Mors et Amor

I’ve loved before, I’ll love again I know that yours was true Wake up slowly, there are blue skies Cutting white lines in black matter I see them shining through your drunken eyes Carving silver is strange weather I’ll meet a man, we’ll make a home And travel to the deep Of further lines with hidden dreams The broken hearted keep… Strange Weather - Anna Calvi, David Byrne Я бреду по городу… Нет, я словно плыву навстречу чему-то неизвестному простому человеку, который только и знает, что нужно заботиться о своем благополучии, о каком-то неоплатном долге, разных мелочных заботах, которые не стоят и мгновения цены твоей жизни, о еде, о попечениях, о развратных, смелых и безумных мечтах, которые так никогда и не придут в исполнение. В тот момент я нахожусь совсем не в том месте, а мои мысли и подавно. Мои мечты о мире, о его заботах, которые меня так раньше волновали, рассыпались прахом на ветру, как после кремации, их уже не восстановить. И самое печальное, что я и не представляю, когда вернусь в свое привычное состояние. Действительно, дивный вопрос я себе задаю, а надо ли возвращаться в мир розовой пелены на глазах? Вроде бы все осталось прежним, мои друзья, еще живые родители, учеба, будь она неладна. Я являюсь обеспеченным, почти взрослым человеком по меркам общественности, но вот о ментальном возрасте своей души я не могу сказать практически ничего. Это тайна, как и для окружающих меня людей, так и для самой себя. Отпечаток пережитых событий останется со мной навечно, это я уж наверняка знаю. С такой уверенностью, как никогда прежде я храню в своем сердце ту любовь, которая изменила меня, и крепко держит в невидимом, завораживающем плену, как последние лучи солнца над океаном. В этом городе я живу уже четыре года. С этого времени моим спутником стала шумная общага, наполненная жизнерадостными подростками, которые постоянно то и делают, что достают меня рассказами о своих любовных похождениях, задалбливают вечными страстями, и вовлекают в мерзкие сплетни, о которых я бы предпочла никогда не слышать. Конечно, я несказанно рада тому, что жилище было довольно современным, везде был ремонт и коменданты вовремя проверяли комнаты на наличие непотребных сцен, поэтому ночью можно было хотя-бы спокойно выспаться, без всяких представлений, о которых я была наслышана еще задолго до своего поступления. Но опять же таки – это несбыточные мечты, ведь на сон у меня оставалось от силы два – три часа. Эх, эти госэкзамены сведут меня в могилу! Все чего-то домагаются, говорят: «Ты теоретик, ты должна все знать и все уметь». У меня складывается впечатление, что учитель теории музыки должен быть гением, не иначе потому, что по-другому объяснить такие завышенные требования у меня не получается. Я сейчас вышла погулять в одиночестве впервые где-то за месяц. Честно, после случившегося, меня уже ничего в этом мире не впечатляет, все кажется каким-то маленьким, невзрачным, серым, будничным, поддельным и очень гнетющим. Передо мной простирается дорога прямиком к моему любимому месту. Погода нынче дождливая и еще морозная, ведь сейчас начало весны, а если точно – 4 марта. От этого под ногами образовались маленькие лужи, которые я люблю крошить своими каблуками. Но помимо этого, на них можно было и нехило так поскользнуться. Это я о лужах, а не о подборах, на которых я ходила с самого раннего детства. Странно, и мне даже никто не запрещал, наверное я смешно смотрелась со стороны, когда только училась ходить на них, но меня радовало то, что тогда я этого не понимала, и считала себя неимоверно крутой. В наушниках, моих верных и неизменных помощниках, играет песня под названием Strange Weather. Она очень кстати вписывается во всю эту атмосферу, но мое настроение подсказало включить замедленную версию, что было для меня совсем нехарактерно, и это еще более подчеркнуло бляклость города. Её в меру медленная мелодия и приглушенные голоса как будто проникают внутрь, и сливаются с окружающим миром. Мир, оточивший меня, был хмурым, и казалось, он не хочет встречать идущих ему на встречу людей. Я смотрю на небо. Над головой плывут огромные серо – фиолетовые облака. Они жадно выпускают из себя маленькие капельки, которые падают и разбиваются об мокрый и немного оббитый асфальт, они сливаются в одну общую массу и теряются навсегда, как и многие в этом мире, который так и норовит как можно сильнее нас испытать. Мимо проезжают машины, они сквозь капли дождя светят фарами в вечерней суматохе, что заставляет меня невольно жмуриться, и от этой суеты хочется как можно быстрее убежать, но вопреки желанию, я иду очень медленно, как будто насмехаясь над самой собой. К моему превеликому разочарованию, музыка в наушниках не перекрывает гул города, а только лишь заглушает мое внутреннее негодование, которое я научилась мгновенно присекать. С недавнего времени я начала замечать одну странную деталь. На меня смотрели все мимо проходящие люди. Они, словно напуганные зверьки, устремляли свои косые взгляды в мою сторону, некоторые оборачивались, а были и смельчаки, что даже пытались меня остановить и что-то там спрашивали, но я их совершенно не слышала, как и весь мир, оточивший меня, не дающий мне выхода. Мне он начал казаться абсолютно ненастоящим, нереальным. Я готова была яростно спорить о том, чтобы люди открыли глаза и начали всматриваться хотя-бы для начала в небо, чтобы увидеть его наносную и нескрываемо штучную красоту. Но это желание меня тут же покидало, как только я вспоминала, что меня никто не поймет, как меня начали называть сумасшедшей, и хотели отправить на лечение, говоря, что я опасна для своих ближних. Да, меня никто не поймет, точно не станет слушать, но он… Мои вечерние прогулочные размышления прерывает холодная вода, которая беспощадно намочила мое черное пальто, уже и без того мокрое от мелкого дождя. От этого действия мой парфюм, как будто оживает, и я вновь начинаю чувствовать его неповторимый аромат, он издали напоминает мне о нем, это были Black Afgano. Да, водители себе едут, спешат к своим жизненным задачам, чего и мне следовало сделать, но я не могу, только не сегодня. Нынешняя атмосфера поглотила меня целиком и полностью, мое естество полностью пропитано недавними событиями, и воспоминания меня окутали сегодня так сильно, как никогда прежде. Поэтому я даже не обратив внимание на стекающие капли с моего пальто продолжаю свой путь неспешным шагом. Я рассчитываю пробыть сегодня на улице до победного, до начала комендантского часа. О, да, точно, черный цвет. Я начала его неистово любить, на мне сейчас было все того же цвета, да и сама я была брюнеткой, плюс темный макияж, от чего меня втихаря начали звать готкой и пришелицей из давних веков, так как фасоны я тоже выбирала совершенно не по нынешней моде. Нет, я не могу сказать, что нахожусь в депрессии, увлекаюсь чем-то плохим, или хочу покончить с жизнью. Нет, я остаюсь адекватным человеком, но хотящим совершенно другого, которого нет. Но знаете, как говорят, надежда умирает последней, поэтому пессимизм мне тоже не присущ. Я думаю об этом потому, что мне так много говорят, что со мной что-то не так. А я могу им в ответ сказать, что именно сейчас я настоящая, я стала той, которую с ранних лет в себе глушила, да и люди помогали. Но я выросла, и никто не имеет права указывать на состояние моих мыслей, и тем более души. Да, наконец я пришла в назначенное место. Совсем недалеко от меня возвышаются огромные деревья. Их кроны освещает весеннее солнце на закате, оно посылает на их завораживающие ветви дребезжащие лучи, которые так и смотри, скоро исчезнут, от того их черные и безжизненные стволы отдают леденящим холодом. Я стою и смотрю на них, как завороженная, не в силах сделать и шагу. Мое нутро переполняет страх, который я борю на протяжении всей жизни. Вот она – дендрофобия. С малых лет деревья мне казались живыми гигантами, я всегда обходила их стороной, старалась никогда не оставаться наедине с ними, думая, что они причинят мне вред, или убьют. Но сегодня я настроена решительно, как никогда прежде. Первым делом я избавляюсь от наушников и шагаю вперед. Сейчас моя мечта сбудется, я впервые пройду здесь сама, я решилась перебороть себя. Мне было очень стыдно сейчас, ведь пережив те события, это казалось просто маленьким пшиком, но это реальная жизнь, которую мне суждено пройти до конца, и я настроена сделать все возможное для своего спасения, хотя деревья в эти планы совсем не входили, но… - Ну привет, давно не виделись… Да, я часто говорю сама с собой, и это далеко не самое странное, хех. В данный момент времени я нахожусь на кладбище. Я всегда любила подобные места, там было так тихо, только ветер, гуляющий между ветвей, рассказывающий мне истории, немного нарушал эту идиллию. Здесь как-то даже слишком тихо, это было странным, ведь захоронения расположены прямо посреди города, правда он был не таким уж и большим. Тут можно услышать отголосок прошлого, проникнуться хоть немного прошедшим временем, и забыть о себе, как о члене общества, так и о грузе навешанных клише и обязанностей. От могил и памятников отдаёт покоем и умиротворением, я ощущаю, словно меня кто-то невесомо обнимает, и мой страх немного утихает. Я люблю здесь все, буквально до умопомрачения, хожу и рассматриваю надписи на надгробиях. Это были довольно старинные могилы, поэтому многие памятники уже разрушились, а на некоторых стерлись даты и имена, и мне приходится лишь догадываться, насколько долго они тут лежат. Вот бы заглянуть внутрь сгнивших гробов, когда-то олицетворявших почтение умершим, узреть величество смерти по прошествии многих лет, отобразившееся в останках чьих-то страстей, рассмотреть то, что остается после человека на земле, то, к чему он прилагал свое сердце, на что растрачивал драгоценное время, и в конце концов, что ему понадобилось из мирских вещей там, в вечной жизни… Хотя зачем мне это? Ответ для меня очевиден: потому что я скучаю, неистово, так отчаянно, что не хочется больше уже ничего. Вот и ответ, почему сегодня я не нахожу себе места. Хм, сегодня? – Нет, с недавних пор - и навсегда. Сегодня здесь нет никого, и это меня несказанно радует. Немного пройдя, рассмотрев немалое количество надгробий, я устремляю взгляд вверх. Деревья мне кажутся чудовищами, которые вылезли из недр земли, и так норовят меня затянуть в ад, на вечные мучения. Их смольные ветви растопырены в разные стороны, точно как исполинские руки с когтями. Они возвышаются надо мной, как могущественные силы, и смотрят на меня, как на мусор из высоты. Понятное дело, это все моя больная фантазия, но она нехило мне мешает. А самое гнетущее мне кажется то, что я стою прямиком перед самым большим деревом во всем городе. Мой план по борьбе со страхом начинает с треском разваливаться. Вмиг мое сердце начинает неистово колотиться, страх мимолетно заполняет все клеточки моего бренного тела, а из глаз катится скупая слезинка. «Не забывай о моих словах» Этот внезапно появившийся голос возвращает меня к жизни. Даже не совсем верно, он ее мне дарит. И это я не только о деревьях, или страхе. В тот миг я уже и думать забываю о деревьях, о кладбище, о несделанных заданиях, вообще обо всем. Я стою неподвижно, просто посреди захоронений, наверное идущие мимо, будут думать, что я какая-то странная, но мне так все равно, сейчас это не главное. Меня одурманила мысль о том, что я вновь услышала его голос, и о том, что мне совершенно не страшно. На душе так тепло и уютно, раннее холодный ветер вмиг стал ласково касаться моего лица, словно дополняя тот голос. Я, стоя перед величественным деревом, и глядя прямо на него, чувствую себя как дома, как в самом безопасном месте, как в преддверии блаженства. Все мое нутро, весь жизненный дух сейчас вернулся назад, в начало этой запутанной истории…