Запечатленный

Химера плохо помнит, как они добрались до машины. Он за доли секунды перекидывается обратно в человека, чтобы залезть в пикап. Его разрывает от боли и желания сбежать подальше, но он не может это сделать, не вернув волчонка обратно к дому. Тео пытается контролировать своё сердцебиение и подаваемые сигналы, но у него не получается сделать это полностью. До Лиама доносится его вина, отчаяние, острая боль и что-то похожее на печаль от одиночества. Данбар не понимает, что происходит, из-за чего сам злится и расстраивается, но начать разговор с Тео больше не решается. Он приоткрывает окно, когда запах эмоций Рейкена становится удушающим. Тео довозит его до дома и прикрывает глаза, опустив голову на руки, уложенные на руль. Они молча сидят так какое-то время. — Ты ранен, Тео. Я… — Всё в порядке. Аконит не действует на меня смертельно. Немного времени, и я оклемаюсь, — перебивает его Тео и поднимает голову, продолжая смотреть вперёд. — Тебе нужна помощь… — Я справлюсь, Лиам. Иди домой. — Рейкен продолжает игнорировать, не поворачивая головы. Лиам устало выдыхает и снова чувствует себя виноватым, раздражаясь на химеру. Он тихо выскальзывает из салона, хлопнув дверью громче обычного, делая это специально. Преувеличенно громко он топает к дому, не оборачиваясь на машину. Рейкен проводит младшего взглядом, дожидаясь, когда тот зайдёт домой. Его грудная клетка готова разорваться на части от боли, волк внутри мечется как раненный зверь, воет и скулит. Тео переключает передачу так быстро, как только может, и поворачивает машину обратно к лесу. Его руки трясутся от боли, глаза слезятся, он чувствует себя таким отвергнутым и оскорблённым. Следы на шее жжёт, как будто кто-то касается его раскалённым железом, плечо ноет, регенерация идёт гораздо медленнее, чем обычно. Он едет, не разбирая дороги, борясь с нестерпимым желанием бросить машину на полпути и обернуться волком посреди улицы. Метка на шее причиняет только боль, её хочется вырвать когтями, она служит ярким напоминанием того, что его отвергли. Тео всё ещё не понимает, почему чувствует себя отверженным, и что именно с ним происходит, но он отчаянно хочет, чтобы это быстрее кончилось. Доехав до леса, Рейкен практически кубарем вылезает из машины, ничего не соображая. Он срывает с себя одежду и перекидывается в волка, сразу же пускаясь в бег, когда лапы касаются земли. Тео бежит со всех сил, заставляя себя сконцентрироваться только на ощущении земли под лапами, дыша полной грудью и впитывая запахи леса. Выбежав на поляну, он падает на передние лапы, проезжаясь мордой по земле. Боль обжигает его, она настолько сильная, что он теряет человеческий разум. Тео скулит, продолжая метаться по земле. Ему хочется, чтобы сердце выдрали, и эта боль прекратилась. Он не чувствовал такой боли, даже когда его сестра приходила за ним в аду и вспарывала грудную клетку. Тео чувствует себя жалким, самым несчастным на этом свете. Его не покидает ощущение, что его пара отвернулась от него, признав недостойным. Рейкен проезжает по земле животом и мордой, чувствуя, как острые ветки царапают его даже сквозь шерсть. Он не может перестать скулить и трястись, его когти царапают землю под ним. Что с ним происходит? Когда это кончится? Ему так отчаянно хочется перестать чувствовать боль и одиночество, перестать чувствовать себя брошенным. Может ли это быть из-за ранения? Какой-то яд? Метка на шее пульсирует сильнее. Волк выпрямляется, становясь на четыре лапы и вскидывая голову, химера больше не может сопротивляться. Рейкен смотрит на полную луну и прикрывает глаза, издавая тихий рык. Он постепенно переходит в громогласное рычание, раздающееся по всей поляне, после чего оно сменяется воем, наполняемым одиночеством и болью. Тео только надеется, что его никто не услышит за пределами леса — он уже достаточно унижен. Его вой даёт сигнал всем в округе, что он страдает и зовёт на помощь, что он сейчас уязвим, как никогда. Тео ни разу в жизни не делал этого, всегда опираясь только на себя, но он не может сопротивляться этому сейчас. Когда вой прекращается, Тео опускает голову и тихо скулит, падая на землю. Слёзы свободно бегут и впитываются в шерсть. Волк снова катается по земле, стараясь спрятаться и зарыться в неё, чтобы она накрыла его, закрывая от внешнего мира, создавая мнимое ощущение объятия, как будто он не один. Но он один, и никто ему помочь не может. Химера не знает, сколько он метался и не находил себе места. Он то скулит, то отчаянно воет на луну, то пускается в бешенный бег, то снова ползает по земле, прикусывая свои лапы, чтобы хоть как-то облегчить боль. Ему кажется, что он вернулся в ад, и сейчас появится его сестра, чтобы вырвать его сердце и прекратить мучения. Но никто не появляется, и легче не становится. Он будто бы в бреду, целиком поглощённый своими инстинктами и болью. Ближе к рассвету Тео чувствует себя несколько легче. Он измотан и обессилен, но дымка в сознании слегка рассеялась. Он на трясущихся лапах доходит до небольшого озера, плюхаясь в воду, не сумев больше держать себя. Холодная вода приятно остужает и расслабляет разгорячённое длительным бегом тело. Тео погружается под воду и снова выныривает, стараясь держать морду над водой. Человеческая часть возвращает контроль над сознанием, и он чувствует, насколько устал. Кое-как сполоснувшись, он бредёт обратно к машине, даже не уверенный, что закрыл её вчера. Он настолько измождён длительной болью, что не хочет задумываться над происходящим и разбираться в этом сейчас. Он хочет попасть в тепло и поспать. Выйдя к пикапу, Тео на несколько секунд застывает, думая, стоит ли ему вернуться в человеческую форму или поспать так. Решив, что сейчас, когда сознание прояснилось, обостряющиеся в форме волка эмоции и инстинкты причиняют только больше страданий, он усилием воли заставляет тело трансформироваться. Рейкен переставляет дрожащие ноги, держась здоровой рукой за машину и помогая себе дойти. Тео с трудом натягивает на себя штаны, не заботясь о другой одежде, и заваливается на заднее сидение. Сворачиваясь на сидении, он снова чувствует себя брошенным. Изнурённый болью, бессонной, тяжёлой ночью, Тео жаль себя. Он прошёл так много. Прошёл тяжелый путь с врачевателями, без семьи и друзей, создал стаю, которая, как он надеялся, заменит ему семью — это всегда было его первой целью, потерял их всех, убив собственноручно, побывал в аду, где сестра выдирала сердце, забирая его себе, вернулся и сражался с всадниками и Анук-Ите. Уже несколько месяцев он скитается по дорогам, гоняемый полицией, которая не даёт ему поспать и пары часов, не имеет образования, не имеет толком денег, друзей, его все ненавидят и ждут, когда он уедет. Горячие слёзы жалости к себе обжигают щёки. Почему это всё должно было случиться именно с ним? За что это ему? Почему врачеватели не могли выбрать кого-то другого? Почему выбрали именно его, маленького ребёнка, которого они смогли обмануть, предложив силу супергероя, сказав, что сестра просто играет с ними, что она сама просила Тео забрать её сердце? Тео давится слезами, чувствуя, как они скатываются на сидение. Его трясёт, когтями он расцарапывает свою грудь, чувствуя вину за свою трусость, не находя сил вогнать их глубже, чтобы всё закончить. Холодный утренний воздух просачивается в машину, от чего химера дрожит ещё сильнее. Когда слёзы заканчиваются, Тео на ощупь тянется за своей кофтой и накидывает её на себя, подтягивая ноги ближе к груди, сворачиваясь калачиком. Обессиленный, он забывается беспокойным сном.

***

Тео просыпается ближе к вечеру. Сон не приносит никакого облегчения, кажется, что он и не спал вовсе. Химера разлепляет опухшие от слёз глаза и смотрит в окно на яркий закат. Сейчас, когда боль частично отступила, он может адекватно взглянуть на ситуацию. Его волк в душе всё ещё страдает, боль не отпускает, но сейчас её уже можно терпеть. Что с ним произошло? Он точно помнит, как они боролись с Лиамом, как тот его укусил. Он помнит смущающее ощущение значимости Данбара, преданности ему, помнит, как хотел его внимания. Чёрт, он же подставлял ему шею. Рейкен со стоном откидывается назад, закрывая лицо рукой. Как ему стыдно. О чём он думал? Зачем это сделал? Воспоминания об этом моменте как будто покрыты дымкой, но он очень ярко помнит свои эмоции. Ещё он помнит, что Лиам был сбит с толку, а затем огорчён и обижен. Рейкен выдыхает сквозь зубы. Почему это должно было случиться при Лиаме? У них зародилось что-то похожее на дружбу после победы над Анук-Ите. Тео очень привязан к волчонку, благодарен за тот второй шанс, что он ему дал. Слов не достаточно, чтобы описать, насколько много для него значит вера Лиама в него, то, что он под свою ответственность вернул его из ада. Конечно, Лиам значит для Тео очень многое. Рейкен боится как-то определённо называть своё чувство привязанности к парню, помимо благодарности. Всё оказалось проще, когда не было времени думать. Он не мог позволить, чтобы с Лиамом что-то случилось, а с этим импульсивным комочком ярости точно что-то случалось, когда он не задумывался над тем, что делает. Рейкен помнит свой страх, когда бежал сломя голову в больницу, с единственной мыслью, чтобы Данбар был цел. Рейкен тогда успел мельком подумать, так ли это ощущается в стае? Когда ты готов бороться за члена стаи, за члена семьи до конца. Тео был под ответственностью Лиама, но при этом, будучи старшим и преданным за оказанное доверие, он также чувствовал, что должен заботиться о младшем. Заботиться о волчонке — самое меньшее, что он может сделать за доброту Данбара. Тео был так напуган, что не успеет, что не защитит его. Он помнит, как схватил Лиама, когда двери лифта открылись. Схватил и затащил его внутрь, толкая к стене и закрывая его тело своим. В тот момент Рейкен подумал, что за Лиама он может умереть, несмотря на то, что вслух сказал совсем противоположное. Эта мысль почему-то не напугала его. Он обнимал волчонка, прижимая к стене, и хотел только уберечь его, чтобы Данбар был цел и жил свою жизнь. Тео также знает, что Лиам тоже немного привязался к нему. Он не мог бы назвать это дружбой в полном смысле, бета всё ещё присматривался к нему, боясь довериться ему и ошибиться. Когда Данбар сказал, что готов сражаться с ним, Тео ещё сильнее почувствовал ответственность за ту доброту и доверие, которое Лиам так безрассудно тратил на него. Рейкен не заслуживал этого. Он хотел попросить Лиама сбежать и спастись, но понимал, что упёртый волчонок не пойдёт на это, поэтому сделал то, что посчитал лучшим в этой ситуации. Он позволил себе скользнуть взглядом к губам младшего, последний раз запоминая его черты, но всё ещё не позволяя себе поддаться минутным порывам, а затем бросился вперёд, сказав, что станет приманкой. Он заберёт на себя столько врагов, сколько сможет, чтобы Лиаму не пришлось биться с ним. Отчаянный крик «нет», который он услышал уже за закрывшимися дверями лифта, придал ему сил и изменил его цель с «умереть ради Лиама» на «выжить ради Лиама». Тео тогда бился как в последний раз, надеясь выжить, чтобы ещё раз увидеть волчонка. Он помнит, как у него затряслись колени, когда после битвы он увидел Лиама живым. Он едва не застонал от облегчения, думая, что хотя бы что-то сделал в этой жизни правильно. Данбар был единственным для него близким человеком, и Тео не знает, как справился бы, если бы он пострадал или погиб. После того, как всё закончилось, Данбар, кажется, проникся к нему большим доверием. Очевидно, что решение Тео спасти его произвело эффект, а также то, что он забрал боль Гейба. Рейкен после этого был в запутанных чувствах, в его груди поселилась слабая надежда, что он сможет исправиться, что он не потратит второй шанс впустую. Он помнит, как Лиам подошёл к нему, положив руку на плечо и заглядывая в глаза. Данбар ничего не сказал, но химере было понятно и без слов. Лиам был рад, что он жив, и благодарен за то, что Тео сделал для Гейба. Химера довёз его до дома, помогая дойти. Лиам потоптался на пороге, вероятно, раздумывая стоит ли предложить войти, но Тео успел попрощаться и поторопился обратно к машине, не давая возможности сделать волчонку глупость. Бывший убийца не достоин находиться в доме Лиама. Ему там не место. Данбар уже сделал достаточно. Тео чувствовал в себе симпатию к волчонку, но разумом понимал, что лучшее, что он может сделать для него — не давать волю своим чувствам, но быть рядом с ним, в тени, защищая. После этого они ещё пересекались несколько раз, и Данбар был настроен к нему дружелюбно, пару раз позвав пообедать вместе. Затем он позвонил с просьбой о помощи, проверить наводку на охотников в лесу, и у Рейкена не было причин отказываться. После того, как Лиам укусил его в лесу, Тео точно чувствует, что это больше никакая не симпатия к волчонку. Он не решается вслух сказать, что любит бету, и даже это слово кажется не подходящим. Любовь — слишком недостаточное определение для тех чувств, что к нему питает Рейкен. Он предан ему во всех смыслах, хочет быть рядом с ним. Как это может быть связано с укусом? Тео вглядывается в потолок машины и размышляет над произошедшим. Он не понимает. Лиам укусил его и ему это так понравилось, что его накрыло чувствами с головой? Почему он так хотел одобрения Лиама, что подставил ему шею? Он также ему ничего не предложил, почему он чувствует себя отвергнутым? Почему его волк принял Данбара за пару, а теперь страдает, что его не приняли? Почему он чувствует, что его отвергли? Чем больше Рейкен думает над этим, тем большее чувствует себя униженным, не только из-за чувств волка внутри, но и из-за ситуации с шеей. Он больше не сможет смотреть Лиаму в глаза. Тео стонет и переворачивается на другой бок. Он Тео Рейкен. Он бывший убийца, который поступился своей мечтой о стае ради силы. Он не подставляет свою шею даже ради спасения. И он должен разобраться в том, что произошло.