береги свою нежность.

— С тобой всё в порядке? — Шёпотом спрашивает Райдос, не отстраняясь от шаманки. Рукой она махнула в камеру, показав, что следует остановить съёмку. Операторы, решив не спорить, ушли снимать эмоции каждого человека по отдельности, из-за чего толпа уверенно разошлась, оставляя ведьм наедине. — Да. — отвечает Романова, глядя вперёд себя. Вике всё равно кажется, что с ведьмой что-то не так. Решив, что она накрутила себе эти мысли, жрица отходит, отворачивается. Глаза невольно обращают внимание на крышу ближайшего здания. Ворон на ней каркает, взлетает. Бороться с думами в голове всё труднее, ведь сон и реальность чертовски хорошо сходятся. Из-за этого Райдос и оборачивается к Марьяне, которая стоит перед дорогой, словно готова перейти, но не идёт. Жрица не сдерживается и берёт за запястье шаманку, отводя к себе. В этот момент перед ними из-за угла вылетает машина, возникшая из неоткуда, мимо пролетает тот самый, как кажется, ворон из сновидения. Женщины кашляют от поднявшейся пыли, пока за водителем мчит полиция. Обе провожают взглядом эту картину. — Не всё хорошо. — Виктория ведёт Марьяну в противоположную от толпы с камерами сторону. В её разуме возникает картинка, стоящая на повторе, о том, как машина могла легко сбить хрупкое тело ведьмы, если бы она шагнула вперёд. Ничего бы уже не помогло. — Вика, это у тебя не всё хорошо. — Виктории казалось, будто шаманка говорила так, будто только пробудилась от сна. Предпологает, что они изменили судьбу, ход событий, но быстро выкидывает эти мысли в сторону, боясь их. Марьяна прикладывает ладонь к голове, следуя без споров за Райдос. Когда ведьмы скрываются в деревьях и кустах, она примыкает к дереву головой, спускаясь на землю, пока Вика, наблюдая за этим, присаживается на корточки рядом. — Как ты себя чувствуешь? — Видя состояние Романовой, спрашивает Райдос. — Зачем ты прервала мою работу с духом? — Хмурясь, интересуется ведьма, беря за руку собеседницу. — Что на тебя нашло? Наблюдаешь за моим испытанием, прерываешь его... Вика! — Восклицает женщина, когда жрица отводит взгляд. — Ты решила меня завалить? — Теперь видно, что она в нормальном, адекватном состоянии. — Это было бы очень подло с моей стороны. — защищается Вика, не до конца понимая, показался ей или нет плохой вид шаманки. — Это и есть подло. Мне казалось, что мы с тобой прекрасно общались, но ты решила испортить моё испытание. — Марьяна поднимается на ноги и уходит с места съёмок, не желая говорить что-либо на камеру. За ней следует Виктория, но ни слова не произносит, ведь понимает, что никак не оправдается. Глупо оправдывать свои действия сновидением. Даже если человек поверит, то посчитает тебя, в лучшем случае, параноиком, а в худшем – отправит лечить психику. В готическом зале стояла напряжённая тишина. Каждый участник шоу изредка посматривал то на Марьяну, то на Вику. Даже после просмотра выпуска осталось много неразгаданных поворотов. Шаманка в сторону жрицы вовсе не смотрела. Её взгляд всё время был направлен в пол, в потолок, в стену, но не на людей, находящихся в этой же комнате. Отвлеклась она только в тот момент, когда к ней подошёл Александр Шепс. — С Викой поругались? — Женщина поднимает взгляд на мага, но молчит. Сама знает, что не ругались, но объяснить произошедшее не в силах. На Райдос всего лишь затаилась сильная обида, а при взгляде на неё чувствуется боль, которая готова разорвать сердце. — На самом деле она изменилась в худшую сторону, поэтому я перестал с ней общаться. — твердит Саша, решивший, что ведьмы поругались, но Романовой трудно это вслух признать и произнести. — Нам не из-за чего ругаться, — тихо произносит Марьяна, вызывая этими словами удивление у мужчины. — Не переживай. — она скрещивает руки на груди и уходит в сторону от Шепса. Поднимая с пола взгляд, ведьма замечает перед собой Викторию, в которую по случайности чуть не врезалась. Воспоминания быстро укрывают, а сердце сильнее колотится, готовое разбиться на мелкие острые осколки, которыми можно с лёгкостью порезаться. — Камеры, звук подстроили, идём, пора. — говорит жрица, настраивая женщину перед собой и всех остальных на съёмку. Её собеседница молча кивает, скрываясь за дверями для создания конца выпуска. — Виктория, Марьяна, нам всем очень интересно, что, всё-таки, произошло между вами в конце испытания? — Вопрошает на камеры Марат, желая развести тему, добавить огня, который есть в обеих ведьмах. Можно предположить, что он готов зажечь зал ссорами и разборками, чтобы шоу взлетело. Скорей всего, это даже не предположение, а точный и неоспоримый факт. — Она просто прервала мою работу. — беззаботно пожимает плечами шаманка, хотя сама стоит рядом с жрицей и чувствует от неё какую-то опасность. — Это не правда. Она не могла выйти из трансового состояния, а это очень опасно для любого практикующего человека. — протестует Райдос, ощущая исходящую от Марьяны злость. — Это правда? — Спрашивает Башаров, глядя удивлённо на другую ведьму, которая постепенно загоралась всё сильнее. — Ложь. Она всё придумала, чтобы оправдать своё поведение. — отрицательно качает головой шаманка, неодобрительно хмурясь. — Даже имён друг друга не называют. Им трудно. — послышался шёпот Лины. Все взгляды обратились к ней, и стало ясно, что обсуждала она это с Владом. После съёмки выпуска и разговором с Джебисашвили Череватый решил поговорить с Романовой с глазу на глаз. Он быстро подбежал к ней на улице, пока женщина не успела сесть в такси, чтоб доехать до дома. Взяв её за запястье, участник шоу обратил внимание на себя и начал разговор, на который натолкнула Лина. — Повезло ещё, что Башаров не продолжил расспрашивать, а то вы бы обе взорвались, да? — Пытается пошутить Влад, но, не видя никакой положительной реакции, меняет тему: — Вы поругались? — Тот же вопрос, который задавал Александр. — Да. — Короткий ответ, который расставил все точки над ё. В квартире шаманки царит запах хвои и осенняя прохлада. Уже поздний вечер, который никогда не дарит людят тепло, а, наоборот, крадёт его. Женщина сидит на кухне, медленно опустошая первый бокал вина и листая ленты различных социальных сетей. Все обещания исчезают вместе с общением. Теперь и Романова считает, что ничем не обязана Райдос, поэтому может спокойно пить алкоголь, не помня ни о каких своих словах в её адрес. — Что-то случилось на шоу? — В дверях неожиданно появляется муж Марьяны. Конечно, Виктория будет только молчать с этой ситуации, но на замену с допросами придёт Зафар. — Нет, всё в порядке. — Ясно. Завтра поговорим. Несмотря на то, что мужчина ушёл, ведьма испытала сильное раздражение и желание сбежать из своего же дома. Убежать, чтобы никто не нашёл. Хотелось где-то скрыться. Вопросы Вики никогда нельзя было назвать точными, строгими допросами. Всегда спокойна, добра и нежна. Жрица умеет понимать и обсуждать. Успокаивать и принимать, не обращая внимания на алкогольное опьянение. Если можно было бы выбрать, с кем сейчас быть, то Марьяна выбрала бы Вику, а не Зафара, который очень замучает завтрашними расспросами и будет давить, чтобы всё узнать. Однако шаманка никогда бы не призналась жрице в таком желании, потому что та предала их общение и никак, судя по всему, не сожалеет. Алкоголь вновь заполнял бокал, пока в мыслях женщины являлась чёткая формулировка: "Она строила доверительные отношения, чтобы потом всё разрушить".