Часть 6
1 сентября 2023 г., 22:39
Гермиона проснулась от судорог и прокляла все и вся. Во время месячных она была эмоционально сверхчувствительной, поэтому не могла представить, что будет иметь дело с Беллатрикс. Обычно девушка была на взводе рядом с вампиршей, не говоря уже о том, чтобы сейчас.
Она решила сделать овсяную кашу с большим количеством шоколада на завтрак позже, и надеялась, что Беллатрикс проспит весь день. Вечером Гермиона закрылась бы в своей комнате и смотрела романтические комедии. Потому что так она была устроена.
Она в основном общалась с Джинни, когда они жили в одном общежитии, и обычно проводила эти дни с теплым одеялом, шоколадом и глупыми фильмами. Конечно, это было до ситуации с Волан-де-Мортом, но сейчас девушка скучала по таким дням как никогда прежде. Она скучала по Джинни. Она скучала по Луне, скучала по своим друзьям. Она даже скучала по Гарри и Рону, которые в эти дни ходили вокруг нее на цыпочках.
Конечно, я становлюсь эмоциональной. Сюрприз сюрприз. Гермиона закатила глаза и наконец встала с кровати. У нее еще не начались месячные, но настроение было такое себе. Она почистила зубы, причесалась и переоделась.
Девушка сделала овсяную кашу с помощью магии, потому что была слишком измучена мировыми проблемами, чтобы готовить. Конечно, она могла попросить приготовить что-нибудь Кричера, но не хотела иметь с ним дело сегодня. И когда либо еще.
Она направилась в библиотеку, и продолжила с того места, на котором остановилась вчера.
Перед обедом у девушки заурчало в животе, и сегодня она не могла игнорировать это. Во время месячных у нее всегда был аппетит. Она фыркнула и направилась обратно на кухню. Теперь Гермиона действительно скучала по Хогвартсу. Еда подавалась всегда, и был огромный выбор, и девушка могла есть все, что захочет. Но сейчас? Здесь? Нужно было решить, что она хочет съесть, а затем ей нужно было это приготовить. Ну, это просто нечестно! Жизнь несправедлива!
Гермиона что-то бормотала себе под нос, пока возилась с кастрюлями. Она порылась в шкафчиках, устроив хаос, а затем с громким стуком поставила кастрюлю на плиту и сама была раздражена этим звуком.
— Может ли Кричер быть чем-нибудь полезен, госпожа? — Кричер появился на кухне, выглядя слегка расстроенным.
— Я не знаю что приготовить! Я не знаю, что мне съесть. Я просто знаю, что хочу съесть что-нибудь. — Прокричала она в ответила.
— Кричер может приготовить вам обед. Вы разбудите Леди Блэк всем этим шумом!
— Что ж… Спасибо, — ответила она, успокоившись.
— Сумасшедшая маленькая грязнокровка, —пробормотал домашний эльф, но достаточно громко, чтобы Гермиона услышала это.
— Вот это просто не честно! — Она всхлипнула. — Я ничего тебе не сделала! — Ответив, она начала плакать.
Домашний эльф смотрел на нее большими глазами. Он не понимал, что только что произошло. Девочка всегда сопротивлялась или огрызалась… она никогда не плакала. Его начинало беспокоить проявление эмоций.
— Что бы мисс хотела на обед? — Постарался он сменить тему.
— Я сказала, что не знаю! — Девушка зарыдала еще сильнее.
Кричер решил приготовить всю возможную еду, потому что знал, что леди Блэк не обрадуется, если увидит грязнокровку в слезах. И Кричер был их причиной. Вероятно.
Как он и опасался, вампирша ворвалась на кухню с очень недовольным, но в то же время обеспокоенным видом.
— Что случилось?! потребовала Беллатрикс. Кричер только пожал плечами. Он, честно говоря, не знал, что произошло. — Почему у тебя идет кровь? Где ты порезалась?! Покажи мне! — продолжила вампирша, повернувшись лицом к Гермионе, и домашний эльф теперь был полностью потерян.
— Что? Я не порезалась, — ответила она ведьме.
— Но я чувствую запах крови. Твоей крови. Могу добавить, что это меня и разбудило.
— Оу… — Ответила Гермиона, когда все прояснилось.
— Что «оу»?! Что это «оу» значит? — Потребовала она ответа.
— У меня начались месячные.
— Оу, — Вздохнула Беллатрикс. — Я не знала, что это все еще существует.
— Все еще существует? Что ты имеешь в виду?
— Ну, я вроде как думала, что женщины эволюционировали от этого… — Призналась она.
— Я бы хотела, — она закатила глаза.
— Как долго? — Спросила вампирша.
— Как долго что? Как долго еще времени пройдет до того, как мы эволюционируем? Без понятия.
— Ха-ха, — она закатила глаза в ответ. — Сколько времени пройдет, прежде чем они закончятся? Как долго они у тебя обычно идут? — спросила Беллатрикс, держась на расстоянии. Не то чтобы это помогло… У зверя внутри нее было слишком много идей о том, что делать после того, как он почуял кровь своей суженой.
— Ох. Я не знаю, от пяти до семи дней. Полагаю, — она пожала плечами.
— Ты уверена? Семь дней и все в порядке?
— Да.
— Хорошо, увидимся через семь дней, — ответила она и аппарировала из кухни.
Гермиона еще долго сидела за столом после ухода Беллатрикс. Она была потрясена.
Во-первых, она не понимала, что это будет означать для вампирши. Очевидно, что ее кровь могла вызвать некоторые проблемы…
Во-вторых, она не знала, что делать с ее исчезновением. Куда она пошла? Почему она ушла? Что я, по-твоему, должна здесь делать одна? Если бы я могла хотя бы написать своим друзьям…
———
На шестой день вечером пол в гостиной ожил. Гермиона услышала это из библиотеки и чуть ли не бегом бросилась в гостиную. Вчера у нее закончились месячные, так что она была очень рада возвращению Беллы. Вчера она даже хотела сообщить ей, что возвращаться безопасно, но не знала как.
— Белла? — Позвала она из коридора.
Девушка медленно сходила с ума. Ей нужна была компания. Хоть какая-то компания. Она не видела Кричера целую неделю, но каждое блюдо всегда было готово для нее на кухне. Это было мило, и Гермиона хотела поблагодарить домашнего эльфа позже, когда увидит его.
Ей также требовалось руководство по некоторым заклинаниям, которые она пыталась выучить. Хотя, честно говоря, это было не так уж и важно. Просто нужно было немного человеческого общения, человеческого контакта. На пятый день она начала разговаривать сама с собой и пришла в абсолютный ужас, когда поймала себя на этом.
— Белла? — Она позвонила снова, когда добралась до гостиной. Гермиона поняла, почему не последовало ответа, когда она наконец вошла в комнату.
Там был член семьи Блэк, но это был не тот, кого она ожидала увидеть. Там, перед камином, гордо стояла младшая сестра, Нарцисса.
Гермиона сначала уставилась на нее, разинув рот. Затем закрыла и снова открыла рот, но не издала ни звука. Честно говоря, она была в ужасе. Нарцисса смотрела на нее такими холодными глазами, что она слегка задрожала. На ее лице не отразилось абсолютно никаких эмоций, а белые зрачки были неестественными.
— Кхм, Беллы здесь нет, — наконец ей удалось вымолвить.
— И где же она? — Ответила Нарцисса, оглядывая девушку с головы до пят.
— Я не знаю. Она уехала шесть дней назад, и я думаю, что она вернется завтра.
— Интересно.
— Да, — Гермиона заерзала и понадеялась, что женщина уйдет. Прямо сейчас.
— Я смотрю, она все еще не укусила тебя, — Сказала Нарцисса. Это был не вопрос.
— Нет, — Тем не менее, молодая волшебница ответила.
— Почему?
— Я не знаю? — Ответила она, но это прозвучало как вопрос.
Нарцисса стянула с рук дорогие на вид перчатки, и села в кресло.
— Попробуй еще раз, — настаивала женщина.
— Белла сказала, что не хочет делать это против моей воли.
— Это не останавливало ее раньше.
Гермиона пожала плечами на это предложение. Ей было очень неуютно в присутствии другой ведьмы. И она думала, что Белла была ее самой большой проблемой.
— Как ты узнала, что она не укусила меня. Это будет видно? Как ты узнала, что я ее предназначение? Я, очень вероятно, могла быть ее пленницей. Кем я, кстати, и являюсь.
Нарцисса усмехнулась, но это был холодный, тревожный смех, и Гермионе захотелось, чтобы старшая ведьма просто вернула свое безразличное выражение лица.
— Я чувствую, что она этого не сделала. Я не смогла бы пить твою кровь, если бы она заявила на тебя права. Поскольку этого не произошло, технически меня ничто не останавливает, — объяснила она. — Что касается вашего другого вопроса, то нет, это не будет видно. Хотя чаще всего нам приходится убеждать наших родственных душ позволить нам залечить раны. И твой последний вопрос довольно глупый, но я все равно отвечу. Я видела пленников моей сестры. Я видела, как они медленно исчезают. Умственно и физически. Ты слишком здорова для того, чтобы быть ее пленницей. В твоих глазах нет ни единого пореза, шрама или абсолютного ужаса. Ты не заключенная. Неважно, во что ты веришь. Что оставляет нам единственное другое логическое объяснение: ты ее родственная душа. Ты бы и дня не прожила, если бы не была ей.
— Ты здесь, чтобы выпить мою кровь? — Тихо спросила Гермиона. Она узнала, что Нарцисса была вампиром очень скоро после ее прибытия.
— И пойти против моей сестры. Ты с ума сошла? — Усмехнулась она снова.
Гермиона просто снова пожала плечами. Что она знала об их связи и тому подобном? Возможно, частью этого было желание поделиться.
— Я здесь, чтобы поговорить с Беллой. Мы сестры, Мисс Грейнджер. Я сразу узнала о тебе.
— Подожди, ты сказала, что не сможешь укусить меня, если Белла заявит на меня права. Это относится к любому вампиру?
— Да. Как только ты станешь ее, ни один другой вампир не сможет пить из тебя. Это также причина, по которой ты заперта здесь. Это для твоей же безопасности. Хотя я не могу сказать, что грязнокровки часто становились бы мишенью.
— Спасибо за информацию, — она закатила глаза. Однако, Нарцисса резко встала и, схватив ее за горло, прижала ее к ближайшей стене.
— Ты будешь следить за своими манерами со мной, глупая девчонка, — прорычала она. — Может быть, Белла и терпит такое поведение, но я этого делать не буду. Ты меня слышишь?! — Она еще сильнее сдавила горло девушки.
К счастью, Гермиона кивнула и извинилась, поэтому женщина отпустила ее. Девушка, споткнувшись, упала на колени, схватилась за горло и закашлялась. Жалкая. Нарцисса действительно ни в коем случае не хотела идти против своей сестры, и у нее было чувство, что Беллатрикс не оценит, что она преподала девочке урок.
Как раз в тот момент, когда она хотела уйти и повернулась к камину, Беллатрикс сама появилась в зеленом пламени.
— Цисси?! — Она зарычала и посмотрела на Гермиону.
— Я искала тебя, дорогая сестра.
— И почему тебе понадобилось причинять вред моему питомцу?! — Рявкнула она и опустилась на колени рядом с расстроенной девушкой.
— Я этого не делала. Мы просто поговорили.
— Ты ведь понимаешь, что я чувствую ее эмоции, не так ли? Я знаю, когда она напугана, и я также знаю, когда кто-то высасывает из нее жизнь! Вот почему я пришла
— Мне жаль, Белла, — Нарцисса отвела глаза. — Это не входило в мои намерения. — И на самом деле это было не так. Она не понимала, что ее сила может быть опасна для девушки.
Она наблюдала, как Беллатрикс помогла Гермионе добраться до дивана, а затем получила очень убийственный взгляд от своей сестры. Беллатрикс подбежала к ней и схватила ту за горло. Она была бессильна против своего создателя. —Ты никогда больше не прикоснешься к ней, тебе ясно?! — Процедила она сквозь стиснутые зубы, острые ногти впились в ее кожу.
— Да, Белла. Мне жаль. Я забыла, что она не может выдержать нашу силу перед укусом, — она закашлялась.
Беллатрикс зарычала и отпустила ее. — Ты уходишь. Я не хочу говорить с тобой прямо сейчас.
Нарцисса хотела бороться за расположение сестры, но она знала, что Белле нужно время, чтобы остыть. Завтра она попытается снова. Совами.
— Мне правда жаль, Белла, — прошептала она и взяла летучий порох.
На лице Беллы появилась смертоносная ухмылка, и Нарцисса остановилась. — Ну, ты же не меня задушила, не так ли, — размышляла она. — Полагаю, тебе следует извиниться перед Гермионой.
— Белла? — Потрясенно спросила она.
— Ты меня слышала, — она улыбнулась, обнажая свои клыки.
— Я извиняюсь, — сказала она, даже не смотря в направлении девушки.
— А теперь, как будто ты это серьезно говоришь. Не испытывай меня, Цисси, — рявкнула Беллатрикс.
— Гермиона, мне жаль. Я не хотела причинять тебе никакого вреда.
— Теперь лучше, — Беллатрикс улыбнулась. — Что ты скажешь, милая? Она прощена?
Гермиона повернула голову, чтобы посмотреть на Нарциссу, стоящую на полу, и поморщилась от боли, которую причинило ей это движение. На лице Нарциссы не отразилось никаких эмоций. Она не сожалела, и они оба это знали. Однако Гермиона знала, что здесь она должна быть более важной персоной. Если бы она сейчас стала причиной какой-нибудь вражды между сестрами, то ни за что не стала бы частью семьи. Может быть, частью Беллы, но не частью семьи. Не то чтобы она этого хотела, но, очевидно, им было суждено быть вместе, и поэтому ей время от времени будет приходится сталкиваться с Нарциссой.
Она кивнула.
Беллатрикс казалась довольной, и Нарцисса коротко кивнула ей, прежде чем зеленое пламя поглотило ее целиком.
— Что ж, это было забавно, — усмехнулась Беллатрикс и села на подлокотник за головой Гермионы. — Я ворвалась сюда, готовая убить любого, кто попытается причинить тебе боль, и я нахожу свою дорогую сестру.
— Рада, что тебе было весело, — прошептала она, потому что на самом деле не могла говорить, ее шея вся распухла после нападения.
— Мне не было весело, милая. Я была в ужасе, потому что знала, что ты должна была быть дома, и вдруг кто-то причинил тебе вред. В моем гребаном доме, — объяснила вампир и погладила каштановые кудри. И я знаю, что тебе все еще больно. Хочешь зелье?
Гермиона слегка покачала головой. Она не думала, что сможет больше заниматься зельеварением, с тех пор как Белла показала ей гораздо более лучший способ.
— Нет? Что ж, нам нужно остановить отек, милашка.
— Кровь, — с трудом вымолвила она.
— Кровь? И что из этого? У тебя больше нет месячных. Я бы знала, — растерянно спросила старшая ведьма.
— Твоя.
— У меня не было месячных более четырехсот лет, — ответила она и посмотрела на девушку. — Оу, — сказала она, когда наконец поняла. —Ты хочешь, чтобы я исправила это своей кровью, не так ли? — Она улыбнулась, как кошка, получившая сливки.
Гермиона снова кивнула.
— Ну, раз уж ты так любезно просишь… — усмехнулась Белла.
