Игра с (не)нулевой суммой

      — Далеко ли путь держишь, Красная Шапочка?       Застуканный явно не случайно Питер застыл на месте и сокрушенно воздел глаза к потолку.       — В зал.       — Забыл, что врач сказал? А ну, на место.       Заживление шло не так гладко, как Питер надеялся: специфика ожогов конечностей коснулась и его — кожа восстанавливалась, но подвижность пока оказалась слишком ограничена для того, чтобы вести привычный образ жизни. Рекомендованный постельный режим и повышенное внимание Старка, против ожиданий, душу не радовали: с одной стороны Питера мучила совесть за его неблаговидный опрометчивый ход, с другой — страх быть раскрытым. Поэтому даже такая желанная раньше забота оставляла на душе липковатый налёт, и он изо всех сил стремился оставить этот инцидент в прошлом и жить дальше, делая вид, что ничего не было.       — Да надоело мне лежать, не могу больше. Хоть немного развеяться. Ногами не буду ходить, но на руках по стенам попрыгать-то можно?..       — Не можно. Свою походку видел со стороны? Как по углям идёшь. Сам вернёшься, или костюм вызвать для комфортной транспортировки твоей тушки?       — Мне просто удобнее на цыпочках ходить! Ничего не болит! — продолжал вяло отбиваться Питер, уже понимая бессмысленность затеи.       — Ладно, я понял, — кивнул Старк и подошёл ближе. А потом чуть присел, подхватывая Питера за талию и закидывая того себе на плечо.       Вопль негодования разнесся по длинному коридору.       — Э-ээ! Поставь на месте! Это возмутительно! — вопил Питер, не делая, однако, серьёзных попыток выбраться.       Через полминуты он перестал дёргаться и покорно повис, тайком утыкаясь носом в складки рабочей рубашки и позволяя тащить себя в неизвестном направлении.       — Не надорвёшься?.. в твоём-то возрасте и такие нагрузки? — съязвил он, стараясь удержаться от соблазна потрогать задницу Старка, мелькающую перед его носом.       — Да в тебе веса, как в баране, — отозвался тот, мстительно шлепая парня по ягодице. Тот действительно похудел за последние дни из-за тотального отсутствия аппетита, но все ещё оставался вполне крепким мутантом, поэтому, когда они оказались на месте, и Старк без особых церемоний сгрузил свою ношу на диван, то сразу отошёл, чтобы замаскировать признаки усталости и перевести дух без изучающего взгляда мальчишки.       В этом, впрочем, не было особой необходимости — Питер сразу начал озираться вокруг, удивлённо моргая. Из этой точки мастерскую он ещё ни разу не видел.       — Здесь будешь сидеть, в поле моего зрения.       Притихший Паркер отвлёкся от нытья, возмущений и качания своих прав, изучая все то, что раньше видел мельком во время примерок. Удивительный мир, мимо которого его раньше будто возили на автобусе, а теперь, наконец, дали возможность выйти и рассмотреть все ближе и внимательнее. Он молчал добрых минут десять, крутясь на своём месте и обходя глазами модель за моделью: стоящие на подиумах, свисающие с потолка и лежащие на столах, они занимали почти всю эту половину помещения.       Когда его взгляд, наконец, вернулся к Старку, во рту мгновенно пересохло: тот успел скинуть свою клетчатую рубашку, под которой обнаружилась майка с вырезом настолько глубоким, что форма и объём грудных мышц оказывались доступными сторонним взглядам во всем своем великолепии. Мужчина как раз перекладывал с места на место какие-то тяжёлые трубы, поэтому рельеф на его теле поигрывал, отражая дневной свет гладкой загорелой кожей. Чертовски, вызывающе сексуально.       Он рассчитывал его смутить? Соблазнить? Просто выпендриться?.. С момента, как Питер попал в медблок, мужчина вёл себя подчёркнуто пристойно и не заводил никаких разговоров на мало-мальски интимные или касающиеся их отношений темы. При этом он проводил рядом вполне ощутимое количество времени, а однажды даже остался в палате на целый час: посмотреть вместе с Питером пару серий из сериала про утомлённого утонченного детектива, выслеживающего загадочного маньяка. Старк оказался несносным зрителем, беспрерывно критикующим всех и вся — уставшего детектива, маньяка, жертву, сценариста и кинокомпанию в целом, но Питер соврал бы, если сказал, что эти меткие остроумные замечания не развлекли его куда больше, чем сам сериал. При этом на счёт самого Паркера Тони не отпустил ни одной даже завалящей двусмысленной шуточки: только пару раз назвал варёной креветкой, чтобы возмутить и отвлечь во время болезненной физиотерапии.       Пит поймал себя на том, что скучает по грубоватому флирту, который имел место раньше. Логика и интуиция подсказывали ему, что происходящее — сознательная стратегия, и что ему должно было бы польстить это новое отношение, но червячок сомнений нет-нет, да начинал подтачивать. Что, если Старк действительно больше не хочет его? Что он удовлетворил свой интерес и, наткнувшись на сопротивление со стороны Питера, решил, что не так уж сильно ему нужно продолжение?.. А вся эта канитель с опекой — что ж, если он действительно так переживает о том, что бросил его когда-то на произвол судьбы, то это может быть способом договориться со своей совестью. Или теперь он ждет инициативы от Питера, решив, что сделал уже достаточно шагов сам?..       — У нас в уставе университета, — начал парень, устроившись поудобнее, — это отдельным пунктом прописано: ношение одежды с глубоким декольте не поощряется, так как считается сексуально агрессивным и отвлекающим других участников от обучающего процесса. Но я-то всегда считал, что этим только девушки пользуются.       Тони поднял взгляд от установки, к которой прикручивал трубу, и ухмыльнулся.       — Было бы еще, от чего отвлекаться, жертва сексуальной агрессии. Все равно сидишь без дела. Любуйся на здоровье.       — А чем мне заняться? — недовольно насупился Пит. — Припер сюда…       — … на, посчитай пока, — перебил его Старк, выведя несколько голограмм и отправляя их к дивану. — Для каждого значения нужно подобрать подходящий коэффициент и проанализировать отклонения при минимальных колебаниях.       Питер недоверчиво перевел взгляд на зависшие рядом с ним таблицы значений. Несколько минут ушло на то, чтобы понять, о чем говорил Старк и что именно нужно обсчитать — просить уточнений гордость не позволила.       — Но это же… ты серьезно? — нахмурился он, наконец. — Да здесь же простейший скрипт можно написать, который сделает все за минуту. Зачем руками-то?       — Так напиши, — пожал Тони плечами. — Мне нужен результат, а каким образом он получен — дело твое.       Фыркнув, Пит подвинул к себе светящиеся виртуальные рабочие столы и бросил все внимание на задачу. Непривычные интерфейсы, неудобные с непривычки голографические клавиатуры, странная логика расположения необходимых инструментов — он спотыкался буквально на каждом шагу, но упорно ковырялся сам, не дергая Старка, который, казалось, вовсе забыл о его существовании, занимаясь своим делом.       Проверив результаты трижды и подтерев код до симпатичного вида без всякого мусора, Питер выбрал момент, когда мужчина поднял голову от стола, потянулся и отхлебнул какой-то жижи из стоящей рядом кружки, мельком поморщившись.       — Ну вот, вроде так, — старательно прикрывая волнение в голосе нарочитым равнодушием, он толкнул в сторону Старка экран с результатами.       Быстро просмотрев столбцы цифр, мужчина коротко кивнул, будто соглашаясь в чем-то с внутренним собеседником.       — Смотри-ка, даже без своих попрыгушек можешь на что-то сгодиться.       Напряжение плавно разжало свою цепкую холодную лапу от этой, пусть и сомнительно сформулированной, но положительной оценки: чутье подсказывало Питеру, что это вообще максимум одобрения, который способен выжать из себя скупой на комплименты Старк. Но все равно, разумеется, бесил. Хотелось поддеть, хотелось спровоцировать, хотелось вывести себя из роли трясущегося в ожидании доброго слова стажера.       Питер откинулся на диване чуть сильнее и, облизнувшись, протянул негромко:       — Я много на что могу сгодиться… Мало ли всего можно сделать, задрав ноги к потолку…       Как бы в подтверждение своих слов он вытянул гибкие ноги, до того лежавшие на подлокотнике дивана, вверх, и потянулся всем телом сам, из-под ресниц поглядывая в сторону мужчины. Тот молча замер на месте, и Питер вновь успел напрячься — любой отпущенный Старком насмешливый комментарий выставит его сейчас настоящим клоуном. Вот и вышел, называется, из роли стажера… Зачем он вообще полез на эту территорию, пытаясь играть на равных с профессионалом? Все эти простые, как лом, приёмчики отлично сработали бы на каком-нибудь недалеком спортсмене, а ведь он имел дело с главным плейбоем города… и угораздило ведь. Плейбой, однако, не спешил высмеивать юного соблазнителя. Вытерев руки какой-то тряпкой, он медленно обогнул стол и направился в сторону полулежащего на диване Питера, поджилки которого уже тряслись от волнения.       Тони остановился в десяти дюймах от мальчишки и смерил его целиком оценивающим взглядом. Решив, что терять уже нечего, Питер провел языком по верхней губе и прикусил нижнюю, поднимая глаза на Старка и чуть заламывая брови в невинном жесте. Тот медленно склонился и поставил одну руку на спинку дивана, а другую — на подлокотник, оказываясь с Паркером лицом к лицу. Пит мог видеть каждый волосок в черных бровях и микроскопические движения подергивающихся ноздрей.       — Лучше не дразни дикого зверя, Паркер, — склонился Тони еще чуть ниже, оказываясь рядом с тонким ухом. Питер вздрогнул, когда подвеска, висящая на шее мужчины, коснулась его груди. Вес крошечного кусочка металла ощущался всем телом. — Если не хочешь, чтобы он тебя растерзал.       Последние слова обожгли кожу, и губы уже касались плеча, и кровь шумела в ушах, и Питер уже почти набрался смелости, чтобы обвить руками напряженную шею и притянуть Старка к себе, как ровный голос Пятницы сообщил, что мистер Роджерс ожидает у входа.       — Тяжело жить, когда тебя все хотят, да? — чуть прикусил напоследок торчащую ключицу Тони и отстранился, как ни в чем не бывало, выпрямляясь во весь рост, и чуть снисходительно, как показалось Питеру, посмотрел на него, наверняка красного, дрожащего и пытающегося сесть так, чтобы его стояк не сильно бросался в глаза.       — Впускай его, — махнул он ИИ, возвращаясь к своему рабочему месту.       — Тони, привет, — Кэп зашел неуверенно, то засовывая руки в карманы, то потирая ладони друг о друга. — Хотел поговорить… если ты не очень занят.       Питер нервно подтянул колени к себе, сворачиваясь в клубок. Заметив движение боковым зрением, Стив обернулся в его сторону.       — О, Пит, привет… Ты здесь, значит, — Роджерс явно не ожидал такого расклада, поэтому просто констатировал очевидное. — Чего делаешь?       — Сидит под моим присмотром, бережет свой свежий педикюр, — ответил за него Старк.       — А почему бездельничаешь, Питер? — чуть нахмурился Стив. — Ты же говорил, у тебя что-то прям горит, надо срочно доделывать. Или сдал уже?       Теперь нахмурился и Старк, бросив быстрый взгляд на мальчишку.       — Я… это… там ступор какой-то, в общем. Решил вот развеяться, вдруг свежая мысль в голову придет в зале. Но в зал меня не пустили, — недовольно скривился он.       — Так ты поделись, в чем там сложности. С программой первого курса мы как-нибудь совместными усилиями справимся, надеюсь, — Тони отложил своё занятие и замер, глядя на Питера выжидающе.       — Да дело не в сложности, просто… Ну, там надо придумать и внедрить какую-нибудь схему оптимизации в реально существующую систему. А у меня не то, чтобы много мест, куда с этим обратиться. Мистер Делмар из соседнего магазина рад был бы помочь, но у него там буквально нечего оптимизировать — его лавке уже столько лет, что она естественным путем оптимизировалась, как медуза в процессе эволюции. Вот, рассылаю пока предложения в разные места, но мало кто хочет связываться с незнакомыми студентами.       — Так залезь в Пятницу и оптимизируй поставки, — задумавшись не более, чем на пару секунд, предложил Старк.       — Серьезно, пустишь кого-то в Пятницу? — искренне удивился Роджерс.       — А чего его пускать, сам уже влез один раз, — многозначительно посмотрел Тони на парня.       — Поставки… в смысле — еды? — озадачился Питер.       — Ну да. Сейчас всё закупается и производится с таким запасом, что в отходы и под списание попадает неприличный совершенно объем. И это даже с учетом шарящегося по помойкам Ракеты.       — Тони! — Стив смотрел на Старка с возмущением.       — Ох, ради всего святого, Кэп, не начинай… Я и так регулярно бываю в местах, где нельзя называть женщин женщинами, а мужчин мужчинами, потому что это, видишь ли, может быть оскорбительным. Могу хотя бы в своей собственной мастерской назвать енота енотом?       — Ты не просто назвал его енотом, ты ещё выразил уверенность, что он, в соотвествии со стереотипами, подъедает отходы по помойкам!       — Кэп, когда объясняешь суть шутки, она перестаёт быть смешной, — закатил глаза Старк. — Паркер, грузи свою задницу сюда и езжай за ноутом, — кивнул он в сторону небольшого гибрида кресла и велосипеда с приделанным сбоку мотором.       — Что это за монстр Франкенштейна, Старк? — покосился на сомнительное средство передвижения Роджерс. — Хочешь, я его руками до комнаты подкину?       — Паркер! Чресла в кресло! — сурово рыкнул Старк, недовольно глядя на Стива. — Я это для Морган собирал, оно надёжнее, чем Клинтов Форд.       Питер с неохотой перелез на указанное место.       — И даже не думай свернуть куда-то не туда — там gps встроенный. И не копайся долго, компьютер взял — и сюда. И переоденься, чего в костюме сидеть, тренировки тебе все равно не светят сегодня.       — Ещё ценные указания будут? — развёл руками Паркер, воздев глаза в потолок.       — Нет, вольно.       Когда за мальчишкой закрылась автоматическая дверь, Тони обернулся к Кэпу.       — Так чего хотел-то?..       — Тони, ну почему ты не можешь быть с мальчишкой как-то… помягче, что ли? — неодобрительно покачал головой Стив. Он все ещё хранил тайну, невольным носителем которой стал, и его нервировала невозможность объяснить Старку напрямую, почему Паркер нуждается в особом отношении.       — Если я буду с ним ещё мягче, у него вырастет вагина, Роджерс. Хотелось бы как-то этого избежать, знаешь ли. Нет, — спохватился он, наткнувшись на осуждение в светлых глазах, — ты не подумай, не имею ничего против «людей с вагинами» — знаешь, что это политкорректное выражение, кстати? — просто Паркера хочется оставить, так сказать, в базовой комплектации. И вообще, давай уже к делу, за чем приходил?       — Ты невыносим, — обреченно вздохнул Стив. — Считай, что за этим и приходил.       И чего он хотел? С тяжелым сердцем Питер катился по широкому коридору. Неужели, вопреки своему слову, пришёл рассказать Старку о его выходке?.. Нет, ну он же обещал, он не мог так с ним поступить. Сердце неприятно стукалось о рёбра. В комнате Питер быстро собрал нужную для работы технику, а потом покосился на шкаф. Потом вспомнил взгляд Стива, прикованный к висящему на полуголой груди кулону, и взял одежду с собой. Переоденется на месте, если Старк будет настаивать. Не хотелось оставлять их наедине надолго.       К моменту, как Питер вернулся, капитана, однако, уже и след простыл. Остаток дня прошёл на удивление мирно: Пит больше не лез на рожон, опасливо поглядывая иногда на Старка в попытках понять, чего наболтал ему Кэп, а сам Старк вёл себя удручающе мило и вежливо. В конце концов Питер так погрузился в новый проект, что отвлёкся, наконец, от накручивания себя на ровном месте и расслабился.       В таком режиме они и прожили почти неделю. Первое время Тони сам звал мальчишку к себе под предлогом того, что должен контролировать «всю ту новомодную хрень, которую ты планируешь засунуть в мой ИИ», а после и сам Питер появлялся у дверей мастерской с какими-то вопросами, которые, разумеется, можно было решить и удалённо, но Старк, подыгрывая, неизменно усаживал его внутри и уже не выпускал ближайшие несколько часов. Он постепенно расслаблялся и отпускал свои опасения насчёт Питера: тот оказался настолько комфортным компаньоном, насколько можно было желать. Никогда не лез под руку. Не задавал глупых вопросов, да и вообще, разговаривал непривычно мало. Когда хотел что-то спросить, подгадывал это под естественные перерывы, которые делал мужчина. В целом его присутствие ощущалось таким комфортным и естественным, что, заработавшись, Тони несколько раз и вовсе о нем забывал.       Питер же был так озабочен тем, чтобы произвести впечатление своей работой и нигде не облажаться, что не успевал переживать из-за тотального отсутствия интереса к его заднице, которое демонстрировал Старк. Он и сам готов был притворяться, что не думает ни о чем таком — так правильно ощущалась наступившая передышка. Возможно, после всех эмоциональных и физических встрясок, через которые он прошёл, то спокойное течение рутинных будней было именно тем, что нужно мальчишке, чтобы восстановиться.       Несколько ярких штрихов, впрочем, все равно мелькнули на нейтральном холсте их новой повседневности, напоминая о том, что ничего ещё не окончено.       Первым был вездесущий Роджерс, заявившийся в один из вечеров прямо к Питеру в комнату.       — Раздевайся, — с порога заявил он, упершись плечом в косяк и скрестив руки на груди.       От неожиданности Питер выронил телефон, в котором чатился с друзьями, и отполз по кровати к изголовью, напряжённо глядя на незваного гостя.       — Э, э, Кэп, осади! Ты уже упустил свой шанс.       — Чего? Ты о чем? — нахмурился Роджерс.       Питер смутился.       — Эм… ну… тебе же Старк… предлагал, разве нет?       — А. Ну да. Предлагал, — кивнул Стив, напрягаясь. Замаячил именно тот момент тонкого льда, на котором нужно будет выполнять взятые перед Старком обязательства, если Паркеру приспичит подробнее его расспросить. — Я вообще не о том, Питер, не придуривайся. Руки твои я и так вижу, покажи ноги. Штаны снимай.       — Серьёзно, Стив?.. — Питер свел брови к переносице. — Будешь меня осматривать в поисках порезов?       — Я прочитал, — кивнул Роджерс, — что подростки со склонностью к сэлфхарму чаще всего себя режут или прижигают сигаретами. Ты тренируешься в облегчённом режиме сейчас, в общий душ не ходишь, поэтому я должен сам проверить.       — Стив… — утомлённо вздохнул Питер. — Ты же помнишь про регенерацию? Даже если бы я занимался подобной херней, она бы заживала за несколько часов.       — Бла-бла-бла, — начал терять терпение Роджерс. — Ты сам это на меня взвалил, Питер, так что просто покажи, и я оставлю тебя в покое.       — Ла-адно, — недовольно протянул Пит, вставая на кровати.       Стив сделал шаг ближе, и тут парень вдруг снова замер на месте.       — Нет, слушай, это плохая идея. Давай… эм… давай, я сделаю фотки и тебе пришлю?       — Паркер, ты сейчас только убеждаешь меня, что все не в порядке, — вновь нахмурился Стив.       — Да нет! Нет, я просто… ну, подумал… будет не очень хорошо, если кто-нибудь нас застанет в таком виде, да? Когда я перед тобой без штанов? — в голосе Питера сквозили панические нотки.       — «Кто-нибудь»? Интересно, кто бы это мог быть, а?       — Ну Стив! — жалобно посмотрел на капитана парень.       — Давай, Питер. Я не буду подходить близко. Даже если твой драгоценный Старк следит за тобой через камеры — в чем я сильно сомневаюсь — все будет выглядеть прилично. Ну?       — Ладно, смотри, — недовольно фыркнул Питер, быстро стягивая штаны и поворачиваясь спиной, а затем обратно. — Все, доволен?       Стив быстро пробежал глазами по ровным светлым ногам без каких-либо следов деструктивного поведения их владельца, кроме чуть более светлой кожи от щиколоток и ниже. Надо же, — мелькнула странная мысль, — ведь ноги, как ноги, ничего особенного, а для кого-то — самые желанные в целом свете.       — Вот и хорошо, — удовлетворенно кивнул он. — И стоило разводить столько проблем на ровном месте?       — Ой, все, — поморщился Питер. — А что ты ему рассказывал, кстати, когда в мастерскую заходил?       Стив неожиданно покраснел, как вареный лобстер.       — Стив? Ты ему что-то про меня говорил?       — Нет! Почему сразу про тебя?!.. Все подростки такие эгоцентричные, или только ты?       — А что тогда? — с хитрой улыбкой, быстро сменившей отчаянное выражение на лице, уставился на мужчину Пит. — Ну же, Кэп, колись. Ты про меня знаешь кучу всего, будет справедливо и мне что-то рассказать.       — Я просто… — капитан поджал губы и качнул головой. — Просто… хотел совета спросить. Про… всякое. Ладно, пойду я, Паркер, отдыхай.       — Нет-нет-нет-нет-нет! — оживлённо подскочил Питер. — Давай, колись, что за совет? Садись, не стесняйся, — кивнул он на край кровати.       Роджерс послушно присел, вздохнул и потёр лоб, подбирая подходящие выражения. Перспектива открыться мальчишке выглядела почему-то неожиданно привлекательной.       — Как объяснить… пожалуй, хотел спросить у него, как это у мужчин принято… ну, давать понять, что хотел бы большего, чем просто дружба. А то я вообще не понимаю, куда и как дальше двигаться, — впервые озвучил Стив ту мысль, что мучила его не первую неделю.       Питер уже открыл было рот для лихого комментария в своём обычном стиле, но покрытая трогательным румянцем гора мышц, сидящая, чуть ссутулившись, у него на кровати, заставила притормозить острый язык.       — Эх, я бы посоветовал чего-нибудь, Кэп, но, боюсь, в вашем случае не прокатят те же способы, что в Нью-Йоркских гей-клубах, — вздохнул Питер, занеся руки над широкой спиной капитана, чтобы по-дружески его потрепать, но в последний момент остановившись и сев обратно на бойскаутском расстоянии. — А чего Старк сказал?       — Да я не стал в итоге спрашивать, если честно. Что-то, знаешь, посмотрел на него и подумал, что он порекомендует напялить откровенную маечку и повесить блестящую цацку на шею, — хохотнул Стив.       Уши под кудрями мгновенно вспыхнули ярким цветом, а их обладатель потер большими пальцами ладони и как можно более спокойным тоном спросил:       — А почему ты думаешь, что это не сработает?..       — Потому что вы с Баки разные, Паркер, — цокнул он языком. — Да и чего он там не видел-то. Чуть ли не каждый день в одной раздевалке бываем.       — А ты все равно попробуй, Кэп, — улыбнулся Питер. — Одно дело — в раздевалке видеть то же самое, что все остальные. Но когда это специально для тебя… и красиво преподносится… это другое.       Стив скептически хмыкнул, упёрся руками в колени и встал.       — Ладно, подумаю об этом…       Ему очень хотелось высказаться по поводу давнишней ситуации со Старком, но, как это сделать, не нарушив данное тогда обещание, Стив не знал.       — И, знаешь ещё что, Пит, — обернулся он всё же от двери. — Очень наивно с твоей стороны думать, что у меня тогда был шанс.

***

      Следующий всплеск психоэмоциональной активности Питер назвал про себя «инцидент с футболками». И началось все буквально на ровном месте. Буквально с зашедшего в мастерскую Питера, ещё не стряхнувшего со щеки крошки утреннего круассана.       — Это не твоя футболка, — вместо приветствия отреагировал на его появление Старк.       — А? — рассеяно отозвался Паркер, отвлекаясь от своих размышлений. Сегодня запускался в работу первый модуль внесенных им изменений, и он объяснимо нервничал. — Ну да, не моя. У меня же здесь своих только две, а в город пока не съездить… я их по очереди стирал, а вчера забыл. Пожаловался Наташе, так она мне притащила что-то из гардероба Брюса. Говорит, у него обширные запасы.       Он поднял глаза от своих наработок и вздрогнул. По всегда спокойно-ироничному или отстранённо-сосредоточенному лицу мужчины сейчас блуждали отголоски почти не скрываемой тьмы, прорывающейся наружу в складках между бровями и подернутых вниз уголках губ.       — Там, — кивнул Старк в один из углов помещения. — Правая дверь. За ней гардеробная. Давно не пользовался, но наверняка что-то подходящее найдётся.       Питер непонимающе смотрел на него в попытке понять, шутит он или нет.       — Питер? Шкаф. Футболки. Иди и выбери семь штук, которые тебе по душе.       — Ты… эээ… ты серьезно?       — Или, если брезгуешь, я сейчас закажу тебе с Амазона оптом сразу сотню. Если не угадаю с размером — придётся носить, что дадут.       — Я-я-я… — Питер поднял брови. — Я выберу что-нибудь, хорошо. А почему именно семь? А если я восемь захочу?       — Да хоть все, — кивнул Старк, возвращаясь к работе. — Семь — это необходимый минимум.       За указанной дверью действительно обнаружилась небольшая гардеробная, по идеальным стопкам на полках которой можно было угадать, что пользуются ей редко: сам Старк не был склонен компульсивно поддерживать порядок, а горничные сюда вряд ли допускались. Поводив носом по рядам и подавив в себе приступ любопытства, Питер вытащил наугад стопку целиком, насчитав в ней около десятка футболок нейтральных оттенков от белого до светло-серого.       На секунду оторвавшись от монитора, Тони кивнул, когда вышедший из гардеробной Паркер продемонстрировал ему улов, и вновь вернулся к работе. Ненадолго. Минут на десять. А затем снова поднял глаза на Питера, явно пытаясь сдержаться, но безуспешно.       — Паркер… переоденься.       — Чего? — невинно похлопал на него глазами мальчишка, уже уловивший исходящий от Старка посыл, а теперь прикидывающийся дурачком.       — Переоденься, — односложно повторил Тони, продолжая ожидающе сверлить его взглядом.       — Прямо сейчас?       — Прямо сейчас.       Внутри мальчишки бил фонтан ликования, искрящиеся брызги которого он прятал за делано-покорным видом подчинённого, опасающегося ослушаться начальника-самодура. Он небрежно стянул футболку Брюса и подошёл к тумбе, на которую положил принесенную стопку. Можно было быстро надеть верхнюю, но Питер не отказал себе в удовольствии перебрать все, прежде чем вытащить случайным образом одну из середины, а затем медленно ее натянуть. Так и подмывало продолжить это представление разговором о штанах и белье, но парень сдержался. Ему начинало доставлять удовольствие это хождение у грани, без резких диких полетов далеко за неё, которые у них уже случались неоднократно. Оставлять что-то недосказанным. Останавливаться на этапе полунамеков. Играть не оглушительный рок, но лёгкий джаз.       — Так нормально? — невинно обернулся он на Старка.       — Нормально, — не поднимая головы, отозвался Старк. Если бы чуть раньше Питер не видел в отражении в стекле витрины, как жадно он следил за каждым движением его полураздетой фигуры, то мог бы и купиться на этот нейтральный тон.       Добивающий Питера аккорд грянул в один из внешне спокойных и расслабленных вечеров, когда они небольшой компанией смотрели какой-то дурацкий вестерн с картонными героями и бессмысленными диалогами. Не исключено, впрочем, что в них и был какой-то смысл: Питер перестал вникать в происходящее на экране с той самой минуты, как Старк в очередном обтягивающем наряде опустился в кресло напротив и открыл свой собственный сезон охоты. На одну-единственную добычу. Тому количеству взглядов, которым Пит оказался изрешечён, мог бы позавидовать любой бизон в сафари-парке. Мужчина беззастенчиво рассматривал его голые ноги в белых носках и новую серьгу в брови. Не обошёл вниманием просвечивающие через светлую футболку соски, невзначай облизнувшись при этом. Провожал взглядом каждую чипсину, что Питер отравлял в рот.       Парню казалось, что на него направлен луч микроволнового излучения, под которым он вскипал: медленно, но неотвратимо. Фильм досмотреть не удалось: картинка расплывалась перед глазами в неясное мельтешение, а смысл слов окончательно перестал просачиваться через плотную завесу возбуждения, опутавшую Питера со всех сторон. Казалось, ещё немного — и он сам перемахнёт в один прыжок через журнальный стол, оседлает этого наглого типа, будто случайно сейчас касающегося пальцами своего паха, и кончит от одного только запаха и прикосновения к желанному телу.       Отставив чипсы, Питер бесшумно улизнул, бросив короткий взгляд обратно от дверей. Его сигнал однозначно был пойман, но последует ли реакция? Так или иначе, но сейчас он уже был в душе в своей комнате, готовясь к решительным шагам. Под горячую руку попала бритва, и в этот раз Питер в каком-то нервном возбуждении сбрил со своего тела вообще всё, до чего смог дотянуться. Тщательно вытерся и вышел наружу, в глубине души надеясь, что и Старк тоже сделал свой ход и ждет его там. Но на кровати его ждали лишь скинутые по пути шорты и пара смятых подушек.       Пит измерил шагами комнату по каждому направлению.       Ну и ладно. Он все равно доведёт начатое до конца. Сейчас накинет на себя что-нибудь, заявится к мужчине и потребует отвечать за свои… за свои что? Взгляды? А было ли что-то, кроме них? Может, Питер сам насочинял себе все… хотя нет, не может быть: он же помнил, как Старк склонялся над ним с нескрываемым желанием в бездонными глазами — такое не сыграть, Питер отлично улавливал его пульс и его возбуждение тогда. И пусть до сих пор у него не было четкой уверенности в том, что Старку нужно от него нечто большее, чем просто секс, но уж его-то он обязан ему предоставить, после всех этих… рассматриваний.       Но почему именно Питер должен снова к нему идти? Если Старк за ним вроде как… ухаживает, то разве это не его задача — добиваться благосклонности у дверей спальни, а не ждать, пока объект интереса сам придёт, тёпленький, побритый и готовый на всё? Нет, не пойду, решил Питер. Или пойти? ведь так хочется… Десятки противоречивых мыслей и порывов вздымались вихрями в голове, поднимали пыль и обломки прежних страхов и обид, затуманивали вид и лишали окружающую реальность цельности. Присев на край кровати, парень откинулся назад, закрывая лицо руками. Сейчас он полежит, соберётся с мыслями, и тогда уже решит, как быть.       Бурлящее предвкушение томило Старка на медленном огне в отдельном котелке. Небо было свидетелем: он держался, как мог, стараясь не цеплять Паркера, но… Никогда Тони не считал себя фетишистом, которого привлекают отдельные элементы образа. С мальчишкой же все выходило именно так: на что бы ни падал взгляд, все казалось исполненным какого-то особого притяжения, все хотелось рассматривать — эти его ноги в носках, так похожих на гольфы, отчетливо выделяющиеся соски под тонкой тканью. Блестящий металл в брови, который хотелось ощутить под языком. Тонкие пальцы, с которых он небрежно слизывал крошки. С каждым днём Тони всё сильнее хотел получить это всё себе, в полное и безраздельное владение, и сегодня вновь не удержался в рамках приличного поведения.       Что иронично: параллельно с этим он не мог отключить голос сомнений, одолевающих его с завидной регулярностью. С тех пор, как они с Питером начали проводить бок о бок больше времени, он начал замечать то, что не выходило на первый план раньше.       В спокойной обстановке, когда они оба затихали, погрузившись глубоко в работу, с Питера иногда сползала привычная, приросшая к лицу маска непроницаемой самоуверенности, и из-под нее начинал проглядывать обычный подросток. Восемнадцати, блядь, лет. В круговерти их безумной жизни Тони забывал о том, насколько на самом деле молод Паркер. И теперь это пугало.       Что, если резко повзрослевшему под влиянием обстоятельств ребёнку нужно что-то совсем другое? Тони помнил, как мальчишка жался к нему в медблоке в поисках поддержки. Замечал, как живо он подставлялся под Наташину руку, когда та мимолётно трепала его по голове, сидя рядом. Как смеялся над мультиками, что смотрела Морган. Вдруг ему хочется просто немного тепла и участия, хотя бы какого-то суррогата семьи, которой он лишился, а вместо этого Старк втягивает его в отношения со взрослым мужиком? С чего он вообще так уверен, что даст Питеру именно то, что ему нужно? Что, если тягу к простому человеческому теплу Тони, сам того не желая, подменил сексом?..       Он резко встал и направился к выходу. Слишком много вопросов, слишком много сомнений. Они должны об этом поговорить, черт возьми, просто поговорить. Он достаточно уважает Питера, чтобы не принимать решение за них обоих, а дать ему возможность самому высказаться об их дальнейшей судьбе.       Шагая по пустынному коридору, Тони и сам до конца не понимал, было ли происходящее самообманом, способом договориться с собственной совестью, чтобы получить желаемое, или он действительно верил в то, что они только поговорят, и это вовсе не обязательно приведёт к тому, что он подомнёт под себя гибкое молодое тело, сводящее его с ума. Темная, запрятанная под слои сомнений часть его разума уже подкидывала варианты, как именно он сможет заставить Паркера выстонать свое имя, но он упрямо отгонял эти образы, пытаясь сосредоточиться на сознательности и ответственности. Если Питер не проявит инициативы, он найдёт в себе силы не подталкивать его в желаемом направлении.       На тихий стук отклика не последовало. Вероятно, парень в душе? Стоит ли Тони дождаться его внутри, или эти будет слишком провокационно? Нет, он должен соблюсти приличия.       — Пятница, Питер у себя? — отошёл он на пару метров от двери.       — Да, сэр. Мистер Паркер спит.