запах чая и простая забота

Утро выдалось солнечным; яркие лучи умудрялись освещать даже сквозь шторы, мягким светом ложась на мебель и присутствующих в помещении Ацуши, сидящего рядом с ещё спящим Акутагавой, держащего его за руку. Выбираться из слабой хватки не хотелось; это казалось чем-то чрезвычайно глупым и бессмысленным, вызывая тёплую улыбку и тягу обнять. За последний день, тактильность парня тщательно глушилась нежеланием причинять неприятные ощущения. - Доброе утро. – видя нехотя открывающиеся глаза, произнёс Накаджима. - Доброе. – коротко ответил темноволосый слегка хриплым голосом. Сейчас Рюноске не казался тем жестоким мафиози, готовым перейти любые рамки и правила, лишь бы выполнить задание; сейчас он казался раненным котёнком, нуждающимся в заботе и любви настолько же сильно, как и в кислороде; его хотелось отгородить от всего мира, защитить и утешить. - Прости, что ты просидел здесь всю ночь. – он всё же забыл маску безразличия на кухонном столе, потому что интонация получилась слишком эмоциональной и непривычной даже для самого парня. - Не извиняйся. – мягко попросил детектив. – с тобой всё хорошо – это сейчас главное. – он немного улыбнулся. – Нужно поменять бинты. – на комнату опустилась небольшая пауза. – Мне нужна какая-нибудь ёмкость для воды, полотенце и бинты. – получив указания, что и где находится, он покинул комнату, вернувшись через пару минут и застав поднимающегося Акутагаву. Легонько обхватив протянутую ладонь, аметисты не увидели дрожи или попытки отдёргивания, поэтому бинты быстро смочились и были сняты. Ранки покрылись небольшой корочкой, защищая повреждённое место, а кожа чуть покраснела; повязка наложилась в небольшой слой, просто прикрывая повреждения. - Пойдём, я чай заварю. – улыбнувшись на помощь, предложил он, даже не задумываясь о том, как искренне и по-домашнему это прозвучало. Словно вчера он не отталкивал этого паренька, будто они уже несколько лет живут вместе, и эта фраза звучит каждый день. Ничего не ответив, Ацуши направился за хозяином квартиры. Но на кухне не было той маски, словно она разбилась, разлетаясь не на мелкие осколки, а стираясь в пыль, что быстро унёс ветерок из приоткрытого окна, забирая в свой танец. Сейчас безразличие казалось самой маленькой заботой, о которой можно было и вовсе позабыть, глядя на сидящего поодаль Накаджиму, с осторожностью держащего кружку, наслаждаясь теплом посуды; его немного сонный взгляд, что был опущен, будто не в силах подняться; смятую одежду, складки на которой казались неестественными, если знать прилежность её владельца. - Тигр, - голос дрогнул, а обращение звучало без раздражения, напротив, с какой-то нежностью в тоне, - Спасибо тебе. – спустя несколько долгих мгновений молчания, произнёс Рюноске, так и не решившись признаться в чувствах. Сейчас хоть и был идеальный момент, был настрой и было всё настолько превосходно для этого, но вот только слова застряли где-то внутри, а ком в горле не давал их выпустить. - Тебя что-то беспокоит? – улыбка от благодарности постепенно растворялась, прячась за тревожностью. Акутагава замялся, отчаянно пытаясь сглотнуть сгусток несказанного, что давалось с трудом. Детектив тут же оказался рядом, совсем легонько, с невиданной аккуратностью прикасаясь к одежде на плече парня. Вопреки всем, самым страшным ожиданиям, его не оттолкнули, лишь слегка повели рукой, заключая в объятия. - Я люблю тебя. – совсем тихо, на самое ушко произнёс мафиози, сильнее сжимая белую ткань. - И я тебя люблю. – улыбнулся светловолосый, утыкаясь носом в изгиб шеи. Это казалось чем-то недосягаемым и невозможным, но на деле, их побудила не самая, далеко не самая приятная ситуация, на эти откровенные и важные слова, позволяя наконец раствориться друг в друге, не думая о всём окружающем их мире.