Немерено

Ты слышишь? Вдали летит ночная птица. Ее любовь к лесу безгранична. Мацуо Басё

      Ночь опустилась на деревню сильным ливнем. Гроза грохотала, сверкая молнией, рассекала темное небо. Деревья качались. По окнам били тяжелые капли. Все это было там, за стенами теплого дома, в котором звук потрескивающих дров раздавался, заполняя чистое жилище уютом.       Девушка сидела спиной к дверному проему. Заваривая чай, она вспоминала о прошлом, о госпоже Кинуе, о наставнице Сумико.. Дождь всегда навевал на нее воспоминания. Легонько вздрогнув от резкого порыва прохладного ветра, Мэй, не оборачиваясь, сказала: —Ты наконец пришел,—поставила чашку на низенький стол и встала с пола,—не замерз? —Как услышала, мнительная?—улыбнулся Кадзу, снимая мокрое кимоно,— Я почти не шумел. —«Почти» не считается,—повернувшись к мужчине, сказала девушка,—давай, помогу. Я налила тебе воду. Ты весь продрог, тебе лучше пойти в офуро, если заболеешь, Чонган изведет нас обоих. —Заботливая, все ты знаешь. Небось, и чай уже заварила правильно?—ухмыльнулся Кадзу, оставаясь практически обнаженным. Мэй не ошиблась, он был весь холодный и мокрый. —И чай заварила, и постель постелила. Только вот,—она оглядела его с ног до головы,—если ты таким грязным в постель ляжешь..       Мужчина тихо засмеялся и погладил легонько девушку по щеке. —Красивая,—выдохнул он,—я скучал. —Ты весь день провозился с Сатоши и Масамуне. Я тоже скучала. Очень,—улыбнулась на жест ниндзя кицунэ,—Иди мыться, я скоро прийду. Чаю нужно настояться, а тебе согреться. —Хорошо,—согласился синоби, и скрылся в ванной.

***

      Мэй, оставив чай на столе и собрав мокрые и грязные вещи, понесла их в общую корзину для грязного белья.       Застала она Кадзу в горячей воде. Двигалась кицунэ бесшумно, у нее был хороший учитель все-таки. Мужчина нежился, прикрыв глаз. На его лице читалось спокойствие и умиротворение. Вроде бы он задремал. Гейша аккуратно сложила грязную одежду в деревянную корзину, и, отвернувшись, снимая с себя кимоно, почувствовала на себе взгляд колких и злых глаз. —Ты пришла,—вздохнул Кадзу.       Мэй молча сняла с себя нижний слой одежды, аккуратно опустилась в бочку к синоби. Горячая вода заставила тело обмякнуть и расслабиться. Ниндзя то и дело скользил взглядом по отточеным ключицам, аккуратной груди, заставляя девушку внутренне вздрагивать. Кадзу притянул девушку к себе, увлекая в мокрый, очень неуместный для гейши поцелуй. Вода потихоньку остывала, а разгоряченные тела так и норовили соприкоснуться везде, где только можно.       Умелые руки мужчины скользили по телу девушки, вызывая мурашки и заставляя Мэй краснеть. Рука Кадзу скользнула вниз по животу, пока вторая сжимала упругую девичью ягодицу, прижимая ближе к себе. Пальцы ниндзя раздвинули мягкие складки и нащупали клитор. От этого жеста, бывшая майко могла лишь простонать в поцелуй.       Когда в бочке стало совсем тесно, молодая пара, почти не разрывая поцелуй, вылезла из офуро. Резкие объятия заставили Мэй закинуть ноги на таз Кадзу, прижимаясь промежностью к разгоряченному члену, на который у кицунэ были сегодня особые планы. Мужчина понес девушку в спальню. Выход на террасу был открыт, звук дождя должен был убаюкивать, но только не сейчас. Мэй перевернулась и нависла над синоби. —Что ты задумала, игривая?—усмехнулся Кадзу, чувствуя тонкие женские пальцы на набухшей головке.       Мэй прищурилась, усмехнувшись, проигнорировав вопрос. Спустившись ниже, она устроилась у ног мужчины, стимулируя орган рукой. Слушая рваные вздохи, девушка коснулась губами головки. —Страстная, постой,—только и мог выдохнуть Кадзу, когда кицунэ вобрала весь член в себя. Ниндзя откинул голову назад, закусив нижнюю губу. Тихий стон все же сорвался, смешавшись с рваным вдохом.       Мэй чувствовала, да что там чувствовала, знала, что у ее мужчины от этого рвет крышу. Она ускорила темп, пошло хлюпая и помогая себе рукой. Если бы об этом знала ее наставница, госпожа Сумико, то девушку сейчас она лично бы утащила на тот свет. Но разве важно сейчас это, когда твой парень сейчас думает о том, как бы не захлебнуться в собственных стонах?       На голову Мэй опустилась рука Кадзу, аккуратно схватив за волосы и рефлекторно ускоряя темп. Вбирая в себя член все быстрее, гейша иногда проходилась языком по набухшим от возбуждения венкам. Этот жест вызывал особенно сильное сжатие волос на затылке девушки. Кицунэ поймала себя на мысли, что ей очень приятно это делать, но только для него, только для ее Кадзу. Хотя, других мужчин у нее, по правде, и не было.       Резко мужчина потянул девушку за волосы вверх. —Нельзя,—тяжело дыша сказал он. —Мне никто не запретит,—ухмыльнулась девушка и, выпутавшись из хватки, она опустилась к пульсирующему члену, ускорив темп, чувствуя, как оргазм подкатывает волной. Кадзу тихо застонал и кончил прямо в рот девушке. Не подобает этикету, не подобает вообще ничему, но ей никто не помешает проглотить семя любимого мужчины, пока того пробивает мелкая дрожь от того, что его Мэй с ним такое вытворила. Довела взрослого мужчину до дрожжи в пальцах, до закатанных глаз. Нет, так не пойдет. Ее он за это сильно поблагодарит.       Прошло менее минуты до того, как Кадзу резко перевернул подтянувшуюся к нему девушку на спину. Мэй только и успела глотнуть воды, стоявшей на тумбе, немного разбавив вкус спермы. Ниндзя поцеловал до жути неприлично, языком проникая в рот девушки, которая так страстно делала ему приятно. Что ж, теперь его черед ублажить девушку. В голове куча непристойных мыслей, рука мужчины стимулировала клитор девушки, иногда шаловливые пальцы проникали во влагалище гейши, заставляя ту вздрогнуть и прижаться к парню еще сильнее.       Кадзу вошел резко, заведя запястья Мэй к изголовью кровати. Вдыхая запах разгоряченного тела, мужчина прижал к себе девушку за поясницу второй рукой. —Красивая,—хрипло сказал он, целуя ямку ключицы,—родная,—вбирая в рот розовый набухший сосок,—Моя.       Опять неприличный поцелуй в губы. Их языки сплелись в танце, пока девушка в такт двигала бедрами навстречу. Ее буквально втрахивали в кровать, от чего хотелось кричать, но она лишь громко стонала имя «Кадзу», молясь, чтобы ее от любви и возбуждения не разорвало на части. Такой холодный и отстраненный мужчина с остальными, и такой горячий, чувственный, нежный с ней. Только с ней. Не мог он такое делать с другими. А она в ответ лишь шептала слова «люблю, люблю..». —Любимая,—отпуская запястья девушки, простонал Кадзу, обильно изливаясь в девушку. Она кончила вместе с ним, трясущееся тело говорило за нее, что оргазм накрыл ее с головой. Эйфория накрыла обоих.       Кадзу лег рядом с девушкой, чувствуя рваное дыхание Мэй. В голове летали обрывки фраз «люблю..». Притянув к себе девушку, он крепко ее обнял, зарывшись носом в черные мягкие волосы. На это, кицунэ положила ему руку на грудь, прижимаясь к ней. —Нежня,—сказал мужчина,—точно околдовала меня.       Гейша тихо рассмеялась, чувствуя, как ее накрывают одеялом, чтобы не замерзла. —Спи, трепетная,—со всей любовью и нежностью произнес Кадзу. —Я люблю тебя,—успела лишь сказать девушка, проваливаясь в сон.       Дождь скоро закончился. Утро их встретило ясным, как их чувства.