Тысяча шагов, миллион молитв

      Аромат цветов наполнил воздух. Пряный, цветочный аромат с гвоздичными нотками, пикантный, яркий и живой. Он вихрился на летнем ветру, неся с собой стрекотание цикад, шелест листвы и тепло полуденного солнца.       К симфонии чувств присоединился звук шагов. Поднявшись на последнюю ступеньку, молодой человек откинул с глаз длинную черную челку и с облегчением вздохнул. Он с нежностью смотрел на святилище Ишигами. Храм всегда был прекрасен: территория тщательно ухожена, само здание сияет, как новое. Владельцы храма, видимо, испытывали радость от своей работы. Поэтому юноша предпочитал это святилище другим, хотя сегодня он впервые участвовал в ритуале.       Юноша поправил рукава пиджака, идя по каменной дорожке к небольшому деревянному зданию. Деревья по обеим сторонам дорожки были полны пышной зеленой листвы, а ветер, шевелящийся среди деревьев, наполнял воздух своей музыкой.       В поле зрения не было ни одного человека, на что молодой человек очень рассчитывал. Как неловко, подумал он, подниматься по тысяче ступенек в разгар лета, да еще в номере люкс, только для того, чтобы помолиться о маленькой удаче.       Стоя перед ящиком для пожертвований, он приостановился. Он заглянул в щели и увидел остатки прошлых подношений. Монет было много, бумажных денег тоже, но он заметил небольшую защелку, которая позволяла при желании оставлять более крупные подношения, например, упаковки жареного тофу и бутылки с алкоголем, которые он увидел внутри.       Переведя взгляд вверх, он увидел толстую плетеную веревку. Глаза молодого человека расширились от удивления, он отложил портфель и потянулся к толстой косе.       Бонг...       Бонг...       Он хлопнул в ладоши.       — Ками-сама... — пробормотал он, глядя на ветер, который трепал его челку. — Я молюсь об удаче на прослушивании и о многих успешных выступлениях...       Ветер принял его молитву.       Вздохнув, он расслабил плечи и открыл глаза, глядя сквозь стеклянное полотно маленьких дверей святилища. Он увидел священный предмет: красный драгоценный камень размером с бейсбольный мяч, аккуратно уложенный на зеленую подушечку. Глядя на его сияющую поверхность, он улыбнулся, хотя сам этого не осознавал.       — Хех! — короткий смешок заставил мужчину чуть не выпрыгнуть из кожи. Он сделал шаг назад, повернув голову в сторону источника звука. Справа от него на настиле святилища сидел старшеклассник. Он сидел, закинув одну ногу на край, а другую согнув, чтобы дать отдых руке, державшей книгу. Его волосы были завязаны в хвост, две прядки болтались перед лицом, а красные глаза не отрывались от книги, продолжая хихикать, казалось, ни над чем.       — Где ты...? — он оглядел пустой двор святилища. Вокруг никого не было, ни намека на другую душу. Старшеклассник продолжал смеяться, заставив юношу сузить глаза. — И что же такого смешного?       — Ничего, ничего. — махнул рукой старшеклассник.       Другой знал, что он лжет, но оставаться и выставлять себя на посмешище перед каким-то мальчишкой не было никакой причины. Он подхватил портфель и повернулся, чтобы уйти...       — Для чего ты прослушиваешься?       Молодой человек остановился.       Не может быть, чтобы этот ребенок его услышал... ведь так?       Он медленно повернулся к ребенку, который наконец оторвал взгляд от книги и весело ухмыльнулся.       Ну и сопляк.       Юноша ответил ему лукавой улыбкой. Он склонился в поясном поклоне, вывернув перед собой руку. По щелчку запястья в его руке появилась гвоздика.       Пряная. Свежая. Яркая и живая.       — Меня можно назвать менталистом. — его серые глаза светились уверенностью. Он протянул цветок школьнику.       Нос младшего школьника дернулся. Он снова уткнулся носом в книгу. — Каким же ты должен быть менталистом, чтобы просить помощи у Богов. Я имею в виду, что если ты действительно чего-то хочешь, то приложи к этому усилия.       — Конечно. — менталист выпрямился, аккуратно убирая гвоздику обратно в рукав. Нет смысла тратить ее впустую, не так ли? — Но я считаю, что лучше предусмотреть все возможные варианты. Мне бы не хотелось потом думать, что я не попробовал все, чтобы получить желаемое.       Он наблюдал, как уголок рта мальчишки дернулся. — Это один из вариантов. Может быть, Бог этой святыни будет тем последним кусочком, которого тебе не хватало, чтобы добиться успеха?       — Хмм. — усмехнулся менталист, за его серыми глазами пряталось веселье. — В таком случае, если ты увидишь имя Асагири Гена в мигающих огнях, ты поймешь, насколько это было стоящим решением.       Забава младшего угасла, сменившись легким раздражением, и он махнул рукой. — Ага, буду иметь в виду.       Асагири Ген выпятил губу. — Как подло! А ведь ты мог стать моим первым поклонником...       Старшеклассник хмыкнул, закатив глаза и перевернув страницу своей книги. Ген удовлетворился этим и повернулся, чтобы сделать тысячу шагов назад к цивилизации.       Ген недолго размышлял о том, сколько лет должно быть этому мальчику, чтобы читать книгу по квантовой механике.

***

      В следующий раз, когда Ген посетил святилище, он старался не упускать из виду мальчика-старшеклассника.       Долго искать не пришлось. Он уже был там, сидел чуть в стороне от ложа святилища. Поза его была несколько иной: голова лениво откинута в сторону, брови сведены вместе в сосредоточенности.       Ген постарался не обращать на него внимания, подойдя к святыне и позвонив в колокольчик.       Бонг...       Бонг...       Ген глубоко вздохнул и хлопнул в ладоши. — Спасибо за успешное прослушивание!       Ген ничуть не удивился ухмылке, которую он уловил краем глаза.       — Тебе все равно придется приложить усилия, если ты хочешь стать знаменитым.       Ген вздохнул, повернулся к мальчику, положив руку на бедро и переместив свой вес в сторону. — Зачем ты вообще здесь, если не веришь в Богов?       Мальчик закатил глаза. — Здесь обычно тихо.       Ген покачал головой. Он снова повернулся к ящику для подношений и открыл крышку. Это привлекло внимание мальчика. Он выжидающе смотрел, как Ген достает из бумажного пакета бутылку и аккуратно ставит ее в ящик. Он закрыл крышку, заметив, что мальчик смотрит на него, и на его лице появилась ухмылка. — Поищи мое имя, ладно?       Мальчик отвернулся, снова уткнувшись носом в книгу. — Я даже не помню его.       — Значит... — Ген взмахнул запястьем и достал маленький цветок.       Еще одна гвоздика.       Нос мальчика дернулся.       Ген оставил цветок в ящике святилища, а затем повернулся, чтобы уйти.       Когда он спускался по лестнице, старшеклассник поднял свои красные глаза от слов в книге. Самодовольный смех наполнил воздух. — Асагири Ген, да?       От ветра пахло пряностями, гвоздикой - ярко и живо.       Запах пришелся ему по душе.