Damn lilac

—Таак... — задумался Рыжик, перепроверяя всё что он с собой взял. — Виза на месте, паспорт на месте, тапочки, деньги, холст, мольберт, одежда, бутерброды, медвежата, тру... Кончиками пальцев он подцепил чёрные кружевные стринги со странными висюльками. —Фу... — парень сразу догадался чьих рук это дело. Незамедлительно растянутую ткань он отправил в ванную комнату. По пути, взглянув на часы, он удивился, потому что время было 7:56, а от Осаму ни слуху ни духу. Как только Накахара взял мобильник, чтобы позвонить, ему в мессенджере пришло новое видео сообщение. Конечно же, по иронии судьбы, от Дазая. Незамедлительно Чуя открыл его и принялся смотреть. Это была новое видео для ТикТока которое обязательно нужно отредактировать. Интересно, как рыжий будет этим заниматься все последующие пол года без компьютера? На видео Осаму стоял в белой рубашке с чёрным галстуком, а на голове были его возлюбленные синие компьютерные наушники, которые он снимал лишь в исключительных случаях. Выбор песни для видео Накахара строго осудил, потому что слова: "Лучше соси сам себе... Каждый день хочешь секс будто ты голодный...Тебе нехуй больше делать, ты же безработный. Через три минуты секса ты весь уже потный. Я ушла от тебя, теперь ты свободный..." были для него неожиданным, так же как и то, что громкость на телефоне была включена на максимум. Танец под эту песню продумал не был, просто лёгкое пританцовывание, движения руками и туловищем. Быстрыми и ловкими движениями он напечатал оскорбительное сообщение, после чего набрал номер этого чокнутого. —Да? — послышался сонный голос из трубки. —Осаму, скажи мне пожалуйста, какого хрена тебя всё еще нет? — голос Чуи был груб и можно было услышать лютое раздражение. —Я танцевал... — усмехнулся тот и устало зевнул. — Согласись, ебейший трек. Мысленно парень хлопнул себя по лбу ладонью и слегка зажмурился. —Как долго тебя ждать? Вдруг мы не успеем? —Не нужно меня долго ждать... — после этой фразы послышался стук в дверь. Накахара сбросил трубку и, сунув телефон в карман спортивных штанов, побежал в ванную комнату. Он посмотрел в зеркало и слегка усмехнулся со своей толстовки с мордочкой маленькой жабки по середине. Тётя купила ему её несколько недель назад в секонд хенде. Она казалась ему очень забавной и детской, но это не отменяло того, что он не носил её. Рыжий небрежно расчесал волосы и оставил их распущенными. Несколько коротких прядей упали ему на лицо, а остальную длину он заправил за уши. С самого рождения они у него слегка завивались, когда в помещении или на улице было влажно, как сейчас. Подмигнув себе, он подошёл к входной двери, где его уже ждали собранные чемоданы и сумка. Быстро сунув ступни в кроссовки, Чуя открыл входную дверь, и слабо кивнул растрепанному другу. Он в удивлении приподнял брови, заметив на плече Осаму лишь один рюкзак. Рядом не было никаких других сумок и чемоданов. —Компактненько... — усмехнулся тот протягивая другу один из своих чемоданов. Он покорно принял его, дожидаясь пока Накахара закроет дверь ключом. — Можем идти? —Попрощался с тётей и дядей? — поинтересовался Дазай, спускаясь вниз по лестнице. Он небрежно толкнул железную дверь подъезда и уселся на лавочку. —Я не хотел их будить, — усмехнулся он, наблюдая как его друг поджигает кончик сигареты и лениво затягивается. Осаму взглянул на него и приподнял брови. Чуя, согласившись, кивнул и принял протянутую сигарету. Зажав её между губами, он слегка нагнулся, разрешая другу поджечь противоположный конец. Затяжка далась ему легко, а из горла вырвался лёгкий смешок, когда рыжий выдохнул дым в лицо напротив. –Да пошёл ты, — отмахнулся Осаму, слегка улыбнувшись. —Ученик превзошёл учителя, — Чуя усмехнулся и сел рядом, поставив чемодан между ног. —Позавчера дрочил на подобную порнуху, – отвернувшись, ухмыльнулся Дазай, поднося фильтр к губам. —Можно было и без подробностей, — он пихнул его в плечо. Наступило уже не неловкое молчание. На улице начало светать, хотя солнце еще не показалось из-за горизонта. Было слегка прохладно. Накахара засмотрелся на свою тлеющую сигарету. Слабый ветер сам стряхнул пепел, унеся его в неизвестном направлении. Парень не заметил как сам оказался в неком трансе, смотря в одну точку. —Дай сюда, — приказал красноволосый, выхватывая из чужих рук уже половину сигареты. — Не пропадать же добру. —А чего мы сидим то? — поинтересовался Чуя, наблюдая как Дазай докурил его часть и тушит бычок о подошву. —Ждем... — не успел договорить тот, как поднялся на ноги и пошёл в сторону черного Мерседеса, не забыв прихватить чемоданчик. — Такси приехало. Несколько минут парни потратили чтобы запихнуть все сумки в багажник, после чего они сели на заднее сиденье. Осаму просунулся между двух передних и похлопал молодого водителя по плечу. —На вокзал. Мужчина кивнул переключив на первую передачу. Дазай откинулся на подголовник и прикрыл глаза. Машина тронулась с места, а затем и выехала со двора на освещённую фонарями дорогу. —Ты сегодня вообще спал? —Да, просто перед каждым вылетом я очень ленив. Не удивляйся если я просплю всю дорогу, — усмехнулся тот, отвернувшись лицом к окну. Осаму поправил воротник черного свитшота. Чуя удивился внешнему виду друга. Обычно тот одевался очень вызывающе и стильно, но в этот раз на нем была синяя ветровка, под которой как раз таки и был этот свитшот, такие же чёрные джинсы и летние кеды. На шее виднелись расслабленные бинты, которые Дазай видимо не менял на протяжении нескольких дней. Накахара не упустил шанса и слегка приподнялся, делая вид что хочет сесть поудобнее. Между белой марлей и кожей было небольшое расстояние и Чуя кинул взгляд, пытаясь хотя бы что-нибудь рассмотреть. Из его горла вырвался тяжелый выдох, а тело кинуло в нарастающий жар. Он смущённо отвернулся, к окну, прислонившись лбом о холодное стекло. Увиденное поразило его. Там был отчетливый шрам. Широкий и скорее-всего длинный, потому что ему не удалось найти его конец или начало. Шрам был ровный, словно от лезвия. Нет-нет-нет, Осаму не может. Накахара постоянно думал что под бинтами у друга нет ничего необычного. Он считал это за способ самовыражения, чем он может привлечь внимание других. Виски больно запульсировали, и Чуя начал их неспешно массажировать, чтобы унять боль. —Почему мы поехали на такси? — спросил Накахара, стараясь унять дрожь в голосе. Осаму с непониманием посмотрел на него. Конечно, усмехнулся рыжий, Дазай заметил. Друг долго сверлил его взглядом, после чего неожиданно улыбнулся. —Чуя, — подозвал тот. — Ты предлагаешь мне бросить машину возле вокзала? Парковка то платная. Накахара понимающе кивнул и уставился на проезжающие мимо машины уже до конца поездки.

***

—Да ну какого хрена, – усмехнулся Чуя, положив свою ногу на ногу друга. Поезд тронулся полчаса назад. —Ну мне так удобнее, — улыбынулся Осаму, рассматривая стопку листов в руках, после чего поправил наушники, висевшие на шее. — Знаешь, эта экранизация мне не очень нравится. —Почему? — спросил Чуя, взглянув на сидящего напротив парня. —Мой герой словно не живой, загнанный и убитый горем подросток, — Дазай улыбнулся и передал Чуе термос, который несколько минут назад достал из своего рюкзака. — Прямо как ты. Ни друзей, ни девушки. Только учёба на уме. —Козёл, — пробубнил рыжий и сделал глоток чая. —Как бы объяснить, чтобы ты понял... — задумался тот. — Ты интроверт и социофоб. Когда меня рядом нет, все смотрят на тебя странно. Как говорят, у каждой красивой девушки должна быть своя страшная подружка. Чуя схватил со столика маленькую пачку мармеладных медвежат "HARIBO" и швырнул в друга, который улыбался, словно был кровным братом чеширского кота. —Подожди, — Накахара потупил взгляд. —Ты не говорил что это экранизация. —Да я не вижу особой разницы... Чуя кивнул, после чего вновь отпил тёплый чай, поудобнее уместив свою ногу на ноге Осаму, когда тот, в свою очередь, закинул свою на соседнее сиденье от рыжего. Взяв со стола холодный бутерброд, он откусил кусочек наслаждаясь корочкой жареного тоста, которая просто таяла во рту. —А пересекать океан мы тоже будем на поезде? — усмехнулся Чуя. —Мы доедем до окраины Португалии, где сядем на самолёт. Лететь почти двадцать часов.

***

—Опачки! — вскрикнул Осаму, выхватывая телефон друга из его рук. —Он теперь в рекомендациях? Поднялся... —А кто это? —Митидзо Тачихара, — на его лице засияла улыбка. — Рыжий хрен. А его на пробах видел. Начинающий актёр. Очень кстати симпатичный. Я могу тебя с ним познакомить. —Было бы неплохо, — Чуя вернул свой мобильник и ещё несколько раз пересмотрел это видео, не забыв оформить подписку. Тематика аккаунта была подобна Дазаю. Но больше всего ему понравилось видео под песню Hands up! (feat. Pixel hood). Харизматичный парень, видимо с комплексом носа. — А почему у него пластырь? —Фишка, — усмехнулся ерасноволосый. — Здравствуйте, нам пожалуйста две комнаты. Мы от Эдгара Аллана По. Вас должны были предупредить. Осаму протянул своё и Чуино удостоверение. Девушка смущённо уставилась в свой компьютер. Несколько минут она занималась оформлением, после чего решила подать голос. —Дазай Осаму и... —Накахара Чуя, — она осторожно приняла VIP-карточку из чужих рук, не забыв оставить на ней печать и также занесла в базу данных. —Весь четвёртый этаж предоставлен вашей съёмочной группе. Посторонним туда проход запрещён, — брюнетка вложила в ладонь Осаму две карточки-пропуска. Заправив локон волос за ухо, она поднялась со своего места. — Ваши номера 401 и 402. Я вас проведу. —Нет, не стоит утруждаться, — нацепиф свою самую сногсшибательную улыбку произнёс Дазай. Он ей резво подмигнул, за что получил нехилый подзатыльник от друга. — Мы сами справимся. —Чувак, да она с тобой открыто флиртовала! — воскликнул Чуя, заходя в лифт. —А, да? — удивился парень. — Я и не заметил. Иногда актёрская игра Дазая Осаму была настолько правдоподобной, что каждый бы человек, не знавший о его профессии, сразу бы повёлся. Но Накахара знал. И знал, что Осаму знает, что он знал. Парень вручил ему пропуск. Чуя поднёс его к специальному сканеру, на котором загорелась зеленая лампочка. Вместе они завалились в номер, и Осаму поспешно закрыл за собой дверь. Их встретил коридорчик длиной в пару метров. Слева от входа был некий уголочек, где располагалась тумба для обуви, зеркало и шкаф-купе для верхней одежды. Чуть поодаль, с правой стороны, был проход в санузел. Очень просторный, включающий в себя туалет, раковину, душевую кабину и саму ванную. Как только они прошли коридор, то очутились в просторной комнате. Справа стояла двуспальная кровать, напротив которой висела большая плазма. Спальня была совмещена с кухней, которая включала в себя угловую барную стойку, а также всю кухонную гарнитуру. Холодильник, микроволновая печь, плита с духовкой. Большое количество шкафчиков были заполнены посудой и бокалами. Слева от плазмы находилась комната с выдвижной дверью, которая, по видимому, являлась кладовой. Туда можно было сложить весь хлам. Но больше всего рыжего удивило большое панорамное окно во всю длину комнаты. Оттуда открывался прекрасный вид на Калифорнию. И если присмотреться, то можно было увидеть выстроившиеся в ряд буквы, которые вместе собирали слово "HOLLYWOOD". Красивые горы, покрытые зелёной подстилкой. На первый взгляд можно было подумать, что трава искусственная, но Чуя уже представил как коснётся её, удивится от того, насколько она мягкая. Он свалится на неё и попробует сделать снежного ангела, сильно жмурясь от яркого солнца. Попробует вдохнуть свежий воздух и представить как всё это будет выглядеть с высоты птичьего полёта. К нему подсядет Осаму с гитарой в руках. Его бледное лицо будет блестеть на солнце. Парни будут разговаривать обо всём на свете. Рыжий будет слушать бесконечные речи друга на совершенно разные темы. Чуя искренне улыбнётся, перевернётся на бок и поможет написать новую песню. Он отошёл от окна. Ноги еле-еле держали его. Хотелось поскорее рухнуть лицом в чистые простыни и укрыться мягким одеялом. Кстати, чем он и занялся, но лень пересилила его, так что Накахара свалился поперёк кровати, напрочь забыв про одеялко. Одним глазом он наблюдал за передвигающимся в свете тусклой лампочки Дазаем. Тот небрежно подошёл в холодильнику и слегка присвистнул когда увидел содержимое. На дверных полочках стояло два ряда газировок в жестяных банках. Начиная от Fanta с большим количеством разных вкусов, Dr.Pepper, Coca-Cola, Mountain Dew и A&W cream soda, и заканчивая алкоголем в роде бутылки Jack Daniel's, Пино Гриджио и Совиньон Блан. —Не хочешь отметить? — усмехнулся красноволосый, перекидывая из одной руки в другую бутылку Пино Гриджио. Рыжий засомневался в принятии решения. Зная Осаму, как только они выпьют, то тот сразу начнет лезть к нему с поцелуями, комплиментами и ласками. Такое бывает не всегда когда они выпьют. Всё зависит от того какой крепости напиток и от настроения самого Дазая. В этот раз исход был понятен. —Думаю на сегодня я слишком устал, — после своих слов он слегка зажмурился, переступая через самого себя. — И вообще, сколько сейчас времени? Осаму расстроенно вздохнул и вернул бутылку на своё исходное место. Подтянув рукав, он взглянул на часы и его брови медленно поползли вверх. —Я их не успел перестроить на нужный часовой пояс, но раз у нас с Францией разница в девять часов, то сейчас приблизительно... Восемь вечера. И тебе бы выспаться, потому что завтра у нас будет очень насыщенный день. —Насколько насыщенный? — почти засыпая рыжий почувствовал, как резко прогнулся матрас под весом чужого тела. Он открыл глаза и увидел перед собой сонное лицо друга. Осаму улегся параллельно ему и пристально смотрел в глаза. Неожиданно наполовину перебинтованное запястье коснулось рыжих волос, слегка массажируя голову и пропуская локоны между пальцами. Чуя неконтролируемо улыбнулся и заметно расслабился. Видимо перелёт дался ему действительно сложно. —Ну утром мы отправимся в какой нибудь магазин одежды, потом можно будет провести тебе экскурсию, перекусить и вечером, часиков так в девять мы едем к змеям. —Мне до сих пор не нравится то, как ты называешь это место. Звучит слишком устрашающе. —Не я дал этому клубу такое название. Изначально... — продолжение рыжий уже не услышал, потому что провалился в слишком крепкий сон, который наступил так же неожиданно, как мельком замеченный Осаму, который неторопливо стягивал с себя чёрный свитшот.

***

Утро у парней было до жути странным, неловким и непривычным. Ну точнее так было для Чуи. Всё началось с того, что он попытался осторожно выбраться из-под забинтованной руки, но не разбудить друга ему не удалось. Тот лишь что-то злостно проворчал и, перевернувшись на спину, продолжил свой сон. Проспал он примерно полтора-два часа после пробуждения рыжего, который успел найти свои принадлежности для умывания в кинутых возле входа чемоданах. Неспешно почистив зубы и сделав маску для лица, Накахара сходил в душ, простояв некоторое время под кипятком. Какого же было его удивление, когда даже после использования очень мощного фена Осаму даже и глазом не повёл, продолжая невинно дрыхнуть. Вот же крепкий сон у засранца после перелёта. Но слышали бы вы смех рыжего, когда Дазай подорвался с кровати, как только услышал звук бьющихся о друг друга тарелок. —Что сегодня на обед? — спросоня протараторил он, сонно потягиваясь. И вновь Чуя загляделся на его стройное телосложение и слегка выпирающие из-за слоя бинтов кубики. Ещё в Париже тренажёрный зал парни посещали три раза в неделю. Осаму постарался пристрастить Чую к этому занятию почти с самого начала их дружбы. Самое интересное и жёсткое было то, что красноволосый никакой пощады не давал. Открывалась его вторая личность, которая заставляла Накахару жать пятьдесят килограмм около сорока раз за минуту. Чуя постоянно пыхтел, старался, а при окончании тренировки жадно глотал воду литрами. Но тут же нужно сказать "тренеру" спасибо, ведь его мучения давали свои плоды. Тело стало подтянутым и стройным. А в доказательстве своих изменений он один раз удачно разбил нос Буа за то что тот решил постебаться с их "гейской дружбы". И конечно же, пока тот сидел с окровавленной салфеткой в носу, Осаму принялся читать ему свои философские нотации. —Мы не геи, но мы шутим так. И это ебать как ахуенно, я могу трогать своего за задницу. Почему нет? Я никогда не видел проблемы в гейских шуточках. Блять, это же угар. Что для парней гейские, что для девочек лесбийские. Блять, похуй. Смешно же смотреть, когда ты ставишь друга в такое неудобное положение, что вы сидите и ржёте вдвоем. Ведь это реальный показатель дружбы, когда вы можете хлопать друг друга по жопе, но при этом не хлопаетесь между собой. Если это шутка, и вы обы это понимаете, то в чем проблема? Да, когда вы перестанете смотреть это как на шутку, то стоит понять что это какой-то звоночек. И подобные философские темы все слышали от Дазая. От того Дазая, который постоянно спит на парте, не подозревая что учительница истории идёт по его душу. Того Дазая, который рисует смайлики на доске, пока учительница отворачивается лицом к классу. Того Осаму, который постоянно учит остальных безнаказанно отжимать у младшеклассников пиццу. Того, который сбегает с уроков через окно в туалете. От раздумий и воспоминаний его отвлек Дазай, который уже натягивал джинсы и неспешно застёгивал ремень. —Эу? Ты тут? —Да, — усмехнулся Накахара, раскладывая по тарелкам омлет, который научил его готовить дядя Лорэнс. Обычно он всем приходится по душе. Рыжий поставил тарелки на барную стойку, а рядом нарезную доску с кусочками батона и две кружки. Одна ему с чаем, а вторая была для Осаму, с латте. Этому парню всегда нравилось, как Чуя готовит кофе. —Приятного аппетита, — улыбнулся Дазай, когда сел на соседний стул, придвинув свою порцию к себе. —Пахнет вкусно. Завтракали они в полном молчании, что было необычно для Осаму, потому что его рот закрывался только в трёх случаях. Когда он курит, когда спит и когда смущён. Последнего добиться, кстати, очень сложно. Неожиданно Дазай заметил, как его друг покраснел до кончиков ушей. Его сильно заинтересовало, о чём же он таком мог подумать. —Чиби, ты весь красный, — усмехнулся он, сделав глоток напитка. —Извини, я... —За что ты извиняешься? — не понял Дазай. — И почему ты так смутился? — Просто мысли дурные в голову лезут, — Накахара встал из-за своего места и, забрав с собой грязную посуду, подошёл к раковине, специально проигнорировав посудомоечную машину. Он включил небольшой напор воды и начал неспешно намыливать губку. Спустя пару минут Осаму так же закончил и повернулся к Накахаре. Тот вытирал посуду и расставлял её по своим местам. —Какие? Некоторое время парень молчал, борясь с желанием рассказать правду. Но от этого парня ничего не скроешь, а особенно враньё. На это у него особый нюх. —Мы с тобой сейчас похожи на семейную пару. Делаем по сути обычные и повседневные дела, но странное смущающее чувство никак не может отпустить меня. Знаешь, мы просыпаемся в одной кровати, я готовлю завтрак, мы едим, идём по своим делам. —Но ведь до этого были похожие случаи? —Да, но сейчас всё кажется по особенному, — наконец, он поставил тарелку на место, и, не оборачиваясь, принялся который раз складывать полотенце. —Тебе это не нравится? —Нет, что ты? — усмехнулся Рыжик. — Мне от этого очень комфортно и спокойно на душе. Никогда не думал что смогу с кем-то вот так. Так просто и по-домашнему. Чуя спиной почувствовал, как Осаму поднялся со своего места, и спустя несколько секунд ступора подошёл к нему. Парень ощутил чужое горячее дыхание на своей шее, после чего длинные пальцы обвили его торс со спины. Дыхание неконтролируемо участилось, как и сердцебиение. Холодный нос уткнулся ему в шею, от чего вновь тело покрылось мурашками. —Почему ты нервничаешь? — прошептал Дазай, посильнее прижимая напряжённое тело к себе. —Я не понимаю почему ты позволяешь себе такое отношение ко мне, — его голос слегка дрогнул, когда одна рука заползла под футболку, оглаживая очертания грудной клетки. Такое чувство словно Осаму пытался пересчитать его рёбра. —По-моему, у меня меня ко всем одинаковое отношение, — усмехнулся парень. —Ты Тьерри тоже обнимаешь со спины, постоянно трогаешь его волосы, не смотря на то что у него их нет, и сосёшься с ним когда бухой? — в ответ на это Осаму прыснул и вновь зарылся носом в рыжие волосы. —Я так поступаю с тобой потому что знаю, что тебе это нравится. —Тоесть ты по типу Робин Гуда? Забираешь себя у плохих людей и отдаёшься в руки хорошим? —Частично это так, — улыбнулся красноволосый, щекоча шею кончиком носа. — Всё же я не такой благородный. Я бы этим не занимался, если бы мне это не нравилось. —Тоесть, ты ловишь кайф от меня? — Чуя приподнял одну бровь и взглянул на парня через плечо. —Возможно, — на последок прикоснувшись губами к рыжей макушке, он отстранился и пошагал в ванную комнату. — Через десять минут одевайся. Наше приключение начинается.

***

—Ну, сейчас и узнаем, — Осаму с Чуей вышли на большую парковку за отелем, где в ряд стояли дорогие и спортивные машины. — Каждый год как русская рулетка. Тебе выдают ключ от машины. Кстати наугад. Дазай нажал на кнопку разблокировки двери и пристально уставился на чёрный порш. —В смысле? — заметно расстроился он. Звук донёсся откуда-то со стороны запасного входа. Парни не спеша пошагали на звук, повторно нажимая на кнопку на ключе. Накахара почти свалился за земь от смеха, когда увидел принадлежащую им машину, которой они будут пользоваться на протяжении всего времени прибытия здесь. Осаму говорил что Эдгар каждый раз устраивает подобные "развлечения ", конечно, только для тех у кого имеются водительские права. А имелись они у большинства актеров и всей съёмочной команды. Интересно, если бы у Чуи были права, ему бы выдали машину? Хотя чисто теоретически он за спиной Осаму и просто заменяет ему маму. —Не плачь, эта тачка ахуенная, — попытался подбодрить его Рыжик, пока тот сидел на корточках возле капота и жалобно положил на него голову, тихо прихлюпывая. Видимо ему не понравилась розовая мазерати. Хотя Накахара пришёл в восторг. — Серьёзно, если ты не хочешь, то я могу на ней погонять. —Но я хотел чёрный порш! — жалобно завыл тот. Если бы Чуя не знал Осаму, то сейчас бы его начало бесить его состояние капризного ребёнка. Слава богу это не так. Спустя некоторое время Дазай смирился с тем, что кто другой заберёт его мечту, и неспеша завёл двигатель, а уже через некоторое время гонял по улицам Калифорнии с криками о том, как эта малышка чувствуется.

***

—И так, для начала нам нужно определиться с одеждой на вечер, — Осаму подвинул солнцезащитные очки на лоб, когда парни только зашли в NEW YORKER. Чуя облегчённо выдохнул, когда увидел несколько кондиционеров. Жара стояла просто невыносимая, и если честно, передвигаться вообще не хотелось. — Ищи что нибудь лёгкое, пафосное и престижное. На этом моменте они разбрелись по разным углам магазина. Накахара читал английские вывески, и на удивление, перевод сам приходил в голову. Не даром был зубрилой и изучал язык самостоятельно. Обувь, нижнее бельё, купальники, плавки... Всё не то... Он безуспешно бродил по закоулкам, пока не наткнулся на волшебный ряд верхней одежды. Как только Рыжик потянулся за кожаной курткой, то ему сразу ударили по руке забинтованным запястьем. —Не то, — нахмурился красноволосый и принялся помогать другу в поисках. А точнее не помогать, а просто отвечать да или нет. У самого парня в пакете лежала уже купленная черная рубашка, с коротким рукавом, с белыми пятнами, на которой имелся большой треугольный вырез. —Да твою мать, Дазай, ты все мои варианты тупо отвергаешь, — нервы рыжего были уже на исходе, пока он не схватился полки первую попавшуюся рубашку. —Замри! — резко выкрикнул он, да так громко, что часть посетителей обернулись на них. — Ты нашёл. Накахара взглянул на ткань в своих руках и усмехнулся. —Серьёзно? — он развернул ткань. Эта была белая рубашка, так же с коротким рукавом. Во всю длину имелся принт, состоящий из черных букв и бессмысленных рисуночков. — Я тебе её предлагал. Чуя направился в сторону кассы, стараясь не дать другу догнать себя. —Ты показывал такую чёрную с белым принтом, — усмехнулся он, прикладывая карту к терминалу. — Спасибо. —Иди нахуй, — парень нахмурился, направляясь к машине. Слава богу дебил Дазай припарковал её не так далеко, поэтому он быстро закинул свой пакет на заднее сиденье и громко хлопнул дверью. — Серьёзно, твою мать, я больше никогда не буду ходить с тобой за одеждой. Он вытянул из кармана помятую пачку сигарет и спешно закурил, оперевшись спиной о розовую дверь машины. —Это ещё почему? Накахара в ступоре уставился на него. Сейчас на лице друга сияла та самая зловещая ухмылка, в который было дохера язвы, и ни капли сожаления. Точно такая же ухмылка была у него в первый день их знакомства. Когда Осаму спас его от рук Буа, но не с добрыми намерениями. Просто Чуе повезло. —Да потому что тебе нельзя угодить. Я родился не с золотой соской во рту и мне трудно приспособиться и принять ваши правила. —Наши правила? — переспросил Осаму, уставившись на друга. —Да! Мне сложно приспособиться к правилам зажравшихся сосунков, которых с пелёнок учили ссать в позолоченный горшок с алмазными пластинами. —Ты сейчас понимаешь, что скоро пожалеешь о своих словах и будешь извиняться? Ты ведь знаешь что это не так, — в отличии от Накахары, Осаму был совершенно спокоен. Или же старался таким казаться, потому что его скулы были в постоянном напряжении. —Да поебать мне за что я буду извиняться, Дазай, — агрессивно тот всплеснул руками и затушил бычок подошвой кроссовка. — Я не отказываюсь от своих слов. Не все родились с богатеньким папашей под боком. Согласись, ведь только с его помощью ты стал тем, кем сейчас являешься, а без него ты ничтожен. —Чуя, ты ведь понимаешь что это не так? Мы сейчас действительно будем ссориться из-за того что ты постеснялся купить себе рубашку дороже тысячи долларов? По-моему мы с тобой разговаривали на эту тему, — руки Осаму сжались в кулаки, а пальцы слегка прохрустели. —Да закройся ты уже, а? — гневно прорычал Рыжик. — Хватит тыкать меня носом в то, что я родился в бедной семье. —Но я не делаю этого, — Дазай нервно усмехнулся и вытянул ключи от машины из кармана джинс. —Знаешь, если я действительно когда нибудь добьюсь похожей славы, то ни за что в жизни не стану похожим на тебя. Я не буду зажравшимся сынишкой своего папаши, который ведет себя как богатенький молокосос и постоянно портит жизнь другим. Некоторое время Дазай стоял в тотальном ахуе, внимательно вглядываясь в нахмуренное лицо друга, чьи волосы изящно развивались на ветру. Он не мог поверить в то, что Чуя действительно такого о нём мнения. Да, причину срыва можно было понять. Просто ему было действительно сложно перестроиться и жить за чужой счёт, потому что его с рождения приучили к лозунгу "кто не работает, тот не ест". Да, это было правильно, но Осаму лишь хотел, чтобы Чуя хотя бы на минуту расслабился и почувствовал себя всесильным. Он взялся пальцами за переносицу и тяжко вздохнул. —Садись, — Дазай внимательно проследил за Накахарой, который громко хлопнул дверью, а после отвернулся к окну, как только Осаму занял водительское сиденье. Они проезжали мимо красивых переулков с разными ларьками и маленькими магазинчиками. Самое интересное, что каждый райончик имел свой стиль. Допустим этот, по которому они ехали сейчас, был выполнен в японский стиле. Вдоль улицы стояли тории, вокруг было много клумбочек с цветами, а в центре улицы, где располагалось круговое движение, находилась прекрасная Сакура, лепестки которой оседали на воду, которая была своеобразным озерцом вокруг. Незаметно они пересекли черту и оказались в другом районе, который больше походил на местечко, где можно было хорошо провести время одному или в компании друзей. Кафетерии, музеи, выставки, пекарни. Вон там магазинчик с вкусными на первый взгляд пончиками, а вот здесь скорее всего делают классные суши. Чуя никогда их не пробовал, но очень хотел. Если проехать ближе к концу этого райского местечка, то можно было оказаться возле зеленого парка, где проходила художественная выставка. Большое количество работ других художников. Но самое интересное, что разгуливая по парку может было обнаружить огромное количество котов. Большие, маленькие, полосатые, усатые, пушистые, пухленькие, рыжие, спящие, мурчащие. Их было очень очень много. Около двадцати минут всей поездки парни молчали. Дазай нервно сжимал руки на руле и постоянно косился на спидометр. Чуя сидел неподвижно и так же пялился в окно. —Куда мы едем? — наконец подал голос Рыжик и повернул голову в сторону друга. — Мне казалось мы должны были заехать в отель, перекусить. Но Осаму ничего ему не ответил, продолжая упорно игнорировать. Не первый раз Накахара видел Дазая таким "бесчувственным". Обычно тот говорил без умолку и творил всякую дичь, но сейчас от него и слова не дождёшься. Ни одна мышца на лице не была напряжена. В такие моменты его стоило бояться, потому что от этого парня можно ожидать всё что угодно. И поэтому Чуя нервно заёрзал на месте, схватившись рукой за ремень безопасности. —Дазай, я... — Чуя уже хотел извиниться перед ним за то что наговорил глупостей, но передумал, вспоминая о его словах. В непонимании Накахара уставился на приближающийся к аэропорт. Но парень продолжал сдержанно сидеть на месте. Через несколько минут Осаму припарковался и велел рыжему выходить, но тот и с места не сдвинулся. Вся смелость куда-то мигом улетучилась. Дазай тяжко вздохнул, и обойдя машину, сам открыл пассажирскую дверь. Всё же Накахара покорно вышел и поплёлся за уходящим, к главному входу, другом. Огромное количество касс с большими очередями, обслуживающий персонал, диванчики и механический голос, объявляющий время прилёта и посадки. —Дазай, зачем мы здесь? — испуганно Чуя придвинулся ближе к другу, который занял очередь в пятой по счёту кассе, и попытался взять того за ледяную ладонь, но Осаму отдёрнул руку, хотя с места не сдвинулся. Их очередь была через одного человека. Некоторое время красноволосый сверлил его ледяным взглядом, после чего всё же сжалился и решил заговорить. —Ты ведь сам сказал что я ничтожен, и что ты не хочешь находиться рядом со мной, потому что я постоянно порчу жизнь другим, — скоро должна была поступить их очередь, поэтому Осаму полез в задний карман джинс, вытягивая паспорт. — Будь добр отвечать за свои слова, Чуя-кун. —Дазай, но я же... —Думаю, что тебе не так будет противно от меня в Париже, и я надеюсь, что ты найдёшь о чём рассказать Лорэнсу и Эвелине. —Осаму, прости... — он потупил взгляд в пол, ощущая как глаза начинает противно щипать. —Накахара Чуя, — сказал Осаму, слово отрезал. — Я взял тебя с собой в надежде что смогу помочь тебе, доказать, что я не плохой друг, для того чтобы мы классно провели время вдвоём. Да причин для этого тысячи, просто ты меня о них не спрашивал. А теперь ты мне тупо плюёшь в лицо тем, какое я избалованное чмо, что я живу за счёт отца, и то что я ни на что не способен. И какого хрена я порчу жизнь всем людям? Когда, твою мать, я как-то, не знаю, обидел тебя? Оскорбил? Подставил? Блять, Накахара, отвечай. Какого хрена ты молчишь? Язык сразу проглотил? Давай подумаем вместе. Может быть я плохо поступил, когда чуть не грохнул Буа, за то что тот опозорил тебя перед половиной школы? А может быть за то что простил тебе твоё предательство, когда ты решил замутить с Сигмой, при этом послав меня? Или может когда я учил тебя чему то новому, в попытках научить не просирать жизнь? Или же когда я как ебаная шлюха сосал тебе и разрешал делать всё что в голову придет? Хм, а может когда я спасал тебя при панической атаке? Сука пол часа разбрасывался словами о том, что я ничтожество, хотя блять вспомни кому ты писал и звонил, когда тебе было действительно хуево. Я не давал ни единого шанса сомневаться во мне. —Осаму... — голос рыжего заметно дрогнул, после чего последовал отчётливый всхлип. Прокатившиеся по щекам слезы он поспешно вытер ладонью. — Я был не прав. Пожалуйста, дай мне объясняться... Дазай стоял словно вкопанный. Он не первый раз видит, как плачет его друг, но так, в открытую. Парень был на грани истерики. —Объяснишься, когда я прилечу через пол года, — это всё он мог выпалить из себя, после чего подошёл к кассе. —Добрый день. На сегодня ещё остались билеты Калифорния — Париж? Краем глаза Осаму наблюдал за рыжим, который нервно ковырял заусенец и вытирал каждую новую выступившую слезу. —Добрый день, вылет Калифорния —Париж завтра в 00:10. Подходит? —Да, только можно билет на бизнес-класс? —Паспорт пожалуйста.

***

—Осаму... Пожалуйста, давай вернём билеты...— рыжий сидел на краю кровати, наблюдая за тем как его друг поспешно выкатывает его чемоданы ближе ко входу. Глаза парня были краснеющее от большого количества пролитых слёз, но сейчас за них ему стыдно не было, в отличии от Осаму, который на протяжении всего этого времени сохранял холодное выражение лица. Красноволосый подошёл к нему и кинул на кровать его паспорт, в котором лежал билет на самолёт, и визу. От одно взгляда на этот билет Чуе хотелось громить всё что находится под рукой. —Вроде бы не маленький, а плачешь по такому пустяку. —Да какой пустяк, Дазай? — и новая волна слёз наступила незамедлительно. Парень ревел навзрыд, не стесняясь компании Осаму, постоянно тёр глаза. —Пожалуйста, выслушай меня! Парень в ответ лишь усмехнулся, потому что понял всю суть этого мальчишки. По сей день он оставался таким же запуганным, каким был до знакомства с Осаму. Просто рядом с Дазаем ему становилось действительно комфортно. Лишь ради него Чуя на людях становился таким смелым и забавным. И только когда они наедине, Накахара мог находится в истерике и рассказывать о том, как ему плохо. Да, Осаму знал что дал ему капельку счастья, но эта капелька не смогла потушить весь бушующий огонь, который обжигал его изнутри. Он не стыдился его слёз. Не стыдился того, что он реальная плакса. Ведь мы должны принимать друзей такими, какие они есть. Целиком и полностью. Со всеми их грехами и ценностями. Дазай знал о прошлом своего друга. О том, как его папаша подпалил его волосы, потому что посчитал педиком, о том что Чуя часто подвергался насилию с их стороны. О том, что они были последними, сука, алкоголиками. Как постоянно издевались над ним, в открытую говорили о неприязни и о том, какой он был нежеланный сын, постоянно посылали его ночью в магазин за новой порцией пива, но ведь никто в таком возрасте не продаст ему. Сколько же ночей он провёл в подъездах и на улицах. Сколько синяков было на этом хлипкой теле. —Чуя, до твоего вылета четыре часа. Тебе бы следовало поесть, — Осаму было хотел направиться в холодильнику, как его грубо схватили за руку и потянули в противоположную сторону. Ему кое как удалось сохранить равновесие, чтобы не упасть на плачущего ребёнка. —Да какого хрена ты не можешь меня выслушать? Дазай, я был не прав, прости меня. Дай мне объяснить свое поведение. Мы поговорим и всё будет нормально.... — он отпустил чужую руку и его взгляд вновь поник. —Господи, да за что мне это...— тяжело прокряхтел он, встав на колени перед Рыжиком. Тот старался не смотреть на него, потому что при каждом взгляде наступала новая волна слез, от которой тот каждый раз жмурился, в попытках сдержать порывы. —Чиби, ты думаешь мне приятно смотреть на твои слёзы? — голос красноволосого вновь подобрел. Он обхватил чужое лицо своими ладонями, стараясь как можно аккуратнее вытереть слёзы большими пальцами. Через несколько секунд отстранился и начал рассматривать голубые глаза. —Иди сюда. Парень расставил реки в стороны, но в ответ на своё приглашение получил лишь мотания головой. —Давай давай, иди сюда. —Нет, Дазай, прости меня, пожалуйста. Я был не прав. Я конченый, я всё сказал на эмоциях. Мне просто стало неприятно что... —Я всё знаю, Чуя... — он вновь поманил и слегка ахнул, когда Накахара мягко говоря влетел в него. Чуя уселся тому на колени, обхватывая руками и ногами его туловище, и уткнулся носом в шею. — Ну же, сейчас по мне сопли размажешь. —Осаму, прости меня,— пробормотал тот ему в ухо. —Давно простил, малыш Чу, — прошептал парень, одной рукой слегка играясь с рыжими локонами, а второй водил по выпирающему позвоночнику. —Значит я никуда не еду? — в надежде спросил тот. —Едешь, — ответ был достаточно твёрдый для правдоподобности. —Дазай! — прикрикнул Чуя, впиваясь пальцами в чужие лопатки. —Ау! — воскликнул Осаму. — Чуя, пойми, так будет лучше. Мы с тобой по другому не уживёмся. Просто будем держать дружбу на расстоянии, ладно? —Ты хочешь меня бросить, правильно? —Накахара слегка отстранился и положил руки тому на плечи. —Послушай, Осаму, я не знаю что тогда на меня нашло. Мои слова полная ложь. Я просто выпалил это на эмоциях, потому что сильно разозлился. Я не могу так быстро перестроиться и жить за чужие деньги, потому что считаю это неправильным. А ты меня насильно заставляешь покупать рубашку за косарь с чем то баксов. Я из-за этого и нахамил тебе, не подумав головой. Все мои слова действительно самая настоящая ложь, потому что я дурак. Я дебил. Ты можешь меня ударить, обидеться. Сделай всё что хочешь, но мне главное чтобы ты простил меня. —О Господи, какой же ты дурачок, — Осаму обхватил его затылок одной ладонью, притягивая к себе, и заключил парня в крепкие объятия. Он решил подождать, пока Накахара полностью успокоится. Через час они должны встретиться у главного входа в отель со всей съёмочной командой. Наконец дыхание Чуи стало более менее равномерным и он больше не хлюпал носом. —Эй, ты там уснул? — поинтересовался Осаму, в ответ на что Рыжик лишь отрицательно помотал головой. —Знаешь, а ты ведь действительно плакса. В ответ на такое замечание Чуя больно укусил Дазая в шею, на что получил удивительную реакция. Осаму содрогнулся на месте и рвано выдохнул. —Эрогенка? — спросил Чуя, приподняв бровь. —Если я скажу нет, то ты мне не поверишь. Поэтому да. —Отлично, — усмехнулся Накахара, начиная покрывать бледную кожу медленными поцелуями. Он чувствовал, как Осаму начинал таять в его руках, а рваные вздохи и выдохи являлись поводом новой усмешки. —Чу...Ты чего творишь? — наконец он смог выдавить из себя, когда Чуя начал прокладывать красивую дорожку из багровых следов. Дазай потом убьёт его. —Ты сам говорил что ловишь кайф от меня и тебе это нравится. А я тебе должен извинения, — усмехнулся он, запуская свои ладони под футболку Осаму. Накахара отстранился, оставив между ними расстояние около десяти сантиметров, и в упор смотрел на лицо слегка покрасневшего друга. Смотрел на то, как кровавые лучи заходящего солнца освещают его проделанную работу на шее. Едкая ухмылка, резкий толчок и Осаму оказывается на полу, а Чуя навис над ним, поставив руки по бокам от головы. Дазай смотрел на него таким взглядом, что сложно было понять, либо он озадачен, либо он наоборот, заворожён происходящим. Опираясь на одну руку, второй он схватил друга за запястье и засунул руку себе под футболку, положив ее так, чтобы чужие пальцы касались чувствительного соска. — Ты же сам считаешь, что я чертовски сексуален, не так ли? Ты жуть как фанатеешь по моему телу и безумно хочешь его. Но признать этого не можешь. Была бы твоя воля, ты бы сосал мой член без остановки и трахал бы меня, пока не закончились силы. Дазай, хватит мне пиздеть. Видел бы ты свой взгляд, когда мы бухаем. Да ты и глаза от меня отвести не можешь. В них прекрасно читаются все твои пошлые мыслишки. Так что перестань врать самому себе и погнали перепихнемся разок-другой? В ответ на свой монолог Накахара получил подозрительный взгляд. Осаму прищурился и уставился на него, после чего наполовину перебинтованные запястья заскользили по тонкой коже, озорно массажируя затвердевшие соски. От каждого прикосновения Рыжик закатывал глаза, пока его рука не оказалась в красных волосах. Он не понял, как они оказались на кровати и успели поменяться местами, но Дазай одним рывком стянул с него майку с начиная покрывать горячими и мягкими поцелуями его грудь. Каждый раз Чуя слегка содрогался, когда Осаму больно прикусывал кожу. И вот, наконец, парень поднялся, и подался вперёд, с диким желанием поцеловать друга, но почему то остановился, оставив между ними пару миллиметров. —В чем дело? — озадаченно посмотрел на него рыжий. —Ты думаешь я долбаёб? —В смысле? — не понял Накахара. Неожиданно руки были приставлены к бокам и его окатила неожиданная щекотка. — Сто~о~ой! Осаму, нет! —Осаму да. Маленький ты засранец... — звонкий смех Чуи разносился не то что по всему номеру, а по всему этажу. Рыжий без остановки кричал, смеялся, ворочался, подпрыгивал, пытался вырваться из цепких рук. —Стой, нет! Пожалуйста! Ахахах... ДАЗАЙ... Осаму стой! —Избалованный дурачок. Зазвездился за мой счёт и теперь используешь это против меня? Счастье любит тишину, тебя не учили этому? —Подожди... Ахаха, тоесть я угадал? —Допустим, — он уселся между ног Чуи и скрестил руки на груди. — И что с этого? —Аха, признай что я тебе нравлюсь. Твоя ориентация ничего не решает. —Если бы ты мне нравился, то давно бы уже был моим, — самодовольно улыбнулся Осаму, проведя рукой по внутренней стороне бедра рыжего. Чуя слегка приподнялся на локтях и взглянул в коньячные глаза, с надеждой утоптать чужое эго. —Я и так твой... — Накахара ухмыльнулся и обхватив руками чужой подбородок, потянул на себя, укладывая красную голову на свою грудь. —Слышишь мое сердцебиение? Это из-за тебя. Дазай поднял голову, опираясь на подбородок и слегка прищурился. —Ты сейчас пытаешься флиртовать? — поинтересовался красноволосый —А что, так сильно заметно? — Осаму удивился, когда на лице друга засияла ухмылка, идентичная той, которая была в свою очередь у самовлюблённого Дазая. — В следующий разу постараюсь так открыто не говорить. —Уж сильно постарайся, Чиби, — его взгляд слегка поник и скользнул по оголенному торсу. —Что-то не так? —Мне кажется я тебя порчу, — усмехнулся Осаму. — Пол часа назад ты ревел, а тут строишься из себя Бэдбоя. И уж какой самовлюблённый ты стал. —А ты сам подумай, Дазайка, — на лице засияла яркая улыбка, обнажая белоснежные зубы. — Несколько лет у меня небыло друзей от слова вообще, как тут появляется офигенный красавчик, который держит в страхе самую ебанутую компашку в школе. Начинает со мной дружить и делать меня центром всего. Знакомишь с друзьями, поднимаешь самооценку, постоянно балуешь, так ещё и халявные отсосы. Ты только представь, ботаник спит с моделью. Конечно у меня самооценка возрастёт до небес. —Но...— хотел было его перебить. —Я не растеряю человечности. —Тогда я рад за тебя, — усмехнулся Осаму, вырисовывая непонятные узоры на обнажённой груди. —Конечно, из тебя выходит хорошая мамочка. Накахара взглянул в окно. Солнце давно село за горизонт. Ночная Калифорния была прекрасна. Твою мать, о чём он мог ещё мечтать? Он лежит в прекрасном отеле где-то на краю мира. Отсюда открывается шикарный вид. На его груди дремлет местный красавчик и покоритель женских сердец, который помог ему выбраться из жуткого ада. О чем ещё, зараза, можно мечтать? Примерно через часика два, после знакомства с командой, он сможет напиться и уговорить Осаму на перепихон. Или же попробовать закадрить кого-то в клубе. Но свой зад никому под расстрел кроме Дазая он пока что давать не собирается. В такие моменты кажется, что жизнь прекрасна. Но ведь рано или поздно случится что-то, что сможет перевернуть всё его представление о такой стороне медали? —Чуя, — еле слышно подозвал Дазай. —М? — Накахара вылез и полудрёмы. —Я хочу тебе кое что показать. Мне кажется я готов, — он медленно встал с кровати и включил ночник на прикроватной тумбочке. —Ты про бинты? — он сглотнул густую слюну и последовал за другом. В ответ он получил лишь кивок. Чуя встал напротив него, пока тот скинул с себя майку на кровать, предоставляя вниманию свою перебинтованную грудь и руки. —Я... — на несколько секунд замешкался он. — Я не хочу вызывать жалость в твоих глазах и выглядеть каким-то трусом. Я хочу чтобы ты принял это, потому что ЭТО и есть часть меня. ЭТО является частью моей прошлой жизни, о которой я тебе поведаю немного позже. Для меня это был страшный и сложный период... Но я тебе доверяю и ты будешь первым кто увидит... —Стой, Осаму, — перебил его рыжий. Он слегка потоптался на месте, после чего поднял уверенный взгляд. Конечно, он догадывался что там будет. И скорее всего его ожидания полностью оправдаются. Но как бы это не выглядело, он должен будет принять Осаму таким какой он есть, потому что он его настоящий и верный друг. —Можно я сам? Кареглазый слегка открыл рот от удивления и спустя секунду уверенно кивнул, подойдя ближе. Он указал рукой на завязанный бантик, спрятанный под слоем марли. Чуя потянул один конец, и он лёгко развязался. —Почему тебе на съёмках разрешают быть в бинтах? — рыжий решил именно сейчас задать давно интересующий его вопрос, чтобы скрасить эту паузу. —Во первых это считается как за особенную изюминку моего героя, а во вторых у меня в контракте это прописано. Чуя принялся слой за слоем разматывать его руку, и вот наконец уже виднелось запястье. Парень слегка пошатнулся от увиденного. Вертикальный шрам остался, видимо, от медицинского шва. Он был очень глубокий и широкий. Но рыжий не остановился и принялся дальше разматывать предплечье. Как только он дошёл до плеча, то сразу взял руку Осаму в свою и принялся рассматривать, поворачивая из стороны в сторону. Всё предплечье с двух сторон было покрыто бесконечным количеством шрамов разной формы, ширины и длины. Их россыпь была похожа на одноцветный фейерверк. Кое где можно было заметить разные геометрические фигуры, которые складывались как раз таки из этих белых полос. Видимо тут Осаму пытался вырезать ромб...тут сердце... Но... — А что это? — он указал пальцем на шрам от ожога в виде какого то клейма. —Помнишь, я когда то говорил, что был таким же как и ты? Так вот, действительно был изгоем, только не мог держать язык за зубами. —Но тебя же всегда преследовала слава и поклонники. Почему ты был изгоем? —Потому что я постоянно говорил, говорил, говорил. Постоянно шутил и не жалел никого. Возвышался над всеми. Из-за этого меня отловили плохие дяди. Они нагрели железное клеймо на костре... —Понятно...—пробубнил Накахара. Дальше от плеча следовала грудь. Он не смеша разматывал её, слой за слоем. И когда наконец пожелтевшая марля упала на пол, он предстал в смущении. Но его внимание привлёк не накаченный торс, а кое-кто поинтереснее. На левой ключице красовался шрам от... —Это я вылил на себя кипяток из чайника, — безэмоционально пробубнил Осаму. От первых рёбер тянется длинная белая линия, которая скрывается за ремнем джинс. —Это было сделано в надежде смерти от большого количества потерянной крови. Перпендикулярно этому шраму было сделано много маленьких. —Для красоты добавил. Накахара стянул остатки бинта с шеи и уже не удивился давно замеченному шраму. —Не хорошие люди сделали, когда поймали меня. Те же самые что и клеймо поставили. Вдоль всей правой руки также красовались мелкие шрамики. Совершенно не схожие между собой. —Это было самым началом. Медленно кареглазый повернулся спиной к другу, предоставляя обзор на остальные грешки. Левая лопатка похвасталась треугольным шрамом. —Утюг. Вдоль всей спины наискосок располагались пять красивых шрамов. Они были симметричны друг другу, словно на него напал какой-нибудь гризли. —От того же человека, что и оставил клеймо. —А кто его оставил? —Отчим Сигмы. На некоторое время Накахара замер. Его очень заинтересовала эта история и он бы хотел услышать её полностью. Но сейчас Осаму был не готов. Дазай потянулся к ремню, пряжка противно лязгнула. Джинсы свалились на пол, обнажая стройные ноги. Он вида левой ноги у Чуи подошёл ком к горлу. —Вокруг ноги намотали колючую проволоку... Они резко дернули и сорвали. Кровища было... Второе бедро, в свою очередь, внешняя сторона которого была изрезана чем-то. На ней было несколько шрамов, пересекающихся друг с другом. —Я решил побаловаться, — он натянул штаны обратно и в спешке застегнул ремень. — На этом всё. Осаму повернулся лицом к Накахаре. Они долго смотрели друг другу в глаза. Кареглазый ждал его реакции, но его эмоции были нечитаемы. —У тебя ещё есть время до вылета. Чуя некоторое время смотрел на него, после чего медленно кивнул. Он подобрал с кровати паспорт, визу, билет и направился в сторону входной двери, не забыв натянуть кроссовки на ноги. Краем глаза он заметил как парень направился в ванную комнату. —Прости — буркнул Накахара. —Ничего страшного, — послышался голос из ванны. Спустя несколько минут он вышел оттуда, параллельно вытирая лицо махровым полотенцем. Долгое время он наблюдал за стоящим у входа Накахарой, который возился с чемоданами. — Тебе помочь? —Дазай, бляха, я не понимаю, ты конченый? Ты серьёзно подумал что я возьму и кидану тебя? Я даже майку не надел, — усмехнулся тот и быстро скинул ботинки. В несколько шагов он преодолел коридор и встал возле вкопанного Дазая. —Да, — твёрдо ответил тот, взглянув на свое изуродованное тело. —Тогда ты полный дурак, а я плохо пошутил, — он медленно протянул ладонь и прикоснулся к оголённой груди. Парень проводил ладонью по каждому шраму на груди, чувствуя каждую горбинку и ямку. Это завораживало обоих. Кожа, которая большую часть времени не подвергалась солнечным лучам, была очень бледная и тонкая. Он вновь посмотрел ему в глаза и потянулся вперёд. Ему пришлось встать на цыпочки чтобы оставить нежный поцелуй на бледной щеке Осаму. — Ты прекрасен. Выражение лица красноволосого быстро изменилось. От неожиданности он приоткрыл рот, а щеки залились краской. Кому-то удалось его смутить до такой степени. Это было удивительно. Но слава богу он успел подхватить почти свалившегося с ног Чую. Неожиданно парень резко отпрянул, затем часто заморгал, пытаясь схватиться за что нибудь, но наткнулся только на стены. В глазах резко потемнело, а дыхание сбилось. Все что он помнил, это обеспокоенное лицо Дазая, который подхватил его на руки и положил на кровать.