The scent of wolves/ Запах волков

Они трахнулись еще дважды, прежде чем Грейнджер наконец отключилась. Солнце к этому времени стояло уже довольно высоко, было около одиннадцати часов. Поттер и его команда будут искать их в течение двух часов, и они обязательно скоро будут обнаружены. Не желая, чтобы Поттер видел его голым, Драко переоделся, морщась от холода и мятой одежды. Он полагал, что вероятность надеть на Грейнджер джинсы была нулевой, поэтому он одел ее в свое пальто и застегнул его, поражаясь глубокому состоянию ее бессознательности. Она обмякла от его прикосновений, и хотя Драко сам, безусловно, устал, он сомневался, что смог бы заснуть так крепко. Он недостаточно знал о течке омег, чтобы понять, нормально ли это, или сама Грейнджер просто крепко спала. Он как раз расправлял рукава, когда их нашли, и аврор быстро послал Патронуса остальным. Немногие знали это место достаточно хорошо, чтобы аппарировать, и Поттера среди них не было, вот так Драко и оказался перед Грейнджер в компании хитрого аврора-альфы лет двадцати с небольшим. Он никогда не оказывался в подобной ситуации без своей палочки, но спаривание тоже что-то запускало. Что-то, что заставило его волосы встать дыбом, как только аврор уловил ее запах. Драко знал, что молодой человек очень старался и даже покраснел от предполагаемого состояния своих брюк, но он не мог удержаться от облизывания губ и долгих косых взглядов на распростертую ведьму в пальто. — Что происходит? Он услышал озадаченный вопрос Поттера, но не потрудился взглянуть на него. — Грейнджер потеряла свою сумку, следовательно, свои подавители, и у нее началась течка. — Драко почти повернулся, чтобы посмотреть на то, что, несомненно, было забавной реакцией Поттера, но аврор снова уставился на него, заставляя его нервничать. Он протянул руку. — Мне нужна палочка. — Мы не нашли твою. — Вот почему я сказал просто палочка, Поттер. Пока он ждал, послышалось какое-то шарканье, смутно слышались жалобы Поттера (отчетливо прозвучало «властный гомик»). Палочка, которую ему в конце концов дали, казалась странной в его руке. Он положил его перед собой и произнес серию тренировочных заклинаний, чтобы изучить новое древко. — У тебя есть пять минут, — сказал Драко. — Пять минут до чего, куда ты идешь? — спросил Поттер. — Я собираюсь аппарировать Грейнджер в свою квартиру до того, как она проснется. — С новой палочкой?! Ты не можешь, и нам нужно обсудить… — Грейнджер будет не в состоянии отвечать на вопросы, Поттер, или мне напомнить тебе о ее биологии? Ухмылка была неотразимой. Он повторил заклинание пара, но вместо этого палочка произвела туман. Он почти слышал, как скрипнули зубы Поттера. — Я ожидаю полный отчет через неделю, Малфой. Ты принудил ее к этому? Гермиона ни за что не стала бы добровольно спать с тобой. Драко приподнял бровь. Теперь более сложная работа — превращение листа в жука. — Да, Поттер, я принудил омегу в период течки заняться сексом… — он резко оборвал себя, издав настоящее горловое рычание, когда поднял взгляд и увидел, что аврор бочком подобрался немного ближе. К его чести, Поттеру не нужно было говорить, чтобы он отозвал этого человека. — Вэланд, отойди или тебя задержат. Иди постой снаружи. Драко прочистил горло, почувствовав призрачную вибрацию в голосовых связках от внезапно вырвавшегося у него звука. Прежде чем возобновить упражнение и снова попробовать «жука», требовалось сделать глубокий вдох. — Просто скажи ей, чтобы она отправила мне сову, как только она… придет в себя, — продолжил Поттер. — Сомневаюсь, что мне нужно будет напоминать ей об этом. — Даже если так. Последний тест — сложный набор движений палочкой, создающих орхидею из воздуха. Она была меньше, чем он обычно делал, и имела несколько техничных недостатков, которые были бы известны только ботанику. Так сойдет. Драко наклонился, чтобы подхватить Грейнджер на руки, не утруждая себя заклинанием левитации, поскольку расстояние, которое ему предстояло преодолеть, было очень коротким. Для аппарации требовалось обманчиво простое движение палочкой. Это было больше связано с намерением. Он мог сделать это даже с ногами Грейнджер на сгибе своего локтя. Наконец-то встретившись взглядом с Поттером, он обнаружил, что мужчина выглядит обеспокоенным. Драко тяжело вздохнул. — С ней все будет в порядке. Как только он поднял палочку, Поттер быстро остановил его и положил сумку Гермионы ей на грудь.

***

Новой палочкой интенсивно пользовались в течение первых десяти минут, пока он был дома, размахивая ею то в одну, то в другую сторону, чтобы ускорить выполнение действий. Он уложил Грейнджер в свою постель и, раздевшись, направился на кухню. Вода, электролиты, белок, продукты, летящие в пакет. Он заставит ее выпить что-нибудь, как только она проснется. Она была там, где он ее оставил, когда вернулся в свою комнату. Драко отчаянно хотелось принять душ, но хотелось еще поспать. В безопасности своей квартиры его веки отяжелели, пока он натягивал на себя спортивные штаны. Он не настолько устал, чтобы не осознавать, насколько нелепой была эта ситуация — совсем как сама Грейнджер, которая снова усложняла ему жизнь. Когда он скользнул в постель, его тело утонуло в матрасе и хрустящих простынях, он закрыл глаза, и Грейнджер сразу же перекатилась к нему, устраиваясь поудобнее рядом с его телом и пытаясь задушить его своими волосами. Драко убрал локоны со своего лица и подождал, пока она снова пошевелится. Ничего. Она все еще спала.

***

Драко не разглядел как следует тело Грейнджер в пещере. Он был слишком на взводе из-за оборотней и так же беззащитен, как и она. Но, находясь в безопасности своей квартиры, он не торопился с ней. Жаль, что Грейнджер могла доставлять столько хлопот, потому что ее тело было выдающимся. Брать ее сзади стало трансцендентным переживанием, когда ее упругая попка покачивалась от каждого шлепка его бедер. Его хватка на гладких округлостях плоти была крепкой, кончики пальцев оставляли красные вмятины от яростных прикосновений. Ему хотелось отшлепать ее. Она была именно из тех ведьм, которых нужно отшлепать. Но времени на игру было недостаточно, и он представлял, что это будет нечто такое, о чем он сможет только фантазировать позже. Она приняла свои подавители почти сразу после пробуждения, но они подействовали не так быстро, как она надеялась. Драко не обиделся на ее желание покончить с течкой побыстрее. Это не было похоже на то, что он был ее осознанным выбором на роль альфы, и он бы тоже не выбрал ее. У течки были другие планы, и, несмотря на ее высшие чувства, удовольствие и чувство глубокого удовлетворения перевесили почти все остальное. Она сказала, что ей было больно без него внутри нее. Он верил в это. Во время гона давление, побуждающее к размножению, становилось почти болезненным. Грейнджер лежала на животе, пока он входил и выходил из нее. Опершись на его предплечья, эта поза позволяла совершать плавные, чувственные толчки. Он двигался медленно, не спеша, наклоняя голову, чтобы покусывать и облизывать нежные местечки на ее шее. Грейнджер, судя по всему, не терпелось дать ему понять, как сильно ей это нравилось, но внезапно оказалось, что это не так. Ведьма внезапно напряглась под ним, и Драко понял, что все кончено. — Все в порядке, Грейнджер? Она перевела дыхание, и он, поморщившись, вышел из нее, проведя рукой по своему члену, который оставался твердым как скала. Он молча попрощался с ее задницей, прежде чем она перевернулась на другой бок, прижимая черную простыню к груди. Грейнджер выглядела именно такой смущенной, какой он ожидал увидеть ее, когда она перестанет быть пьяной от его члена. — Спасибо тебе за, эм… — ее взгляд остановился на его эрекции, которая все еще блестела от ее смазки и подергивалась под ее пристальным взглядом. Он положил подушку себе на колени. Теперь никогда не позволяйте никому говорить, что Драко Малфой был жестоким человеком. — За помощь. Помощь. Он ухмыльнулся, когда она скатилась с кровати, прихватив простыню. Вскоре из ее горла вырвался напряженный, пронзительный звук. Драко представил, что гравитация делает свое дело, и его взгляд опустился на ее бедра, прикрытые простыней. Он наполнял ее снова и снова. Ему хотелось бы увидеть, как она вытекает. — Тебе необязательно уходить. — Салазар, это был его голос? Он был хриплым и не оставлял места для интерпретации. Если она останется, они закончат то, что начали. Но Грейнджер поспешно принялась рыться в своей сумке в поисках свежей одежды. — Нет, я… нет, — сказала она. Драко наблюдал, как она одевается, накинув на себя простыню, похожая на неуклюжего дементора. Она появилась в новых джинсах и еще одном джемпере, с такими пышными волосами, каких он никогда раньше не видел. — Мне нужно увидеть Гарри. — Прежде, чем ты отправишься за ним, я должен сказать, что они не нашли наши палочки. – Она взглянула на ту, что лежала на его прикроватной тумбочке. — Боюсь, тебе придется найти свою самостоятельно. Ее вздох был долгим. — Камин? Он кивнул в сторону гостиной и, когда она ушла, кончил, вспоминая о ее горячем, мягком теле под ним.

***

На следующий день незнакомая сова уронила ему на голову толстый свиток, когда он работал в своей маленькой теплице. Как и следовало ожидать, письмо было от Грейнджер, но содержание удивило его. На первый взгляд это выглядело как контракт, что позже подтвердил его адвокат. — По сути, это приказ заткнуться, мистер Малфой. - Дон был чрезвычайно прагматичен и ему платили достаточно, чтобы он и глазом не моргнул на предмет упомянутого соглашения. — Мисс Грейнджер намерена зачаровывать брачную метку до тех пор, пока следы не исчезнут естественным путем, ориентировочный период — шесть месяцев. В течение этого времени она просит вас молчать о том, что произошло. Вы не должны говорить о метке или событиях, приведших к ней, никому, кроме мисс Грейнджер. События, приведшие к этому… Интересно, что она сформулировала это именно так. Неужели их день в Мендипсе имел такое большое значение? За его молчание она ничего не предложила взамен, что тоже было интригующе. Грейнджер предположила, что он хотел бы сохранить это в секрете. Реальность была такова, что ему было все равно. Помимо смущения, он также не понимал, почему Грейнджер это должно было волновать. Укус во время спаривания был серьезным, но это не означало, что они были женаты. Ему было труднее, чем Грейнджер, поскольку он не принимал достаточного количества подавителей, чтобы стереть со своей личности любые следы альфы. Любопытно. Драко подумывал отказаться подписывать и поприставать к ней по этому поводу, но, скорее всего, это доставило бы больше хлопот, чем того стоило. Его подпись внизу документа была поставлена четкими черными чернилами.

***

Сначала Драко не мог понять, что это за чувство. Когда он внимательно рассматривал бонсай, который выращивал, его осенила внезапная мысль о Грейнджер. Не законченная или связная мысль, скорее шок от воспоминаний о ее персоне. Подобно вспышке колдокамеры, она затмила все остальные мысли в его голове, прежде чем исчезнуть, оставив его моргать со звездочками в глазах. Ему казалось, что он что-то забыл. Возможно, ему нужно было проведать ее. Это ползущее, раздражающее ощущение вскоре заставило его полностью забыть о том, над чем он работал. Драко попытался не обращать на это внимания. Что могло понадобиться Грейнджер от него? Она выразила свою благодарность за его помощь и установила твердые границы их связи. Он поймал себя на том, что скрипит зубами, и, застонав от разочарования, запустил обе руки в волосы, дергая за пряди. Порыв пронзил его, зуд, до которого он не мог дотянуться, чтобы почесать, страстное желание, которое он не мог утолить. Он никак не мог устроиться поудобнее. Его одежда была слишком тесной. Драко сжал в руке одолженную палочку и сдался, аппарируя в Министерство магии. Работники министерства пялились на него, когда он проходил через атриум, без сомнения, из-за его одежды. В белой футболке и слаксах он, возможно, был одет так, как никогда не одевался на публике. Но его давно перестало волновать, что думают о нем другие, и было легко не обращать внимания на взгляды, когда он охотился за Грейнджер. Только когда ему пришло в голову, что его мысли ведут его к ней, он понял — это была кровная связь. Первый взгляд на кудрявую ведьму, стоящую и разговаривающую с Кормаком Маклаггеном, вызвал у него небольшую волну спокойствия. Зуд все еще был, но уже не такой сильный. Он пересек зал, наблюдая, как Маклагген жеманится и теснит ее, в то время как все ее существо излучало отвращение к этому мужчине. С ее напряженными плечами и сжатыми в кулаки руками Драко подумал, что Кормак, должно быть, самый тупой дурак на свете. Драко схватил мужчину за запястье как раз в тот момент, когда Кормак потянулся к Грейнджер. — Отвали, Маклагген. Грейнджер и Кормак оба были поражены его внезапным появлением и застыли, прежде чем глаза Грейнджер расширились, а Кормак выдернул свою руку. Драко поразился тому, насколько расслабленным он внезапно почувствовал себя, стоя между Грейнджер и Кормаком, совершенно не обращая внимания на недовольный взгляд этого человека. — Малфой, что ты делаешь?.. — спросила Грейнджер. — Мне нужно с тобой поговорить. Драко проигнорировал Маклаггена и направился в пустой конференц-зал, довольный тем, что Грейнджер последовала за ним, какой бы растерянной она ни выглядела. — У меня есть компромат на тебя. Он опустил взгляд, заметив коричневые пятна на своей рубашке и руках. В стеклянных перегородках, окружавших комнату, он мельком увидел свое отражение. Это выглядело так, как будто он работал в саду, что было именно тем, чем казалось. — Я не знал, что должен соблюдать дресс-код. Гермиона закатила глаза. — Очевидно, что ты этого не делаешь. Зачем ты здесь? — Нам нужно поговорить о связи. Он наблюдал, как ее взгляд метнулся к закрытой двери. — Почему? — Потому что я чувствую, как ты раздражаешься, когда к тебе пристает чертов Маклагген. Я не должен был быть здесь, чтобы сказать ему, чтобы он отвалил. Ты способна сама это сделать. На ее лице сменилось множество выражений, прежде чем губы сжались в линию. — Я и не думала, что ты сможешь… — Она тяжело вздохнула. — С этого момента я буду избегать Кормака. Кормак. Драко проигнорировал укол раздражения от того, что она назвала этого мудака по имени. — Хорошо. Он позволил себе в последний раз пристально взглянуть на нее. Туфли на небольшом каблуке, естественно. Чулки. С ее юбкой все было в порядке, но, обладая глубоким знанием ее тела, он сосредоточил свой взгляд на том месте, где ткань туго обтягивала ее бедра. У блузки Грейнджер был широкий воротник, а волосы снова были зачесаны наверх, подчеркивая элегантный изгиб ее шеи. Его ледяные глаза задержались на гладком участке кожи, где укус был скрыт от посторонних глаз, прежде чем лениво подняться и встретиться с ее лицом. Румянец спустился по ее шее, и она прочистила горло. — Будет ли у меня такая же проблема? — Ты никого не кусала, Грейнджер. И за это мы можем быть благодарны. Было бы намного сложнее притвориться, что полноценной брачной связи не существует. Он ушел, чтобы вернуться домой, раздраженный тем, что Грейнджер каким-то образом была в порядке, в отличие от него.

***

В течение следующей недели его лишь ненадолго беспокоило то, что он мысленно называл «сигналы Грейнджер». Теперь, когда он знал, что это такое, он не мог сказать, делало ли это ситуацию лучше или хуже, но это позволяло ему хотя бы контролировать свои реакции. Драко полностью выбросил все это из головы, пока, несколько недель спустя у него не перехватило дыхание, когда в голове будто бы что-то взорвалось. Чувство мгновенно стало таким настойчивым, что на секунду он забыл, где находится. — Драко? С тобой все хорошо? Он снова сосредоточился на своей спутнице, красивой ведьме с ясными голубыми глазами и длинными ногами. Они ужинали в первоклассном волшебном ресторане в Вестминстере. Он заказал стейк, она — салат. Они распили бутылку красного сухого вина. Их вот-вот спросят, не хотят ли они десерт, и если все пройдет хорошо, она пригласит его подняться, и они… Еще один приступ паники пронзил его, а за ним — его собственная противоречивая эмоция ярости. — Прости меня, я должен уйти. Драко положил на стол небольшую стопку галеонов и встал, привычно застегивая пиджак. Он хотел бы объясниться или дождаться ее ответа, но тревога подтолкнула его вперед, и он смог только взглянуть на ее оскорбленное и растерянное лицо, прежде чем уйти. Если Грейнджер где-нибудь не истекает кровью, он будет крайне расстроен. Он не знал, где она находится, но чувствовал, что каким-то образом может аппарировать к ней. Обычно он бы так не поступил, но настойчивость сигнала тревоги заставляла его паниковать. Как только он добрался до переулка, он повернул и, со знакомым хлопком, появился в новом месте. На мгновение ему показалось, что это не сработало. Еще один переулок, немного отличающийся от первого — более грязный, дрянной. Грейнджер было легко заметить в ярко-красном платье. Она тоже заметила его и, слегка покачиваясь, приблизилась к нему с волшебной палочкой в руке. — Малфой, — сказала она. — Я очень старалась не беспокоить тебя, но у меня ничего не вышло. Пока Драко в некотором замешательстве хмурил брови, она повалилась на него, и он был вынужден подхватить ее, чтобы они оба устояли на ногах. — Ты пьяна. — ровным голосом сказал он, почувствовав исходящий от нее запах алкоголя и сморщив нос. — Чертовски пьяна. Драко оттолкнул ее назад и увеличил расстояние между ними. Грейнджер удержала равновесие, но слегка покачнулась. Ее платье было облегающим и коротким. С вырезом-бато с длинными рукавами. Он хотел лишь бросить беглый взгляд, но одежда подчеркивала все достоинства Грейнджер и приковывала его взгляд к ней так же сильно, как и красная ткань. — Ты была в клубе. — Динь-динь-динь! — Грейнджер рассмеялась над ним, и он нахмурился. — Одна? Что ты вообще делаешь в этом переулке? — он начал замечать и другие детали: платье было слегка порвано по боковому шву. На ней не было туфель, помада слегка размазалась по губам. Он нахмурился еще сильнее. — О, не смотри так. Ненавижу этот взгляд. — Ее пальцы небрежно прикоснулись к его рту и попытались физически раздвинуть его губы, чтобы он перестал хмуриться. Он остановил ее, схватив за запястья. Она отчаянно нуждалась в зелье трезвости. Грейнджер прильнула к нему, позволяя держать себя за запястья, уткнулась лицом ему в грудь и глубоко задышала. — Ты хорошо пахнешь. Очень хорошо. Драко вздохнул, понимая, что ему снова придется тащить ее в свою квартиру. Если бы он знал, что связь будет означать именно это, он, возможно, оставил бы Гермиону на съедение волкам. Они приземлились в гостиной, и Драко усадил ее на диван. — Я должен был догадаться, что ты будешь такой. Настоящей занозой в заднице. — Грейнджер попыталась встать, но он быстро опустил ее обратно. — Сиди. Я сейчас вернусь. Он снял пиджак и галстук по дороге в свою комнату, прежде чем бросить их на кушетку для ног возле кровати. Он хранил зелья трезвости в своей ванной. Возвращаясь с пузырьком в руке, он с тоской думал о сексе, которым мог бы заняться. Грейнджер исчезла. Голова Драко откинулась назад с раздраженным стоном. К счастью, он быстро заметил ее. Она была снаружи, на террасе, наклонившись так, что он мог видеть ее трусики, когда она рассматривала один его бонсай. Она убивала его. Это было ее целью. Все это было замысловатым планом, направленным на то, чтобы морально и физически уничтожить его. Он поднес зелье к ее лицу. — Возьми это, сейчас же. Драко наблюдал, как она выпила его, зажав флакон между губами и одним глотком опрокинув его. Алкоголь покинул ее организм мгновенно, было заметно, что у нее разболелась голова, из-за чего она, покачиваясь, присела на край цветочного ящика. Ее кудри закрыли лицо, она застонала. — Никакого зелья от похмелья? — он едва расслышал ее тихие слова. — Я чувствую себя мстительным. Ты выдернула меня с моего свидания, потому что была пьяна и находилась Мерлин знает где. Он увидел, как один ее глаз пристально посмотрел на него сквозь непослушные кудри. Драко осмотрел свои ногти. — Я мог бы быть добрее, если бы ты рассказала мне, что произошло. Или, возможно, ты хотела бы рассказать мне, почему всучила мне подписку о неразглашении. Она вскинула голову, чтобы посмотреть на него, и задохнулась от боли при резком движении. Она схватилась за голову и поморщилась. — На меня напали. В переулке. Драко возмутила вспышка гнева, охватившая его. Метка заставила его забеспокоиться. — Они причинили тебе боль? — Нет. Я вытащила палочку прежде, чем они успели что-либо сделать. Драко сжал руки в кулаки, чтобы унять дрожь в них. Мгновение спустя он достал из кармана еще один флакон и протянул ей. Антипохмельное зелье. Он наблюдал, как двигается ее горло, когда она пьет, затем его взгляд скользнул вниз к ее бедрам, которые плавно изгибались в этой позе. Платье задралось, и он знал, что должно существовать какое-то заклинание, чтобы оно вообще что-то скрывало. Его член дернулся, поддавшись ошибочному интересу. — Кто напал на тебя? — Полагаю, какие-то случайные незнакомцы, которые видели меня в клубе. Он мог бы поверить ей, но он заметил, что она избегает смотреть прямо на него, протягивая пустые флаконы. — Врешь. Кто напал на тебя? Темные глаза с негодованием уставились на него в ответ. — Почему я должна тебе что-то рассказывать? — Фините Инкантатем — Драко провел палочкой по ее плечу, и след от укуса проступил на её коже. Прошло достаточно времени, чтобы от его зубов остался красивый круг белых точек. Грейнджер должна быть рада, что у него такие хорошие зубы. — Вот почему. Грейнджер встала достаточно резко, чтобы заставить его отступить на шаг. Она снова подняла свою палочку и держала ее так, словно хотела проклясть его. Драко наблюдал, как сжалась ее челюсть, пульсируя под кожей. — Я пытаюсь оказать тебе услугу, держа в неведении. Оставь это. — Немного сложно это сделать, когда мне постоянно напоминают, что я пробовал твою кровь и чувствовал, как твоя киска плотно обхватывает мой член, когда я связывал нас узлом. Грейнджер покраснела, но эмоции на ее лице было трудно прочесть, они были чем-то средним между яростью и отвращением. — Так типично для альфы думать, что он заслуживает всего, чего пожелает. Я тебе ничего не должна, ты, заносчивый засранец. Я понимаю, тебе, возможно, трудно это осознать, но я тебе не принадлежу и никогда не буду принадлежать. — Драко попытался шагнуть к ней, но она попятилась, поднимая палочку. — Спасибо за зелья. Она с треском исчезла, оставив его пялиться на то место, где она только что стояла — босиком на его террасе, с растрепанными волосами, которые, казалось, сами по себе таили в себе волшебство. С её отсутствием он почувствовал дуновение ночного воздуха сквозь рубашку.