были бы своеобразной парой. Голова Юнги покоится сбоку от шеи, и Тэхён ловит себя на мысли, что Юнги тоже хочет почувствовать его запах. Омеге это наверняка понравилось бы, но он снова напоминает себе, что Юнги не так открыто проявляет привязанность, как другие его друзья. Так что он не чувствует разочарования, когда Юнги отстраняется из объятий, не почуяв омегу. — Я чувствую, что Чимин и Чонгук уже приветствовали тебя, — говорит Юнги, выглядя почти… разочарованным? Тэхён не может сказать наверняка, потому что Юнги скрывает свою реакцию, снова улыбаясь, но на самом деле он не хочет обманывать себя. Вероятно, он ошибался. — Ага, — подтверждает Тэхён, посмеиваясь. — Ты в порядке? — спрашивает Юнги, его острые глаза смягчаются от беспокойства, которое прослеживается и в его словах. — Да, — успокаивает его Тэхён, улыбаясь. — Я всё ещё немного уставший, но я в порядке… гораздо более расслаблен! — омега старается звучать бодро, чтобы у альфы не осталось никаких сомнений в том, как прекрасно он себя чувствует. — Я так рад это слышать, — говорит альфа с искренностью, от которой сердце омеги трепещет от того, сколько любви наполняет его. — Когда мы сможем возобновить тренировки? — спрашивает Тэхён, с нетерпением ожидая продолжения тренировок, но в основном, чтобы провести некоторое время с альфой. Юнги, кажется, забавляет энтузиазм Тэхёна. — Давай подождем еще несколько дней, дадим твоему телу время, необходимое для отдыха, хорошо? —Хорошо. — Но мы можем возобновить наши утренние встречи на озере завтра, — добавляет альфа, вызывая широкую ухмылку на лице омеги, его запах источается от радости. — Я обязательно буду там! Они долго улыбаются друг другу, Тэхён улыбается так часто, что его лицо начинает болеть, но он ничего не может поделать, он чувствует себя невероятно счастливым. После этого альфа уходит, сказав, что ему нужно на тренировочную площадку. Он пожимает одну из рук Сокджина, прежде чем уйти. Тэхён задерживается взглядом на альфе и одёргивает себя, когда ловит понимающий взгляд, который послал ему Сокджин с хитрой улыбкой на лице. Тэхён краснеет, но пытается это скрыть. — Он очень заботится о тебе, — говорит старший хён. — Ну… Он будущий альфа стаи, он заботится обо всех членах стаи. Кроме того, я его друг, так что… — Тэхён пожимает плечами. — Но он никогда раньше не сидел под домиками, дожидаясь конца гона Чимина или кого-то другого, выглядя таким грустным при мысли об их страданиях. Тэхён в шоке смотрит на бету. — Что?! — он не уверен, что правильно понял. Сокджин улыбается. — Юнги оставался возле домиков во время твоей течки, он беспокоился о тебе. Он находился на расстоянии, потому что не хотел сойти с ума, но оставался там. Ему не нравилась мысль о том, что тебе больно. Тэхён тронут этими словами, но начинает задаваться вопросом, что на самом деле означает такое поведение, немного опасаясь, что может обмануть себя, если попытается надеяться. — Что это значит? — Что, может быть, твой волк не единственный, кому кто-то симпатичен, — подмигивает ему Сокджин, и Тэхён тут же смущённо улыбается. Может ли это быть на самом деле?! Юнги тоже интересуется им? — Юнги — прекрасный человек, он нежный и всегда готов помочь другим, но он никому не позволяет приблизиться к своему сердцу, и я могу сказать тебе, что ты один из таких людей, — продолжает Сокджин. И это заставляет Тэхёна чувствовать себя невероятно счастливым и благодарным, потому что он знает, какой Юнги замечательный, и он может только чувствовать себя счастливым, имея в своей жизни такого человека, как он. Немного забавно, как изменилась ситуация, как со временем изменилось мнение Тэхёна об альфе. — Я тоже забочусь о нём, — признаётся Тэхён, чувствуя себя достаточно смелым, чтобы сделать это, главным образом потому, что он действительно доверяет Сокджину и знает, что тот сохранит секрет. — Я это вижу, — говорит старший, мягко улыбаясь младшему. — Почему ты рассказал мне всё это о Юнги? Вряд ли он хотел, чтобы я знал, — с любопытством спрашивает Тэхён. — Потому что я хочу дать тебе надежду и не думаю, что твои чувства к Юнги не будут взаимными, потому что я точно знаю, что ты для него особенный.