Hasta La Muerte

      С уничтожения Ока Ужаса прошла целая неделя. Для многих Гончих это был едва ли не самый тяжёлый виток со времён «Императива забвения». Целая неделя сложных рейдов в резервации и при этом столько же рейдов в мирные лагеря. Зато сейчас можно было вздохнуть спокойно: вся выявленная группировка Душ была либо уничтожена, либо отправлена в заточение. Каналы связи резерваций и внешних лагерей были отрезаны, а охранение усилено. Конечно, работы было ещё много, но начало было неплохим.        Орден мог позволить себе взять передышку и наконец отпраздновать уничтожение Ока.        С центральной площади звучала громкая рок-музыка, почти все рыцари танцевали там в непринуждённой атмосфере большого круга друзей. Дальше был запланирован грандиозный ужин, ради которого Филин сейчас корпел в столовой. Даже необщительный Шрам проникся атмосферой праздника и готовился к премьере своей последней разработки — военно-тактической настолки по мотивам «Трагедии Всадников».       Все радовались победе над старой бестией, которая в течение долгого времени была бельмом на глазу Ордена…       Почти все.       Магистр Гром — герой этого дня — как-то не чувствовал себя довольным. Сначала он бродил по вечернему пляжу, обдумывая произошедшее. Вроде всё закончилось хорошо: аномалия уничтожена, ренегат погиб, а Орден обзавёлся новым рекрутом. И всё равно неприятный червь сомнения грыз душу Стаса.       В конечном итоге, Гром вышел на пирс, решив немного посидеть у воды. Сняв ботинки, он сел на краю, опустил ноги в воду и стал смотреть за умиротворённой поверхностью озера. Воде было плевать как на переживания людей, так и на творящийся вокруг беспредел: она всегда была в состоянии равнодушного покоя. Это роднило её с правилами и кодексом Ордена — они были также равнодушно спокойны…       Стас вытащил из кармана сложенный в несколько раз листок бумаги и кусочек металла на цепочке. Армейский жетон и письмо — вещи, которые Волкодав вложил в карту, перед тем как вернуть её в той шахте. Гром уже прочитал его, но обдумывать написанное не хотел от слова совсем. В последние дни он слишком часто становился перед моральными дилеммами. Это начинало раздражать…        — Над чем задумался?        Вопрос вывел Магистра из раздумий, и он резко убрал письмо обратно, поворачиваясь назад. На пирсе стоял его брат.       Оверлорд, как и Стас, никогда не любил шумные вечеринки, из-за чего всегда покидал общие праздники одним из первых. Вот и сегодня он ушёл рано, решив немного прогуляться перед сном. Так он и нашёл Стаса.        Одет Рома был не в офицерскую форму Лебедя, а в повседневную одежду: старую армейскую футболку, поверх которой накинул расстёгнутый китель, брюки как у брата, а также простые берцы. Сегодня он был не Великим Магистром, а простым парнем.        — Да так, над всяким… — тихо ответил Стас, отворачиваясь обратно. Теперь ему было не только грустно, но и стыдно за последний разговор.       — Опять Волкодав?        — Типа того, — Стас не стал разубеждать брата в его неправоте, тем более, что этот засранец тут тоже был замешан.       — Понятно… — и всё равно Рома обо всём догадался. Отчасти ему самому было неловко за это. При всей своей необщительности и зацикленности на делах Ордена, надолго ссориться с братом Оверлорд не хотел. Не для того они мирились при основании Ордена. — Как насчёт блинчики покидать? Как раз отвлечёшься.       Из кармана Рома вытащил небольшой мешочек с камнями и подбросил их. Недолго подумав, Стас пожал плечами и поднялся на ноги, принимая предложение.        — Итак, что интересного расскажешь? — Гром снова пожал плечами, беря несколько плоских камней и разминаясь. Второй рукой он вытащил письмо и без лишних слов протянул его Роме. — Завещание и пожелание смерти?       — Так было бы проще.        Под равномерные звуки ударов камня о воду, Рома раскрыл письмо и сразу же обратил внимание на жетон.       «ВС России; М-246801» — Гласила надпись на жетоне.        С другой стороны номер был замазан какой-то шпаклей и уже на ней было выцарапано имя: Вячеслав Свиридов.       — Значит Вячеслав, — сухо сказал Рома, рассматривая такую редкость в Мире «Совёнка». После этого он раскрыл письмо и начал читать.         Ну здравствуй. Надеюсь, что читаешь ты это в добром здравии, а если нет — извини. План мой ты уже знаешь, и надеюсь, что понимаешь — иначе я не мог. К тому же, это развитие событий лучшее из возможных. Аномалия уничтожена, предатель погиб, а Орден провёл очередной образцовый поход. Жизнь одного ренегата — малая цена за такой успех.       Слушать твои сопли про «важность каждой жизни» не стану, и так уже мёртв. Уж прости старого морпеха за это.        Попрошу только одно: отдай мой жетон Моргане. Лагерь группы отмечен на карте. Не потеряешься. Да и вообще, поговори с ней — союзники Ордену всегда были нужны. Ну и да — если решишь убить их как моих пособников, то подари им бой, достойный Вальгаллы.       Hasta la muerte, командир.       С должным уважением, Волкодав — лейтенант морской пехоты Балтийского флота, Гончий отряда «Гибралтар» и рыцарь в изгнании.         — Занятно… — задумчиво сказал Оверлорд, складывая письмо обратно. Гром к тому моменту почти раскидал все камни, сумев добиться целых пяти «блинчиков». — Что думаешь?       — В том-то и проблема, что ничего. По Кодексу я должен уничтожить эту девушку как пособницу преступника, — на лице Стаса промелькнула грустная ухмылка, а очередной камешек погрузился на дно уже после третьего «блинчика».        — А что тебе говорит сердце?       Стас задумался. Про сердце любила напоминать Луна. После её смерти Гром настолько погрузился в борьбу с бестиями, что даже забыл про то, что этот орган у него ещё был. Так было проще…       — Ничего. Оно молчит с самого ухода Луны.       —Врё-ё-ё-ёшь, — после недолгого молчания протянул Рома, буквально смакуя это слово. — Если бы оно молчало, то сейчас бы ты здесь не сидел.       Стас вздохнул. Он устал уже от этого, но вот только чувство никак не уходило.        — Задолбали моральные дилеммы — я сюда шёл морды негодяям бить, а не башкой думать.        — Как бы банально это ни звучало, но сейчас ты должен простить себя. И первым шагом на этом пути может стать последняя воля Волкодава, — Рома взял один из камней и в завершение своей мысли сделал бросок. Пять блинчиков — неплохой результат без разминки.       — Возможно, но скажи честно: кто ты такой и что сделал с моим братом? — хмыкнул Стас, выжимая из себя натянутую улыбку. Делать это естественно у него уже не получалось, да и смысла притворяться перед Ромой не было.        — Не смешно.       — И не думал смеяться. Тебе напомнить официальную версию уничтожения этого «очка ужаса»?        — Не стоит. Тем не менее Волкодав отдал жизнь, выполняя свой рыцарский долг. Разве это недостойно уважения?       — К э-зэ юзеру? — с издёвкой спросил Гром, на что Оверлорд потупил взгляд. — Скорее бестии переведутся, чем Орден это примет.       Кодекс запрещал использование энергии зла в любом виде, и подобное нарушение для любого рыцаря в лучшем случае закончилось бы изгнанием. В худшем — смертью от рук своих братьев.       — А я и не говорю об Ордене в целом. Достаточно всего двух братьев, — в глазах Романа промелькнула хитрая искра.       Стаса это сильно удивило. Чтобы Оверлорд, офицер до мозга костей, предлагал прикрыть глаза на правила… Такое могло произойти только в одном случае — в горячечном бреду…        — Возможно, я понимаю, к чему ты клонишь. И всё же признавайся, доппельгангер, куда моего брата спрятал, — в этот раз Гром обошёлся без усмешки.       — Ты неисправимый долбаёб… — Оверлорд устало вздохнул, а Гром негромко засмеялся. Уж очень нравилось ему подбешивать брата — сколько ни мирись, а всё равно это было забавно. — Ты реально считаешь, что я настолько повёрнут на правилах?       — А типа нет?       — С тем же успехом я могу сказать, что ты — конченый раздолбай.       — Опять же: а типа нет? — Гром улыбнулся шире, подчёркивая абсурдность слов брата.       — Ты понял суть… — устало ответил Рома, бросая последний камешек. После этого он вернул письмо брату и задумчиво прикусил нижнюю губу. — Ладно, мою точку зрения ты услышал. Подумай над этим, а я пойду. И да, хотя бы покажись на площади, а то Выдра расстроится.        С этими словами Рома убрал руки в карманы и ушёл куда-то в сторону администрации, тихо насвистывая себе под нос. Стас ещё некоторое время смотрел ему вслед, а затем повернулся обратно к воде.        От тихой тёмно-синей глади отражался лунный свет, а лёгкая дымка от остывающей воды прибавляла пейзажу некой сказочности. Красивый вид и красивое начало «новой жизни».       — А ведь в чём-то он прав. Да, Луна?        Вдалеке поднялся ветер, зашелестела листва, по воде пошла лёгкая рябь.        — Действительно, ты бы сказала так же…        Ещё немного полюбовавшись видом, Гром поднялся и не спеша пошёл на площадь. Не хотел он расстраивать ребёнка таким пустяком… 

***

      Солнечные лучи занимательными бликами танцевали в окне, от чая на столе шёл едва заметный пар. Пахло мятой и лимонами — хороший запах, который напоминал Грому о его комнате в общежитии. Там также постоянно пахло мятой из-за частых чаепитий с другими курсантами.        И всё равно было не по себе — Стас прямо чувствовал неправильность происходящего, и даже чай с травами не мог этого изменить. Не каждый день он спокойно пьёт чай в домике того, кто недавно пытался его убить…        Дверь открылась, и в домик зашла невысокая девушка с рыжими волосами, сплетенными в косу. Моргана выглядела моложе большинства девушек «Совёнка», но всё же старше Выдры. Яркие волосы, смуглая кожа и почти полностью белые глаза выделяли её среди большинства Душ. Навыков ведения боя ей также было не занимать — при таком учителе как Волкодав иного и быть не могло.        — Простите за ожидание, — нарочито вежливо начала Моргана, садясь за стол напротив Магистра. — Купер опять нарвался на ранение, а в медицине здесь разбираюсь только я.        — Ничего страшного. И давай на ты, ситуация и без того неловкая.        Моргана кивнула, пододвигая поближе к гостю тарелку с пряниками. Её чай уже успел немного остыть, и Моргана осторожно сделала несколько глотков.       — Твои глаза… — начал было Гром, но остановился, когда поймал на себе взгляд Морганы. Было в нём что-то от взгляда мертвецов из фильмов, — … выглядят необычно.       — Знаю, мне об этом все говорят, — с невинной улыбкой сказала Моргана, убирая ресничку, попавшую ей в глаз. — Катаракта. Раньше помогали капли, но в «Совёнке» приходится жить с тем, что есть.        — И как ты видишь? Это не мешает сражаться?        — Вижу всё размыто, словно через запотевшие стёкла, — Моргана перестала улыбаться, делая новый глоток чая. Примерно то же самое у неё при знакомстве спрашивал и Волкодав… — Конечно, это мешает, но я уже привыкла. К тому же, меня всегда прикрывают верные товарищи.        — Понятно.        Повисла тишина. Моргана явно понимала, что Гром пришёл сюда не просто так, но пока молчала. Стас же не хотел переходить к делам защиты «Совёнка». Зачем торопить события, тем более когда при одном из вариантов им пришлось бы убить друг друга?       — И всё же ты пришёл сюда не о моих глазах поговорить.       — Да… — Стас вытащил из кармана завёрнутый в бумагу жетон и положил его на стол. Моргана осторожно взяла свёрток и начала его разворачивать. — Он хотел, чтобы это было у тебя.        Моргана тихо всхлипнула, когда увидела небольшую металлическую пластинку с личным номером. Она сжала жетон в кулаке и тихо прошептала:       — Идиот… — Моргана всхлипнула, из-за чего Гром почувствовал себя полной сволочью. Легко убивать врагов, не видя последствий своих действий, а вот с ними грань между добром и злом стиралась. Даже после смерти Волкодав продолжал их «борьбу идеологий». — Говорила ведь, что ему нельзя так рисковать. Он умер достойно?       — Да. Он выполнил свою задачу и спас «Совёнок» от очень опасной твари. Я бы сказал, что он умер как герой.       — Значит, хорошо… — Моргана уверенно стёрла слезу с щеки и положила жетон рядом с собой. — Спасибо, что рассказал.        В этих мёртвых глазах сложно было рассмотреть хоть какие-то эмоции, но сейчас в них отчётливо читалась грусть.          — Он нашёл меня когда наш лагерь уничтожали Всадники, — начала Моргана, одной рукой теребя косу в попытке отвлечься. — До сих пор помню, как прощалась с жизнью, и тут появляется он… Он тогда был ранен после битвы с очередной бестией и сильно рисковал. Еле выходила его тогда. А я ведь совсем девчонкой была: от одного только вида крови рыдала навзничь. И ведь смогла же тогда выходить его, не струсила…       — Так уж устроен этот мир: ты либо становишься сильнее, либо умираешь, — хмуро добавил Стас, делая глоток чая. Моргана улыбнулась, беря в ладонь пряник.        — Волкодав говорил так же, — сказала Моргана, переломив сладость на две половинки. Несколько крошек упали на стол, а она стала гонять их пальцем. — И я стала сильнее. А сейчас думаю, ушёл бы он, если бы я осталась такой же как при нашей первой встрече?      Вопрос был интересным. Таким же задавался и Стас: как бы сейчас жила Луна, если бы не встретила его. И ответ на него был сложен…       — И к какому ответу склоняешься? — спросил Гром, оттягивая другой неизбежный вопрос. Моргана задумалась. Она провела пальцами по холодной поверхности жетона и после этого сказала:       — Наверное, к тому, что да. Он был упёрт в вопросах, в которых считал себя правым, — она осторожно обмотала цепочку на сам жетон и положила его на стол. — В любом случае я рада, что он обрёл покой. Спасибо, что выслушал.       — Тебе спасибо. Кажется, я понял нашего общего знакомого чуть лучше.       Снова Гром замолчал. Моргана улыбнулась, глядя на нерешительность своего гостя. Тогда она начала первой, взяв ситуацию в свои руки:       — И что теперь? — тихо спросила Моргана, ясно понимая, что от ответа на этот вопрос зависит её жизнь…        — Не знаю. Вроде я должен уничтожить вас за вскрытие опасной аномалии, нападению на союзников Ордена, а также за использование энергии зла, — с тихой усмешкой сказал Гром, а потом пожал плечами. Ему это не казалось правильным решением. Быть может, потом он и пожалеет, что прислушался к сердцу, но это будет ещё не скоро.        — Но?       — Но почему-то не хочу. Но и оставить всё как есть не могу. Может, у тебя есть идеи?       — Мы можем быть союзниками, — после недолгого молчания сказала Моргана. — У нас общая цель — защита «Совёнка», а что касается энергии зла… Даже в «Корпусе Наблюдателей» её используют, но там это проблемой Орден не считает. Тем более что единственным пользователем энергии зла у нас был сам Волкодав. Что скажешь на это?       — Это… интересное предложение. Мне стоит обсудить его с Великим Магистром, — с улыбкой сказал Стас, делая новый глоток чая.       Эта улыбка отразилась на лице Морганы, а в белых глазах промелькнули слезинки счастья. Они будут жить дальше…       — Понимаю. Тогда давай просто насладимся чаем…