Полярности

— Левой! Левой, Эрни! Да твою же мать! — Тренер орал настолько громко, что и глухой бы услышал. Но темнокожий парень снова и снова пропускал момент, когда противник открывался, будто игнорируя возможность выиграть этот тайм. Тренер злился все сильнее, скрестив руки на груди и наблюдая, как лучший из его парней проебывает в сухую прямо перед отборочными на соревнования. — Эрни, что за дерьмо у тебя в голове, сынок? — мужчина злобно хлопнул ладонью по рингу, когда раздался финальный гонг и бойцы отступили в стороны. — Какого черта ты творишь? Я тут что, для красоты стою? Я кому ору и подсказываю… — Тренер… — Эрни бессильно развел руками, начиная что-то бессвязно нести, но Тренер даже не смог его услышать на фоне шума, создаваемого остальными Карапузами, и внезапного звонка телефона, который окончательно выбил из колеи. Хотелось поорать, побить грушу и напиться. Уровень стресса зашкаливал настолько сильно, что приходилось физически сдерживаться, скрещивая руки на груди и глубоко дыша по специальным техникам, которые в далёком прошлом Тренер разбирал с военным психологом. Последние недели дались тяжело до отвращения. Несмотря на облегчение, которое испытал Тренер, когда не нашел в договоре никаких заковыристых пунктов и приписок мелким шрифтом, легче жизнь не становилась. В зале текла крыша, прорвало трубу, парни влезли в какое-то мутное дерьмо, а в младшей группе несколько человек вдруг слегли с симптомами, подозрительно похожими на COVID-19. Пока разбирались кто где заразился и как так вышло, кто-то из сердобольных родителей успел вызвать санитарно-эпидемиологическую службу, и одним чудом Господним удалось убедить ребят из больницы, что карантина не нужно и вспышка болезни купирована, а заразились они не здесь. Потому, что если бы зал закрыли на карантин, Тренер бы просто не знал, как свести концы с концами в этом месяце. Казалось бы, Тренер же такой запасливый, продуманный, и ведёт дела не первый год, но дырявая гнилая крыша, ремонт труб, взятка спецам из больницы и залог за головы пяти великовозрастных идиотов добивали его. Тренер прекрасно понимал, что покрыть счета в этом месяце получится с огромной натяжкой при условии того, что себе в этом месяце он не заплатит. В итоге финансов остается впритык. А нервы кончились ещё в середине месяца, но он держался на самоконтроле, дисциплине и обещании самому себе сделать из ребят чемпионов, подавая им достойный пример. Вот только что-то сами пацаны ни к чему такому, видимо, не стремились. Тот же Эрни, который входил в тройку лучших бойцов в зале, последние недели был рассеян, невнимателен и удар держал так паршиво, что Тренеру хотелось биться головой о стену, ведь это были последние недели подготовки перед началом сезона. До отборочных меньше месяца, и что этот идиот себе думает? Тренеру просто нужен был выходной. Он даже не просил об отпуске. Нет, это было нереально, объективно оценивая его график. Он просил всего лишь об одном единственном дне, когда он мог бы просто… Честно говоря, Тренер даже не успел бы ни минуты посидеть за этот самый день, потратив его исключительно на то, чтобы просто привести дела в удобоваримый вид, настроить систему, просто разобраться, чтобы вздохнуть спокойнее. Чтобы хоть что-то держать под контролем. — Тренер, вы помните о личной тренировке завтра утром? — уточнил невысокий парень плотного телосложения, материализуясь из ниоткуда и доверительно заглядывая Тренеру в глаза. — Ага. Да, конечно, — тяжело вздохнул Тренер, вешая очки на футболку и утирая лицо двумя руками. Тренер не помнил. Он ничерта не помнил и жил на автомате, уже не ставя себе никакие цели и не строя планов на вечер и выходные — они все равно будут заняты. Если не работой, то мир найдет какое-нибудь говно, которое можно будет подсунуть Тренеру на решение, желательно в кратчайшие сроки. Ему катастрофически не хватало двадцати четырех часов в сутках. Нужно было минимум тридцать. Минимум. И это без учёта времени на сон. — Тренер, телефон, — удручённо заметил Эрни, медленно спускаясь с ринга, утирая лицо полотенцем и кивая на вибрирующий в кармане смартфон. — Ага, спасибо. Тренер не хотел отвечать. У него в целом не было привычки отвечать на незнакомые номера. Но вероятность того, что не ответив на этот звонок, он может устроить себе очередной сюрприз от вселенной в виде пропущенного уведомления о внеплановой проверке или чего-то подобного, подстёгивала нажать на зелёную кнопку вызова, поднося телефон к уху. — Слушаю. На том конце кто-то тихо фыркнул и засмеялся. Это была какая-то шутка, которую Тренер просто не понял? — Занят? — голос тихий, спокойный, на грани шёпота и с какой-то дурманящей хрипотцой. — Кто это? — будучи до конца честным, Тренер знал. Почти стопроцентно был уверен и мог поклясться, кто именно был на том конце линии, но хотелось, чтобы этот придурок сам все озвучил. — Я свободен, хочешь приехать и потрахаться? — без лишних стеснений уточнил Рэй, делая долгую затяжку и выдыхая густой дым в трубку. У Тренера была уборка. Уборка и документация, разбор счетов, сортировка инвентаря и блядь… Он забыл провести квартальную инвентаризацию! Поэтому, как чрезвычайно ответственный человек, Тренер не раздумывая ответил. — Хочу. Терять было нечего. Почему-то прямо сейчас стало кристально ясно, что как бы он ни старался, как бы ни барахтался и не сопротивлялся, ему не выплыть. Так если тонем, почему бы не станцевать напоследок на крышке собственного гроба? — Адрес сброшу в смс. И Тренер просто идёт в их маленькие душевые при раздевалке, моется запасным гелем для душа, у которого даже и запаха почти нет, надевает свою запасную футболку и серые спортивные штаны, и забивает в навигатор адрес, что прислал мистер Смит. И даже когда он въезжает в спальный район с дорогущими домиками, он не удивлен. Он слишком заебался, чтобы удивляться хоть чему-то. — Добрый ве… — Смит открывает двери перед уставшим и слегка взволнованным Тренером и даже не даёт тому нормально поздороваться, утягивая в дом, прикрывая за ним входную дверь и прижимая Тренера к ней спиной. Рэймонд целуется как сумасшедший, до одури долго, и Тренер теряется в осознании пространства и времени. Под пальцами ощущается мягкая ткань чего-то домашнего, ее чертовски приятно сжимать на спине и талии Рэймонда, прижимая его к себе и заключая в невольные объятия. Пожалуй, именно этого Тренеру и не хватало. Просто объятий и этого долгого поцелуя с придыханиями, полустонами и всхлипами прямо в губы. В прошлый раз этого не было, но это настолько ахуенно, что Тренер бы продал свою душу самому низшему из демонов, лишь бы продлить мгновение подольше. Рэй будто читает его мысли, оглаживая нежно плечи Тренера, спускаясь ниже, запуская руки под футболку, обжигая прикосновениями прохладных пальцев к спине, и гладя до одури нежно абсолютно все, до чего он только мог дотянуться. Его касания сейчас такие незатейливые, хаотичные и ласковые, что Тренера ведёт, и внутренний механизм щелкает, отпуская весь стресс и копившиеся за последний месяц эмоции, давая им такой необходимый выход. В прошлый раз они виделись полтора месяца назад и Тренер надеялся мистера Смита больше не встретить никогда и нигде, но стоило его голосу раздаться по ту сторону трубки, как Тренера закоротило и он был готов ехать хоть на край света. Почему-то с Рэем было легко дать себе волю. То ли он на него так влиял, то ли оно само как-то, но в прошлый раз Тренер смог выплеснуть всю злость и ненависть до дна, он смог ее выпустить и быть понятым. И сейчас… Сейчас он плавился, его вело от легкости касаний, от одновременной мягкости и настойчивости ласк, почти что нежности, граничащей с чем-то совсем уж сопливым. Тренеру сейчас именно это и было нужно. И он с радостью отвечал той же монетой на все, что предлагал ему Рэй. От нежного трения щекой о щеку, до судорожного облизывания губ и ласковых поглаживаний под мятой футболкой. Рэймонда хотелось невероятно, но не как в прошлый раз. Его хотелось нежно, долго. Хотелось его целовать сейчас, в процессе, и потом. Хотелось обнимать его дольше, и прижимать к себе сильнее, а лучше не отпускать вовсе, вдыхая запах виски, амбры и древесные нотки. А ещё запах самого Смита, который улавливался лишь на долю секунды в моменты, когда Рэй откидывал голову, давая Тренеру провести носом по нежной коже шеи и ткнуться Смиту за ухо, с наслаждением вдыхая и замирая. Как же Тренеру не хватало в обычной жизни этой нежности. — Ты снова накуренный? — прошептал в губы Рэя Тренер, прижимая его за талию к себе и заставляя заглянуть в глаза. Глаза Смита до одури красивые, большие и голубые, как солнечное весеннее небо. Они светлые, глубокие, и Тренеру не стыдно в них тонуть. Настолько, что он не сразу понимает, что вместо ответа Рэй тихо смеётся и снова увлекает его в нежный поцелуй, хватаясь за плечи Тренера и посасывая нижнюю губу. Интересно, почему он видится с ним только под наркотой? Тренер не осуждает, он ведь приехал сюда не за этим. Он здесь для того, чтобы прошептать Смиту на ухо невероятную пошлость, которую никогда бы не подумал сказать никому больше, и с наслаждением услышать стон в ответ. Он тут за тем, чтобы прямо в поцелуй горячим шепотом потребовать показать ему спальню, а по пути туда нечаянно разбить какую-то до чёртиков дорогущую вазу, страстно толкнув Рэя к стене. Он здесь затем, чтобы стянуть с Рэя домашнюю кофту и толкнуть на кровать, нависая сверху и целуя так страстно, насколько хватало воздуха в груди. Он здесь за тем, чтобы хорошо провести этот вечер. И Тренер делает все для того, чтобы Рэй стонал все громче и громче, загнанно дыша от влажных поцелуев на бледной коже и настойчивых поглаживаний, медленно спускающихся вниз. В этот раз он решил для себя, что торопиться не будет, как бы сильно не темнело в глазах от возбуждения и не кружилась голова от количества ощущений. И даже короткие ногти Рэймонда, царапающие его спину в безмолвной мольбе о чем-то большем, не смогут убедить Тренера остановиться и прекратить целовать и облизывать ключицы, шею и плечи Смита. — Пожалуйста, Тренер! — Рэй смотрит пьяно, будто в бреду, хватаясь за темно-серую простынь и сжимая ее в кулаках. Тренер замедляется, медленно оглаживая уже твердый член через плотную ткань домашних брюк и наклоняясь к самому уху Рэймонда, чтобы опалить горячим дыханием аппетитную мочку. — Колин. Мое имя Колин, — и это звучит именно так, как должно. Очень тихо, нарочито хрипло и до одури сексуально. И Смит громко стонет, запрокидывая голову и подаваясь навстречу, чтобы получить больше трения. — Пожалуйста, Колин, — а теперь крышу сносит уже Тренеру, и он с жадностью впивается в бледную кожу на шее, на которой виднеются уже почти зажившие синяки от прошлых засосов и укусов. Тренер кусает не сильно, но держит долго. Достаточно чтобы и без того сбитое дыхание Рэя прервалось на секунду, перерастая в приглушённое мычание, пока сам Колин активно раздевает Смита и себя. Единственное, пожалуй, чему можно было удивиться, так это тому, что Рэймонд, несмотря на то, насколько он кажется дезориентированным в пространстве, все равно умудряется помогать им стать абсолютно голыми. Ну, и пожалуй тому, как Смит нетерпеливо мычит, когда Тренер берет минутный тайм-аут на то, чтобы надеть презерватив. — Ты… Готовился? — немного удивляется Тренер, отрываясь от мягких губ Смита, когда его рука, ласкающая до этого возбужденный член Рэя, соскальзывает ниже, пачкаясь в смазке и оглаживая набухшее колечко мышц. — Я планировал тебе позвонить последний месяц, — просипел Рэй, увлекая Колина обратно в поцелуй и притягивая его к себе, закидывая ногу на бедро с явным намеком. Тренера не нужно просить дважды, тем более таким образом. Мир будто замирает, когда Тренер, нежно прикусив кожу на ключице Смита, медленно входит, чувствуя как много смазки внутри и насколько расслабленее мужчина сейчас. И все же, несмотря на громкий стон удовольствия, вырвавшийся из губ Рэя, Тренер медлит перед тем, как начать быстро двигаться, несколько раз выходя почти полностью, оставляя головку у самого входа и затем входя до основания, приводя Смита в абсолютный экстаз. Его очки улетели куда-то в сторону, а скрип одной из опор кровати, до этого сильно резавший слух, стал своим ритмом напоминать какую-то знакомую мелодию, когда Тренер набрал темп, втрахивая Смита в мягкую кровать и заставляя задыхаться от стонов и слов, которым было не суждено сорваться с губ Рэя в обычной ситуации. Колин не хотел, чтобы все было быстро, как в прошлый раз в клубе, поэтому, когда Смит начинал мелко дрожать, хвататься за его руки и что-то судорожно шептать, мужчина сначала замедлялся, а затем и вовсе останавливался, начиная покрывать тело любовника влажными поцелуями и укусами, от которых тот вздрагивал, как от сильных ожогов, подаваясь членом вперёд, чтобы получить хоть немного трения и удовлетворения. Но Колин был не настолько глуп, и потому как только Смит попробовал ухватить его за плечи или шею и притянуть ближе, мужчина почти в одно движение отстранился, с наслаждением оценивая раскинувшуюся перед ним картину, и затем быстро переворачивая Рэя. Тот что-то простонал, подаваясь назад, и ожидая какого-то продолжения, но вместо того, чтобы снова войти в него, Тренер перехватил мужчину за бедро, притягивая его к себе заставляя встать на колени, а затем вставляя в растянутый вход два пальца, вызывая у Смита долгий стон, заглушенный простыней, в которую тот уткнулся носом от наслаждения, подаваясь назад на каждое движение. Такой Рэй Колину нравился. Ни капли сарказма, тщеславия или колкости: только покорность, хороший прогиб в пояснице, чертовски горячие стоны, и вид, доводящий до оргазма. Смит плавился под прикосновениями к бедрам, под настойчивыми проникновениями пальцев, и под ласковыми поцелуями на пояснице и по позвоночнику, от которых его приглушённые стоны становились ярче, постепенно сменяясь требовательными всхлипами. — Тренер… — Рэй пожалел почти сразу о том, как именно он обратился к нему, и почувствовав, как мужчина отстранился, Смит поспешно исправился, переходя на горячечный шепот, которому Тренер почти не мог противостоять. — Колин, пожалуйста. 2:0 в пользу Тренера и он медленно входит, в этот раз вообще не набирая темп. Лишь ритмичные движения с одинаковой амплитудой, вырывающие из груди Рэя сдавленные полустоны и заставляющие его метаться под мужчиной. Колину нравилось то, как медленно горел Рэймонд, как просил больше, и как всеми правдами и неправдами пытался это получить. Поэтому он целовал Смита ещё нежнее, гладил по бокам и спине ещё мягче, заставляя того таять, сдаваясь на волю Тренера и давая тому трахать его настолько медленно и нежно, насколько ему хотелось. В какой-то момент, чувствуя как волна возбуждения прокатывает с новой силой по телу, предвещая яркий оргазм, Тренер потянул Рэя вверх, прижимая его к себе вплотную и опуская руку ему на член, задавая сразу довольно быстрый темп и выбивая остатки воздуха из лёгких Смита, меньше чем через минуту заставляя его громко кончить. — Блять, постельное… — тихое прошипел Рэй, откидывая голову на плечо Тренера и загнанно дыша, пока Колин за пару толчков наконец кончил сам, больно прикусывая Смита за плечо. — Я вытру, — прошептал Тренер, отпуская Рэймонда и подавая ему салфетки. Рэй выглядел сбитым с толку, и не составляло большой трудности догадаться, что трава его вряд ли отпустила. Потому, справившись с использованным презервативом, Колин забрал из рук Рэя салфетки, помогая ему вытереться, а затем переводя взгляд на испорченное покрывало. — Где ты постельное белье хранишь? — Там, — неопределенно махнул рукой в сторону Смит, показывая, судя по всему, на выдвижные ящики, виднеющиеся из приоткрытого шкафа-купе. — Угу. Тренер менял пододеяльник сам. Рэй просто следил за ним пустым взглядом, раскинувшись на мягких подушках. Его лицо не выражало ничего, даже усталости, а глаза казались стеклянными, будто у фарфоровой куклы, которая смотрит на мир из-под густых ресниц и ждёт того момента, когда ее разобьют. — Зачем ты это делаешь? — вопрос звучал тихо, почти на грани слышимости, но Тренер услышал. Старое белье он скинул возле двери, чтобы вынести завтра, поменяв лишь пододеяльник и уже успев накинуть одеяло на голого Смита, задающего совершенно глупые вопросы. — Потому что тебе это важно. Твой дом, твои правила, — пожал плечами Тренер, укладываясь на соседнюю с Рэем подушку. — Спокойной ночи? — Ага, — Смит отвернулся от Колина в другую сторону, мгновенно затихая и даже не ворочаясь. Колин не спорил, но раз уж он по обоюдному согласию проехал весь Лондон ради этой ночи, он получит свое от и до. Его рука мягко обхватила Рэя поперек живота и притянула чуть ближе к себе, давая Тренеру возможность уткнуться носом Смиту между лопаток, прикрывая саднящие от усталости глаза. Нужно будет спросить, почему Рэй звонит ему только тогда, когда он под кайфом?