Кайто Кид на Острове Ловушек

Раз дом оказался реально существующим, появилось и желание проверить живущего там Кида, причём довольно сильное. В тот же день, сразу по приезду не стал, а вот следующим утром… И суток не прошло, как Шиничи стоял напротив дома по указанному адресу. Надпись на заборе гласила: «Куроба». Усмехнувшись иронии – иероглифы «чёрное крыло» были противоположностью белым крыльям Кида – толкнул калитку. То ли тут не запирают, то ли ждали. Ухоженный двор… Дверь в дом тоже оказалась не заперта. Хотя и замок не стал бы препятствием для беспокоящегося Конана. Мальчик вошёл и неожиданно даже для себя не стал окликать хозяина, а тихо направился вглубь дома. В сумрачном коридоре смотреть было особо не на что, но он всё равно обшаривал взглядом стены. Шёл наугад, но искомый парень нашёлся сам. Пошатываясь, чуть не выпал из-за угла, вовремя схватившись за косяк. Увидел «вторженца» и сполз по стене от облегчения: – Это ты. А я уж думал... – по одному этому стало понятно, что на двери установлены датчики, но недостаточно точные, чтобы определить кем является гость, даже рост и вес. И, вероятно, отслеживается не только дверь. Куда больше вопросов вызывало состояние вора-фантома. Это точно он: внешность, идентичная собственной, не позволяла обмануться. А состояние… пусть казалось, что тому есть отчего так плохо выглядеть, уточнить всё же стоило: – Что с тобой... Куроба? – рискнул назвать по фамилии. – Просто Кайто. – отмахнулся тот. И тут же взглянул зло: – Зачем пришёл? – будто подменили. – Справиться о твоём самочувствии... Кайто. – было странно звать по имени. Это же явно имя. То, что оно совпадало с кличкой-псевдонимом Кида... несколько смущало. – Паршиво мне, не видно, что ли?! – рявкнул и вцепился в собственные волосы, даже на вид болезненно потянув. – Прости, я не должен на тебе срываться. – еле слышно и снова в полную громкость: – Чтоб тебя! Если бы ты только пришёл раньше... Проклятье! Ты виноват! – с этим криком парень бросился вперёд, схватив мальчика за плечи. Сдавил сильно, но тот не позволил себе вскрикнуть, только тихий стон сорвался с губ. Но и этого хватило фокуснику, чтобы опомниться. – Прости, мейтантей. – отдёрнул руки, в глазах ужас. – Мне... Мне просто очень плохо. Лучше уходи, а то я могу навредить тебе... Ещё сильнее. – Что будет с тобой, если я уйду? – самый важный вопрос. Догадки имелись… А собственные синяки, которые наверняка появятся в местах резкого сжатия, были совершенно неважны. Товарищу сейчас не в пример хуже. – То же, что было до твоего появления. – невесело хмыкнул фокусник, проводя пятернёй по волосам и с силой массируя кожу головы. Вдруг без перехода: – Помоги мне! Сделай что-нибудь, а то я уже не могу... – звучало как мольба, да и выглядел Кид не лучше, чем звучал. Как отдёрнулся, так и остался сидеть на полу, теперь же завалился набок и свернулся калачиком, дрожа. Мелкое детское тельце ничем не могло помочь, но всё равно как-то инстинктивно оказалось рядом, касаясь чужого плеча. Немного поддержки – всё, что он мог сейчас. – Кид… – всё, что мог сказать, на миг забыв, что тот представился. Парня было ужасно жаль. – Ты говорил, что это опиаты... Сейчас! – на удивление шустро поднявшись, тот куда-то метнулся. Последовав за ним, детектив попал на кухню и увидел извлечённую из холодильника пробирку. – Это моя кровь. Нацедил сразу, как вернулся. Стерильно. Узнай... – под собственное лихорадочное пояснение снова пошатнулся, но устоял, схватившись за столешницу. – Узнай, чем меня отравили и… – споро замотав полотенцем из морозилки, сунул в руки мальчика и «растёкся» по столу, приземлившись на стул. – И достань мне ещё. – Кид... – только и вышло повторить. Вроде бы понимал, догадывался, но от такого прямого подхода всё равно «поймал» потрясение. По той же причине вместо имени, которым просили называть, снова вырвалось привычное прозвище. – Знаю! – рявкнул в ответ тот, не делая попытки даже пошевелиться, не то, что подняться. Как улёгся, так и лежал на столе. – Это плохо, неправильно и вредно!.. Но я уже просто не могу. Это невыносимо, понимаешь?! – У тебя же есть цель. Разве сможет наркоман, зависимый человек, её достичь? – попытался воззвать к чувству долга. Не из прихоти же лунный волшебник ворует камни? Есть цель, есть! Она определённо существует! – И без тебя знаю! – огрызнулся беззлобно. Обречённо скорее. – И я предаю эту цель. Знаю! Но... Мне так плохо. – застонал, впиваясь пальцами в край столешницы до побелевших костяшек. – Слишком плохо… Сделай что-нибудь, Шиничи! Прошу тебя! Хоть что-то… – Я постараюсь. Сделаю всё, что в моих силах. Но тебе придётся подождать. – на это парень ответил ещё одним вымученным стоном. С жадностью глянул в окно… Его зримо манила улица, ведь об отсутствии какой-либо дури в пределах собственного дома он знал доподлинно. Тогда как снаружи... Чуть испугавшись, Шиничи озвучил первое пришедшее в голову: – Принеси ещё пробирку. – и только потом понял, что всё правильно сказал. Уверенная команда, отданная твёрдым приказным тоном, помогла вору-фантому очнуться и отвлекла, пусть и на время. Когда спотыкающийся и держащийся за стены парень вернулся с затребованным, от него потребовали следующее: – Сюда тоже твоей крови. Сейчас! – тот безропотно выполнил. Из-за чего Конану пришлось сначала зажимать, а потом и обрабатывать рану на чужом запястье. Трясущимися руками фокусник резанул слишком широко, причём рана его совершенно не заботила. Наверное, и не почувствовал этой крохотной боли на фоне своего общего состояния. С каким-то безразличным отупением наблюдал за манипуляциями маленького детектива, но хоть соизволил ответить, где у него хранится аптечка. Хозяин раненной руки помогать даже не собирался. Сразу набрал крови в пробирку, после чего замер, уставившись в никуда – указание ведь выполнено. Шиничи не стал требовать большего, сказал лишь: – Я скоро вернусь. А ты никуда не уходи ладно? – Не могу обещать. – со вздохом закрыл глаза Кид. – Тогда… – догадавшись по звуку, открыл глаза, чтобы радостно и жадно воззриться на направленный в его сторону прицел. Смотрел с такой надеждой и даже желанием получить дозу транквилизатора и провалиться в блаженное забытьё, что становилось неловко. Устроился поудобнее на своём столе, кивнул и с долей какой-то возвышенной торжественности закрыл глаза. Но нужно было уточнить ещё одно: – Только, если очнёшься раньше, дождись меня, хорошо? – тот не шевельнулся и не ответил. – Если не найду тебя здесь, когда вернусь, то разочаруюсь в тебе. Перестану уважать. И сдам полиции! – озвучил всё, что могло помочь. – Обещаешь?! – Обещаю. – эхом отозвался фокусник. Обречённым таким эхом. – Давай же… – его просьбу исполняют. Облегчённый вздох – и парень отключается.

***

Конан спешит к дому профессора, прижимая к груди холодное полотенце с образцами. Благо, пробирки разные, не спутать. Устремляется к той единственной, что может помочь… Которой не оказывается дома. Отчаявшись дозвониться – увидел забытый или намеренно оставленный телефон на тумбочке в прихожей, нашёл, когда звонил на него – решил действовать на свой страх и риск. Время уходит! Время, которое Кид проведёт в беспамятстве под действием транквилизатора! Момент, когда тот проснётся и, промучившись ещё сколько-то, всё же выйдет на улицу в надежде на облегчение – всё ближе. Сколько там той воли-то, если парень и правда чувствует себя так же отвратно, как выглядит… Вспомнив, откуда брала всевозможные антидоты Хайбара, нашёл её аптечку и закопался в бесчисленные ампулы. С какой-то непонятной маркировкой! И как только сама ориентируется?.. Образцы спокойно лежали в холодильнике вот уже полчаса, а Шиничи даже не знал, что ищет. Который раз бездумно пересыпая в ладонях почти одинаковые ампулы, совсем не ожидал услышать за спиной невозмутимое: «Если ты ищешь опиаты для того, кого ты там спасал, то яды и наркотики я держу в другом месте». Подпрыгнул, чуть не рассыпав и не разбив все ампулы сразу… Заговорил только когда вернул препараты на место: – Нет, что-нибудь для облегчения состояния... А откуда ты?.. И как узнала, я ведь использовал другое? – Ты вернул мне все ампулы, кроме одной, содержимое которой, очевидно, применил по назначению. Твои отпечатки пальцев остались на всех, но на одной их было особенно много. Ты крутил её в руках, раздумывая применять ли. Значит, сомневался. Значит, не мог точно определить. Это был препарат против отравления опиатами. Но в итоге ты дал средство для общего очищения организма. Да, у меня всё каталогизировано. – ответила на удивлённый взгляд. Ведь ампул там было много. – Ты снимала отпечатки? – было ещё кое-что, что детектив хотел знать. – Надеялась увидеть там чужие. И сравнить с твоим окружением. – невозмутимо. – И зачем тебе знание личности, которой я помогал? – подозрительно. На самом деле испугался. Если учёная случайно раскроет эту тайну... – Ты шарил в моей аптечке. – обвинительно. Сбить с мысли Хайбару не удалось. – Видел откуда я доставала препараты? А делал вид, что полностью увлечён содержимым того файла, который потом так тщательно стёр... – чуть помолчала и, убедившись, что ответа не получит, продолжила сама: – Неужели способен на преступление ради... кого ты там спасал? А, впрочем, неважно. Всё равно ведь не скажешь. Столько усилий приложил, чтобы скрыть... – он ждал дальнейших слов. – Кстати, о преступлениях. Знаю, что способен на подобное ради тех, кем дорожишь. Как в том случае, когда дети уговорили тебя на проникновение в чужой дом, чтобы поискать доказательства того, что муж убил жену. – Мы сейчас будем говорить о моих преступлениях? – попытался вернуть разговор в конструктивное русло. И самому перестать думать о том, что содействие преступнику тоже в какой-то мере преступление. Ведь не помешай он Киду – тот вышел бы на улицу и, вполне возможно, нашёл какую-нибудь дурь. Которая, попав ему в вены, окончательно подсадила бы... Наркоман никак не смог бы быть Кидом. Попытавшись, был бы тут же пойман. А он воспрепятствовал прекращению противозаконной деятельности. Соучастник, значит. – Ах да, ты куда-то очень спешил. – с едким намёком уточняет девочка, возвращая их обоих к делу. Мальчик вздыхает. Сейчас не до гордости: – Хайбара, помоги, пожалуйста. – сбегал до холодильника. – Вот образец крови. Ты целиком и полностью права, я не смог определить опиаты это или что-то другое. Узнай точно и сделай что-то... Ему плохо. С виду похоже на ломку. – извлёк из полотенца вторую пробирку: – Вот второй образец, сегодняшний. Пожалуйста. – Я посмотрю, что можно сделать. Надеюсь, кровь ты брал до того, как усыпил своим транквилизатором? – конечно, она понимала, что страдающему от ломки неизвестно кому Конан мог помочь только так. И по той же причине торопился, желая успеть с помощью до того, как неизвестный очнётся и снова все почувствует. Он кивнул, ведь прекрасно знал, что лишние примеси могут осложнить опознание других примесей в крови. – Жди здесь. – с этими словами учёная ушла в свою лабораторию. Оставив Шиничи на долгих полтора часа, за которые он успел известись так, что едва не выбил дверь. Усиливающие удар кроссовки позволяли... постоянно об этом думал, но каждый раз сдерживался – от мысли о нарушении процесса приготовления чего-то, что может помочь Киду. Нет, Кайто… Терпение было вознаграждено, когда Хайбара вышла из лаборатории и со своим обычным безразличным видом вручила довольно большую пробирку со слегка мутноватой бесцветной жидкостью. – Вот. У него и правда было отравление опиатами. Это облегчит симптомы ломки. – протянула сосуд, заткнутый стеклянной пробкой. – Я прикрою тебя, побудь со своим другом, пока ему не станет легче. Проследи, чтобы не принял никакой дряни. У него уже почти зависимость, ещё хотя бы раз – и точно подсядет. Я сделала всё, чтобы этого не случилось. – поцокала ногтем о стекло. – Дальше дело за ним. И за тобой. – Спасибо, Хайбара. – не знал, как выразить свою признательность детектив. Спорить относительно «друга», передумал быстро. – Это... пить? – спрашивать гениального химика что это такое, точно не стоило. Объяснения могли затянуться, да и не факт, что он понял бы. – Конечно, пить. – теперь девочка выглядела недовольной. – Иначе оно было бы в шприце. Натощак, час спустя ничего не есть. Пить можно, воду. Всё, иди уже. – вот так его буквально выгнали.

***

– Ты долго. – донеслось обвинительное откуда-то снизу. Зайдя в неосвещённую прихожую с яркого полуденного солнца, Конан рассмотрел только какую-то кучу. При ближайшем рассмотрении, когда глаза привыкли к полумраку, определил, что это свернувшийся на полу фокусник. Очевидно, очень не хотел пропустить возвращение своего маленького помощника. Или просто не дошёл до выхода. Не хотелось думать, что тот нарушил бы слово, но и такой вариант был возможен. – Зато я принёс тебе кое-что. – вынул из-под курточки припрятанную от чужих взглядов пробирку. – Оно облегчит твоё состояние. Это… пить. – Кид и сам догадался. Ещё на середине фразы казавшееся полуобморочным, тело распрямилось как сжатая пружина. Моргнуть не успел, как тот уже стоял напротив. На четвереньках, но даже так скорость впечатляла. Вырвал из рук сосуд, выдернул пробку… – Осторожно!.. – не пролил ни капли. Был осторожен, понимая, что это его спасение, или хотя бы облегчение симптомов. – Спасибо. – произнёс Конан. Вор-фантом не понял за что его благодарят. Пришлось пояснить: – Что дождался. Что выдержал. – За что ты благодаришь меня, мейтантей? – всё же уточнил. – За то, что не разочаровал. Не знаю, как жил бы с мыслью, что из-за меня, моей нерасторопности ты… или лишился бы возможность достичь своей цели, или был бы пойман, или вообще убился бы, пытаясь делать то, что делал пока был… здоров. – Глупости говоришь. – отмахнулся парень, которому зримо становилось лучше. – Это же в первую очередь мне надо. Так что… И терпел не зря, ты всё же сумел помочь мне. Кстати, мои благодарности химику. Знаю, что не ты. – Не могу же я быть гениален во всём. – усмехнулся Конан, радуясь за товарища. Или и правда стоит звать другом? Ради кого меньшего не стал бы в такой спешке собираться и лезть в заведомую ловушку, ещё и с угрозой своей репутации в случае раскрытия… Кид хихикнул и поднялся, уже без труда держась на ногах. – А сейчас идём на кухню, ты должен что-нибудь съесть. Но только через час, а пока будем готовить. – О, вот как? Будешь решать за меня что мне делать? – вроде бы со смешком, но в то же время серьёзно вопросил фокусник. – В ближайшее время – да. – честно ответил Шиничи. – Сейчас самый объективный человек здесь я. Ведь совсем недавно ты считал лучшим выбором в полуобморочном состоянии пойти на улицу искать ещё одну дозу какой-нибудь дури. Так что да, какое-то время я буду решать за тебя как для тебя будет лучше. – Но я же этого не сделал. – слегка обижено отозвался парень. – Верно. И я очень рад, что тебе хватило силы воли на это. Ты молодец. – счёл нужным отметить достижения фокусника. Это и правда был почти подвиг, исходя из того, как оный выглядел. – Но у меня, можно сказать, врачебное предписание проследить за тобой и твоим состоянием. Так что какое-то время тебе придётся потерпеть меня и моё самоуправство. – чуть улыбнулся. Кид был таким человеком, что понимал шутки, как видел и когда собеседник шутит только наполовину. – Пока я не смогу убедиться в полной осознанности твоего выбора. Договорились? – и конечно, спрашивать, а не ставить перед фактом. Никто не любит ультиматумы, даже понимая необходимость именно такого подхода. – Ладно. – со вздохом согласился Кид. – Заодно проследишь за восстановлением моих глаз, тебя это ещё на острове беспокоило, помню… Значит, погостишь у меня! О, значит мне нужно провести тебе экскурсию!.. Так закончилась история об острове ловушек. И началась другая, новая – о двух парнях, так похожих друг на друга внешне и таких, в сущности, разных, которые за время этого приключения стали на порядок ближе, чем до этого. Их ждёт ещё много совместных приключений и занимательных открытий, но это будет позже, а сейчас они заняты тем, что готовят обед на двоих и общаются о разных мелочах.

***

Однажды Хаттори Хейджи узнал, что, оказывается, бывал на одном примечательном острове. Перетряхнув свою память и убедившись, что это не он забыл, а действительно не был, принялся копать. Узнал, что во время этого посещения мало походил на себя, зато был в компании детектива востока… Кудо придётся кое-что объяснить!.. Но это уже совсем другая история.