Куда приводят мечты

Счастье — это то, к чему человек привыкает очень быстро и считает таким привычным. А отсутствие счастья человек обычно очень даже замечает. Гастон всю свою жизнь был счастливым и жизнерадостным человеком, и поэтому, когда закончился этот ужасный период тоски в груди и сложных выборов, когда страх потери любимой испарился, оказалось так чудесно просто быть собой и быть счастливым. Обычный день казался самым прекрасным, особенно утро, когда уже высоко поднявшееся солнце заставляло его разлепить веки, первое, что он чувствовал — это тепло тела его самого любимого человека — Белль, и теперь он мог ее обнимать сколько угодно. Уже не надо было как-то сдерживать себя, одергивать, можно было быть самим собой и наслаждаться ее любовью бесконечно. Белль еще спала, и Гастон прижал ее к себе крепче и гладил ее волосы, продумывая в голове их первое свидание. Он хотел показать ей лес — лес как огромное живое существо со своими запахами и звуками. Гастон был частью леса, да, он забирал жизни его обитателей, он был кем-то вроде хищника, но за столько лет он уже был и его обитателем. Лес не прощал ошибок, но, если ты принимаешь его правила и живешь по его законам, лес покажет тебе удивительные вещи. Если ты научишься ступать так тихо, как олень, если учишься молчанию и терпению, если тренируешь свое тело к устойчивости к холоду, жаре и непогоде, в какой-то момент ты не сможешь жить без леса. Лес давал свободу и какое-то единение с природой, лес показывал тайные тропы, чистый воздух и тишина давали отдых после шума города с его рынком и таверной. Можно было дышать полной грудью, мышцы наливались силой после долгой ходьбы и пересечения мест, где было сложно пройти обычному человеку, слух и обоняние обострялись. А на душе становилось спокойнее, будто лес забирал все тревоги и всю грусть. Белль пряталась от мира в книгах, воображение уносило ее в невозможные воздушные замки, и она не видела красоты природы, что была совсем рядом с ней. Лес пугал ее, она однажды проговорилась, что как-то на нее напали волки. Гастон хотел открыть ей дверь в мир, что был совсем рядом, под рукой, да, иногда опасный и пугающий, но такой прекрасный, если идти туда с опытным проводником. Его жена открыла глаза, просыпаясь от его прикосновений. Она машинально прижалась к нему, в поиске тепла его тела, пытаясь вернуться в мир снов, но Гастон уже тормошил ее, целуя ее лицо. Он уже окончательно проснулся и не хотел терять зря время. — Просыпайся, у нас сегодня много дел! Первое свидание! Белль поцеловала его в ответ и села на постели, ее пальцы чертили непонятные узоры у него на груди. — Как думаешь, Лефу сильно разозлится, что мы не пришли вчера в таверну? Гастон засмеялся. Разозлившийся на него — Гастона — Лефу. Это было бы очень смешно. — Да пусть злится сколько влезет. Когда сам женится, поймет, почему мужчина хочет остаться вечером со своей маленькой женой, а не идти в кабак. Белль покраснела и встала, чтобы взять свою одежду. Гастон, подперев рукой подбородок, любовался ее фигурой в утренних лучах солнца. Они оделись и пошли на кухню, чтобы приготовить бутерброды для пикника. Белль начала резать хлеб, а Гастон вызвался ей помочь. Честно говоря, он только мешал, потому что постоянно целовал ее то в шею, то в предплечье, то ловил ее маленькие кисти и целовал ее пальцы. Девушка опять краснела и, смеясь, целовала его губы, щеки и глаза. Влюбленные всегда ведут себя немного глупо и одинаково, но это было прекрасное чувство. В этих нежных прикосновениях, шутках и поцелуях таился какой-то особый смысл, и на это не жалко было времени. Было понятно, почему молодоженов так называют и дают им немного времени побыть вдвоем после свадьбы: толку от них все равно мало, пока они не насытятся друг другом сполна. Наконец, с бутербродами было покончено, и Гастон занялся своим прихорашиванием. Зубы вычищены, подбородок и щеки гладко выбриты — охотник уселся перед зеркалом. Волосы. Они должны быть идеальны. Гастон вгляделся в свое отражение — интересно, как на его лице отражается то, что он счастлив? Что ни говори, счастье было ему к лицу. Брови были идеальны, никакой нахмуренности и морщин на переносице, глаза сверкали — о, этот прекрасный синий цвет, — щеки покрывал приятный румянец — не стоит уточнять, из-за каких мыслей, блуждающих в его голове, — а вот волосы… Над прической нужно поработать. Гастон расчесал волосы и начал собирать их в косу, но то одна прядь, то другая выбивались из нее. Белль была уже готова и терпеливо ждала, с улыбкой наблюдая над его борьбой с волосами. Наконец, она поставила корзинку с бутербродами на пол и подошла к нему. Девушка хитро улыбнулась и растрепала его прическу. — Что ты делаешь, Белль! — взвыл Гастон. — Да тебе так лучше, посмотри. — Белль прижалась щекой к его щеке, и они оба посмотрели в зеркало. В зеркале отражались их прекрасные лица — образцы совершенства мужской и женской красоты. — Ты похож на викинга, когда твои волосы — вот так… — она пропустила его черные пряди через свои пальцы. — На кого? — Гастон наблюдал в зеркале, как Белль смотрела на него и любовалась им — наконец! И это было более чем приятно. — Это были могучие воины северных земель, — ответила его жена. — Тогда ладно. Идем. — Он встал и предложил Белль свою руку. Она взяла его под руку, и, захватив корзинку, они отправились в лес. День был солнечный, когда мужчина и девушка вошли в лес и пошли по тропам, было тихо и ясно. Негромко чирикали птицы, а ночные животные спали, поэтому было безопасно. Охотник вел Белль такой дорогой к озеру, чтобы было удобно пройти даже в ее туфельках, тропинки были достаточно широкие, и рядом не было никаких пней и коряг, где могли прятаться змеи. Наконец, они почти приблизились к лесному озеру. Гастон уже предвкушал приятное времяпрепровождение, как вдруг его острый взгляд заметил, что у озера кто-то сидит. Это была парочка — мужчина и девушка. Боже… Они сделали еще несколько шагов и остановились: Белль тоже заметила, что местечко у озера занято. Гастон узнал синий камзол и каштановые волосы принца, а также золотую копну волос и черно-бежевую униформу его служанки, видимо, Полетт. Что они тут делают? В конце концов, это было его озеро! — Похоже, нас опередили, — миролюбиво сказала Белль. — Мы можем пойти в другое место? — Нет, конечно, не можем. Это мое озеро, мое секретное место. Я сюда хожу уже лет пятнадцать. Ладно, я не буду скандалить, а мило попрошу их уйти. Гастон зашагал вперед прежде, чем Белль смогла ему возразить, и ей ничего не оставалось, как просто следовать за ним. Гастон подошел к парочке, и принц Адам и Полетт подняли головы, услышав его шаги. — Здравствуйте. — Охотник слегка поклонился принцу. Тот ответил на приветствие, а потом замолчал, увидев Белль. — Я ни в коем случае не хотел бы вам мешать, — начал Гастон настолько вежливо, насколько мог, а Полетт и принц вдруг покраснели, — но это озеро, так сказать, мое. Я охочусь много лет и почти каждый день в течении пятнадцати лет прихожу сюда. Сегодня я хочу тут побыть со свей женой, не могли вы бы… бы вы… — он немного запнулся, — быть настолько любезны, чтобы найти себе другое место? — Гастон перевел дух и решил, что нужно указать направление, куда принцу можно было бы удалиться. — Например, есть не менее чудесное озеро, если пойти вправо вот по этой тропинке. — Мужчина махнул рукой, указывая путь. Принц Адам встал, заметно волнуясь из-за того, что их с Полетт заметили вдвоем, а еще потому, что рядом была Белль. Но его светлые брови сдвинулись в приступе раздражения. — Послушай, но раз ты знаешь этот лес хорошо, то ты, наверное, в курсе, что около того озера есть огромный муравейник. М-да, его Высочество был не дурак. Белль подошла ближе и взяла Гастона за руку. — Гастон, не надо никого прогонять… Мы вполне можем просто погулять или найти какую-нибудь живописную полянку. — О, нет, нет, — вмешалась Полетт. — Вы можете расположиться рядом с нами. Здесь всем хватит места, а наши разговоры совершенно не приватны. — Конечно, здесь всем хватит места, — поддержал ее принц, наверное, потому что не хотел прогонять Белль. Он чуть отступил и сделал жест рукой, как бы приглашая ей поставить корзину на землю. — Наши разговоры были бы приватны, ну да ладно, — сдался Гастон. Может, так и лучше. Принц и Белль смотрели друг на друга, и, наконец, принц дотронулся до своей груди и радостно воскликнул: — Белль! Это — я! Это — я!!! Белль посмотрела на принца, и в ее глазах появилось узнавание. — Да… Это — ты! — она протянула руки, будто хотела его обнять, но потом посмотрела на Гастона и опустила их. Принц же не шевелился. — Разве я выгляжу ревнивым придурком? — спросил Гастон и чуть подтолкнул Белль в спину. — Давайте, обнимайтесь. Он был счастлив, а поэтому — великодушен. Белль любила его, и поэтому он мог позволить принцу обнять ее. Он бы даже позволил Лефу победить себя в армрестлинге. Белль и принц Адам обнялись, а затем разжали объятия и отступили друг от друга. — Я так рада, что ты стал человеком… — тихо сказала девушка. — Если бы не ты, я бы вечно был монстром, — ответил принц. Гастон подал рукой знак Полетт. — Полетт, давай немного прогуляемся. Белль почему-то волком посмотрела на Полетт. Это было смешно, потому что Гастон любил только ее. — Мы ненадолго. Что должно быть сказано, должно быть сказано. Гастон и Полетт отошли вглубь леса, чтобы Белль и принц остались наедине.