There's no blood like yours//Нет такой крови, как у тебя

Гермиона взяла книгу в свою комнату, сев на кровать стала рассматривать ее. Книга выглядела очень старой, обложка была сделана из кожи животного, а страницы уже начали желтеть. По крайней мере, девушка надеялась, что шкура и правда была животного, а не человека… название гласило «Что нужно знать о вампирах». На книгу наверняка было наложено защитное заклинание, она выглядела хрупкой, и все же пережила бросок без единой царапины. Гермиона вдохнула запах и улыбнулась. Ей нравились хорошие книги. Их запах всегда успокаивал девушку. Однако, молодая ведьма смертельно устала. Было любопытно, но она была выжата как лимон. Этот день вымотал девушку, и вместо того чтобы с головой погрузится в книгу, она заснула. Девушка вспомнила, что решила начать читать, несмотря на усталость, но услышала тихий шепот: «Иди спать», и ее глаза просто закрылись.

———

Утром Гермиона проснулась невероятно отдохнувшей, но как только глаза открылись и она увидела окружающий ее вид, вскочила с кровати запаниковав. Где я? Гарри? Рон? Окликнула она их. Девушка успокоилась только тогда, когда вспомнила что с ней произошло. Она была заперта где-то в замке вместе с Беллатрикс. С Беллатрикс которая являлась вампиром. Гермиона оглянулась на кровать и увидела книгу. Ей следовало бы начать читать ее. Но перво-наперво волшебница хотела принять ванну. Это было странно, девушка больше не боялась за свою жизнь. Если бы Беллатрикс хотела убить ее, то она наверняка была бы уже мертва. Она точно не была бы среди живых. Гермиона решила посмотреть, есть ли в уборной ванна. В таком случае, она могла бы взять с собой книгу. Ох, как же волшебница любила расслабится в огромных ваннах для старост в Хогвардсе. Иногда, брала с собой книгу и училась, пока была окутана пузырьками и эфирными маслами. В ее уборной действительно была ванна. Причем, это была огромная мраморная ванна. Вся купальня тоже была отделана зеленым мрамором. Беллатрикс явно была слизеринкой внутри и снаружи. Эфирные масла были разложены на краю ванны, и Гермиона включила воду. Понюхав каждое масло и налила то, которое понравилось. Затем она отправилась за книгой. Гриффиндорка хотела зачаровать ее, чтобы книга не промокла, но, наложив заклинание, обнаружила, что оно уже было. Гермиона положила книгу на край ванны и начала раздеваться. На ней все еще была вчерашняя одежда. Видимо, девушка утомилась гораздо сильнее чем думала, раз заснула не переодевшись. Оказавшись в ванной, и вымывшись с мылом, юная ведьма сразу почувствовала себя лучше. Она задумалась о том, какими правами будет обладать ее жизнь теперь. Чего хотела Беллатрикс, если это не ее голова? Кровь. Сразу подумала Гермиона и содрогнулась от этой мысли. Думаю, тогда мне лучше узнать что-нибудь о ней. Девушка облокотилась на силиконовую подушку в ванне и схватила книгу. Она была не очень толстой. Скорее всего, юная волшебница прочтет все это на одном дыхании. Она узнала несколько вещей: вампиры вели ночной образ жизни, были охотниками по натуре, обладали более сильными чувствами, могли учуять кровь на большом расстоянии, как акулы, нуждались в крови, чтобы выжить, были сильнее людей, а также быстрее. Гермиона уже знала все это, но она видела как Беллатрикс ходит при свете дня. Девушка листала страницы, пока кое-что не привлекло ее внимание. «Вампиры и их «предназначения» таково было название главы. Беллатрикс кричала, что Гермиона принадлежала ей. Она также ясно дала понять, что не хочет смерти девушки. Могла ли Беллатрикс подумать, что Гермиона является ее «предназначением»? Вампиры это свирепые существа. Их невозможно приручить, невозможно одомашнить. Но это до тех пор, пока они не встретят свое «предназначение» или родственную душу, если вы позволите. Этот человек, или с магической кровью или без, занимает особое место в сердце существа. Гермиона прочитала первый абзац, и ей совсем не нравилось к чему это все шло. Этому человеку суждено стать родственной душой вампира еще до того, как он родился. Их кровь сильнее, количество крови, текущей по их венам, удваивается, и, как говорят, она обладает лучшим вкусом для их вампира. Их кроветворение работает по-другому и намного быстрее, чем обычно. Гермионе определенно не нравилось к чему все клонилось. Доктора часто говорили, что если бы она родилась магглом, то пришлось бы принимать таблетки, чтобы остановить кровоточащие раны. Кровь просто бы продолжала литься. Когда девушка была маленькой и посетила маггловского врача, позвал ее маму на разговор. Гермиона была рядом с кабинетом для консультаций и случайно услышала разговор: «Мы изучили кровь вашей дочери под микроскопом и никогда не видели ничего подобного…» Она всегда предполагала, что это из-за магии, но теперь же не была так уверена… Вампир может чувствовать, когда его «предназначение» появляется на свет, и как только его родственная душа достигает совершеннолетия, вампира начинает тянуть к нему. Желание становится тем сильнее, чем старше становится их ведьма/волшебник. Вампиры — охотники, выслеживать их у них в крови. Некоторые вампиры даже сходят с ума в поисках своего ‘предназначения’. Они могут чувствовать эту связь. У них есть желание защитить свою вторую половинку, поскольку она всегда будет только одна. Сообщалось о нескольких случаях, когда вампиры умирали после того, как это делала их родственная душа. Теперь Гермиона чувствовала себя не комфортно, потому что была уверена, что Беллатрикс ошиблась. Гермиона не может быть ее родственной душой. Она ничего не чувствовала по отношению к вампирше, и страх за жизнь начал возвращаться вновь. Ведьма наверняка убьет ее, когда поймет это. В отличии от вампиров, их родственная душа понятия не имеет о их связи. Если бы внутри этих существ не было «охотничьего чутья», они могли бы прожить всю свою жизнь, даже и не догадываясь о том, что для кого-то они особенные. Связь начинает работать в обе стороны только после первого укуса. Это действие обычно заканчивается сексом. Пара просто не может насытиться друг другом. Гермиона в шоке отшвырнула книгу.»Ох, нет, нет, нет», она покачала головой. «Черт возьми, нет!». Ты и понятия не имеешь, чего хочешь от меня. Ее разум напомнил о вчерашних словах Беллатрикс. Ей точно не нужно это. Юная ведьма в спешке вышла из ванны, завернувшись в пушистое полотенце. Она вылетела из своей комнаты в поисках Беллатрикс. Она выскажет ведьме все, что думает! За исключением того, что девушка не нашла ее ни в одной из комнат, так что единственный оставшийся вариант — спальня Беллатрикс. Ну… она вздохнула и постучалась. Сначала она девушка услышала только ворчание, поэтому постучала снова. «Открой дверь, Беллатрикс!» — крикнула она. Еще одно ворчание, на этот раз громче, и дверь открылась, но с другой стороны никого не было. Гермиона восприняла это как приглашение. Она ворвалась внутрь и увидела ведьму в постели. Комната была точно такой же, как у нее. Однако она была здесь не для того, чтобы что-то исследовать. — Этого не может быть! — закричала юная волшебница. — Ладно, — старшая ведьма закатила глаза и зевнула, явно не заботясь, в чем заключается проблема Гермионы. — Мы не займемся сексом! У нас никогда его не будет! — Кричала Гермиона, одновременно краснея при одной только мысли об этом. Беллатрикс поднялась с кровати и пошла к своему бару с напитками. Ей определенно не помешала бы рюмка огневиски, чтобы вести этот разговор в такую рань. «Хочешь?» — спросила она девушку. — Что? Нет! — Пораженно ответила Гермиона. На старшей ведьме была ночная рубашка, которая не оставляла простора воображению. Ее полные груди почти выпирали из кружевного V-образного выреза, изгибы обтягивал атласный материал. Гермиона покраснела при виде этого зрелища. — Жаль, жаль, — ответила Беллатрикс и осушила рюмку. — Тебе не стоит пить, — пробормотала девушка. — И почему это? — Она вздохнула. — Я не знаю… Может быть потому что ты вампир? — Я могу пить алкоголь, даже в какой -то степени есть человеческую пищу. Кровь помогает мне оставаться в живых. Ты можешь думать, что это что-то вроде особой диеты, — ведьма пожала плечами. — Кровавая диета, — пробормотала Гермиона. — Ты уловила суть, — подмигнула вампирша. После выпитого огневиски Беллатрикс стало намного легче, и она, наконец, смирилась с присутствием Гермионы. Девушка пришла в спальню в одном полотенце и заявила, что секса у них никогда не будет. Беллатрикс захихикала. Она уже знала, что затронула гриффиндорку, если кровь прилила к её нижней части тела. — Над чем ты смеешься? — Возмущено потребовала ответа Гермиона. Беллатрикс выпила вторую порцию огневиски и снова устремилась в личное пространство. Похоже, в последнее время старшая ведьма часто так делала. — Оу, я не знаю. Может быть, тот факт, что ты пришла сюда в одном лишь полотенце, утверждая, что этого никогда не случится, при этом, будучи насквозь мокрой? — Протянула Беллатрикс, вытирая большим пальцем струйку воды с плеча Гермионы, чтобы доказать свою точку зрения. — Я… я… — заикаясь, произнесла девушка. — Я не мокрая, — прошептала последнее слово так, словно оно было непристойным. И румянец только подтверждает правоту вампирши. — Я сказала насквозь промокшая, питомец, — она хихикнула. — Знаешь, это совершенно естественно. Ты видишь того кто тебе нравится и кого желаешь и твое тело реагирует на это. — Я не желаю тебя! — Твое тело говорит обратное, — пожала плечами Беллатрикс. — Вообще, я сначала имела в виду воду, но раз уж ты снова вся раскраснелась… — Она усмехнулась. Гермиона фыркнула и вышла из комнаты. С Беллатрикс было невозможно иметь дело! Девушка пошла одеться, и надеялась, что ведьма сделает тоже самое. Теперь, в своей комнате, Гермиона проверила гардероб и увидела, что в нем есть ее одежда. Придется расспросить об этом Беллатрикс. На самом деле уже следовало бы просто составить список вопросов. Одевшись в джинсы и свитер, девушка снова ворвалась обратно в чужую спальню и обнаружила, что вампирша снова улеглась в кровать. Закрыв за собой дверь, она остановилась как вкопанная. Как она может снова спать? — Я думала, мы закончили нашу милую беседу на сегодня, — прорычала Беллатрикс после минутного молчания, даже не повернувшись в сторону волшебницы. — Как ты можешь снова спать?! Я даже не думала, что тебе это нужно. — Конечно, мне надо спать. Твое тело и разум восстанавливается во время сна. Питье крови не дает мне бодрость. Это не кокаин, — ведьма фыркнула. — И так как ты уже поняла, что я лучше работаю ночью, то полагаю, ты догадаешься, что я обычно сплю днем. — Оу, — Гермиона почесала руку. Она делала это каждый раз, когда ее уличали в недостатке знаний. — А ты не боишься? Я имею в виду… Я вполне могу причинить тебе вред, пока ты спишь. Беллатрикс начала смеяться. Вампирша смеялась так сильно, что ей пришлось принять сидячее положение, чтобы выплеснуть все это наружу. Гермиона бросила на нее взгляд. Она не была настолько некомпетентной, ясно?! — Это было хорошо, питомец, — ответила вампирша, все еще посмеиваясь. — Что?! Ты думаешь, я бы не смогла убить тебя, пока ты спишь? Это детская забава, — она усмехнулась. Гриффиндорка знала, что у нее не было и шанса пока Беллатрикс бодрствует, но пока та спит? Это, несомненно, было бы трусливо, но помогло бы добиться цели. — О боже, ты так хочешь убить меня, — цыкнула она. — Мне преподнести это тебе мягко или ты предпочитаешь более жесткий путь, малышка? — Протянула она изучая девушку. Иногда, всезнайки на самом деле довольно извращенные. В конце концов, она знала это по собственному опыту. — Я могла бы убить тебя, — упрямо возразила Гермиона, игнорируя все остальные комментарии. — На самом деле, ты не смогла бы, даже если бы я была в коме, абсолютно беззащитная. Смертельные проклятия не работают на меня, оно жалит, но ничего более. — Что? — Гермиона ахнула. — Я ни в коем случае не бессмертная, но убить меня довольно сложно, — вампирша усмехнулась. — Если бы ты потрудилась и дочитала книгу, и не останавливалась на том, что тебя волновало, то все бы поняла. — Я не волновалась! — Защищалась она. — Оу? Извини, видимо я не так тебя поняла, — Беллатрикс снова сверкнула зубастой улыбкой, и заметила, что девушка пристально смотрит на ее клыки. — Я этого не делала, — пробормотала она. — И мы не будем заниматься подобного рода деятельностью. Я должна быть с Роном, а не с тобой. — А если я убью этого болвана, это поможет? — Что?! Нет! Тысячу раз нет! — Ладно, — ведьма раздраженно закатила глаза. — У вас с ним ничего не получится, милая. С другой стороны я и ты… — Она облизнула свои губы. — У нас с тобой ничего не будет! Гарри и Рон найдут меня, и тогда я буду с Роном. Даже не думай, что я не уйду при первом же удобном случае, — пригрозила Гермиона. — Ты не поняла, не так ли? Даже после того как я дала тебе книгу, чтобы ты разобралась о связи между нами, ты все еще ничего не поняла, — вампирша вздохнула. — Разве ты не должна быть самой умной? — Насмехнулась она. — Я поняла! Именно поэтому я тебе говорю что уйду! В книге говорится, что связь не повлияет на меня, пока ты меня не укусишь! И я не позволю, этому случится, — Гермиона скрестила руки на груди. — На самом деле, ты ошибаешься, моя маленькая львица, — Беллатрикс встала с кровати и снова проникла в личное пространство своей второй половинки. Гермиона отметила, что ведьма не переоделась в более подходящую мантию. — Нет, я не ошибаюсь. Сейчас тебе не хватает знаний. Я прочитала книгу. Вампирша хихикнула. — Ты такая милая, когда пытаешься обучить меня. — Беллатрикс замурлыкала и начала кружить вокруг девушки. Женщина прижалась к ее спине и положила голову на плечо Гермионы. — Ты не узнаешь всего после прочтения одной книги. Их много… Эта конкретная часть была больше для изучения моего вида, нежели о связи. Есть книги посвященные исключительно этому. И не забывай, что у меня есть сестры, малышка. Они живут со своими почтительными «предназначениями» дольше, чем ты живешь на этом свете, так что я кое-что знаю. — Она ухмыльнулась и по-собственнически обняла Гермиону. — Итак, давай подведем итоги, хорошо? — Она прижалась губами к ушной раковине Гермионы. Младшая ведьма думала, что их положение вызовет у нее полное отвращение, думала, что будет чувствовать себя неуютно… но она этого не испытывала. Ее тело реагировало на каждое прикосновение Беллатрикс. Мурашки побежали по всему ее телу, когда вампирша одарила еще одним призрачным поцелуем. Напряжение нарастало внизу живота. Гермиона не испугалась, хотя должна была. Помимо того факта, что Беллатрикс была смертельно опасным существом, она также была достаточно безумна по собственной воле. И все же Гермиона не отшатнулась от ее прикосновения, не оторвалась от ее губ. — Видишь, милая? — проворковала Беллатрикс. — Любая другая ведьма боролась бы со мной изо всех сил, чтобы выбраться из этого положения. Чтобы сбежать от меня, — уточнила она. — И все же, все, что я получаю от тебя, — это возбуждение. Это слово вывело Гермиону из транса, и она попыталась вырваться, но безуспешно. — Тише, — вампирша усилила хватку. — Я уже говорила тебе, что это естественно. Или ты не чувствовала себя так, после своего выигрыша? —Поддразнила она. Беллатрикс не могла знать о Лаванде, не так ли? — Ты как открытая книга, питомец. Я слышу как твои мысли кричат мне. — Она усмехнулась. — Вот почему я также знаю, что ты, на самом деле, не испытывала к нему тех же чувств. Скажи мне, ты думала, что притяжение возникнет просто волшебным образом? Думала ли ты, что однажды проснешься, внезапно почувствовав влечение к рыжему мальчику? — Заткнись, — зашипела Гермиона. Она и правда так думала. Они дружили с детства. Девушка была уверена что позже он ей понравится. Во всяком случае, именно на это намекал Рон. — Или ты думала, что он никогда не узнает о том факте, что тебя на самом деле больше привлекала его сестра? — Я сказала закрой свой рот! — Гриффиндорка закричала и вывернулась из хватки вампирши. Девушка повернулась к ней, на лице Гермионы отражалась угроза. — Но правда в том, что рыжая девчонка никогда не заводила тебя, так как я, не так ли? — Беллатрикс ухмыльнулась. Гермиона выудила свою волшебную палочку и послала в сторону старшей ведьмы заглушающее заклинание. Она больше не хотела слышать ни слова. Темная ведьма, однако, без особого труда увернулась от заклинания и снова вторглась в личное пространство Гермионы, на этот раз спереди, чтобы Гермиона могла увидеть искру в ее глазах. Ухмылка на лице. — Именно это я и имела в виду, милая. Связь уже работает, не в полную силу, но тем не менее влияет на нас. Не забывай, что она работает в обе стороны. Если бы мы не нашли друг друга, то да, это бы на тебя не повлияло. Ты бы не узнала. Сейчас это уже не так, не так ли? Нравится тебе или нет, но я то — что ты хочешь. Ты была рождена для меня, а я была выбрана для тебя. Ты не найдешь никого, кто был бы так привлекателен для твоих глаз, как я, ты не найдешь никого, кто воздействовал бы на твое тело так, как я. Девушки или парни, неважно. Нет никого лучше для тебя, чем я. А это значит, что ты захочешь вернуться ко мне. Гермиона сглотнула. Тяжело. Она иногда заглядывалась на девушек, но не думала, что это из-за ее ориентации. Она просто наслаждалась женской красотой, все это делают, не так ли? Думая об этом, просматривая все лица, которые она знала, она поняла, что не было никого более привлекательного, чем Беллатрикс. Старшая ведьма была права в этом. Ну и что? Она привлекательна. Многие люди такие, и я бы не стала с ними спать. Она ужасная женщина! — Как бы ни были милы твои маленькие заверения, питомец. — Она погладила большим пальцем по щеке Гермионы. — Ты забываешь о том, что в отличии, от всех этих других привлекательных людей, мы делим связь. Так что, если ты сбежишь, я найду тебя. Если ты убежишь, я буду преследовать тебя. И если кто-то окажется настолько глуп, что попытается помешать мне вернуть, то, что принадлежит мне, я убью его. — Нет! — Гермиона взвизгнула. — Да, малышка, — прошептала женщина. — Я сделаю все, чтобы вернуть тебя туда, где ты сейчас находишься, и, пожалуйста, знай, что у меня все получится. Я попробовала твою кровь, что позволяет мне довольно быстро найти тебя. И поскольку я ужасная женщина, я убью каждого, кто встанет у меня на пути. — Ты не можешь так поступить! — девушка всхлипнула. — Наблюдай за мной — Беллатрикс пожала плечами — Нет! Я не позволю тебе! — Тогда не заставляй меня делать это. Просто оставайся здесь. Все очень просто, видишь? — Я никогда не позволю тебе укусить меня, Беллатрикс! — Посмотрим, — вампирша вернулась в постель и вывела Гермиону из своей комнаты с помощью заклинания без палочки. Ведьма была довольно уставшей, и очередной спор со своей второй половинкой о вещах, которым суждено случиться, нравится Гермионе они или нет, был чем-то таким, что женщине сейчас не хотелось