Всегда Малфой!

      Гостиная Слизерина была погружена в тишину, но эта тишина не была пустой — она была полна шёпотов, взглядов, резких жестов. Слова Дамблдора ещё стояли у всех в ушах: «Волан-де-Морт вернулся». Студенты других факультетов реагировали на новость как и следовало ожидать, страхом, замешательством, истерическим неверием. Гриффиндорцы шумели и спорили, Когтевран пытался искать логику, Пуффендуй попросту замкнулся в тревоге и горе. Слизерин же слушал и молчал и только потом в безопасности своей гостиной, когда зелёные отблески факелов падали на лица учеников, заговорили.       — Значит это правда — шепнул Нотт, глядя в огонь так будто пытался разглядеть там силуэт. — Он вернулся.       — Я всегда знал что Поттер лжёт — холодно бросил один из старшекурсников, но не так. Видимо всё куда серьёзнее.       Кто-то говорил с уважением, кто-то с азартом, будто предвкушал перемены. В отличие от остальных факультетов, здесь не витала паника. Скорее — напряжённое любопытство, смешанное с благоговением. Имя Волан-де-Морта в этих стенах не звучало как проклятие, а скорее как обещание силы, возвращения старых порядков.       Драко сидел в углу откинувшись в кресло. Его руки лежали на подлокотниках, но пальцы были до боли сжаты. Он видел испуганные глаза отца, слышал его дрожащий шёпот, чувствовал хватку на своём плече и теперь, когда все обсуждали возвышенные теории и шептались о власти и величии, он ждал. Каждый шелест ветра за окном заставлял его сердце биться быстрее. Он знал, отец не оставит его без указаний. Но чего ждать? Что будет теперь?       Он никогда не видел Люциуса таким растерянным, по-настоящему испуганным. И мысль о том, что на руке отца было именно то, о чём сейчас шептались слизеринцы жгла его сильнее огня. Драко не вмешивался в обсуждения, он слушал. Слушал чужие голоса, слышал восторг и благоговение, и всё глубже погружался в собственные мысли. И совы всё не было.       Сидели они до глубокой ночи, пока гостинная понемногу пустела. Когда остались только Нотт, Забини и Малфой, наконец получилось поговорить без напускной бравады, ну или почти.       Несмотря на всеобщее волнение, Драко выросший на рассказах о величии и силе Темного Лорда был больше горд и возбужден, чем испуган. Нотт же пребывал в мрачном настроении. Он негромко спорил с Драко, убеждая его, что возвращение того-кого-нельзя-называть не сулит им ничего хорошего и что Малфой наивный глупец, если думает иначе. Забини молчал весь вечер, лишь изредка бросая короткие взгляды, в которых читалась тревога.       Едва на небе забрезжил рассвет, перед Драко с громким хлопком появился его эльф Питтси.       — Питтси? Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросил Драко.       — Доброго утра, молодой господин — с поклоном пропищал эльф. — Госпожа Малфой велела Питтси найти юного лорда и передать письмо, сэр. Так же велено было передать письмо другу моего господина, мистеру Забини.       — Мне? От кого? — впервые за вечер заговорил Блейз.       — От мадам Забини сэр, прошу вас, — и Питтси выудив из-под наволочки пару конвертов передал их Драко и Блейзу. Драко поспешно разорвал конверт и принялся читать.       Здравствуй, мой дорогой Драко.       Ты конечно уже слышал о том, что произошло этой ночью. Слава Салазару сбылось то, во что многие из нас перестали верить, наш предводитель Тёмный Лорд действительно вернулся. Мы должны считать это величайшей честью для нашего рода и радоваться его возвращению.       Ты знаешь как предан был твой отец и сколько он сделал для нашего дела. К сожалению, иногда преданность испытывается временем и испытаниями, и не каждый может выдержать их безукоризненно. Темный Лорд милостив и снисходителен, он ценит тех кто остался, ведь нас так мало. Но ты должен понимать Драко, что милость его не бесконечна. И теперь многое зависит от нас. Великая честь выпала нашему дому, Темный Лорд решил расположиться в поместье Малфоев. С этого дня всё вокруг изменится. Ты должен быть учтив и почтителен во всём, что скажешь или сделаешь в его присутствии. Слова опаснее любых чар, и твой язык не должен тебя подводить.       Запомни, ни единого лишнего взгляда, ни единого лишнего слова. Будь внимателен и осторожен. Мы не имеем права на ошибку. Твой отец очень занят, ему предстоит вновь доказать свою преданность. Ты сам понимаешь Драко, он не сможет сопроводить тебя домой, как мы планировали изначально.       В конце июня ты отправишься к Забини в Италию, вернёшься за неделю до начала учебного года. Хоть мы и будем бесконечно тосковать по тебе в твое отсутствие, мы с отцом уверенны, что эта поездка благотворно отразится на тебе. Мой милый мальчик, я верю что ты достаточно умен, чтобы все понять. Помни, времена меняются. Твоя мама.       Драко перечитал письмо дважды. Бумага хрустела в руках, но слова не отпускали. Он нахмурился, задумчиво уставившись в камин.       — Какой-то бред, — наконец сказал он, почти шёпотом. — Всю жизнь отец твердил мне, что с возвращением Тёмного Лорда начнётся новая, великая эпоха. Но стоило этому случиться — и он в страхе исчезает куда-то. А мама пишет, что наш дом больше не дом, и еще эта поездка.. все выглядит скорее как бегство. — Он помолчал и усмехнулся горько. — Если ещё вспомнить, что у меня теперь есть отдельный счёт в Гринготтсе, собственный дом и даже слуги… Что-то здесь точно не так.       Тео, сидевший рядом, раздражённо покосился на пергамент.       — Как мило, что твоя мама хоть предупреждает тебя, — буркнул он. — Мой отец даже не удосужился напомнить мне, как себя вести. Словно я ему не сын, а просто фамилия, которую он обязан передать дальше.       — А у тебя, Блейз? — спросил Драко, обернувшись к другу.       Забини молча протянул своё письмо.       Mio tesoro, Моё сердце тревожно и увы мои самые большие опасения сбылись. Мы вновь оказались в ловушке, без возможности бежать. Но знай figlio adorato, я никогда не позволю, чтобы с тобой случилось худшее. Ради тебя я уже пошла на многое, и пойду ещё дальше если потребуется. Ты — моя жизнь, моя гордость и моё счастье. Слушай меня внимательно, держись ближе к друзьям, но никому не доверяй. Даже тем кого знаешь много лет. Никогда не обсуждай ничего важного, ни планов, ни мыслей. Все слова могут быть обращены против тебя. Веди себя как обычно, спокойным, немного надменным, так как умеешь только ты. Это защитит тебя лучше любых чар. Завтра вечером мы наконец увидимся и я смогу обнять тебя и увидеть каким ты стал за этот год. Сразу после поезда мы отправимся в поместье Малфоев, и ты должен быть учтивым и смиренным перед Тёмным Лордом. tesoro я знаю как трудно сдерживать свой характер, но сейчас настало то время, когда выживает только тот кто умеет склонить голову в нужный момент. Будь готов. Возможно, нам придётся бывать у Малфоев чаще, чем хотелось бы. Но это ненадолго. Через неделю Нарцисса и я устроим всё так, чтобы ты и Драко отправились в Италию, в наше поместье Villa Serpente. Там среди кипарисов и виноградников, у синего моря, вы сможете провести лето в безопасности. Я мечтаю видеть тебя там, в тишине и под солнцем, вдали от этого ужаса. Помни, что в любой тьме есть свет и этим светом для меня всегда был ты. Будь осторожен. Береги себя. И никогда не сомневайся я всегда рядом, даже если кажется что мир рушится. Con amore eterno, Tua madre, Isabelle       Драко дочитав письмо Изабель, вернул его Блейзу и хмыкнул:       — Mio tesoro, figlio adorato… — протянул он с театральной интонацией, закатив глаза. — Как трогательно Забини, у тебя есть личный фан-клуб.       — Завидуй молча, Малфой, — буркнул Блейз, пряча письмо в карман мантии. — По крайней мере, моя мать обо мне думает.       Тео, до этого молча ковырявший ногтем край стола, резко вскинул взгляд.       — До мой отец придурок, а мать мертва, поэтому некому мне писать. — голос его прозвучал жёстко.       Драко пожал плечами, словно речь шла о пустяке:       — Нет. Твой отец скорее всего просто уверен что ты и так знаешь что делать и не станешь вести себя по идиотски, как Блейз к примеру. Видишь? В этом тоже есть логика.       Тео усмехнулся безрадостно:       — Ну да, как же.       Повисла короткая пауза. Тишину гостиной разбивал лишь мерный такт больших настенных часов.       — Слушайте, — первым заговорил снова Драко. — Вы зря нагоняете тоску. Всё это не конец, а начало. Тёмный Лорд это сила. Возможности. Справедливость. Всё о чём мы мечтали. Наши семьи получат то, что заслужили. Время пришло. настанет конец..       — Настанет конец всему, — перебил его Тео. В его голосе прозвучала твёрдая нота от которой у Блейза даже бровь дёрнулась. — Конец будет у всех. У грязнокровок, у полукровок и чистокровных. У всяких забав и радостей. Всё что мы знаем сейчас рухнет. Все мы и в том числе твоя неприкосновенная семья Малфой, превратимся в жалких пресмыкающихся слуг. Без воли, без выбора. А все вроде Грейнджер, станут первыми жертвами нового режима.       У Драко внутри что-то болезненно кольнуло. Имя прозвучало, как удар. Перед глазами встал её образ — вздёрнутый подбородок, карие глаза, слишком смелые для девчонки её происхождения.       Он резко отогнал мысль, будто обжёгшись.       — Ты преувеличиваешь, — отрезал он вслух стараясь говорить твёрдо. — Ты просто трусишь.       — Возможно, — пожал плечами Тео и в его улыбке было слишком много горечи. — Но если такой отвратительный человек как мой отец ценен для Лорда и входит в число его ближайших преспешников, значит темный Лорд хуже его в сотню раз.       Драко резко замолчал. Слова друга зацепили сильнее, чем он хотел бы признать. Впервые за долгое время он не нашёл, чем парировать. Он поднялся с кресла.       — Ладно, пора к Снейпу. Если кто-то и может объяснить что происходит так это он.       — Давай, — коротко кивнул Блейз, Тео молча пошёл следом.       Троица миновала коридоры, пустые и гулкие и дошла до двери кабинета декана, но дверь оказалась заперта.       — Нет его — пробормотал Драко коснувшись ручки двери. — Может он со всеми преподавателями успокаивает разнывшегося Поттера?       Снаружи было уже заметно как утреннее солнце окрасило небо в ярко-алый тревожный цвет. Вздохнув друзья переглянулись.       — Ладно — сказал Блейз. — сегодня поезд, надо чемоданы собирать.       И они втроём направились в спальни, каждый — со своими мыслями о грядущем лете.       Последний завтрак перед каникулами проходил безрадостно. На стенах Большого зала висели чёрные траурные флаги, и под ними студенты уныло ковыряли вилками еду, больше глядя в пустоту чем в тарелки. По их лицам было ясно, бессонная ночь выдалась не только у слизеринцев. Ученики «Шармбатона» тесно жались друг к другу, то ли от холода, то ли от страха, невозможно было понять. Болгары выглядели осиротевшими без своего директора, слухи говорили, что он покинул школу еще до появления Поттера, но куда именно исчез никто не знал.       За учительским столом картина была ещё мрачнее. Профессора украдкой вытирали глаза, а места Дамблдора, Грюма, Каркарова и Снейпа пустовали. Не было и Поттера, Драко уже почти уверился что тот серьёзно ранен и не появится, но к его раздражению, Гарри всё же вошёл в зал и сел между Уизли и Грейнджер. Гермиона сжала его руку и печально улыбнулась, будто пытаясь удержать его на земле. На Малфоя она так и не взглянула. Казалось что она вовсе забыла о его существовании.       Как и обещала Нарцисса, с поезда их встречали она и Изабель. Женщины быстро, но крепко обняли сыновей. Нарцисса удостоила Нотта редкой «тёплой» улыбкой, настолько сдержанной, что её едва ли можно было назвать настоящей, тогда как Изабель заключила его в свои объятия искренне. Впятером они поспешили к ожидавшему у станции автомобилю, не дав мальчишкам толком попрощаться с друзьями.              В машине Изабель заметно нервничала, её улыбки мелькали слишком часто и слишком натянуто, словно она пыталась отвлечь и себя и ребят. Нарцисса же сидела прямо, с ледяным достоинством и ничто не выдавало её волнений.       Машина плавно остановилась у ворот Малфой-менора. Железные створки сами собой распахнулись, будто в предвкушении гостей и тут же закрылись за ними с гулким, почти гробовым звуком.       Поместье возвышалось над огромным садом, мрачное и величественное. Его каменные стены будто напитанные вековой магией давили тяжестью, а узкие окна напоминали чёрные пустые глаза. Сумеречное небо не смягчало этот вид наоборот, дом казался ещё более зловещим, но не для Драко. Он провел в этом месте самые счастливые годы своей жизни и был искренне рад вернуться домой.       Изабель выдохнула и прижимая к себе сумочку несмело шагала по мощенной камнем дорожке к дому. Нарцисса безмятежная и холодная, словно выточенная из мрамора повела мальчиков внутрь. Драко сжал губы в тонкую линию, ощущая как сердце предательски колотится. Тео и Блейз шли молча, их шаги гулко отдавались в мраморном холле. Всё внутри поместья словно застыло. Часы не тикали, камин не горел, даже сквозняков не чувствовалось лишь тишина и давящая тяжесть.       И вдруг её разрезал голос. Тонкий. Холодный. Скользящий прямо под кожу:       — Добро пожаловать домой…       Они подняли головы и увидели его. Лорд Волан-де-Морт сидел в высоком кресле у камина, словно восседал на троне. Бледнее костей, тонкий будто сотканный из самой тьмы. Глаза два горящих угля, холодных и в то же время пронзающих так, что у Драко вмиг пересохло во рту. Казалось этот взгляд врывался в самую глубину души, вытаскивая наружу всё скрытое, всё тёмное, всё запретное.       — Люциус отсутствует, — продолжил он, обводя их взглядом. — Но у него есть достойный наследник. — На последнем слове его тонкие губы изогнулись в подобии улыбки.       Драко почувствовал, как ледяная волна пробежала по спине. Слова «достойный наследник» прозвучали не похвалой, а приговором.       Волан-де-Морт медленно поднялся. Казалось что в комнате стало холоднее, когда он шагнул вперёд. Изабель едва заметно сжала пальцы Тео, Нарцисса же стояла неподвижно, как всегда гордо подняв голову.       — Мир меняется, — прошипел он, и уголки тонких губ изогнулись в неестественной улыбке. — Как отрадно видеть здесь новых представителей старинных домов. Отпрысков верных семей. Вы продолжение чистой крови, будущее которое я строю. Пусть пока ещё слишком юные, но всё же… — его взгляд скользнул по троице и Драко ощутил будто его насквозь прожигает ледяной луч.       Волан-де-Морт чуть наклонил голову словно раздумывая, стоит ли тратить на них время. В конце концов он продолжил:       — Детей легко направлять. Они прекрасный инструмент, через них родители становятся ещё покорнее.       Мальчики переглянулись и каждый почувствовал что слова обращены именно к нему.       Тёмный Лорд резко выпрямился и повернулся к Нарциссе:       — Сегодня вечером я жду гостей. И гостиная что я велел оборудовать для приёма до сих пор не готова.       — Я немедленно займусь этим мой Лорд, — её голос звучал смиренно и почтительно, но в нём не было паники, лишь холодная решимость.       — Хорошо — кивнул он едва заметно, после чего его змеиные глаза метнулись к Изабель. — А твоё поручение?       Женщина, уже вернувшая себе контроль, шагнула чуть вперёд и склонила голову:       — Всё исполнено, мой Лорд.       — Прекрасно. — На этот раз в его голосе послышались едва уловимые нотки довольства. — Работы впереди ещё много. Очень много… — протянул он, снова переведя взгляд на троицу мальчишек.       Они едва дышали под этим взглядом. Казалось он заглядывал в самую глубину их мыслей, оставляя внутри холодный след.       — Хорошо, — наконец произнёс он и разворачиваясь двинулся вглубь дома. Его длинная мантия скользила по полу словно тень от которой невозможно убежать.       Когда шаги стихли, тишина обрушилась особенно тяжело. Драко ощутил как спина промокла от пота, хотя в доме было прохладно. Блейз шумно выдохнул, а Тео так и не разжал кулаки.              — Ну.. — Драко облизнул сухие губы и заставил себя говорить ровно. — Добро пожаловать в наше лето.       Они переглянулись, и дом вновь погрузился в тягостную тишину, только за окном шумел ветер, качая высокие кипарисы. Драко с друзьями осторожно и молча поднялся в комнату будто выныривая из-под толщи воды. В груди давило, мысли путались. Он вдруг ясно понял, каникулы будут другими. Это лето не сулило игр и праздности, лишь страх, осторожность и тень, которая теперь всегда будет рядом.