meet me in the computer class

Как же раздражают только что поступившие в старшую школу мальчики, пытающиеся казаться крутыми. Их обязательными атрибутами всегда были не глаженная форма, упаковка самых дешевых едких сигарет и самодовольное выражение лица, в которое хотелось если не плюнуть, то хотя бы убрать эту глупую, ничуть не устрашающую ухмылку. Надо было давно привыкнуть, что на закрытой крыше их школы других и не встретишь, но местная тишина и неповторимый вид на город казались слишком соблазнительными. Именно поэтому Юри в очередной раз встретилась с парой заносчивых взглядов, хотя ей до сих пор было непонятно, как такие кадры не умудрились пересечься с ней раньше. Демонстративно закатив глаза на вопрос «Что в этой дыре забыла такая крошка», она потушила немного недокуренный бычок и тихо усмехнулась, игнорируя их слова. Типы оказались приставучими, поэтому с крыши Юри спустилась позже положенного. Напомнив им, что дверь должна быть заперта после их ухода, она направилась в свой кабинет, который находился на противоположной стороне главного учебного корпуса. Хоть их школа и была третьесортной, здание впечатляло. Большое, к всеобщему удивлению ухоженное. Юри очень любила прогуливаться по пустым коридорам, хотя получалось это довольно редко - школьники всегда рушили эту невероятную атмосферу. Замедлила шаг, вспомнив, что учитель Квон все равно не станет ругаться, и вдохнула свежий воздух, доносившийся из открытых форточек. За мыслями о скором окончании промозглой и дождливой погоды на улицах она и не заметила, как оказалась под табличкой с номером "3-2". Бодро постучавшись по тонкой двери, она, не дождавшись ответа, дернула ее в сторону, громко начиная: — Прошу прощения за опоздание, — развернулась, закрывая за собой дверь, и зашагала к задним рядам, — я… — Это, видимо, номер семнадцать? — за спиной послышался незнакомый голос, и Юри развернулась в непонимании. За учительской кафедрой стоял совсем не пожилой учитель Квон, но сейчас точно должна была быть математика. — Хон Юри, номер семнадцать, да. — заняла место за своей партой под странную, непривычную тишину в классе. Причиной такого затишья мог стать только один человек, что развернулся к классу спиной и начал писать на доске с характерным мерзким скрежетом. Проигнорировав ответ ученицы, он продиктовал номера страниц и проговорил название темы урока. Юри это совсем не нравилось. Что случилось с учителем Квоном? Ему нездоровится? Кто этот человек? И как он смог заткнуть даже самых неугомонных в их классе? Руки сами открыли учебник и тетрадь, но ни одно слово нового учителя не укладывалось в голове, уступая мыслям о том, откуда вообще он взялся. Выглядел молодо, даже слишком - кого-то из взрослых в нем выдавали только строгий костюм с рубашкой и галстуком в тон и слишком усталое выражение лица. Он часто смотрел на учеников, и в моменты, когда он разворачивался к крайнему ряду, на котором как раз сидела Хон, его взгляд будто пронзал насквозь. Но не так, словно заглядывал в самое нутро - он просто не замечал никого из них, хотя всегда быстро отвечал на немногочисленные вопросы. Хоть учитель и выглядел уверенно, его слишком привлекающее внимание лицо и высокий рост не давали поверить, что перед ними был настоящий препод, разбирающийся в чем-то кроме ухода за кожей и новинок айдол-групп. Урок пролетел быстро, но вместо того чтобы запомнить очередной способ решения тригонометрических задач, Юри думала только об отвратительной ауре этого человека. Безымянного учителя. Неужели так сложно было сказать, как к нему обращаться? Как только он холодно попрощался с классом, в кабинет вернулся привычный гул, в этот раз больше походивший на шквал взрывающихся ракет. Все, естественно, бросились обсуждать одну единственную тему, и Юри присоединилась, готовая высказать все свое недовольство. — Хон, тебе еще повезло - я думала, он сразу выгонит за опоздание! — Сон Сынван, одна из немногих приятных личностей в этой параллели, нависла над партой Юри. Последняя привычно откинулась на стуле, забрасывая ноги на заваленную тетрадями и учебниками парту, и стала слушать то, чего слышать совсем не хотела. Оказалось, что учитель Квон действительно заболел, и ему предстоит очень сложное и долгое лечение, из-за чего он принял решение уйти из их школы. Все это выпускной класс узнал из короткого представления их нового математика, учителя Ли Джэхёна. Несмотря на его привлекательность, он оказался учителем со стажем, грузом из огромного количества знаний и непомерного эго. — Он сказал, что ему не важны отношения с нами вне школьной программы, поэтому мы можем хоть ненавидеть его и нанимать шаманов для порчи, на его беспристрастное оценивание наших знаний это никак не повлияет. — Так и сказал? — возмутилась Юри, понимая, насколько сильно изменится их привычный уклад жизни, который она с еще небольшой адекватной частью класса старательно берегли. — Он отменил систему лояльности, это конец! — переходя на писк закричал Джу Ханён, ложась на парту. Кошмар. Чужак, да еще и со своими правилами им точно не нужен. Но теперь ничего не попишешь - Сынван повторила, что он с ними до выпуска. Благо, до него осталось чуть меньше года. Чуть меньше года до их свободы. Оставшиеся после обеда уроки прошли в мгновение ока, и Юри даже успела выдохнуть и переобуться, предвкушая не самое приятное продолжение дня в душном зале ее работы, но у самого выхода его остановила староста какого-то из младших классов и попросила срочно пройти в кабинет директора. У девушки в голове сразу промелькнули рожи тех двух недоносков с крыши - либо как трусы настучали на отчитавшую их девчонку, либо что-то натворили, а получит как всегда она. По дороге к «любимому» кабинету староста то и дело косилась на Юри, то ли от сожаления, то ли от уважения. Что же, она действительно была известна в их школе, поэтому обеденный инцидент раздражал с каждой секундой все сильнее и сильнее. Когда дверь захлопнулась за спиной, взгляд упал на прибранный, до скрежета в зубах аккуратный рабочий стол их директора. Разговор начал с привычного выкрика ее имени, и повышенный тон его голоса, злое, но больше уставшее выражение лица совсем не вязались с этим напыщенным перфекционизмом. — Я даже не знаю, что это за парни, — сразу начала оправдываться, пряча руки за спиной, — но они пообещали… — Юри-я, — прервал ее, — просто объясни, как можно было умудриться вывести из себя нового учителя за один единственный первый урок? — он снял очки и потер переносицу, — Что ты натворила, что он сразу потребовал наказать тебя? Ее брови нахмурились, а все слова, приготовленные для объяснений по дороге сюда, исчезли. Перед глазами сразу появился тот недобрый взгляд, который на нее бросил новый учитель, стоило ей опоздать всего лишь на пару минут. — Вам пожаловался учитель Ли? — старалась говорить спокойно, хотя уже закипала внутри. — И попросил наказать тебя по всей строгости. Юри-я, пожалуйста, это очень хороший специалист, давайте мы постараемся удержать его… Дальше она особо не вслушивалась в его слова, думая только о том, какой этот Ли Джэхён крыса. В классе и слова не сказал, а сразу же втихую пошел к кому-то поавторитетнее. Да и простое опоздание это явно не повод для наказания от директора. — Мы сошлись, что ближайшие пару недель ты будешь помогать учителю Ли с журналами и ведомостями - это упростит ему первое время работы. — он наконец положил очки на стол и сейчас посмотрел прямо Юри в глаза. В его взгляде уже не чувствовалось прежней злости, — Только, пожалуйста, без выкрутасов. Юри натянуто улыбнулась, пообещав быть паинькой и не устраивать сцен. Но она не обещала, что не выяснит, почему нужно было поступать именно так. Ей просто повезло, что она на хорошем счету у их директора. А был бы это кто-то другой - кто знает, чем бы закончилась для него эта беседа. Явно не заполнением журналов. На работу ехала с мыслями о завтрашнем разборе полетов. Она не позволит кому-то не особо старше, чем она сама, вести себя подобным образом. *** Следующий день обещал быть «отличным» по целому ряду причин, и развлечение с новым учителем после уроков было далеко не самым худшим. Кое-как пережив долгие часы самостоятельной подготовки к экзаменам, на которую, откровенно говоря, Юри было плевать, подкрались два урока математики. Мало того, что тригонометрия не давалась от слова совсем, любое действие этого кадра вызывало дикую злость. Он говорил слишком надменно, смотрел точно свысока и не из-за того, что перед ним сидел табун малолеток, а просто потому, что явно чувствовал себя важнее, чем учитель в подобной школе. Что значит «нам нужно удержать его»? Чем он так важен, а они так плохи? Да, Хон Юри обиделась, и просто так это не оставит. Ему просто повезло, что у нее довольно хорошо получается сдерживать себя, и что Ким Сону до сих пор отстранен от занятий. В любом случае, на второй день его уроков класс уже успел расслабиться - вновь вернулись перешептывания, кто-то не боялся отворачиваться в окно или втихаря заглядывать в телефон. Юри замечала все это от большого нежелания вдумываться, что пытались донести ей за учительской кафедрой. — Домашнее задание - доделать эти две страницы. На этом мы сегодня, пожалуй, остановимся, но студенты шесть, девять, семнадцать, двадцать четыре, двадцать пять и двадцать девять получат дополнительное задание за отвратительное поведение в течение наших уроков. Их вам передаст, — он поднял и заглянул в лист, что лежал под какими-то папками, — Хон Юри. Немая сцена. Буквально немая - в кабинете из звуков осталось только шуршание его бумаг и колыхание занавесок. — Всем до завтра. — он не дождался ни слова от учеников, буквально удирая из кабинета. — Учитель Ли! — наконец отозвался Джи Чанмин, студент номер двадцать четыре, и быстро побежал за ним в коридор. Шум накрыл класс, и Юри была готова поклясться, что сейчас разнесет половину кабинета. Или весь. — Даже Джи Чанмин получил, вы прикиньте! — А почему нельзя было сделать замечание? Сразу наказание? Что за садизм? — сетовала ученица номер шесть, Пак Суён. Она была права. Никто, ни один адекватный учитель не станет поступать так. Как крыса. Юри молчала, злобно прикусывая губу и слушая то, насколько возмущены все вокруг. — Он донес на меня директору. — резко вступила она, прерывая показательную сцену группы мальчишек. Все в ужасе развернулись к ней, кто-то даже громко произнес «божечки!», и стали ждать продолжения, — Я вчера опоздала на 4 минуты, он пошел к директору Юн и потребовал наказать меня по полной строгости. Теперь еще и домашки навалил. Или кринжа. Шум возобновился, и Сынван пыталась задать какой-то вопрос, но Юри резво начала собирать вещи в сумку и, бросив что-то наподобие «у меня сейчас начнется самое веселье», удалилась. Пошла она в сторону учительской, надеясь, что сейчас там будет максимально мало других преподавателей. Она оказалась права, в самом сердце школьного ада кроме учителя Ли сидела еще только парочка пожилых учительниц, и Юри зашагала в сторону дальнего стола - там, где раньше у стены любил порассказывать о жизни учитель Квон. — Хон Юри готова к честному труду. — процедила она, пытаясь разглядеть стол, за которым сидел Ли Джэхён. Пустовато - видимо, еще совсем не успел освоиться. — Возьми, пожалуйста, вот эти распечатки и дойди до компьютерного класса. — он тоже не смотрел на нее, продолжая печатать что-то на компьютере, — Я подойду через пару минут. Хотелось съязвить, но обе учительницы почему-то смотрели именно в их сторону, а Юри пообещала быть паинькой. Она коротко сказала «хорошо», взяла не очень толстую кипу бумаг и стала разглядывать их по пути до кабинета. Дополнительные задания. Много. Когда он успел их напечатать? Ненормальный. Компьютерный класс как всегда пустовал. Он был излюбленным местом всяких отбитых парочек, которые не могли потерпеть пару часов до окончания занятий и обязательно сосались в темном углу за высокими шкафами с книгами, если не делали чего похуже. Юри все равно проверила тот закуток, на всякий случай, а то было бы неловко. Благо, она оказалась одна и от скуки дальше продолжила рассматривать задания, которые приготовил для них мастер пыток, запрыгнув на одну из парт. Из мыслей о том, что для математики на листах слишком много английских букв, ее вырвал шум отворяющейся двери и тихие шаги. Учитель Ли оглядел весь кабинет, прежде чем остановиться на ученице. Кажется, он впервые посмотрел ей прямо в глаза, но от этого стало только не по себе. — Хон Юри, правильно? — уточнил он, закрывая за собой дверь и усаживаясь на мягкий учительский стул рядом. — Мне всегда казалось, что до работы с классом учитель должен выучить имена учеников. — не хотела этого говорить, но не сдержалась. Учитель Ли продолжал молча смотреть на нее, будто давая возможность продолжить. — Эти листы я передам, журналы заполню, но вы не думаете, что поступили не по справедливости? — его лицо не передавало никаких эмоций, только глаза слегка блестели от уличного света, льющегося из грязных окон, — Вы дали дополнительное задание, наказав этим даже лучшего ученика нашего класса, представляете, какой это для него удар? — Я тебя услышал. Журналы заполнять не нужно, мне ты будешь только мешать, попрошу просто не попадаться мне на глаза во внеучебные часы и не устраивать морализаторских лекций. Юри не сразу нашлась, что ответить, не веря, каким грубым тоном с ней говорил учитель. — Но директор… — Директору Юн ни слова, нам обоим от этого будет больше проблем. — Прошу прощения, но вы сами это все завари… — Я попросил, — прервал ее, опуская взгляд явно в журнал какого-то другого класса, — без лекций. Мне рассказали, какую роль ты играешь в этой школе, я не собираюсь в это лезть. Скажу один раз, — начал писать, — вы уже взрослые, и от взрослых людей я требую только изучения материала и соблюдения дисциплины. Воспитывать вас должны были родители, поэтому я не стану тратить и так короткое время наших уроков на нравоучения и замечания - все получат то, что заслужили. Юри открыла рот даже не от шока от сказанных им слов, а от возмущения от его пафоса и самоуверенности. Он приподнял взгляд, наконец встречаясь с ее глазами. — Мне всегда казалось, что только это и требуется от учеников. Ваш класс и это выполнить не в состоянии. До завтра. У девушки был подготовлен монолог. У нее и сейчас есть много чего, что нужно высказать этому напыщенному уроду. Но его непоколебимость во взгляде, очевидное нежелание продолжать разговор просто лишили ее дара речи. Ну хорошо. Будет по-вашему. — Я вас услышала, — отзеркалила его фразу, как пару секунд назад поступил и он сам с ее, — на нас такие ваши манипуляции, может, и сработают. — Юри слезла с парты, забирая листы и сумку, — Но если они сработают, то от нас тогда никакой помощи не ждите. — отворила дверь, — До свидания. Урод. Мерзкий тип. Вызывает только злость и отвращение. Нет, в его словах была правда. Доля правды. Совсем чуть-чуть. Но он определенно сразу отнесся к ним предвзято. Свысока. Отвратительно. Их класс не был самым ужасным. Да, в нем учился самый отвратительный из студентов этой школы, но в общем и целом они не были хуже остальных. Неужели он относится так ко всем в этой школе? Грустнее всего было от того, что Юри правда любила учителя Квона. Он для большинства из ее параллели был как дедушка - не ругался сильно, если что-то получалось не сразу, не повышал голос и просто относился с добротой. Пониманием. Чтобы теперь вместо него пришел такой педант. Катастрофа. Три страницы заданий она раздала провинившимся у самого выхода из школы, рассказывая, что теперь вместо уроков математики их ждет тьма и содом. Джи Чанмин выглядел особенно убито, и Юри даже не сразу придумала, как его утешить и чем ободрить. Джи Чанмину тяжело. Ему нужно учиться только на отлично, чтобы получить стипендию. Наверно, он один из немногих, кто по-настоящему хотел бы продолжить обучение в университете ради знаний, а не потому, что того требует общество. Он просто объяснил соседке по ряду, что было написано на доске, явно за это и получил. Юри хотелось верить, что этот инцидент остается внутри взаимоотношений их класса с учителем Ли, а не дойдет до учительского состава. Очень хотелось верить. Чанмин проводил ее до остановки, после чего поблагодарил за поддержку и отправился домой, жил он неподалеку. Юри же предстояло отработать еще целую смену, а ночью насладиться дополнительной домашкой, хотя она не была уверена, что успеет справиться даже с основной - ее ждала подготовка к конкурсу по зарубежной литературе. *** Хотелось жаловаться. И курить. Больше курить, чем жаловаться. После того дня Юри больше не пересекалась с учителем Ли вне их уроков, но постоянно чувствовала на себе его липкий взгляд отвращения. Он несколько раз вызывал ее к доске, она с переменным успехом решала примеры, чаще прося помощи у кого-то из класса, и за полторы недели получила еще два штрафа. Паттерн его наказаний стал понятен после последнего - нельзя говорить, если не спросили, нельзя отвлекаться, нельзя не думать о математике. Намерения благие, он прав во всем из перечисленного, но накидывать лишних три-четыре страницы примеров за лишний взгляд не на доску просто бред. Когда Пак Суён, явно страдающая пониженной концентрацией внимания, получила дополнительное задание в седьмой раз, ее нервы не выдержали. Был скандал, она пошла жаловаться в учительскую, за что получила по башке еще сильнее и схлопотала совсем недобрый взгляд от учительницы Им, которая вела биологию. Она просто с ума сходила по Ли Джэхёну, но причина оставалась неизвестной даже для завсегдатаев крыши. На крышу ходили многие, но девушке не хотелось присоединяться ни к одной из компаний - совсем не совпадали интересы, но у них можно было узнавать самые горячие сплетни. Юри смогла нормально вздохнуть только поднявшись наверх, наконец выудив тонкую сигарету и свою любимую зажигалку с Хэллоу Китти. Когда дым наполнил ее легкие, думать стало проще. За две недели уроков с ним она научилась различать его эмоции, хотя раньше казалось, что они у него отсутствуют. Из них ярче всего выделялись злость, отвращение и усталость. Отличала она их исключительно по его глазам и бровям, хотя одноклассницы говорили, что вообще такого не замечают - будто он не живая статуя. А она уже привыкла к его бесконечному монотонному трепу о синусах и котангенсах. Он действительно не просил оставаться после уроков, как наказал директор Юн. Ей за это еще ни разу не прилетело, а значит, не наврал. Хоть что-то хорошее в нем есть. Сегодняшний день вообще показался Юри… обычным. Ко всему привыкаешь. Если они научились справляться даже с выходками Ким Сону, то и с ним справятся. Но зря она вспомнила о нем, мыслям свойственно сбываться. В ту же секунду как она потушила сигарету, дверь на крышу с грохотом открылась, и через нее ввалилась самая мерзкая компания школы - компания Ким Сону. Он сам вернется только на следующей неделе, но это не делало четверых высоченных парней перед ней более приятными. — Хон! — Джу Ханён махнул ей, немного ускоряя шаг, — Свали, по-братски, нам тут нужно… Ханён был самым дружелюбным из них, но даже он вызывал отрицательные эмоции. Проигнорировав его просьбу, Юри наклонилась и посмотрела за его спину. За ним стояли его дружки - Со Чанбин, Чон Уён и Ли Гиук. Но не одни. — А эти парнишки вам зачем? — она сигаретой указала на тех двух приставучих дураков, которых она поколотила пару недель назад. — Хон, — влез Уён, — тебя по-человечески попросили уйти, тем более, ты уже докурила, так что… Блядь… Пока он говорил, она успела достать из кармана телефон и включить камеру. Чанбин недовольно цыкнул, отпуская младшего. Второго отпустили секундой позже. — Ой, а чего вы, больше не хотите отпиздить их? — говорила приторно милым голосом, — А я так хотела заснять это и показать… — Ханён попытался вырвать телефон у нее из рук, но та ловко увернулась, — Ай, Ханён-а, тебе со мной так лучше себя не вести, одноклассники же. Ребята, — мотнула головой тем дурачкам, — шуруйте и побыстрее, а то на меня сейчас… — Чанбин выбил телефон у нее из рук, оказываясь слишком близко к ее лицу. — Ты можешь вести себя так только потому, — толкнул пальцем ей в плечо, — что Ким Сону не разрешил нам разукрашивать твое милое личико в его отсутствие. — Раскрашивать, — Юри оттолкнула его руку и встала, плечом задевая его, — слова «разукрасить» нет. — она подняла телефон и выдохнула, обнаружив экран без трещин, — Еще раз увижу вас в такой ситуации - пеняйте на себя. Чанбин было замахнулся, но Ханён вовремя перехватил его руку, не давая сделать это. Младшие ученики застыли, как олени под светом фар, глядя на Юри. Она кивнула головой в сторону двери, и двое побежали прочь, а сама последовала за ними. — Все настроение испортили, твари. — выдохнула она, захлопывая дверь. *** Никогда не загадывай наперед, у судьбы все равно свои, отличные от твоих планы. Юри уже полгода работает в прелестной (только для посетителей) пекарне - берет вечерние смены и стоит за кассой, предлагая сладкие круассаны или другую не менее аппетитную выпечку. Эту работу нельзя назвать «не пыльной» - весь вечер на ногах, ты не только обслуживаешь покупателей, но и таскаешь тяжелые подносы, готовишь кофе, считаешь выручку и убираешься в зале. Тяжко и выматывающе. Но деньги есть деньги, а она никогда не пойдет против своих слов, данных отцу - на свои хотелки она будет зарабатывать самостоятельно. Обычно, вечера проходили одинаково, но именно сегодня, когда Юри устала настолько, что была сама на себя не похожа, до нее решили докопаться. И не за невкусный рогалик или завышенные цены - к ней решили подкатить. Она даже маску натянула до самого верха, пониже опустила козырек форменной кепки, лишь бы не показывать лицо, но какой-то мужик, точно старше ее лет на пятнадцать, если не больше, все равно пристал. Вонючий и неопрятный. — Я просто поинтересовался, что ты делаешь после работы. — продолжал ворковать он, благо за ним не тянулась длинная очередь, а стоял только один человек. — Ваша покупка, — протянула бумажный пакет, игнорируя вопрос, — всего доброго и… — Я подожду тебя здесь, можем потом… — Не нужно, меня заберут. — Куколка, ну зачем так глупо врать, я же знаю, что ты одна ходишь до станции. Внутри, на кухне, есть тетушка и дядюшка, ответственные за приготовление выпечки. Можно будет позвать их, да и камера… — Если вы сейчас не отстанете от этой девушки, я вызову полицию. — к удивлению Юри, еще один покупатель подал голос. — Парень, пожалуйста, не лезь в наш разговор с таким бредом, мы… — У них за прилавком стоит камера, ваш разговор записан. — пауза, Юри слегка улыбнулась под маской, перестав бояться поднять взгляд, чтобы увидеть… своего учителя математики. Учителя Ли Джэхёна. В каких-то тряпках вместо привычных рубашки и пиджака, — Мне багет и вот эти печенья, пожалуйста, — он пальцем показал на коробку за витриной, игнорируя испугавшегося мужчину справа от него, — оплата картой. За то время, что она обслуживала его, учитель Ли ни разу не поднял на нее взгляд. Он не смотрел и на извращенца, который быстро сделал ноги и пекарни, после чего коротко поблагодарил и ушел. Он ее не узнал. *** Юри хотела отблагодарить его на следующий день в школе, но и слова не могла подобрать для начала. Ей было трудно осознать, что человек, в сознании оставшийся как мерзкий гондон, может поступить так благородно. Может, ему лучше и не знать, что это была она? Оставит себе этот момент для придумывания интересных сценариев перед сном? Только для себя? Думать в школе об этом не успевала - учитель Ли, который другой Ли, любимчик Хон, сообщил, что нужно будет остаться после уроков для подготовки к конкурсу. До него и правда осталось меньше месяца, а единственным представителем от школы была Юри. Гуманитарные науки всегда давались ей легко - то ли из-за отличной памяти, то ли просто был такой склад ума. В литературе она была, даже не хвастаясь, самой лучшей в их школе. Спасибо ее маме, что привила ей любовь к чтению, но на этом список благодарностей для нее можно и закончить. Поэтому она уже третий год посещала каждую связанную с литературой тусовку, будь то олимпиада или конкурс, и показывала там отличные результаты. Как знать, может за это ей и прощали многие косяки и вообще плохое поведение. — Хон. — когда она уже почти дошла до учительской, ее окликнул голос, который она надеялась не слышать еще хотя бы пару дней. — С каких пор задир пускают в школу раньше положенного? — она развернулась, видя надвигающегося отморозка. Он встал почти вплотную с ней, нависая, и если бы не близость учительской, то он бы точно получил в под дых. — Пришел вымаливать прощение, чтобы вернуться и вновь лицезреть убогость сия заведения, — он пальцем коснулся ее хвоста, накручивая прядь, — мне рассказали, что тут произошло много всего интересного, поделишься? — Сколько раз я говорила не трогать меня? — она ударила его по руке, пытаясь сделать шаг назад, и тот уже было ухватился за ее запястье, как вдруг за спиной не открылась дверь. — Учитель Ли ждет тебя все это время, быстрее. — голос она узнала сразу, и теперь к удивлению даже для себя испытала облегчение - ей не придется разбираться с этим… — Новенький? — продолжил тот, кому хотелось вдарить, — А чего без… — Спасибо, учитель Ли, — специально наступила парню на ногу, отчего тут вслух проматерился, — прошу прощения, это Ким Сону, четвертый в списке моего класса. Только не идите сразу жаловаться директору Юн, Сону-я еще не восстановился после прошлого отстранения. Юри забежала внутрь, тут же находя взглядом учителя литературы. Но что-то подсказывало ей, что возвращение Ким Сону не сулит ничего хорошего.