Игра с (не)нулевой суммой

      Тони доводилось видеть Барнса, редко пропускающего эмоции на сумрачное лицо, скрытое тёмными прядями, в разных состояниях духа — яростным, довольным, унылым, весёлым. Даже смущенным — когда Ванда впервые прилюдно поцеловала его в гладко выбритую щеку. Но теперь Зимний солдат был… растерян. Это было так странно, что Тони секундами охватывало ощущение нереальности происходящего.       — Ты же шутишь, да?       Закусив губы, Ванда помотала головой.       — Но в чем тогда проблема, не понял? Обычные афродизиаки, насколько я знаю, вообще слабо действуют на организм. Ну, подрочит пару раз, трахнет матрас — делов-то? Или это препарат вроде виагры? Для кого-то пожилого, вроде старины Роджерса, это могло бы быть опасным из-за рисков для сердца, но Паркер молодой, потерпит. Надо только предупредить, чтобы не испугался...       — Да нет, Тони, — с легкой паникой в голосе перебила его Ванда. — Это не просто… афродизиак. Это очень мощное средство и… не совсем обычное — оно… ну, с магическими свойствами, — почти прошептала девушка.       Лицо Старка вновь напряглось.       — Что за ерунда, Максимофф?? Откуда у вас нечто подобное?       — Стрэндж. Доктор Стрэндж.       — Ценное уточнение. И? Детали, Ванда, мне нужны детали.       — Мы с ним столкнулись этим утром, и как-то разговорились. Я… попросила об услуге, а он почему-то не отказал. Это было странно, кстати…       — А можно поменьше мнения, побольше фактов?       — Зелье не перестанет действовать, пока он не займётся сексом, — заговорил вдруг пришедший Ванде на выручку Барнс, смирившись, видимо, с тем, что унижение неизбежно. — Будет ломать, пока не потрахается, короче.       Тони молча перевел взгляд на девушку, все ещё ожидая услышать «но», после которого будет озвучен способ решить эту проблему. Но… она лишь кивнула и опустила взгляд, подтверждая сказанное Зимним.       — На хрена вам такое вообще понадобилось-то? — на секунду забыв про Питера, недоуменно уставился на них Старк.       — Прости, конечно, но тебя это вообще не касается, Тони, — скрестила девушка руки на груди. — Мы, кстати, тут сидели и никого не трогали. Сначала подсел Паркер с вопросами про руку, потом ещё ты прибежал — ну, это было предсказуемо, прямо скажем. И стакан тоже ты ему сунул! Я даже пикнуть не успела!       Тони вскочил и нервно прошёлся вдоль стола. Остановился и ухватился за спинку стула, покачивая его на задних ножках.       — Так, ладно, потом будем искать виноватых, сначала разберёмся с проблемой. Противоядие какое-то у этого зелья есть?       — Мы как-то не предполагали, что оно может понадобиться, поэтому не спрашивали, — тяжело вздохнул Барнс. — И ничего особо не уточняли. Но док сказал, что ощущения будут непередаваемые… Слушайте… надо бы парня пойти проверить, м? Ванда, сходишь? Мне кажется, это самый верный вариант.       Ванда лишь усмехнулась, когда Тони мгновенно вскинулся от этого заявления.       — Нет уж, вы уже всё сделали, ребятки, отдыхайте, я разберусь. И, разумеется, информация не должна покинуть этих стен? — впился он в сидящую перед ним парочку пристальным взглядом.       Те с готовностью почти синхронно кивнули.       С сердцем, бьющимся в такт его быстрых шагов, Тони подошёл к комнате и замедлился, невольно страшась того, что обнаружит внутри. Что, если Паркер уже успел ускакать в чью-то койку? На Базе сейчас полно народу, а он вроде бы в неплохих отношениях почти со всей командой. Старк мысленно прошёлся по тем, кто мог бы приглянуться мальчишке для короткого постельного приключения. Кажется, особых знаков внимания он никому из них не оказывал, но, с учетом ситуации… вздохнув, он постучал, а спустя несколько секунд медленно приоткрыл дверь.       Теперь, войдя внутрь, он стоял в небольшом пространстве у двери, откуда ещё не была видна комната целиком.       — Хэй? — осторожно позвал он. — Питер?..       Из глубины комнаты донёсся негромкий сдавленный вскрик.       — Нет! Не ходите сюда!       — Эм… боюсь, мне все же придётся, — с его места Тони были видны ноги, беспрерывно елозящие пятками по постели.       — Это вы?? Вы со мной это сделали? — Питер тяжело дышал и, кажется, мыслил не очень ясно.       — Нет, — заговорил Тони, шагая вперёд. Теперь в свете двух прикроватных бра ему был виден весь силуэт мальчишки, скрытый простыней. Почувствовав его присутствие, Питер отвернулся, сворачиваясь в позу зародыша и пытаясь двигаться меньше. — Ты хлебнул какой-то дряни, которая предназначалась Барнсу. Это… ммм, стимулятор.       — Я… заметил… — сквозь зубы выдавил Питер.       Тони пользуясь случаем, огляделся. Дверь в ванную была открыта, а на полу валялось полотенце — видимо, Питер уже попытался снять напряжение в душе. Судя по сдавленным хнычущим звукам, которые иногда прорывались с кровати — безуспешно.       — Уйдите, а? — как-то жалобно попросил мальчишка, комкая в руках простынь.       — Да, да… ты тут не падай… духом, ладно? Сейчас я свяжусь со Стрэнджем, который вроде как является производителем той бурды, что ты выпил, и мы вместе придумаем, как тебе помочь, ок? — Тони занёс было руку, чтобы потрепать Паркера по лодыжке, но вовремя одёрнул себя.       Уже на пороге, доставая телефон, он вдруг передумал и шагнул обратно. В коридоре его могло услышать слишком много посторонних ушей. А внутри — только сам непосредственный участник происходящего. Тони вздохнул, оперся о дверь спиной и набрал номер, по которому никогда в жизни не стал бы звонить добровольно, молясь о том, чтобы на той стороне вообще сняли трубку.       — Старк? — Стрэндж ответил с третьего гудка не особо удивленным голосом.       — Опустим прелюдии, док: что за пойло ты дал Максимофф и как его можно нейтрализовать?       — Никак. А в чем проблема?       — Его по ошибке выпил другой человек.       — И что? На детей оно не действует, а все остальные в состоянии решить проблему. С удовольствием, причём.       — Слушай, завязывай, а? — услышав, как где-то в комнате заворочался Паркер, Тони снизил голос, злость в котором стала из-за этого более концентрированной. — Это мальчишка восемнадцати лет, формально не ребёнок, но ты действительно хочешь повесить такое на свою карму?       — Это кто у вас там? Тот, что ли… ммм, кучерявый, с серьгой где-то?       Помявшись секунду, Тони подтвердил его предположение.       — Старк, не выноси мозг. Я его видел, там же пробу негде ставить. В чем для него сложность переспать с кем-нибудь?       Тони скрипнул зубами от злости — отчасти на нежелание Стрэнджа сотрудничать, но в основном из-за его характеристики, выданной Паркеру.       — В смысле — с кем-нибудь?? — возмущённо зашипел Старк. — С кем?       — Он же симпатичный, неужели не найдётся желающих?.. Ну, не знаю, вызови тогда кого-нибудь из профессиональных… гетер. Я готов оплатить их услуги в качестве компенсации за неудобства.       Телефон едва не хрустнул в широкой ладони.       — Это База, Стрэндж! Если ты забыл — самый засекреченный на данный момент объект на всем побережье, сюда не вызывают шлюх! И, — снизил он голос, — пусть даже я мог бы привезти парочку проверенных девушек, но это… не то, что ему могло бы подойти, если ты понимаешь, о чем я.       — Ну трахни его сам тогда, господи боже, будто для тебя это что-то значит, — начал терять терпение Стивен. — Старк, у меня нет времени заниматься ещё и вашими половыми проблемами. И я говорю честно — конкретно у этой нет другого решения. Даже если я сейчас все брошу и займусь синтезом антидота — чего я, кстати, делать не буду — на это уйдёт минимум два дня! Хотите подождать, правда??       Чертыхнувшись, Тони отключился, не прощаясь, и прислушался. Питер дышал по-прежнему громко, чуть поскуливая на выдохе. Тони вернулся в комнату и сел на кровать с противоположной стороны. Ладони вспотели, футболка тоже начинала липнуть к спине. Близость разгоряченного возбужденного Паркера, который — Старк понимал это по контурам движений под простыней — иногда пытался мастурбировать, заставляла его сердце сокращаться в ускоренном темпе.       — Значит, расклад такой…       — Я все слышал, — перебил его мальчишка.       — Ага.       И вот они были здесь, именно в этой точке времени и пространства, и рассматривали каждый своего слона в комнате, игнорировать которых больше не было возможности.       Тони было отчасти проще — его разум не плавал в искусственно созданном мареве острого желания секса, да и, не будучи склонным к самообману, он давно это признал — конечно, он хотел трахнуть мальчишку. До недавнего времени он принимал это за проявление первобытного инстинкта — подчинить, пометить, показать, кто тут главный альфа-самец. Если бы всё обстояло именно так по сей день, он бы сейчас легко вынудил Паркера раздвинуть перед ним ноги, и потом мог бы почивать на лаврах победителя, уже не реагируя на его попытки нападать: верховенство было бы доказано старейшим верным способом.       Но сейчас… сейчас он понимал, что хотел большего. Чтобы тот подпустил его к себе сам. Чтобы доверял ему. Хотелось позаботиться о мальчишке. Быть… просто рядом с ним. Тони не давал определения происходящему, но чувствовал наверняка — если он хотел сблизиться с Питером — нормально сблизиться — то заниматься с ним сексом сейчас, когда он в невменяемом зависимом состоянии, было очень, очень плохой идеей. Но и мысль о том, чтобы позволить ему переспать с кем-то другим вызывала в Тони такую ярость, с которой он даже не пытался вступать во внутренний спор. Соответственно, выход был один — осторожно подвести Питера к мысли, что это неизбежно, но не так уж и страшно.       Питеру, судорожно сжимающему ноги и едва удерживающемуся от того, чтобы не повернуться к Старку и не прижаться к нему всем телом, было куда как сложнее. Он благополучно барахтался в уютном озерце отрицания вплоть до этого самого момента, и теперь проходил все этапы принятия реальности в экстренном и крайне хаотическом порядке.       Господи, как же ему хочется этого человека, сидящего рядом.       Его запах, его тепло, которое он улавливает своим сверхчувствительным телом… Такое было раньше? Или это всё — последствия неизвестного эликсира? Нет, черт, конечно, нет, он и раньше этого хотел. Но не так! Он, Питер, должен был быть хозяином ситуации. Уверенным в себе. Соблазняющим. Имеющим возможность в самый горячий момент улизнуть, оставив жертву мучаться от распаленного и неудовлетворенного желания. А не таким, как сейчас — нуждающимся ничтожеством, едва не умоляющим из сочувствия себя трахнуть самого привлекательного мужчину города, для которого он станет просто пунктом из длинного списка ничего не значащих связей-однодневок. Он увидит его слабым, стонущим, податливым… нет! Только не это. Думай, Питер, думай, изо всех оставшихся сил уговаривал он себя, стиснув до боли зубы. Черти бы побрали того мага, который умеет проворачивать с людьми подобное! Должны быть варианты, он не может проиграть всухую… из груди вырвался очередной то ли всхлип, то ли стон, вернувший обоих мужчин в реальность.       — Да… м-м-м… хочешь пить? Кажется, ты теряешь много жидкости, нужно не допустить обезвоживания, пока мы не нашли решения, — Тони поднялся с кровати, подошёл к мини-холодильнику и достал оттуда бутылку воды. — Давай.       Присев на корточки рядом с кроватью, он поднес открытую бутылку к искусанным покрасневшим губам. Питер приподнял веки и взглянул на него с таким выражением в блестящих глазах, которое тут же отозвалось во всем теле. Бездонные зрачки сфокусировались на губах Тони, моментально увлажняясь ещё сильнее.       Мальчишка обхватил горлышко губами и сделал жадный глоток. Старк впитывал каждый его жест буквально кожей. Кадык Питера дёрнулся, когда он глотал воду, а мягкий язык прошёлся по верхней губе, слизывая прозрачные капли. Теперь юноша неотрывно смотрел ему в глаза, создавая у Тони ощущение, что это он сам выпил то зелье, а не Паркер. Казалось — еще доля секунды — и он, не сдержавшись, накинется с поцелуями на эти припухшие губы. Нет, нельзя, с силой прикусил Старк щеку изнутри и поспешно встал. Слишком поспешно. Не просчитав то, что Паркер своим затуманенным зрением успеет увидеть его стояк, давно натягивающий голубые джинсы.       Пережидая очередную волну требовательного жара, Питер зажмурился, плотно стиснув губы. Мозг стремительно обрабатывал новую информацию, даже в своём нынешнем, весьма плачевном состоянии. У Старка стоит. Старк хочет его. Старк хочет его, не будучи под зельем.       Это шанс. Если сейчас Питер разыграет все правильно, то будет в плюсе — надо лишь развести мужчину на то, чтобы он сам предложил свои услуги. Тогда Питеру останется перетерпеть процесс, не особо показав, как ему понравилось, а потом… у него-то будет алиби — неизвестное зелье, а вот Старку, захотевшему и трахнувшему его на трезвую голову, ещё и оправдываться придётся. Давай, Питер, ты сможешь.       — Что… что думаешь делать? — кашлянув, спросил Тони.       Вспышка злости на секунду даже отвлекла Питера от его сложностей. Вот скотина! мелькнуло в голове. Издевается? Ждёт, пока я начну просить? Чтобы великодушно согласиться и потом ещё долго подстёбывать?..       — Позови… — Питер кашлянул. — Позови… кого-нибудь.       Тони, для которого вопрос с их сексом уже был делом решённым, и который ждал лишь удобной возможности приступить к делу, едва не подскочил от неожиданности, на некоторое время совершенно теряя контроль над собой.       — Кого?? — заорал он, нависая над мальчишкой. — Кого, блядь, тебе позвать, Паркер? Этого шкафа Роджерса?!       Питер опустил веки, судорожно пытаясь принять решение. Он должен. Ставка охуеть как высока, но он выиграет. Наверняка. Эго Старка не перенесёт подобного удара. Он расколется.       — Да, — не открывая глаз, выдохнул Пит. — Да, его.       Он сжался в ожидании следующего гневного вопля и грубых рук, долгожданно опустившихся на его тело, когда внезапно хлопнула дверь. Приоткрыв глаза, он обнаружил, что остался в комнате один. Зажав простынь в зубах, Питер жалобно застонал.       Преодолев метров тридцать длинного коридора, Тони с глухим рыком впечатал в стену кулак.       Сука, сука, с-с-сука!!!       Блядский мальчишка даже в таком состоянии умудрился застать его врасплох и взбесить до кровавой пелены в глазах. Ведь очевидно, что он его хочет! Тони ясно видел это в том взгляде поверх бутылки. Почему не может просто… сказать?       Что ж, сжал он зубы так сильно, что челюсти свело судорогой, хочешь Роджерса — я дам тебе Роджерса. Трахайся с ним на здоровье, а я плевать хотел на вас обоих. Даже смотреть в твою сторону не буду больше никогда.       Он уже почти повернул к комнате Кэпа, когда тот, в своей старомодной пижаме и слегка сонный, вывернул на него из-за угла.       — Ой. Привет, Тони.       — Угу. Привет. Чего… Чего ты тут делаешь вообще? — плохо контролировал свою речь Старк.       — Да так… — смутился Кэп. — Захотелось перед сном печенья с молоком. А ты откуда такой взмыленный? Будто призрака увидел?       Тони, ещё секунду назад решивший отказаться от Паркера, вдруг живо представил рядом с ним этого неожиданно домашнего Роджерса прямо сейчас. Приносящим ему тоже печенье и молоко в кровать. Склоняющимся, чтобы отодвинуть со лба упавшие кудри и поцеловать перед сном. Нежно прижимающего к себе — огромный Стив, сейчас напоминающий плюшевого мишку, наверняка любит обниматься. Внутренности будто скрутило холодной рукой. Тони шумно сглотнул и, оглядевшись, потащил Кэпа за собой в ближайшую свободную комнату.       — Что… Тони, что?.. Господи, да что с тобой?? — недоуменно уставился на него Роджерс, стоя в небольшом помещении, оказавшемся служебным.       Старк отпустил его запястье и хмуро смотрел исподлобья, тяжело и шумно дыша через нос.       — Между нами было много дерьма, да?..       Стив непонимающе кивнул, опасаясь, кажется, за душевное здоровье своего собеседника.       — Но я оставлю всё это в прошлом, Роджерс — слышишь? Реально оставлю. Никогда не вспомню и не попрекну. Если ты кое-что сделаешь. Сейчас.       — Тони… ты меня пугаешь, если честно. Но, если тебе нужна помощь, я в любом случае буду рад хоть чем-то…       — Завали, Стив, прошу, — Старк нервно дернул головой. — Короче. Я сейчас задам тебе вопрос. Ты ответишь на него «нет». И потом никогда и никому не расскажешь об этом разговоре. В истории должно остаться только следующее: «вопрос-отрицательный ответ». Согласен?       Стив нервно сглотнул, пытаясь протянуть время и оценить ситуацию. Старк выглядел полубезумцем со своими горящими глазами и подрагивающими руками.       — Х-хорошо… Давай, я согласен.       В конце концов, это просто слова. Если они помогут сейчас успокоить Старка — хорошо. А дальше он разберётся.       — Трахнешь Паркера?       — Что?? Нет!! — изумленный Роджерс отшатнулся от Тони и свёл брови. — Как вообще… что??       — Молодец, Ледышка, отличная работа. Прошлое забыли. Я слово держу. И ты данного обещания не забывай — нарушения не прощу. Бывай, — Тони похлопал его обеими руками по шёлку на груди и быстро вышел, оставляя капитана в полном недоумении смотреть себе вслед, напрочь забыв и о молоке, и о печенье.       Комната Питера встретила его той же тишиной, перемежаемой тихими всхлипами. Только запах, кажется сгустился. Сладкий, давящий, влекущий к себе. Что ж… Теперь Тони может говорить с куда более выигрышных позиций.       За время его отсутствия Паркер изрядно сбил постель, но теперь вновь замер, уткнув лицо в подушку. Его голое плечо выпросталось из-под простыни, а рука елозила ногтями по бедру, оставляя еле видные следы на белой ткани. Пока Старка не было, Пит успел полностью отчаяться: он сделал слишком рискованный ход… и проиграл. Теперь Тони приведёт Роджерса. И Питеру придётся переспать с ним, потому что, как бы это ни было ужасно, он не сможет отказаться — слишком болезненно горит этот пожар внутри. Он стиснет зубы, ляжет под Стива, и… и Старк больше никогда не посмотрит в его сторону — несмотря на зелье, Питер осознавал это предельно ясно. Агония.       — Порадовать тебя нечем, Паркер, — прохладным тоном заявил ему Старк, остановившись напротив кровати. Питер едва не взвизгнул от радости, осознав, что мужчина пришел один. — Бравый капитан не захотел брать грех на душу. И бегать дальше по Базе, как заправский сутенер, я тоже не собираюсь. Так что рабочий вариант теперь такой: бросим по громкой связи сообщение о проблеме, добровольцы, желающие помочь, подтянутся сюда, а ты выберешь из имеющихся. А еще можно подождать, пока ты не отрубишься от обезвоживания, а потом везти тебя в медблок под капельницы. И дальше пусть там медики решают, что с тобой делать, пока Стрендж не появится.       Тони не успел подумать, не переборщил ли, как плечи мальчишки дёрнулись, будто в рыданиях, а рука вжала подушку в лицо ещё сильнее. Ожесточенное сердце дрогнуло от этой картины.       — Слушай… Питер, — опустился Тони рядом с мальчишкой на край кровати. — Ну, не переживай так. Мы же оба мужики. А это просто секс. Я, конечно, не в восторге от этой ситуации… просто хотел бы всё исправить, раз так вышло. Но, если…       Питер перебил его, повернувшись на спину и взглянув прямо в глаза.       — Тогда давай… — стянул он простынь, открывая себя полностью его взгляду. — Исправляй.       Во рту пересохло в мгновение ока. Казалось бы — он много раз видел Паркера полураздетым и полуодетым, потным, напряжённым — всяким. Но сейчас… когда всё его голое тело, включая порозовевший от попыток снять напряжение дрочкой член, лежало перед ним… для него. Дыхание перехватило. Как под гипнозом, Тони потянулся рукой к вздымающейся груди и чуть не взвыл, коснувшись, наконец, гладкой светлой кожи. Пальцы сами собой скользнули вниз, к идеально очерченному дрожащему прессу. Горячо. Желанно. Идеально.       Питер едва не разрыдался от долгожданного прикосновения. Ему пришлось напрячь буквально каждую мышцу в теле, чтобы не выгнуться дугой навстречу ласкающей руке в поисках большего контакта. Он закусывал губы зубами почти до крови, не доверяя себе: казалось, стоит дать волю своему телу лишь на секунду, и оно тут же начнёт хныкать и умолять, чтобы Старк перестал тянуть время и дал ему больше.       Тони убрал руку и быстрым движением стянул с себя майку и расстегнул джинсы. Да. Он получит, получит это. Эйфория захлестнула мужчину с головой. Если бы сейчас ему предложили поменять открывшуюся перспективу на новую гениальную разработку, удвоение капиталов или дополнительные десять лет жизни, он бы только отмахнулся от этого, как от бессмысленной ерунды. Ничего из этого, никакие прежние идолы не имели значения, когда под его руками лежал Паркер. Только теперь он понимал, насколько недооценивал степень своего вожделения. Никогда и никого Тони не хотел так взахлеб, так отчаянно. Он сел у ног парня и положил обе ладони ему на грудь, задевая наряженные соски пальцами. Собственный член дёргался от каждого движения, от каждого взгляда на принадлежащего, наконец-то, только ему юношу.       Питер держался из последних сил, то и дело срываясь в крупную дрожь и прерывистые вдохи. Пальцы, которые он столько раз тайком рассматривал в мастерской, сейчас гладили его соски, и это одновременно было так хорошо и так невыносимо, что хотелось кричать. С ужасом Пит осознавал, что уже теряет остатки контроля, полностью переходя во власть оседлавшего его мужчины, что пройдёт не больше минуты этой сладкой пытки, прежде чем он сам раздвинет ноги и, скуля, попросит его поиметь. Нет. Он должен. Должен продержаться.       Руки Старка тем временем продолжили путь наверх, лёгкими касаниями вычерчивая дорожки от груди к ключицам, вдоль гладкой белой шеи к четкой линии подбородка, обвели ее и уже почти коснулись губ большими пальцами, как Питер, сглотнув, поморщился и вновь заговорил:       — Ну вот давай еще оближешь меня, блин, можно как-то ближе к делу?       Ход, который казался Питеру единственным спасением его достоинству, стал огромной ошибкой. Со Старка вмиг слетело то магическое полузабытье, в которое он позволил себе провалиться, забывая о том, что мальчишка, вообще-то, сейчас здесь с ним далеко не по своей воле, а чуть раньше и вовсе хотел видеть на его месте Роджерса. Осторожность и трепет сменились, как по щелчку, жгучей злостью. Как он мог попасть в эту ловушку, убедив себя, что все происходит по-настоящему?.. что между ними есть нечто особенное?       Да на нем пробы поставить негде, всплыли в памяти слова всевидящего Стрэнджа. Резко отстранившись, он приспустил трусы и хлопнул мальчишку по бедру, заставляя того раздвинуть ноги, опустился между ними и толкнулся вперед.       Больно было даже под зельем: Питер едва не взвыл, вытягиваясь струной и пытаясь вывернуться.       — Что ж ты делаешь-то, блядь!? — выругался он, не разжимая глаз и морщась. — Порвёшь мне все нахрен, растянуть же надо! А сколько разговоров было, а…       Переводя дух, он потянулся к тумбе и нашарил на ней нейтральный крем, которым раньше мазал руки, обветривавшиеся после байка.       Тони, в шоке от себя, наблюдал за его действиями чуть заторможенно, не понимая, как мог так оплошать. Да, он не спал с парнями уже лет пятнадцать, но все равно проколоться так по-крупному было обидно, тем более, что никто и никогда в его постели раньше не мог пожаловаться на боль. Питер тем временем выдавил порцию крема себе на пальцы и потянулся вниз, размазывая его вокруг входа и потирая сжатые мышцы.       — Я сам, — сердито оттолкнул он руку Старка, на автомате последовавшую туда же.       Такого мужчина стерпеть не мог. Он перехватил Паркера за запястье, забирая тюбик из его руки, и дернул на себя вторую — контролируя, впрочем, каждое движение, чтобы вновь случайно не сделать парню больно.       — Ну уж нет, Питти, пока ты подо мной, вести тоже буду я, — он быстрыми движениями смазал пальцы, и, покружив вокруг входа, проник внутрь на фалангу, внимательно наблюдая за реакцией. Дыхание Паркера перехватило, и он вновь сомкнул губы, не позволяя лишним звукам сорваться с них. Но признаков дискомфорта видно не было, поэтому, покачивая рукой, Тони погружался все глубже, пока его средний палец не вошёл в постепенно расслабляющееся тело мальчишки целиком. От этого ощущения тесноты и жара впору было застонать самому, но злость помогала Старку держаться.       — Уж извини, парень, не подумал, что ты у нас окажешься такая неженка, — приговаривал он, уже размашисто трахая Питера одним пальцем и пытаясь вновь вернуть себе контроль над ситуацией. — Учитывая твои приключения… и твой замах… Ты же Роджерса хотел, да?? Так понравился его член сегодня?       Тони протиснул в постепенно поддающуюся дырку ещё один палец и плавно погрузил внутрь оба, жадно глядя на лежащего с закрытыми глазами Паркера с затаенной надеждой, что тот будет все отрицать. Скажет, что не хотел никого другого, кроме него. Но тот упорно молчал, поминутно облизывая губы и покачивая тазом навстречу таранящим его пальцам. Злость всё полнее овладевала мужчиной, когда он представлял на своём месте сейчас Стива.       — На что ты вообще рассчитывал, Паркер? Что наш бравый Капитан, дружок твой новоявленный, прибежит тебя спасать? Не-ет, Питти, он не из таких… он слишком правильный, слишком чистенький, чтобы вляпываться в такие истории, — Тони тяжело дышал, вдалбливаясь в мокрое от испарины тело под собой. — Ему, в отличие от тебя, не всё равно, в чью койку прыгать… Придётся довольствовать этим, — и он мстительно сунул в Паркера три пальца, с удовлетворением наблюдая пробежавшую по его коже дрожь и мурашки на руках.       Питер почти не осознавал, что говорил ему Старк: он растворился в ощущениях, наслаждаясь тем облегчением, которое дарили двигающиеся внутри пальцы, и барахтался в облаке его низкого, сладко-бархатистого голоса. Постепенно, однако, первоначальное облегчение сменилось разгоревшимся ещё сильнее желанием; потребностью, погасить которую могло лишь нечто большее.       Изогнувшись, он соскочил с пальцев, закинул ноги за широкую спину и открыл глаза.       — Сделай. Уже. Это, — выдохнул он в лицо нависающего над ним мужчины, находя тазом его напряженный член.       Раззадоренный ещё больше тем, что Паркер так и не отреагировал ни на что из его речи, Старк притормозил себя, не желая давать мальчишке то, что ему было нужно, так просто.       — А, знаешь, Паркер, я тут подумал, что ты без должного уважения относишься к жертвам, на которые я пошел. Как и наш бравый капитан, я сегодня, кстати, не собирался никого трахать, а уж тебя и подавно. Так поэтому… почему бы тебе не попросить об этом вежливо? — приставив член к разогретому входу, Тони поводил им вверх-вниз, поддразнивая. — Ну же, неужели так сложно? Всего-то надо сказать «пожалуйста, Тони» — и ты получишь желаемое. Давай, Паркер, я жду…       Питер облизнул пересохшие губы, открыл глаза и с ненавистью посмотрел в нависающее над ним лицо, от которого у него захватывало дух. Неужели он всё же одержит верх? Добьётся мольбы, которая уже и так готова была вырваться из него, настолько Пит сейчас нуждался в этом. Нечестно! Нечестно, стиснул он зубы, он же не сам загнал себя в эту ситуацию!       Собрав по максимуму остатки самообладания, он внимательно оценил ситуацию. Судя по подрагивающим ноздрям и заполнившим всю радужку зрачкам, Старк и сам уже еле держался, бросив всё внимание на то, чтобы контролировать себя. Решившись, Питер опустил руки ему на шею отвлекающим жестом, а сам ловко двинулся вперёд, одновременно удерживая сильными ногами мужчину на месте, и насадился на него, громко вскрикнув от резко-распирающего чувства внутри.       — Бля-я… — сдавленно прошипел Тони. — Бля, как же туго…       Он опустил глаза вниз — член оказался внутри мальчишки едва лишь наполовину.       — Черт тебя дери, Паркер, когда ты вообще последний раз это делал??       И тут… Питер отвёл глаза.       Тони замер, боясь пошевелиться.       — Пит? Это… это?.. вот так — ты в первый раз, да?       Питер упрямо молчал, глядя куда-то в сторону.       — Правда?.. Ну же, Питти, посмотри на меня, — добавил Старк как-то внезапно ласково. — Не больно?..       Так же молча, Питер отрицательно мотнул головой и повёл задницей навстречу в подтверждение своих слов.       В один момент с Тони схлынула вся его кипучая злость, уступив место непривычной нежности.       — Сейчас, — забормотал он, — сейчас, я все сделаю… ты… ты такой…       Двигаясь мягкими мелкими толчками, он погрузился полностью и замер, приподнявшись и присев на пятки, рассматривая лежащего перед ним Питера, в узкой заднице которого скрылся его член.       Сквозь пелену болезненно-сладких ощущений внизу на Питера хлынул поток ласки, которой Старк покрывал его тело. Он и предположить не мог, что крупные, грубые с виду пальцы мужчины могут быть такими чуткими, так точно находить места, о которых Пит и сам не подозревал, от прикосновений к которым волоски вставали дыбом, а из груди сами собой вырывались отрывистые громкие вздохи. Или то было последствиями принятого зелья?.. Когда мужчина опустил руку на его член, Питер явственно почувствовал, как старковский собственный дёрнулся у него внутри, и с этого момента все ощущения слились для него в один калейдоскоп ярких вспышек и нарастающего кайфа.       Тони, обхватив его ладонью, начал на пробу двигаться короткими толчками, свободной рукой продолжая поглаживать раздвинутые напряжённые бедра и поджарый живот, постепенно склоняясь ниже.       — Ну же, давай, Пит, отпусти себя, расслабься… тебе же хорошо…       От голоса, раздавшегося так близко, у Питера захватило дух. Он ждал этого сколько? Двадцать, тридцать минут? Теперь ему казалось, что на самом деле уже дни и месяцы. Опьяненный долгожданным контактом и растекающимся по телу огнем, он повернул лицо навстречу уговаривающему открыться голосу, вопреки данному себе до начала всего процесса зароку размыкая губы в поисках поцелуя. Но в этот момент угол, под которым Старк проникал в его тело, сменился, и Питера прошило таким сильным разрядом удовольствия, граничащего с болью, что он, резко дёрнув головой в сторону, вцепился зубами в основание большого пальца с глухим стоном.       Тони, который уже тянулся к его губам, оставалось лишь уткнуться лбом во влажный висок и продолжить загонять член в мальчишку по той же траектории, всем телом чувствуя, как тот будто электризуется всё сильнее, как мелко подрагивают руки, вцепившиеся в его плечи, как его стоны сливаются с один протяжный, как он подаётся навстречу до упора, до влажного шлепка. Он вновь приподнялся над Паркером, чтобы получить доступ к текущему смазкой члену, и, обхватив его ладонью, повёл измотанного охрипшего мальчишку напрямую к оргазму, умело ему надрачивая.       Чувствуя, что скоро всё закончится, и уже почти сожалея о том, что они никогда это не повторят, Пит несмело открыл глаза, чтобы лучше запомнить момент. Взгляд, которым пожирал его Старк — темный, дикий, полный бесконечного вожделения и явно чего-то большего, чем можно было бы ожидать от вынужденного оказавшегося в этой ситуации человека, сработал катализатором. Мужчина... смотрел на него так, будто он, Паркер, был одним-единственным, самым желанным для него существом в целом мире.       В последний раз судорожно поймав ртом порцию раскалённого докрасна воздуха, висящего между ними, Пит оцепенел, изливаясь снова и снова, пока Старк, не прекращая двигаться, продлевал его оргазм, выдаивал его до капли, что-то при этом говоря — Питер уже не слышал, из кульминации проваливаясь сразу в забытьё. Последнее, что он видел, прежде чем отключиться — закатившиеся на пике глаза и губы, складывающиеся в его имя.       Рухнув на мальчишку, Старк медленно приходил в себя после сокрушительного оргазма. Наконец, он приподнялся на локтях и заглянул Питеру в лицо, осознавая, что это самый подходящий момент, который не стоит упускать, если он хочет попробовать укрепить ту тонкую связующую нить, что возникла — в этом Тони был уверен — между ними.       Но тот, как оказалось, отключился уже так основательно, что даже ни разу не шелохнулся, пока Старк осторожно слезал с него, ходил в ванную за салфетками, убирал с его безвольной тушки следы их страсти, стараясь не засматриваться на вытекающую из Питера белую струйку, а затем обтирал влажным полотенцем. Осведомившись у Пятницы о жизненных показателях и убедившись, что парень в полном порядке, Тони укрыл его сухим запасным одеялом, найденным в шкафу, и отправился в душ.       Что ж, совместное утро — тоже вполне себе подходящая ситуация для установления тесного контакта. Вытершись и после недолгих колебаний надев трусы, Тони уверенно улёгся рядом и притянул Паркера к себе, закидывая на него руку.       Лицо мальчишки, лежащее у его плеча, было полностью расслабленно, искусанные губы приоткрыты. Не удержавшись, Старк склонился ближе и коротко поцеловал того над бровью. Нет, что бы там ни думал себе этот малолетний дурачок, после случившегося они волей-неволей, но притрутся друг к другу. Слишком хорош был секс, и Паркер не сможет этого отрицать. Тони довольно хмыкнул, представив, как хорошо будет смотреться мальчишка в его огромной джакузи.       Вселенная громко смеялась над его планами.