tessellate.

— у тебя есть парень?

— а что? хочешь позвать меня на свидание?

[if you think i'm pretty - artemas]

погода стремительно меняется, дождливых и промозглых дней становится всё больше, потому для поддержки настроения и желания покидать пределы дома приходится постоянно придумывать различные мероприятия: клуб поэзии в первые октябрьские выходные в уютной кофейне за углом, поход в горы в середине месяца, чтобы успеть запечатлеть буйство осенних красок в природе, и обязательная вечеринка в конце в честь празднования хэллоуина. лето остаётся позади, промелькнув, словно вспышка молнии, но жизнь продолжается и не собирается сбавлять обороты. до сбора у джемина дома перед походом в ночной клуб остаётся пару часов. он абсолютно серьёзно намерен лично проконтролировать каждого в компании на наличие костюма, чтобы все точно потрудились соответствовать тематике праздника и не выбивались из всеобщего веселья. с джемином никто не рискует спорить, но и злиться на него никто не планирует, потому что подобное проявление ответственности позволит каждому в полной мере насладиться "ужасающими" выходными. джено с марком никуда не торопятся. их костюмы не требуют особого вложения сил, специального макияжа и возни с мелкими атрибутами, поэтому они могут позволить себе сборы в размеренно спокойном темпе. дело не в том, что им не хватает фантазии придумать что-то более масштабное, просто марк не любит, когда какие-то детали сковывают его движения в танце, а джено предпочитает поддерживать комфортную температуру тела во время ночных вылазок, затягивающихся до самого утра, потому марк заказывает себе маску гостфейста из "крика", а джено стилизованный бронежилет и балаклаву "призрака" из его любимого шутера. — мне кажется, что джемин прикончит нас за отсутствие оригинальности, — джено ощущает практически безграничное умиротворение, укладывая голову старшему на грудь, пока тот листает ленту тиктока, и едва не проваливается в сон, желая отложить все планы на когда-нибудь никогда, но неконтролируемое чувство долга перед другими не даёт ему этого сделать, всплывая в голове образом недовольного друга. — можем снять видео по гуляющему в сети тренду, чтобы доказать, что мы просто пытались быть на одной волне с модой, — марк зарывается пальцами в чужие волосы, аккуратно массируя затылок и пытаясь привлечь внимание своего парня, чтобы показать, о чём конкретно идёт речь, но действует как катализатор разрыва связи с реальностью. — джено, милый, посмотри сюда. приходится приложить немало усилий, чтобы отогнать подкрадывающуюся дремоту, и немного приподняться для лучшего обзора, но это всё ещё проще, нежели отказать марку. на случайно выбранном видео по популярному звуку стоит огромное количество лайков, но сам сюжет ролика абсолютно незамысловат: на переднем фоне девушка кокетничает по телефону, повторяя реплики из киноленты, и делает вид, будто не замечает камеры и подкрадывающегося со спины человека, скрывающего своё лицо под маской. джено думает, что с подобной задачей они с марком смогут справиться без проблем. он надеется, что неизвестной природы волнение, резко одолевающее всё тело, останется незамеченным. — джемин от нас точного живого места не оставит.

***

марк первым уходит в душ, потому что это его идея снимать видео в готовых образах, чтобы не опоздать к назначенному времени после, потому джено может ещё немного продлить своё короткое свидание с кроватью. он и не подозревает о том, что как только вновь прикроет глаза, магия вечера снесёт все барьеры, сдерживающие потаенные и постыдные для дневного света желания. джено не самый большой фанат ужастиков, грубость и боль он готов принимать только в адекватных и щадящих количествах, но мысль о том, что марк, не снимая маски, пальцами подцепит подбородок джено, заставляя неотрывно наблюдать за каждым своим движением, и подставит к уязвимому горлу нож, обжигающий холодом металла, творит с младшим какие-то невероятные вещи, неподдающиеся трезвой оценке и заставляющие кровь лихорадочно кипеть. марк проводит в душе всего ничего, но для джено это время ощущается вечностью, за которую он успевает отругать себя не только за порочные мысли, но и за отсутствие смелости развить их немного дальше. внутренний конфликт подстёгивает расширить границы дозволенного и позабыть про правила приличия, но привычные устои и воспитание не дают превысить лимиты даже в собственной голове. личные загоны намного хуже всех выдуманных монстров с экранов. никто не знает стопроцентно действенного ритуала по их изгнанию. их отношения начинаются со спонтанного взрыва эмоций и чувств, с глупой и безрассудной идеи, потому джено нужно держать в голове, что марк не осудит его за желание с чем-нибудь поэкспериментировать, но не может до конца побороть смущение, от которого краснеют щёки, шея, покалывает подушечки пальцев, и он едва не сносит старшего с ног, когда тот выходит из ванной комнаты, намереваясь что-то сказать, но джено не даёт этого сделать, стремительно закрываясь на щеколду. вода должна помочь успокоиться, но она даёт обратный эффект, принося с собой воспоминания о жадных поцелуях и неразборчивых прикосновениях в порыве запечатлеть как можно больше моментов близости. джено и марк много разговаривают о всяком разном: о чувствах, эмоциях, психологическом состоянии, о предположениях и пожеланиях, беспокойствах и ошибках. доверие, укрепившееся за период дружбы, гармонично перетекает в отношения, позволяя обнажать душу без лишних сомнений. у них тысячу и одно мгновение нежности позади, столько же впереди, джено не на что жаловаться. марк не только обходительный и учтивый партнёр, но и замечательный друг. джено это бесконечно ценит. джено расплачивается за это сокрытием своих тёмных желаний, загнанных в клетку под ключ самоконтроля. джено — приличный юноша, но возможность открыто любоваться марком и касаться его, делает младшего жадным до расширения границ. ему хочется разобрать марка на грани, докопаться до сущности, предать свету все тёмные потаенные уголки. порадовать, похвалить, поддержать. разозлить, раззадорить, вывести из себя. ему хочется забраться под стол, пока марк играет или учится, и прижаться щекой к внутренней стороне бедра, даже если чувствительная кожа будет спрятана под грубой джинсовой тканью. пробраться в душ и укусить за плечо. позвонить посреди какой-нибудь прогулки с другой компанией и наговорить чего-то такого, что заставит примчаться домой в считанные секунды. марк не запрещает ничего из этого списка, но джено не знает, где заканчиваются рамки дозволенного, и не может поднять эту тему на обсуждение, потому что стесняется новой стороны самого себя и не хочет показаться слишком тактильно навязчивым. марк ждёт в спальне, чтобы снять тренд, потому что ему важно любое совместное времяпрепровождение, будь то объятия, игры на приставке, походы в кино, разбор непонятных конспектов и тренировки. джено не хочет привносить свой голод по откровенному контакту тел в их повседневность, и в большинстве случаев у него с лёгкостью получается отключить эту часть себя, потому что единение душ и интересов приносит ему не меньшее удовольствие, нежели беззаботное следование порывам страсти, но в некоторые дни под давлением случайных обстоятельств весь самоконтроль обращается в пыль, оставляя после себя лишь желание быть физически залюбленным до отключения мозгов. джено умывается холодной водой, набирает в лёгкие побольше воздуха и с выдохом отпускает ситуацию, постепенно успокаиваясь и настраиваясь на исполнение своей роли в коротком ролике, который должен спасти их с марком от неминуемой смерти от рук джемина. он осматривает себя в зеркале и решает пока отложить бронежилет, оставив только чёрную водолазку из тонкого материала. над укладкой волос он особо не колдует, потому что в скором времени их всё равно придётся скрыть под балаклавой, и он просто зачесывает назад непослушную чёлку, из-за чего его отросшие осветленные пряди становятся практически незаметными. — ты такой невероятный. я уже ревную тебя ко всем, кто увидит этот ролик, — марк встречает младшего искренним комплиментом и жалкими попытками скрыть свою смущенную улыбку, что только подкидывает баллов в копилку уверенности ли. — не против, если я тоже внесу в твой образ небольшую деталь? джено не может быть против, потому он беспрекословно слушается, когда марк аккуратно усаживает его уже на заправленную кровать и едва ли не шепотом просит закрыть глаза. разум отключается от теплого дыхания на щеке, даже не пытаясь сгенерировать идеи о том, какие же детали собирается добавить старший, потому джено почти незаметно вздрагивает, когда чувствует прикосновение кисточки к веку — марк пробует подвести джено глаза чёрными тенями. с присущей ему аккуратностью и сосредоточенностью. ли может поставить целое состояние на то, что в этот самый миг старший от усердия очаровательно хмурится. когда уже другой аппликатор касается губ, джено открывает глаза и с трудом сдерживает улыбку. взгляд у марка настолько серьёзный, будто он не просто наносит бесцветный блеск с вишнёвым ароматом, а заканчивает работу над моной лизой. марк завершает свой короткий сеанс визажиста. их взгляды, словно в замедленной съёмке, встречаются. при более близком рассмотрении джено может разглядеть то, что у марка подведены глаза тоже, но губы ничем не тронуты, потому что снова не успевают зажить после постоянных покусываний. время останавливается, либо просто перестаёт иметь значение. воздух в лёгких нагревается, сердце сбивается с привычно ровного ритма. романтика выигрывает эстафету у дружеских привычек, горячая ладонь марка ложится джено на бедро, повышая громкость мыслей, умоляющих сократить расстояние. к счастью, некоторые вещи необязательно озвучивать вслух, чтобы быть услышанным. на вкус марк — энергетик с зубной пастой. наличие таурина в его крови ещё до начала праздничной ночи джено засчитывает за мелкое мошенничество, но он слишком занят нежным поцелуем, чтобы найти момент выразить свою лёгкую обиду. соприкосновение губ без языка, но с едва ощутимыми покусываниями, в считанные мгновения вызывает жажду получить ещё больше, ближе, безумнее, но у них всё ещё есть незаконченные дела, потому марк отстраняется со вздохом сожаления. джено беззлобно толкает его в плечо: — иди за своей маской. блеск он поправляет самостоятельно, им с марком оставаться на столь близком расстоянии противопоказано для совместных планов. после джено устанавливает штатив, чтобы на что-нибудь отвлечься, ставит свой смартфон для съёмки, находит в полке пару старых чехлов в качестве реквизита для телефонного разговора. пробует угомонить дрожь в руках, повторяя реплики с телефона марка, у которого всё необходимое сохранено в закладках. пару раз глубоко вдыхает и выдыхает. появление марка все попытки выровнять дыхание сводит на нет, вышибая весь кислород из лёгких. он предстаёт в маске крика и с игрушечным ножом, но без планируемой чёрной толстовки, в одной лишь борцовке и длиной металлической цепью. джено изгибает в удивлении бровь, интересуясь, где остальная верхняя одежда, но марк лишь разводит руками, невольно вновь и вновь демонстрируя свою силу. хвастается. джено закатывает глаза и бросает в него подушку, будто бы открывающееся зрелище слегка раздражает, а не бешено заводит. (взрослые были правы, когда говорили, что интернет портит людей) они ставят таймер на десять секунд, за которые марк не успевает уйти в коридор, а джено красиво лечь на кровать, поэтому изначальный актёрский пафос быстро разрушается об смущающую реальность, но это помогает избавиться от напряжения, сковывающего плечи, и с тихим смехом немного расслабиться. перед второй попыткой джено сразу выгоняет марка в коридор и находит пульт от штатива, позволяющий начать отчёт уже после распределения по нужным местам. младшему дико неловко, но время на часах подстёгивает его быстрее войти в роль. с первого раза не получается попасть во все слова, поэтому он прерывает всё дело на середине, в панике размахивая руками. марк без слов соглашается начать всё с самого начала. в этот раз джено справляется на десять из десяти и, увлекаясь процессом, пропускает тот момент, когда марк оказывается совсем близко и последнюю строчку произносит вслух своим низким тоном, на который он переходит только в особых случаях. по всему телу пробегаются мурашки, замешательство и испуг даже не приходится отыгрывать. джено кажется, будто он пойман с поличным, вместе со всеми своими необузданными и дикими фантазиями. руки марка вот-вот окрасятся кровью его позора. звук видео заканчивается, но марк не двигается с места, отчего нервы джено натягиваются до предела. ему достаточно поддаться вперёд, стянуть со старшего эту идиотскую маску и утянуть в долгий поцелуй. позволить прижать себя к матрасу и заняться любовью в том размеренном темпе, в котором марк любит изводить джено, заставляя неспешно теряться в тягучих ощущениях и медленно терять рассудок в растекающейся пелене нежности. у младшего на сегодня очень резко появляются совсем другие планы, обязывающие взглянуть своему страху в лицо. либо он воспользуется этим шансом прямо сейчас, либо будет собираться с духом ещё целую долгую вечность, наполненную бессмысленными переживаниями. вряд ли с марком что-то может пойти не так. — я хочу снять ещё одно видео, — джено надеется, что его голос не дрожит и звучит уверенно, когда он отталкивает замирающего марка от себя на безопасное расстояние. —возможно, что тебе попадался отрывок, где девушка блондинка просит мистера гостфейса не убивать её. даже под маской джено может расслышать беззлобную усмешку марка, с легкостью прорисовывающуюся в воображении и подливающую масла в огонь. он мысленно просит себя не отвлекаться на такие детали и контролировать волнение, чтобы старший ничего не заподозрил. ничего страшного не произойдёт, если план провалится, джено просто не хочет чувствовать себя глупо хотя бы перед самим собой. (хорошо, что марк не умеет забираться в голову, иначе бы он, став свидетелем внутреннего конфликта младшего, обязательно бы его отругал) джено быстро объясняет их общую задачу, находит нужный звук, показывает оригинальную сцену, вновь ощущая странное покалывание, и переносит штатив от кровати ближе к стене. с этого момента начинается самая сложная часть. в кадре джено должен выглядеть на фоне марка слабым и уязвимым, но по комплекции и росту они практически одинаковые, да и актёрских курсов у них за плечами не имеется, потому он берёт ещё одну инициативу в свои руки — опирается спиной на стену и слегка присаживается, чтобы иметь возможность смотреть на марка снизу вверх. марк шутит на тему того, что его чувство собственного достоинства слегка задето, но джено знает, что этот момент волнует старшего в этот самый миг меньше всего. — прошу, не убивай меня, мистер гостфейс, я мечтаю сняться в сиквеле, — джено необязательно озвучивать реплики вслух, но он мстит марку за предыдущую выходку с совершенно невинным выражением лица. камера в приглушенном свете не сможет уловить озорные огоньки на дне его глаз. ещё одно видео снято. приложение предлагает опубликовать его или добавить в черновики, но никто даже не пытается сдвинуться с места. джено не может увидеть эмоции на лице марка из-за маски, но он замечает, как тяжело вздымается его грудь, обтянутая борцовкой, и понимает, что каждое действие имеет на его парня необратимый эффект. он радуется своей хорошей физической подготовке, позволяющей сидеть на "стульчике" без жжения в мышцах. секунда, две, три. джено чувствует на себе прожигающий взгляд, обрушивающий на него новый прилив желания переступить лимиты, но не двигается с места, ожидая следующего шага от марка. поиграет ли он ещё немного в эту безмолвную игру на раскрытие потаенных фантазий или же сдастся приливу нежности, отбросив в сторону мешающий пластик. — детка, —марк сокращает расстояние, джено щекой чувствует синтетическое прикосновение ткани, с трудом различая последующие слова из-за грохочущего сердца. — ты такой красивый, но я только и могу думать о том, как хочу испортить твой макияж. у джено отличная физическая подготовка, но у него подкашиваются колени от пронизывающей всё тело дрожи, вызванной непривычным обращением, и он скатывается по стене всё ниже, пока вовсе не обнаруживает себя сидящим перед старшим на полу. со стороны марк выглядит как человек, который использует в своей речи нескончаемый поток таких слов, как детка, крошка, малышка и далее по списку, но на деле всё обстоит иначе. он не скупится на тёплые прилагательные для джено, называя его дорогим, милым и родным, в другое же время забывается, возвращая в свой лексикон "бро" и "чувака". — позволь мне заслужить своё место в сиквеле, — джено пытается заглушить неловкость в мыслях озвучиванием своих действий вслух, сжигая все мосты, ведущие к отступлению. — я буду очень стараться. марк принимает правила игры, давая своё молчаливое согласие лёгким кивком головы. джено ошибочно предполагает, что его уровень смелости в эту секунду чуть выше и что он будет иметь полную свободу действий, но старший его предположения рушит уверенным прикосновением, давя большим пальцем джено на нижнюю губу, заставляя приоткрыть рот в восторженном выдохе. воображение вырывается за пределы тесной черепной коробки, маяча яркими сигналами и переливами цветных волн, диктуя марку правильный порядок действий. теперь он не просто играет пальцами с губой джено, но и давит на кончик языка, размазывает смесь слюней и остатки блеска по подбородку, постепенно переходя на кадык и сжимая горло в кольцо. джено на автомате с пола встаёт на колени, оказываясь перед призрачным лицом в позе вымаливания сохранения жизни. собственная водолазка оказывается слишком близкой к телу, перекрывает доступ к кислороду, дразнит чувствительные соски. джено самую малость стыдно за откровенные реакции тела, бросающегося в пожар быстрее рассудка, но он не может ничего поделать, лишь уцепиться за запястье марка и переместить его ладонь туда, где сердце стремится проломить рёбра. марк думает намного тише, без словесных обозначений младшему тяжелее ориентироваться в том, что происходит в его потоках размышлений, потому он преданно ждёт зелёного сигнала, словно верный пёс угощения за правильно исполненную команду. — don’t be shy, little pretty thing, — марк вновь пользуется запрещённым приёмом, переходя на английский, когда его голос становится всё более вкрадчивым из-за нарастающего в воздухе возбуждения. джено думает о том, что жестокий убийца не должен так обращаться к своей жертве, но ему грех жаловаться, когда он сам сходит с ума от мысли подавиться членом своего парня, пока тот с силой сжимает волосы на затылке и тихо матерится себе под нос, потому что ему уже слишком душно в маске, вдобавок скрывающей часть обзора, но это всё чуть позже. сейчас младший на этапе исполнения глубоко спрятанной мечты, о которой он вспоминает ещё в начале вечера. он позволяет себе прижаться щекой к ноге марка, прикрывая глаза и пытаясь вдохнуть поглубже, чтобы избавиться от дрожи в руках. марк не должен быть учтивым и терпеливым прямо сейчас, но это черта его характера, от которой так просто не избавиться, потому он даёт джено ровно столько времени, сколько ему требуется, чтобы собраться с духом и, наконец, расстегнуть ремень на чужих джинсах, замок и молнию. марк на свободную руку накручивает цепь на своей шеи, пытаясь совладать с разумом, нежелающим оставаться на связи с реальностью и намеревающимся лишь с жадностью поглощать всё то, что ему дают. марк ничем не отличается от джено. безобидное переодевание кажется ему таким ровно до того момента, пока они вместе с младшим впервые не просматривают ролик. искра, пробегающая между ними, слишком заметная, и имеет последствия в виде перегорающих микросхем, отвечающих за нормы приличия. марк не думает о чём-то конкретном и не рисует смелых картинок. ему достаточно осознания того, что он не выпустит младшего из дома до тех пор, пока не съест кусок его души вместе с громкими стонами. он с трудом не вламывается за джено в душ, ловя шальной блеск в его взгляде. с ещё большими усилиями объясняет что-то про порядок съемок и перебарывает своё рвение испортить младшему макияж, вжав его лицом в подушку. не в природе марка так себя вести, но демоны хэллоуина сильнее его самообладания. влияние джено сильнее их всех вместе взятых, потому вид его, опустившегося на колени, доводит марка до исступления, до понимания, что он ещё не скоро искупит грех возжелания ближнего своего. марк большой. у них с джено уходит некоторое время на подготовку прежде, чем они впервые занимаются сексом с проникновением. (джено вообще не может вспомнить, употреблял ли марк хоть раз слово "секс" за весь период их отношений, а это уже их второй совместный хэллоуин в качестве пары, потому что даже во время долгой стажировки в канаде и возможности общаться лишь посредством звонков и текстов, марк говорил только о том, что рад бы оказаться рядом с джено, что мечтает о нём или хочет заняться любовью, но ни разу не позволил себе хоть одного грязного слова). и в тот самый раз они смеются над глупыми шутками на тему того, что по болевым ощущениям это напоминает спуск по лестнице после дня ног, а по удовольствию можно приравнять к выигрышу в королевской битве на ранге легенды. марк бережно держит младшего за талию и не сводит внимательного взгляда, наполненного заботой. бывают времена, когда они меняются ролями, и в эти мгновения лицо старшего искажается от удовольствия, всё тело натягивается, словно тугая струна, но джено всё равно не удаётся выбить из него что-то помимо умоляющего «пожалуйста» и стонов вперемешку с именем, сливающихся в нежнейшую мантру из звуков, находящихся бесконечно далеко от пошлостей и грязных разговоров. это не является проблемой, а само явление джено списывает на то, что они пропускают этап откровенного флирта, переходя из дружбы в отношения после серьёзного разговора по душам, но это не значит, что его не терзает любопытство. марк большой, и он знает об этом, но ему необязательно быть в курсе того, что джено к этому подготовлен. несмотря на то, что в первую очередь марк является лучшим другом младшего, последний не готов делиться с ним своими сокровенными историями об экспериментах с бананами и игрушками посерьёзнее, потому что некоторые периоды личностного кризиса лучше навсегда похоронить на свалке воспоминаний. вместе с прочим опытом с живыми людьми, не имеющим никакой эмоциональной привязки. настоящее куда слаще прошлого. джено в восторге от возможности укусить марка за тазобедренную косточку, уткнуться носом в полоску открывающейся кожи там, где заканчивается майка, вцепится пальцами в бёдра. позволить себе большее и пробраться ладонями в задние карманы джинс, чтобы припустить их немного вниз, не теряя контакта с раскалённым теплом, ощущающимся даже через ткань. не пик оригинальности, но джено нет дела до чужих сюжетов, его интересует только то, что он может дать марку и какие эмоции он получит за это в ответ, поэтому он проводит языком мокрую дорожку прямо по белью старшего, сгорая внутри от нетерпения. марк путается в волосах джено, окончательно приводя в беспорядок и без того небрежно уложенную прическу, второй рукой упирается в стену, бессознательно демонстрируя отсутствие контроля над ситуацией, отчего внутри младшего начинается преждевременное празднование победы над нескончаемой ответственностью, уступающей место животному наслаждению без лишних разделений на хорошо и плохо. джено путь, пройденный языком, повторяет пальцами с лёгким нажимом, и хватка в его волосах становится чуть сильнее. у джено дико горят щёки от смущения, и он завидует тому, что марк может все свои эмоции скрыть под маской, и немного злится, потому что не может увидеть их, и твердеет от осознания того, что прямо сейчас он собирается взять в рот у своей влажной и грязной фантазии, отчего слюна начинает вырабатываться активнее, скатываясь с уголка губ. он рад, что старший единственный, кто может стать зрителем их общего сиквела. в их крови ни капли алкоголя, но это не мешает потерять трезвость рассудка, отдаться моменту и позабыть про правила приличия. джено спускает джинсы марка вместе с бельём до колен, одной рукой упираясь в мышцу чуть выше коленной чашечки, дабы не потерять равновесие, а пальцами второй обхватывает член своего парня, ложащийся в ладонь приятной тяжестью. марк уже безумно твёрдый, джено даже не приходится надрачивать ему, чтобы возбудить сильнее, и это приятно тешит самолюбие. он оставляет лёгкий поцелуй на головке, удивляясь приливу уверенности, и пробует старшего на вкус, пару раз ударяя членом по своему языку, отчего капли смазки попадают прямо в рот. без дополнительной защиты и без искусственных смазок. плоть к плоти, ничего лишнего, никаких барьеров. джено с трудом удерживает равновесие и глушит тихий скулёж, вбирая возбуждение марка за щёку. пару пробных движений головой, и младшему приходится ущипнуть самого себя за бок, чтобы убедиться в реальности происходящего. вряд ли кто-то ещё сможет в полной мере понять природу его дикого восторга, но ему плевать. он не делает ничего противозаконного, только хорошо и приятно, и удовольствия близкого человека ему достаточно, чтобы почувствовать себя счастливым. внутренний голос доносится откуда-то из вакуума, диктуя порядок действий: нужно прикрыть глаза, попробовать расслабить горло и взять глубже, сжать пальцы у основания, пока не выйдет принять на всю длину. тихим стоном попробовать создать вибрацию, если марк помассирует макушку — старший ловит с джено одну волну, без слов исполняя его пожелания, и он отзывается на ласку приглушенным мычанием, отрываясь лишь на секунду после, чтобы сделать короткий вдох. — ты такой хороший мальчик. посмотри, как ты стараешься сделать гостфейсу приятно, — голос марка местами проседает на хрип, моментами на едва уловимые смешки вперемешку с тяжёлым дыханием, и по этим перепадам очень легко считывается его стремительное падение к саморазрушению. — милый, давай немного сменим место, я сейчас упаду. джено на секунду испытывает липкий страх, что он растеряет свою уверенность за те крупицы времени, пока марк садится на край кровати и жестом подзывает обратно к себе, но тревога проходит даже быстрее, чем подступает, потому что старший называет ли самым прекрасным на свете, а затем сам толкается в горячий рот, укладывая обжигающую ладонь на до этого слегка напряженную шею. джено почти до синяков сжимает пальцы у марка на бёдрах и, ловя момент, когда все стоп-сигналы отключаются, берёт член в рот полностью, ощущая проступающие вены на языке и утыкаясь носом старшему в живот. естественно, что джено давится. этот звук на доли секунды возвращает марку привычный самоконтроль, и он позволяет младшему отдышаться и привыкнуть, но, когда ли снова делает это, не намереваясь больше отступать назад, марк вновь входит в образ воплощения опасности, до лёгкой боли сжимая волосы джено в кулаке и задавая свой собственный ритм. пользуется ртом младшего ровно так, как тот этого хочет. куда смелее и жестче, чем во всех меркнущих на фоне реальности фантазиях. джено выпускает зверя. своего, чужого — ничего больше не имеет значения. всё смешивается в разбитый калейдоскоп: страсть, нежность чувств, неконтролируемые эмоции, стоны, хлюпанья, слёзы, слюни. у него горят щёки, кожа, горло. он всё ещё держится одной рукой за бедро марка, второй между пальцами сжимает сосок через водолазку, уже не пытаясь координировать свои действия. мелодичный такт толчков сбивается, но даже в этом хаосе они двигаются с марком в унисон. джено хочет увидеть лицо марка, поймать его взгляд и считать впечатления. ему хочется, чтобы старший смотрел только на него в своей излюбленной манере и ни на что больше не отвлекался. он мечтает увидеть распад собственного отражения на дне чужих зрачков, когда падение с пика удовольствия больше не выйдет оттягивать. марк всегда хорошо слышит громкие мысли джено, потому он одним ловким движением снимает маску, откидывая в сторону, и вот их взгляды встречаются, повторяя большой взрыв в их собственной вселенной. марк стирает слёзы с щеки джено, нежно оглаживая, и все остатки рассеянного внимания фокусирует только на нём, не обращая внимание на своё в хлам сбившееся дыхание. джено больше не может принимать на всю длину, марк не в состоянии контролировать свой оргазм. он хочет предупредить об этом младшего, чтобы тот мог выбрать конечный исход событий, но резко раздающийся звонок телефона сбивает с последней трезвой мысли, и старший кончает, запрокидывая голову назад. его сперма попадает не только джено в рот, но и на подбородок, и на воротник водолазки, смешивается со слезами, остатками удивительно стойкого блеска, слюнями в уголке губ, выполняя миссию испортить макияж на все сто процентов. ли ловит себя на том, что любуется старшим. выступающими от напряжения венами на шее, покусанными губами, острыми ключицами, сильными предплечьями и накаченной грудью, пока бессознательно сглатывает коктейль из их спонтанного преданию наивысшей степени безумства, открывающего двери в неизведанный новый мир, и кончает от переизбытка чувств, так ни разу и не притронувшись к себе ниже пояса. — я прикончу джемина прежде, чем он успеет откомментировать наши костюмы, — в голосе марка читается едва заметный прилив агрессии, но он довольно быстро тонет в поцелуе, в который старший затягивает осоловело моргающего джено, опускаясь с кровати перед ним на колени.

***

джемин уже собирается отчитать своих гостей за опоздание, но жизель, стоящая рядом, предлагает сначала выслушать их оправдания. джено и марк ничего не говорят в ответ, прекрасно зная, что они выдадут всю контору, только открыв рот, потому просто показывают друзьям фото, где марк в маске гостфейса делает селфи на старый фотоаппарат с пораженным в схватке джено, вовремя вспоминающего про свою балаклаву призрака из "callofduty". роль в сиквеле заслужена.