Тайный шифр неверных лордов

      Шэнь Цинцю расхаживал по бамбуковой хижине, прикрывая лицо веером. Он был раздражён, хоть и старался скрыть это. А в центре комнаты с виноватым видом сидел Бинхэ, сложив руки на коленях, и изо всех сил пытался не зареветь. Увидев это, Цинцю проговорил: — Не веди себя, как пятилетка. Я тебе уже всё объяснил! — Всё равно! — Бинхэ подхватился и всхлипнул. — Я не хочу их приглашать… — А я хочу, — возразил Шэнь Цинцю. — Бинхэ, мне и правда надоело. Сам подумай: мы с тобой давно никуда не ходим, ты постоянно меня ко всем ревнуешь, а даже если и выбираемся изредка куда-то, то я чувствую себя, словно на поводке! — Но я же не виноват, что шицзунь такой привлекательный, — Ло Бинхэ шмыгнул носом. — И на него смотрят другие мужчины… — Предлагаешь провести время с женщинами? — Нет! — к этому моменту полудемон уже готов был затопить хижину в слезах. — Ну, вот… Мы позовём в гости Шан Цинхуа и Мобэй-цзюня. В конце концов, так и одичать недолго, без нормального человеческого общения! — Шэнь Цинцю сложил веер и подошёл к мужу. — А когда гости уйдут, я тебя отблагодарю. — Шицзунь! — Бинхэ радостно подскочил, едва не сломав учителя в своих объятиях.       Цинцю поручил Бинхэ пригласить Мобэй-цзюня, а сам отправился на пик Аньдин, чтобы позвать в гости братца-Самолёта. Шан Цинхуа с радостью принял предложение, к тому же, братец-Огурец прозрачно намекнул, что пить они будут вовсе не чай. Условились встретиться завтра вечером.       И если у двух людей всё прошло гладко, то у демонов разговор получился довольно странный. Мобэй с застывшим лицом слушал сбивчивый рассказ Бинхэ и никак не мог понять, что от него хотят. — Зачем звать в гости тех, кому не рад? — спросил Мобэй-цзюнь. — Шицзунь этого хочет, — расстроенно проговорил Бинхэ. — Так что завтра вечером бери Шан Цинхуа и иди к нам домой.       Демон только плечами пожал. Ладно, раз надо, значит, надо. Хоть он и не представлял, что будет делать в гостях со своим помощником, повелителем и его мужем. Он даже сейчас понимал, что это всё пройдёт максимально неловко. — Почему именно с ним? — задумался Мобэй. — Что? — переспросил Ло Бинхэ. — Почему я должен идти с Цинхуа? — Не знаю. — Бинхэ помолчал и добавил: — Наверное, для количества. Чтобы было два демона и два человека? — А я думал, чтобы было две пары. — А вы?.. — Ло Бинхэ не стал задавать вопрос, увидев, как странно смотрит на него подчинённый. — В общем, увидимся завтра вечером, — пробормотал он и оставил Мобэя одного.       Прошли сутки. Шэнь Цинцю подготовился основательно: заставил Бинхэ сделать уборку и приготовить закуски, пока сам он спускался с горы за вином. Скрывая за веером улыбку, выдававшую предвкушение, Цинцю уселся за стол в центре комнаты. Бинхэ тоже предвкушал, вот только не приход гостей и распитие алкоголя, а то, что шицзунь пообещал ему после.       Вскоре раздался стук в двери. Шэнь Цинцю глянул на Ло Бинхэ и кивнул, намекая, чтобы тот открыл. Вздохнув, Бинхэ пошёл встречать Мобэя и Цинхуа. — Добрый вечер, хе-хе, — Шан Цинхуа посмеивался, пытаясь заглянуть через плечо враждебно настроенного Ло Бинхэ. Рядом с ним стоял Мобэй-цзюнь, и на его лице было написано, что он по-прежнему не понимал, что происходит.       Братец-Самолёт попытался пройти в помещение, но Бинхэ всё так же стоял на месте. Цинхуа радостно заговорил: — А мы к вам так спешили, что с пустыми руками… — Ло Бинхэ едва не закрыл двери у него перед носом, однако Шан Цинхуа указал на Мобэя: — …чуть не пришли!       Демон, до этого державший руку за спиной, протянул Бинхэ два связанных между собой кувшина вина на верёвке. — Бинхэ! — Шэнь Цинцю прикрикнул на мужа. — Не заставляй гостей стоять на пороге.       Ослушаться учителя Ло Бинхэ не мог и всё-таки пропустил их. Бинхэ устроился рядом с Цинцю, а Мобэй и Цинхуа напротив них. Они налили друг другу вино и выпили, но атмосфера разрядилась не сразу. Братец-Самолёт, конечно, пытался это исправить и постоянно болтал, пытаясь заполнить неловкие паузы, а братец-Огурец поддакивал ему, в итоге получалось так, что говорил в основном один Цинхуа, причём о всякой ерунде.       Демоны молчали, они оба вообще не представляли, о чём можно беседовать друг с другом в неформальной обстановке. Обычно Бинхэ и Мобэй говорили кратко и только по делу. Повелитель демонов отдавал распоряжения, а Мобэй выполнял их. Они даже не были друзьями, если бы Шэнь Юань, например, говорил о них современным языком, то назвал бы их начальником и подчинённым.       Вечер спас избыток вина, поэтому они выпили ещё немного, и ещё немного, потом снова повторили… Постепенно языки развязались у всех, даже у обычно молчаливого Мобэй-цзюня, который начал вставлять в разговор редкие и короткие реплики.       Ло Бинхэ тоже немного расслабился. Глядя на довольного шицзуня, он подумал, что, может, и правда стоит время от времени выбираться в гости или звать их к себе. Ну, не всех подряд, конечно. Вот Лю Цингэ или главу Юэ Бинхэ никогда бы не позвал… Особенно Лю Цингэ! Полудемон чувствовал, что этот человек неровно дышит к учителю. А вот Шэнь Цинцю, конечно же, ничего не замечал. Да что там говорить, он и чувства Бинхэ распознал ой как поздно…       Погрузившись в свои мысли, Ло Бинхэ не заметил, что Цинцю и Цинхуа начали шушукаться. Когда Бинхэ всё-таки посмотрел на мужа, то увидел, что тот почти перегнулся через стол и полушёпотом объясняет что-то лорду пика Аньдин, прикрываясь веером.       Бинхэ чуть не подавился кусочком жареного лотоса. Чего это они там секретничают? Он посмотрел на Мобэя, делая ему знаки бровями. Демон лишь пожал плечами и икнул. Похоже, он совсем опьянел. Тогда Ло Бинхэ пошевелил бровями активнее, глядя то на Цинхуа и Цинцю, то снова на демона. Однако Мобэй-цзюнь лишь удивлённо посмотрел на Бинхэ, неверно истолковав его заигрывания. Полудемон увидел, что Мобэй его не понял. — Шицзунь, — обиженно проговорил Ло Бинхэ, потянув Цинцю за рукав. — Н-не лезь, к-когда взрослые разговаривают! — Шэнь Цинцю пытался сделать строгую и поучительную интонацию, но его язык уже сильно заплетался. Он снова обратился к Цинхуа, перейдя на чинглиш: — А хорошо ты в тот раз придумал, они нас и не поймут! — Точно, точно, — Шан Цинхуа поддержал его, решив, что поговорить на чинглише будет хорошей идеей. — Кто делал эти жареные лотосы? — Он, — ответил Цинцю, подразумевая Бинхэ. — Как мне это надоело! Сейчас бы пиццу, — мечтательно проговорил братец-Самолёт. — И гамбургер, — добавил братец-Огурец. — И картошечку фри с курочкой из KFC, — вздохнул Цинхуа.       Ло Бинхэ закипал от гнева. Ещё немного — и у него на лбу начнёт светиться демоническая метка. Он не понимал, что эти двое обсуждают, и пьяный мозг начал придумывать самые разные сценарии. Начиная с того, что учитель обсуждает с другим лордом их весенние игры в постели, и заканчивая тем, что эти двое испытывают друг к другу симпатию и договариваются о тайной встрече.       Бинхэ понял, что ему нужен союзник. Кроме Мобэя, никого подходящего, конечно же, не нашлось. «Хорошо, пускай эти двое обсуждают, что угодно! Сейчас я тоже заставлю его поревновать», — подумал Ло Бинхэ и встал со своего места, чтобы пересесть ближе к Мобэй-цзюню. Может, если погрузить Мобэя в более романтичную компанию, шицзунь заметит это и наконец обратит внимание на Бинхэ?..       Но, взглянув на него, Бинхэ как-то передумал делать вид, что пристаёт к демону. Хоть пьяный Мобэй и смотрел сейчас на повелителя стеклянными глазами, но навряд ли понял бы поползновения Бинхэ в свою сторону. Так и до драки может дойти, и тогда прощай, бамбуковая хижина! Конечно, он мог и приказать демону подыграть, но что-то не хотелось. Ну, всё-таки не был способен Ло Бинхэ даже ради благой цели заигрывать с другим мужчиной. Так что вместо этого Бинхэ наклонился к уху Мобэя и спросил: — Что это за язык? Про что они говорят? — Не знаю, — ответил демон. — Цинхуа и раньше иногда говорил такие слова, я даже внимания не обращал. — Вот! — Бинхэ чуть не стукнул рукой по столу, но из-за опьянения у него нарушилась координация движений, и вместо стола он попал по ляжке Мобэя, шлёпнув его со всей дури. — Вот. Что и требовалось доказать. — Что? — Из-за боли в бедре демон поморщился. — Твой помощник что-то замышляет против тебя, — прошептал Бинхэ. — Это вряд ли, — тихо ответил Мобэй-цзюнь. — Ты должен проследить за ним и узнать, что это за язык. Это приказ, — Ло Бинхэ угрожающе поднял палец вверх, глядя на Мобэя окосевшим от вина взглядом. — Прослежу. — Даже в таком состоянии демон не мог ослушаться своего повелителя.       После того как Мобэй-цзюнь и Шан Цинхуа ушли, Бинхэ не мог найти себе места. Ему очень хотелось спросить у Цинцю, что это за странный язык и о чём тот говорил с другим лордом. Но как только полудемон хотел что-то сказать, слова словно застревали в горле. Казалось бы, что здесь сложного? Надо просто задать вопрос, всего лишь поговорить. Но почему-то именно сегодня Ло Бинхэ, вопреки своему обычному поведению, не мог сделать этого.       Ну, а Шэнь Цинцю вообще не видел никакой проблемы. С его точки зрения ничего не произошло, конечно, пока он болтал с братцем-Самолётом, то краем глаза замечал, что Бинхэ какой-то недовольный. Но Бинхэ, в принципе, и до этого таким был из-за того, что не хотел гостей и ревновал мужа. А потом Цинцю обратил внимание, что его чёрный лотос о чём-то секретничает с Мобэем, и мужчина окончательно успокоился. Шэнь подумал, что позвать гостей было отличной идеей: вот, Бинхэ хоть пообщается с кем-то, кроме мужа! Хорошо же.       Ложась спать, Цинцю смутно вспомнил, что вроде бы что-то обещал Бинхэ… Но усталость и опьянение взяли своё, поэтому Шэнь отключился. Ло Бинхэ, зайдя в спальню и увидев, что муж уже спит, расстроился ещё больше. Зря страдал и терпел этих дурацких гостей, получается. Плакать было бесполезно, ведь что толку, если у этого концерта не будет зрителя? Хотелось убить кого-то. Но вместо этого пришлось тоже лечь спать.       Тем временем Мобэй смотрел на спящего Цинхуа. Демону тоже хотелось отдохнуть, он был пьяным и уставшим, но уйти почему-то никак не мог. Когда они покинули бамбуковую хижину, человек ещё был довольно бодрым и, хоть и шатался, но хотя бы стоял на ногах. Однако вскоре Цинхуа начал вырубаться, и в конце концов Мобэю пришлось нести его на спине. Сначала он хотел оставить его на пике Аньдин, но в последний момент, решив на нетрезвую голову, что так будет лучше, перенёс их в демонический мир.       Теперь Цинхуа развалился на кровати Мобэя и тихонько сопел. Демон ещё немного постоял над пьяным помощником, после чего покинул спальню. В его владениях комнат было предостаточно, поэтому он занял другое помещение. Уже засыпая, Мобэй подумал: почему он уложил человека в своей спальне, а сам спит в другой комнате? Не логичнее ли было сделать наоборот? Он не смог ответить на свой вопрос и уснул.       Когда Шан Цинхуа проснулся, то долго не мог понять, где оказался. Мужчина ужасно себя чувствовал, похмелье было такое, что хотелось умереть. Голова раскалывалась, подташнивало, всё тело болело, как будто его накануне били. Что вчера было? Может, по пьяни Мобэй снова его поколотил? Такого давно не происходило. В последнее время демон его не трогал.       Всё-таки его не били, это было просто очень жёсткое похмелье. Осознав, что находится в покоях Мобэй-цзюня, Цинхуа огляделся. Он был один. Что ж, раз уж оказался в царстве демонов, почему бы не провести этот день здесь? Приведя себя в порядок, Шан Цинхуа немного расходился, попил зелёного чая, и его самочувствие несколько улучшилось. Он решил помочь Мобэй-цзюню разобрать документы, которые накопились в его кабинете. К сожалению, мир демонов тоже не был лишён бюрократии. Сян Тянь Да Фэйцзи много раз жалел о том, что не прописал этот момент в своей книге. Ведь мог бы хоть вскользь упомянуть, что демонам документы не нужны, но нет! И именно Шан Цинхуа, лорд пика Аньдин и помощник Мобэй-цзюня, как никто другой способен был лучше всего помочь Мобэю с бумажной работой.       В кабинете Мобэй-цзюня никого не было. Шан Цинхуа сел за рабочий стол и приступил к делу. Ответить на письмо, поставить печать, произвести расчёты… Привычный процесс, мужчина делал это уже много раз.       Сосредоточившись на работе, Цинхуа не заметил, как начал разговаривать сам с собой. У него была привычка бубнить себе под нос что-то на чинглише во время монотонных действий в те моменты, когда его никто не видел. А иногда, забывшись, он мог и в присутствии Его Величества начать так делать, но Мобэй никогда не обращал внимания на это.       Время от времени, ставя печать на документ, Шан Цинхуа бормотал себе под нос: — Еее, бэйби. Фак еа! Сюдааааа. Иди к папочке, детка.       В конце концов, забывшись и окончательно растворившись в однообразной работе, мужчина начал петь песню на английском. Это был пошлый американский рэп 90-х годов, который братец-Самолёт слушал незадолго до того, как перенестись в мир своей книги. А так как язык он знал плохо, то получалось это с жутким китайским акцентом: — I wanna get you home, and ugh, double-up, ugh, ugh!       Вскоре Цинхуа совсем разошёлся. Он начал жёстко флексить под музыку, звучавшую в его голове. Встав с места и всё ещё держа документы в руках, мужчина принялся пританцовывать, двигая задницей и продолжая подпевать: — I want 'em real thick and juicy, so find that juicy double… А-а-а, блять!       Он подпрыгнул на месте и резко повернулся, почувствовав враждебную ауру. Мобэй-цзюнь! Что ж, братец-Самолёт был сам виноват в том, что прописал своему персонажу способность появляться, как дух, и исчезать, подобно тени, тем самым пугая окружающих до усрачки. — В-ваше Величество! — воскликнул Цинхуа. — Давно вы тут стоите? — Давно, — холодно ответил демон.       Шан Цинхуа хотел провалиться сквозь землю от стыда. Как же глупо и смешно он только что выглядел… Ладно бы просто разговоры с самим собой на чинглише, к этому Его Величество вроде как привык и даже не спрашивал ничего. Но это! Как демон будет уважать своего помощника после такого? — Извините, что-то я разошёлся, ха-ха, — пробормотал Цинхуа, потирая затылок.       Он снова сел за стол, сосредоточившись на работе. Мобэй немного постоял у него над душой, после чего покинул кабинет.       Демон шёл по коридорам, сжимая кулаки от злости. Вообще-то ему хотелось поколотить помощника, чтобы выбить из него всю дурь, но Мобэй почему-то сдержался. Он уже давно не трогал Цинхуа. Конечно, как демон Мобэй-цзюнь считал, что человека можно заставить понять тебя и твои чувства, если избивать его не менее трёх раз в день. Но в случае с этим наглым человечишкой это не работало! Да и как-то жалко было его бить. Пришлось расстаться с этой привычкой.       Но в таком случае как заставить Цинхуа понять, что чувствует Мобэй? Разговаривать нормально он не умел. Как-то не было повода, он же демон. В его мире даже симпатию проявляли с помощью побоев. Что уже говорить о более тонких моментах. Мобэй-цзюнь ощущал собственное бессилие и дико злился.       Конечно, он давно замечал за помощником какие-то странности, но закрывал на это глаза. Подумаешь, человечишка бормочет себе что-то под нос, поди ж ты разбери этих людей. Но после того как Ло Бинхэ указал ему на это, Мобэй задумался. Что это? Тайный шифр? Скрытые любовные послания? Этот визгливый хомяк вздумал обвести его вокруг пальца? Его! Самого властителя холода!       Демон остановился посреди коридора. Мобэй не мог понять, что за эмоции бушуют у него внутри. Он ведь доверял Цинхуа, хотя до знакомства с ним демон жил, постоянно ожидая ножа в спину. Но с этим человеком он мог расслабиться. Да чёрт возьми, он этого придурка когда-то в тележке возил и лапшу ему готовил! Позволял помогать себе и даже закрыл глаза на то, что однажды Цинхуа заявил, что он его папочка! А теперь этот мелкий паршивец что-то замышляет против него, говоря на этом непонятном языке?       Шэнь Цинцю же в то утро проснулся поздно, Бинхэ рядом не было. На кухне стоял заботливо приготовленный завтрак, но самого мужа и след простыл. «Хоть бы записку какую-нибудь оставил», — подумал Цинцю.       День прошёл, как обычно, но Бинхэ так и не появился. Шэнь Цинцю искал его, но никто не видел и не знал, куда подевался полудемон. К вечеру мужчина забеспокоился. Он решил наведаться на пик Аньдин к братцу-Самолёту.       Ло Бинхэ провёл день в царстве демонов. Он был дико раздражён, круша всё, что попадалось ему на пути. В таком состоянии его и встретил Мобэй-цзюнь.       Увидев Мобэя, Бинхэ немного успокоился и спросил: — Узнал что-нибудь? — Похоже, вы были правы. Я думаю, это какой-то секретный шифр. — Вот только для чего он?       Мобэй помотал головой. Этого он и сам не знал. Тогда Бинхэ снова спросил: — А где сейчас Шан Цинхуа? — Я отправил его на пик Аньдин. — Идём туда, — решительно сказал Ло Бинхэ. — Нет другого выхода, кроме как спросить напрямую.       Мобэй-цзюнь согласно кивнул. С поддержкой Бинхэ вытрясти из этого хомяка правду будет быстрее.       Тем временем на пике Аньдин братец-Самолёт, который разобрался с демоническими документами и был отправлен восвояси, и братец-Огурец пили чай и обсуждали текущие дела. Хоть Цинхуа и провёл весь день в царстве демонов, он не знал, где Бинхэ, потому что пока полудемон буйствовал снаружи, Самолёт сидел во дворце Мобэя и работал. — Кстати, — сказал Цинхуа, — а если Ло Бинхэ обиделся на тебя и ревнует за то, что мы вчера говорили на английском? — Говорили и говорили, что тут такого, — Цинцю прикрыл лицо веером. — Вот ты же вроде часто болтаешь так даже при Мобэй-цзюне, и ничего, всё нормально. — Ой, не напоминай, — махнул рукой Шан Цинхуа, вспомнив, как он сегодня опозорился. Рассказывать об этом братцу-Самолёту он, конечно же, не стал. — Да и чего обижаться? Мы же, по сути, ничего такого не обсуждали, — проговорил Шэнь Цинцю.       Их мирная беседа была прервана ворвавшимися в помещение демонами. По их лицам люди поняли, что сейчас что-то произойдёт. — Вчера точно ничего такого не было? — прошептал Цинцю, прикрываясь веером. — Вроде нет, — так же тихо ответил Цинхуа.       Ло Бинхэ выглядел особенно злым. Подойдя к сидящему учителю, он взглянул на него сверху вниз, и Шэнь Цинцю выпрямился и ещё больше закрылся веером, стараясь не показывать своё смятение. Однако вместо того, чтобы закричать или ударить, Бинхэ вдруг жалобно проговорил: — Шицзу-у-у-унь! — и полудемон разрыдался.       Он ревел, всхлипывая, и продолжал стоять над душой у Цинцю, а тот не знал, куда деться. За спиной Бинхэ застыл Мобэй, он явно растерялся. Демон не учёл, как именно Ло Бинхэ будет добиваться своего. — Шицзунь, — прервав ненадолго свои рыдания, Бинхэ шмыгнул носом. — Я не ожидал от вас такого предательства! — Да что стряслось? — наконец не выдержал Шэнь Цинцю. — Бинхэ, сядь и расскажи нормально! — Это вы мне скажите, — с обидой в голосе сказал Ло Бинхэ, всё же послушав учителя и сев рядом. — Почему вы вчера говорили, — полудемон кивнул на Шан Цинхуа, — на каком-то тайном языке? — Вы двое что-то замышляете против нас? — холодно спросил Мобэй, подойдя ближе и сев напротив Цинхуа. Братец-Самолёт испуганно замотал головой и посмотрел на братца-Огурца.       Надо было срочно что-то придумать. Конечно же, сказать правду о том, что они оба — попаданцы, которые вчера говорили на одном из языков своего родного мира, мужчины не могли. Кто бы им поверил?       Шэнь Цинцю вообще не представлял, что сказать. К счастью, Шан Цинхуа оказался более находчивым и изворотливым. К тому же, он был писателем — ещё бы, с таким-то воображением! Нужные слова сами пришли ему на ум, и он сказал: — Ваше Величество, это древний язык из великого секретного свитка мудрости. Когда-то давно, познав его, мы с лордом пика Цинцзин научились говорить на этом языке.       Цинцю счёл эту ложь довольно убедительной и, удивившись, как же складно братец-Самолёт может врать, согласно закивал головой, подтверждая его слова. — Конечно же, эти великие слова непереводимы на обычный язык, — продолжил Цинхуа своё враньё.       Ло Бинхэ и Мобэй-цзюнь переглянулись. Бинхэ, продолжая ронять слёзы, спросил: — Так вы нам не расскажете, о чём говорили? — Значит, всё-таки что-то замышляете, — сделал вывод Мобэй. — О секретной настойке, повышающей выносливость, — выдал Шэнь Цинцю. Он и сам не знал, почему вдруг решил сказать такое. Видимо, заразился хитростью от братца-Самолёта. — Что? — одновременно спросили демоны. — Мы говорили о секретной настойке, повышающей выносливость и… кхм, мужскую силу, — объяснил Шан Цинхуа, про себя отметив, что братец-Огурец тоже неплохо умеет врать. — Правда, тут не о чем волноваться, хе-хе, Ваше Величество, — он обратился к Мобэй-цзюню: — Разве два лорда не могут немного посекретничать? Вы с Ло Бинхэ ведь тогда тоже что-то вдвоём обсуждали. — Именно вас и обсуждали, — с неприязнью в голосе Бинхэ ответил вместо Мобэя. — Бинхэ, — позвал Шэнь Цинцю. — Неужели ты решил, что я бы задумал что-то недостойное за спиной у моего мужа?       Полудемон тут же перестал плакать, услышав из уст Цинцю слово «муж». Он просто обожал, когда Шэнь так его называл, жаль, это случалось очень редко. — Что-то я ничего не слышал ни о каких секретных свитках мудрости, — пробубнил Бинхэ. Хоть он и не ревел больше, в голосе всё ещё была слышна обида. — Конечно, не слышал, — Шэнь Цинцю сложил веер и легонько стукнул им по макушке Ло Бинхэ. — Откуда обычному ученику знать о таких вещах? — Да, да, — встрял братец-Самолёт. — То ли дело мы, горные лорды.       Шэнь Цинцю сказал: — Ну, всё, Бинхэ. Идём домой.       После того как они ушли, Мобэй-цзюнь спросил у Цинхуа: — Ты не врёшь? — Нет, Ваше Величество, — соврал тот. «Что поделать, — подумал мужчина. — Просто маленькая безобидная ложь во спасение!» — Кроме того, — продолжил заклинатель, — неужели после всего, что с нами произошло… Неужели вы думали, что я действительно мог бы как-то навредить вам?       Мобэй так и сидел на месте, явно не собираясь уходить. Шан Цинхуа вздохнул. Он провёл почти весь день в царстве демонов, помогая Его Величеству, а ведь и на пике Аньдин бумажной работы было не меньше. Вот и сейчас на его рабочем столе находилась целая стопка документов и писем, которые было необходимо разобрать. Убрав чай в сторону, мужчина подвинул бумаги к себе поближе и принялся за работу. Мобэй-цзюнь молча наблюдал за ним и вдруг сел рядом, взяв себе часть документов. — Что вы делаете? — удивился Шан Цинхуа. — Помогаю, — коротко ответил Мобэй. — Вы хотите помочь? Ха-ха, Ваше Величество… Погодите, дайте мне. Я покажу. — Сян Тянь Да Фэйцзи забрал бумаги у демона и сам рассортировал так, как надо, оставив для Мобэя работу попроще. Не то чтобы мужчина пожалел демона, просто беспокоился, что тот всё испортит, и потом придётся за ним переделывать. — Сюда надо поставить печать… Вот, держите. Просто ставьте её здесь и здесь…       К этому моменту за окном стемнело. Цинхуа зажёг масляную лампу и поставил её на стол. Вдруг Мобэй-цзюнь сказал: — Почему сейчас ты молчишь? Раньше во время работы ты всегда читал какие-то заклинания на вашем секретном языке.       Шан Цинхуа, услышав это, был готов взорваться от смеха, он едва сдержался. Заклинания! Демон думал, что во время работы он помогает себе заклинаниями? — Просто сейчас мне помогаете вы, Ваше Величество, — улыбаясь, ответил мужчина. — Так что никакие дополнительные слова не нужны. — Эти слова как-то способствуют тому, чтобы легче работать? — поинтересовался Мобэй. — Ну, да. В том свитке было одно специальное заклинание, благодаря которому улучшается концентрация и внимание. Только, чтобы оно сработало, как нужно, его требуется не просто проговаривать, а как бы петь.       Демон кивнул, и, взглянув на его серьёзное лицо, Шан Цинхуа всё-таки засмеялся. — Что смешного? — нахмурился Мобэй. — Ваше Величество, я думал, вам не нравится эта моя привычка. Неужели вы хотите, чтобы я спел вам? — удивился Цинхуа. — Хочу. — Что ж, это можно. — Мужчина отложил в сторону просмотренный документ и взялся за следующий. — I like big butts and I cannot lie, you other brothers can't deny…       Ужасный китайский акцент Шан Цинхуа не резал слух Мобэя, поскольку тот не знал, как на самом деле звучит английский язык. Когда помощник начал читать свои странные заклинания, демон заметил, что теперь и правда как-то легче работается.       Цинхуа, напевая свои «заклинания», с удовлетворением подумал о том, как же удачно всё сложилось. Да и разве мог этот эпизод закончиться как-то по-другому? Он же демиург этого мира! Так что все, а особенно братец-Огурец, теперь должники Шан Цинхуа, ведь именно благодаря ему у этой странной истории получился такой хороший финал.