Забытое зло

                   Небо плакало тяжелыми грязными каплями дождя. Они безразлично падали на мёртвую почву бескрайних пустошей, по которым давным-давно никто не ступал. Последние обитатели оставили после себя только руины, уныло возвышающиеся над ядовитыми озёрами. Вот уже больше тысячи лет воды уродливо растекаются по поверхности планеты, покрывая своей гладью её безжизненную оболочку. Нельзя определить, кем были те обитатели. Если здесь и были похоронены их останки, то они уже давно превратились в пыль, смешавшись с грязью этой планеты. Завтра здесь снова начнется шторм и безжалостными вихревыми потоками он будет кружить среди руин, стараясь сравнять их с землёй, будто ненавидит за то, что выстояли. Белый карлик устало догорал на небе, хоть его и не было видно за пепельной завесой, которая никогда не развеется.       Планеты, подобные этой, встречались все чаще по мере продвижения вглубь Неизведанных регионов. Там, в сердцевине бесчисленных опустошенных систем, во мраке космической пустоты начинались их нынешние владения. Их флот медленно, смакуя каждую планету на пути, летел в сторону Внешнего кольца, оставляя после себя след из истерзанных миров. Не было сомнений, что рано или поздно они покажутся на горизонте громадным легионом космических кораблей. Их пир длился уже тысячу лет, но они до сих пор голодны. Они кормились планетами, цивилизациями, надеждой – всем тем, из чего сделана жизнь, оставляя после себя, если повезёт, то быструю смерть, а если нет – изуродованное подобие прежнего мира. В новой жестокой реальности, состоящей из войны и ненависти, разумы обитателей не выдерживали новых ощущений, ломались под их тяжестью. Слабейшие разумы погибали раньше, сильнейшие – учились существовать в новом обречённом мире, борясь до последнего вздоха на радость захватчикам. В их борьбе не было смысла, организации, понимания, это была предсмертная агония, после которой, в конце концов, наступала медленная смерть. И чем больше страданий и боли испытывали обитатели падших миров, тем сильнее становились палачи, потому что никакие смерти не могли полностью избавить от голода, и это только усиливало их ненависть.       Подготовка к вторжению началась с посланника, которого их Император отправил для обработки пространства Галактики вокруг будущей арены для битвы. Посланник, который назвался Мандалором, разделял их жажду войны, их ненасытность, и потому был одобрен в качестве орудия. Орудию, которое покажет свою эффективность, разрешат на время стать частью их разрушительной армии и в её составе наслаждаться красотой смерти и боли, которую они принесут Республике. Сломанные же орудия были им неинтересны.       Войска Мандалора не имели того могущества, которым обладали его хозяева – истинные ситхи, наблюдавшие из Неизведанных регионов за продвижением своего посланца. Мандалорцам не хватало той мощи, что давала ситхам тёмная сторона Силы, которой они повелевали с безупречностью тысячелетнего опыта. Поражение Мандалора стало вопросом времени, когда армию Республики возглавили те, у кого не было его слабостей. Победа республиканской армии вызвала в Императоре в равной степени злость и восхищение. Успех её главнокомандующего замедлил вторжение, но не предотвратил его, и нет сомнений в том, что оно состоится. И когда оно начнётся, Республика снова погрязнет в политических дебатах, но падёт раньше, чем они закончатся. Учения Ордена джедаев не помогут, когда они столкнуться с яростью истинных ситхов, потому что монстр не остановится перед уговорами, не пойдёт на компромисс, не поймёт смирения. Важный урок, который преподал Мандалор, заключался в том, что монстра можно победить только с помощью другого монстра. Орден джедаев остался глух к этой истине.       Двое бывших рыцарей Ордена увидели, угрозу какого масштаба таят в себе Неизведанные регионы, и один из них возглавил процесс подготовления к будущей войне, чтобы у жизни в Галактике появился шанс её пережить. Шанс, о котором никто не помнил, потому что он был стёрт из памяти вместе с его прежней личностью.