Чистота всегда одерживает победу

      Страх. Именно это чувство пронеслось с Люциусом даже сквозь года. Он проснулся, тяжело дыша. Перед ним в таком же испуге сейчас лежала Нарцисса Малфой. Она знала своего мужа слишком хорошо, и его никогда не беспокоили столь сильные ночные кошмары, поэтому это искренне её напугало. — Люциус, что случилось? — спросила волнующимся голосом Нарцисса, прикладывая руку к его лицу. — Где Драко, что случилось с Хогвартсом? — спрашивал находящийся в растерянности Малфой. — Драко в своей спальне, Люциус, сейчас только ранее утро. Хогвартс, как и тысячу лет назад, на месте, что с тобой? — в глазах Нарциссы читалось удивление, уж кто-кто, а её муж никогда не отличался столь эмоциональным поведением. Мужчина в ответ лишь замолчал. Затем так же резко вскочил со своей кровати и направился в спальню к сыну, даже не беспокоясь о своём внешнем виде. Идя по коридорам своего фамильного имения, он не наблюдал той разрухи, которая царила на последних этапах магической войны. Всё было подозрительно аккуратно, а обстановка слишком сильно напоминала прошлое. В здании не было ни одного Пожирателя Смерти за исключением его самого. Тысячи мыслей мелькали в голове Люциуса, но ещё больший шок был у аристократа, который всё-таки ворвался в комнату сына. Впрочем, ему хватило благоразумия не хлопать дверью. Он лишь аккуратно её приоткрыл, боясь не увидеть того, что сказала ему Нарцисса. К счастью, там действительно ещё спал сын и, что удивительно, спал совсем маленький. На вид ему было 10-11 лет. Такой же белобрысый мальчишка, спящий с серьёзным видом. К счастью, ему удалось не разбудить Драко, и Люциус, находясь в паническом состоянии, решил проверить свою последнюю догадку. Он покинул этаж, где спал его чудом омолодившийся сын, и сказал: — Добби!       Вскоре эльф действительно появился перед Люциусом. — Добби готов выполнять указания хозяина.       К очередному удивлению Люциуса, когда он хотя бы немного отошёл от шока предстала последняя подтверждающая картина. Наглый эльф, который предал его семью, обманом получив свободу, стоял прямо перед ним, готовый исполнять приказы своего хозяина. Лишь с большим усилием Люциус наконец-то вернул себе привычный вид спокойного человека и удержался от того, чтобы придушить эту мелкую гадину голыми руками прямо сейчас. Эта неблагодарная тварь не раз насолила его семье и его планам. — Принеси мне одежду, тупоголовый эльф, скажи подать завтрак мне в кабинет. Шевелись, пока я не прибил тебя, — произнёс Люциус уже в некоторой степени забытой манере своего властного и спокойного тона.       Эльф с привычным хлопком исчез выполнять указания хозяина, в то время как сам Люциус отправился приводить себя в порядок. Для Добби угрозы хозяина были достаточно обычным делом. Хозяин Малфой очень часто срывал на эльфе свой гнев, угрожая ему самыми разными расправами вне зависимости от качества его работы. Но Люциус заметил, что эльф как-то на него странно смотрит и мешкает. Пришлось подгонять с усилением собраться, дикая паника мужчины ушла, пускай и не полностью. Вскоре пинок под зад привёл в движение домашнего эльфа. Но вместе с тем Люциус осознал, что целые годы его жизни откатились назад, и это было невозможно.       Следующие пять часов Люциус не выходил из своего кабинета, который был теперь заперт. Он ходил кругами по своему просторному помещению, перебирая газеты, бумаги, письма. Нарцисса пыталась несколько раз поговорить с ним, постучав, но Малфой каждый раз говорил, что он занят и сейчас его лучше не беспокоить.       Он просто не мог осознать. Это не поддавалось логическому объяснению. Ни один маховик времени не был в состоянии прокрутить прошлое так далеко. Любые известные Малфою магические тесты на проникновение в память говорили, что всё чисто. Вся документация, обстановка в кабинете были ровно теми, которые Люциус наблюдал в те спокойные годы, когда Вторая магическая война ещё не гремела, его сын только собирался идти в Хогвартс, а Тёмный Лорд считался погибшим. Завтрак, который приготовили ему эльфы, он даже не тронул, а лишь заливал в горло стаканами огненный виски, надеясь успокоиться и не свихнуться окончательно. Лишь с большим усилием он смог прийти в себя, собравшись с мыслями. Вскоре он дрожащими руками написал несколько писем и отправил сов. Одно предназначалось для его отца, Абраксаса Малфоя. Он должен быть ещё жив, и ему довериться можно было с полной уверенностью. Отец Люциуса отошёл от дел уже давно, передав управление делами семьи сыну. Но сейчас он был нужен, как наиболее верный семье человек. Второе письмо было написано с трудом для Северуса Снейпа. Старый Люциус больше бы доверился Снейпу, но, пережив столько всего, Малфой смог сделать сейчас это только с большим усилием. Через несколько часов оба с небольшим интервалом прибыли в поместье. Обоих Люциус попросил не говорить ничего конкретного Нарциссе и немедленно прибыть в его кабинет, попутно уничтожив письмо. И Снейп, и Абраксас слишком хорошо знали Люциуса. За целые годы самых острых ситуаций подобное с ним никогда не случалось. Люциус всегда был осторожным интриганом в тени, и, если ему требовалась встреча даже срочно, он никогда не действовал столь сумбурно и резко. Оба пошли с входной двери сразу в кабинет Люциуса, который немедленно был закрыт им с помощью целой серии чар от вскрытия и прослушивания. — Люциус, ты пьяный или просто сошёл с ума? — спросил первым прибывший отец.       Абраксас уже давно был на пенсии. Он даже не жил вместе со своей семьёй, выбирая полное одиночество. Сова сына была для него некоторым удивлением, а его состояние сейчас вызывало беспокойство. Снейп же сохранял молчание. Не в его привычке было лишнее высказывание эмоций первым, тем более он был изрядно зол, что его отвлекли от важной работы, но он надеялся, что нервозный Люциус не лишился рассудка, а случилось что-то действительно важное. — Прежде чем я начну, каждый из вас даст Непреложный обет, где пообещает, что всё, сказанное сейчас в этом кабинете, не выйдет за его пределы, если того не потребую я, — сказал Люциус, выпивая очередной стакан с огненным виски.       Северус и Абраксас на это лишь переглянулись в недоумении. Оба они пришли мысленно к одному и тому же выводу: Люциус действительно сошёл с ума.

***

      После начала разговора, а затем и использования Омута памяти огненный виски в нервном состоянии распивали уже все трое. Со скрипом оба гостя дали клятвы. Но даже после проведения ритуала, для которого как раз и требовалось три человека, они ожидали услышать всё, что угодно, но не тот бред, который нёс Люциус. Лишь после просмотра воспоминаний и проверок Снейпа на след воздействий на разум Люциуса Северус, к своему сожалению, был вынужден признать, что Малфой говорил им чистую правду. А рассказал и показал им Люциус абсолютно всё. И сейчас каждый в этой комнате знал, когда и как умрет и какой ужас ждёт магическую Британию уже в скором времени. — И чем в итоге закончилась битва за Хогвартс? — спрашивал Снейп, пытаясь мысленно понять, действительно ли он погиб от рук Волан-де-Морта, или всё-таки смог избежать смерти, приняв от этой змеи противоядие. — Я не знаю, чем всё закончилось. После этой Авады в спину я просто отключился и очутился спустя целые годы тут. Рискну предположить, что шансы победить у обоих сторон были примерно равные, но стоит понимать, что потери в любом случае были для всех большие. — Даже если мне действительно осталось жить так мало, прямо сейчас я настаиваю отправить Драко в Дурмстранг. Мой внук ни дня не проживёт в этой проклятой школе… О, Мерлин! — Абраксас потерпел серьёзный моральный удар от того позора, в который втянул его сын род Малфоев, поставив на карту само его существование. — И что ты собираешься делать, Люциус? Ведь ты не просто нам всё это показал из любопытства, это на тебя не похоже, — выразил свое мнение Северус, все же анализируя ситуацию быстрее, чем семья Малфоев. — Пока у нас есть время, необходимо попытаться предотвратить всё, что случилось. Тёмный Лорд не должен вернуться ни при каких обстоятельствах. Будь он хоть трижды сторонник правильных идей, это кровавое чудовище, возвращение которого просто утопит нас в крови и терроре. Его появление это не судьба, его можно предотвратить.       Северус изрядно задумался. События которые он просмотрел через воспоминания Люциуса были слишком серьёзными, чтобы он и дальше продолжал свою двойную игру. Конечно, многие моменты Снейп не знал, ибо всё, что он видел было лишь со стороны Малфоя, но Северус был слишком умен, чтобы не сделать прямо сейчас окончательные выводы. — Стоит и мне кое-что рассказать, кхм, — произнёс Снейп, выпивая хороший глоток пойла Люциуса.

***

— Да вы два идиота, вы тупее магловской шлюхи! Сам Слизерин, узнав бы, кто учился на его факультете, повесился бы, воскресил себя и заново бы повесился! Вы два кретина втянули нашу семью в разборки старого педофила Дамблдора и запуганного змеиного ублюдка со страхом смерти! И всё это из-за пророчества долбанутой гадалки, которая сделала избранным прыщавого очкастого пацана, являющегося потомком долбанутой семейки Поттеров! До какой степени надо было долбиться магическими грибами, чтобы надеяться в этой мясорубке выжить! Я вам двоим, кускам говна, ещё в вашей бурной молодости говорил, что этот Тёмный еблоид — просто фанатик без доли мозга, а не защитник чистоты крови! — отец Люциуса рвал и метал, ещё минут десять выливая помои на Люциуса и Снейпа, вышагивая из стороны в сторону.       Спустя поток самых разнообразных оскорблений, которые совсем не ожидаешь от сдержанного старого аристократа и английского джентльмена, Абраксас наконец-то перешёл на спокойный тон. — Меня не интересует, как вы вдвоём собираетесь это всё разгребать. Но Драко поедет из этой страны прочь, после чего я отдам внука в школу Дурмстранг подальше от этого кошмара. И пускай только Каркаров попробует мне отказать, я ему глотку вскрою за такое. По воспоминаниям Люциуса у меня ещё есть пять лет, а учитывая, что я знаю от чего мне необходимо лечиться, попытаюсь отсрочить срок своего ухода. Иначе вы, идиоты, всё окончательно просрёте, — заключил старик, даже не желая слышать возражений. — На самом деле, отец прав. Чем дальше Драко от всех этих событий, тем лучше. Но, Снейп, ты действительно веришь в то, что это пророчество работает? — В него верили и Дамблдор, и Тёмный Лорд. Более того, как иначе объяснить тотальную удачу мальчишки из твоих воспоминаний? Но, с другой стороны, такой огромный временной скачок тоже является чем-то из ряда вон выходящим, поэтому говорить наверняка невозможно. Но так чего ты действительно хочешь делать, Люциус?       Малфой упёрся на спинку кресла, наконец-то поставил стакан с виски и начал рассказывать свои соображения. — Мысль у меня такая. Вставать на сторону Дамблдора или Тёмного Лорда для нас — чистое самоубийство. Интриги этих двоих довели нас с тобой до гроба. Поэтому нам необходимо действовать только в своих интересах. Сделаем всё, чтобы выжить, а в идеале остаться в выигрыше. Если удастся устранить все крестражи, эта тварь просто не вернётся, и нам останется разобраться только с Дамблдором и его людьми. — В том числе с мальчишкой? — Северус, он буквально является его главной игрушкой. От него пошли многие наши проблемы. Я начинаю думать, что твои ностальгические юношеские воспоминания любви тебе окончательно мозги отбили. — Да только он единственная возможность разбить Тёмного Лорда, если нам не удастся остановить его воскрешение. Мы не знаем, сколько у него крестражей и в каких предметах они находятся. Он никогда нас в это не посвящал детально, Люциус. А мы с тобой знаем лишь о некоторых. Кстати, где дневник?       Люциус немного опешил. В своё время Волан-де-Морт действительно передал ему дневник, но то, что это крестраж, он никогда не упоминал. Лишь говорил не использовать без его прямого разрешения. И, когда Малфой передал его той грязной девчонке Уизли, не рассчитывал, что это является ключом к возрождению Тёмного Лорда. Лишь через некоторое время он догадался, что что-то тут не чисто. И вот, когда Северус напомнил, Люциус понял, вот он шанс обогнать всех Пожирателей перед Тёмным Лордом, вернув его раньше. Тем более как раз в этом году он объединился с телом Квиррелла. Но Люциус, вспомнив все мучения, лишь посмеялся от этой мысли. Больше он на эти грабли наступать не собирался. — Пошли, поедим за столом, — сказал уже с более ясным рассудком Малфой.       Хозяин поместья потратил почти весь день на обдумывания всей ситуации и обсуждения со своим отцом и старым товарищем. И пускай конкретных планов у него пока не хватало, уже появились первые идеи решения проблем. Смесь понимания того, что высшие силы дали ему шанс вернуть честь семьи и изрядная порция алкоголя на пустой желудок впервые предали Люциусу достаточно уверенности.