Терпкий бархат

      Вентилятор, казалось, сегодня работал еще громче, чем вчера, хотя вчера думалось, что хуже быть не может. Заметка на будущее: хуже может быть всегда. Очень оптимистично.       Затекшие конечности потихоньку приходили в себя, отдавая легким холодным покалыванием, постепенно переходящим в теплую тяжесть собственного веса. С недовольным стоном Джисон еле отодрал лицо от стола, тут же уронив его на руки, локтями упертые все в тот же стол. Сон — любимое времяпрепровождение Хана. Но сон днем и сон ночью так сильно различаются. Первое различие — днем ты абсолютно не ощущаешь сколько проспал: и будь то 10 минут или 5 часов, ты все равно просыпаешься в другой эре. Второе — ночью ты спишь в прекрасной мягенькой кроватке с воздушным одеялком и любимой подушечкой, а днем падаешь щекой на карандаш, который теперь отпечатком красуется у тебя на лице — спасибо что не ручка или маркер -, а все тело ноет так, будто его перевозили в чемодане.       Ему точно надо взбодриться.       Лениво поставив какой-то бодрый трек в надежде, что он добавит энергии, Хан медленно добрался до ванной. Холодная вода после непродолжительного бульканья в кране полилась ровным потоком, завораживая все еще сонное сознание. Через силу, Джисон все же вырвал себя из оцепенения и умылся. Он не знал, кто придумал, что умывание холодной водой бодрит и пробуждает сознание, но видимо он не спал днем. Хотя, вот вода попавшая в нос бодрит отлично. Может быть это имелось в виду, но в таком случае распространителя слухов можно попытаться засудить по статье о подведении к самоубийству. — О-оу-уке-ей-й! — громко протянул парень и, сделав несколько околоспортивных движений, бросил взгляд на забросанный бумажками стол. Да, конечно, у него есть планшет и на нем очень удобно и все дела, но в бумаге есть что-то притягательное: с бумагой есть только ты, она и карандаш, в планшете же куча приложений, которые кроют в себе людей, сообщества, развлечения, и это нарушает интимный процесс творения.       Подняв взгляд, Джисон чуть поджимает губы: и от гордой радости, и от воспоминаний. На пробковой доске красуется несколько листочков с теми набросками, что он сделал в кафе неподалеку. Точнее это уже не простые наброски: он уже расписал материал, его количество, нарисовал схемы шитья, даже сделал в мужской и женской версии. Дело оставалось только за закупкой материалов и шитьем, потому что денег на портного, судя по ценам в ателье, у него явно не будет.       И что самое главное. Ему нравилось. Да, среди его идей были и более сложные и смелые в плане дизайна, но они не трогали так, как эти. И для Джисона это было главным. Если он будет пытаться делать лишь то, что точно пройдет или что будет «не таким как все», но при этом не будет нести частичку него, то в чем смысл? Постоянно работать на галочку? Он пришел в это дело не для того, чтобы быть просто известным и зарабатывать много денег (что, конечно, тоже было бы очень приятным бонусом), а затем, чтобы действительно помочь людям выражать себя и привносить в этот мир что-то свое. — Окей, два есть, еще четыре впереди. Всего-то! Уже две трети сделано! Это почти половина! А почти половина это уже почти все! Математика рулит!       Искусственно подняв в себе мотивацию, Джисон вновь сел за стол разгребать наброски — вдруг все же есть что-то рабочее? Толстовка с кучей мелких кармашков, из-за чего больше походила на новогоднюю ёлку, футболка с ассиметричным кроем в одну сторону и вытягивающим в другую сторону рисунком, костюм с полуюбкой-полуштанами… Вообще футболка будто бы выглядит неплохо. Особенно если на ком-то с широкими плечами, чтобы каждая деталь раскрылась и сыграла свою роль, а не висела в складках. А он знал кого-то такого…       Так, нет. Мозг, спокойно.       Футболка сама по себе конечно прикольная, но ей как будто чего-то не хватает? Нужен аксессуар.       Что бы ему подошло, если бы он ее надел? Да ему б с такой внешностью хоть картофельный мешок на голову подошел. Но если серьезно… Для фотосета он бы добавил серебряную цепь и кольца, а на голову бейсболку козырьком назад. Кольца, кстати, можно не обязательно серебряные. Эпоксидные? Но объемные. Может тогда и цепь не серебряную? Нет, будет слишком красочно. Футболка хоть и белая с узорами, но цепь будет лежать на футболке и перемежаться с рисунками, ломая их своими красками, поэтому нужно что-то, что точно будет резко выделяться на ее фоне. Или напротив… сделать белую цепь в тон футболке и чтобы не различалось по стилю с кольцами. И к этому всему широкие двухцветные джинсы: одна нога в светлом, другая в темном дениме.

**

      Джисон довольно вышел из квартиры. Он сделал еще один полный сет, а значит он ровно на половине! И это заслуживает награды!       Не то чтобы он долго размышлял над тем, где получить эту награду.       Надев розовые солнечные очки, Джисон поправил прозрачный шопер и двинулся по уже знакомому маршруту, пытаясь уловить запах горькой корицы. Для выхода Хан выбрал сегодня простой, но все же не без собственного прикосновения, наряд: небольшого оверсайза белая футболка, которую он усовершенствовал, вырезав на ней местами разной формы фигуры, чтобы на их место подшить выглядывающие цветные вставки: порой простые, порой с рисунками. С вставками в футболку сочетались карманы на бежевых штанах-карго, которые дизайнер хоть и не перешивал, но раскрасил под свой вкус. На ногах красовались любимые кеды, которые при всей своей любви к разнообразию в одежде парень не мог заменить ни на что. Образ дополняла белая панама с пирсингом на крае и несколько эпоксидных колец, которые он нашел, когда работал над недавним образом.       Когда знакомые прозрачные стены попали в поле зрения, на губах появилась довольная улыбка, а в груди что-то предвкушающе заерзало. Джисон не особо понимал, чем именно это место так зацепило и почему у него такая реакция, но не в его обычае было задумываться над чувствами: ему нравится — и все, зачем мусолить это дело. Он уже не раз жалел о том, когда поступал не так, как хотелось, лишь потому что у этого не было «серьезного основания». Если он чему-то и научился за свои двадцать с лишним лет так это тому, что не всегда мозги решают: эмоции и чувства, интуиция — также неотъемлемая часть человека, которую нельзя игнорировать. Многие считают, что надо выбирать между мозгом и сердцем: все эти разделения на технарь — гуманитарий, правое полушарие — левое полушарие, система — креатив, — но так ты только загоняешь себя в рамки и неизбежно закрываешь целый спектр возможностей. А ради чего? Чтобы соответствовать каким-то нормам, придуманным сто лет назад? Чтобы какой-то прохожий, который увидел тебя на пару секунд и забыл, не подумал, что ты странный? Чтобы заботящиеся о тебе родственники, не расстраивались, что ты живешь свою жизнь не так, как они за тебя запланировали, а как ты хочешь? Чушь и бред. Если кому-то это надо, то пожалуйста, флаг в руки. Джисону же хотелось дышать полной грудью и быть честным в первую очередь перед самим собой.       Сегодня на улице никто не сидел, что в какой-то мере удивило парня, так как в отличие от прошлого раза, сегодня на улице было не так душно. Зато зайдя, Хан заметил, что у стены устроился молодой человек — весь в черном и с большими наушниками — и сосредоточенно смотрел в ноутбук, периодически отвлекаясь на блокнот, чтобы оставить короткие заметки. — Добрый день, — раздался новый голос, и Джисон чуть удивленно обернулся к стойке. Вполне логично увидеть здесь второго работника, но как-то эта мысль не посещала его голову, и он ожидал вновь встретиться с Минхо (с которым, на самом деле, он не уверен, что готов был встретиться и посмотреть тому в глаза, после прошлого раза). — Привет, — улыбнулся в ответ солнечному бариста Хан. — Я Джисон. Не против общения на ты? — Привет, Джисон, — еще более лучезарно улыбнулся Феликс, чуть поправив футболку с бейджиком. — Рад познакомиться и совсем не против. Планируешь быть постоянным гостем? — Еще не знаю, но весьма возможно. Я в прошлый раз взял тут торт вишнево-шоколадный, еле удержал себя, чтобы еще не взять. — Правда?! — Джисон готов был поклясться, что в и так светлом помещении стало ещё светлее от того, как засиял этот парень напротив. Он ещё никогда не встречал никого, кто так буквально бы олицетворял солнце. — Погоди… — потихоньку в голове что-то начало складываться. Конечно, будет неловко, если он ошибется, но… Но мы же не думаем, — Это ты что ли испек? — Ага, — радостно подтвердил светловолосый. — Сам подбирал рецепт! — Да ты что-о, — наверно, насколько Феликс выглядел радостным, Джисон выглядел поражённым, смотря на парня во все глаза и приоткрыв рот. — Погоди-погоди-погоди, то есть и остальные торты и выпечку…. — Ага, — безумно довольно кивнул Феликс. — Минхо помогает с выпечкой типа круассанов и всяких плюшек из теста, но вообще за выпечку отвечаю я. И всю рецептуру подгонял и составлял я: что-то оставлял по найденным рецептам, что-то совершенствовал, что-то сам. — Офигеть, — кинув взгляд на витрину и оценив количество позиций, вновь протянул дизайнер. Несмотря на то, что его профессия подразумевала создание чего-то нового, он не представлял, как можно из каких-то жидкостей и порошков приготовить что-то, что мало того, что выглядит изумительно, так и на вкус волшебно. — Когда вы это все успеваете… — Подменяем друг друга во время смен, особенно когда посетителей немного, плюс порой задерживаемся вечером, ну, и приходим пораньше, — небрежно пожал плечами бариста, будто бы ничего такого в этом не было. — А как же спать? — Да нормально как-то, привыкли. Семь часов удается. Мне сюда быстро добираться, Минхо вообще в этом доме живет. — Не говори ему, где я живу. И не поворачивайся к нему спиной, — из замаскированной под стену двери, видимо ведшей то ли на кухню, то ли на склад, то ли еще куда, показался уже знакомый пронзительный взгляд, а затем все те же широкие плечи в форменной черной рубашке, при виде которой Джисон почувствовал, как покраснели кончили ушей. — Да ну не извращенец я! — наконец поняв наезд, протянул Джисон, следя как Минхо подходит к стойке и начинает раскладывать эклеры. Их он делал, интересно, или Феликс? — Ты сам сказал про извращенца, я ничего не говорил, — хмыкнул парень, разгибаясь и победно смотря на надувшегося Джисона. — Как продвигается? — Продвигается что? — наконец нашел слова и момент, чтобы встрять меж этими двумя, Феликс. — Он, — руки Минхо изобразили кавычки, и глаза Джисона закатились. — «Типа дизайнер». Пытается придумать что-то к конкурсу. — А при чем тут извращенец и спина? — Ни при чем, я готов сделать заказ, — замахал руками смущенный Хан, бросив уничтожительный взгляд на Минхо, который казалось еще больше повеселел от реакции парня. — Айс-американо, пожалуйста. И все. — Тортик не будешь? — то ли удивленно, то ли заискивающе спросил веснушчатый, но сегодня при всем желании отпраздновать, торт не входил в план. — Я… В следующий раз, может, — чуть поджал губы парень. После того, как он начал считать, сколько уйдет на материалы для одежды, список того, на что он мог бы теперь тратить деньги, резко сократился. Кофе является первой необходимостью, поэтому об урезании его речи и не шло. Сладкое в принципе тоже, но может чуть реже. — Хорошо-о, можешь оплачивать, принесем к столику, как обычно, — вновь тепло улыбнулся Феликс, и Джисон улыбнулся в ответ, внутри тоже как-то стало теплее. Он боялся, что тот расстроится или возникнет неловкость, но нет. Это радовало.       Уже подходя к столику у окна, где он сидел в прошлый раз, Хан заметил, как единственный посетитель кроме него поднялся и подошел к стойке. — Ликси, повторишь персиковый чай? — Ты мог просто позвать, — Джисон не хотел подслушивать, но помещение объективно было очень маленькое, так что он решил просто делать вид, что достает все необходимое для работы. Точнее не делать вид, а доставать, да. — Да ладно, мне не трудно, а ты и так весь день на ногах. Ты как? Не устал? — голос звучал заботливо, но будто бы нарочито бодро: где-то внутри, как показалось Джисону, сквозила усталость. — Все хорошо, Крис. Ты так беспокоишься, будто я только устроился сюда, — голос Феликса напротив лучился энергией и какой-то особенной мягкостью, которой не было в разговоре с Джисоном. — Я все время о тебе беспокоюсь, — усмешка. — О себе лучше побеспокойся. Ты вообще спал сегодня? Пауза. Джисон был готов поспорить, что повернись он, то увидел бы как парень в черном потирает либо переносицу, либо затылок. В фильмах это было бы именно так. — Там проект подходит к дедлайну, а правки каждый день новые… — Крис? — Ну… Я вздремнул, — на этот раз пауза была скорее недовольная, чем неловкая. — Вздремнул или отрубился на месте? — Феликс умеет быть строгим? — А есть разница? — Конечно есть! Крис, ты так свалишься, ничего не доделав! Оно никому не надо! Ты… — Дай угадаю, мы не извращенцы, и не подслушиватели, так? — внезапно громко раздался рядом отличный от двоих голос, и Джисон вздрогнул. Перед ним появился стакан с его заказом. — Да что ж ты за, — не зная как продолжить фразу, парень просто уставился недовольно на Минхо, который в ответ сложил руки и уставился в ответ.- Я не извращенец. И я не подслушивал. — Ты достал планшет и застыл над ним. — Помещение маленькое! И…. — Джисон чуть сощурился и усмехнулся, когда в голове промелькнула одна мысль. — Ты что, наблюдал за мной? «Ха!» — победно вскинул кулак вверх внутренний Джисон, когда увидел, что уверенности в позе напротив поубавилось. — Следить за посетителями — моя работа, — ровно ответил Минхо. — Даже следил? — расцвел парень, нащупав поток разговора, где наконец-то он может зажать этого надменного бариста в угол, а не наоборот. Сложив ладони у подбородка в подобие цветочка, Джисон лучезарно улыбнулся. — Я тебе понравился?       Минхо закатил глаза и собрался разворачиваться, как Джисон схватил его за рукав. — Прости-прости, не удержался, — примирительно улыбнулся дизайнер и, увидев сощуренный взгляд, направленный на его руку, тут же отпустил одежду. — Еще раз прости. Просто не хотел расставаться на такой ноте. — А кто мы друг другу чтобы переживать на каких нотах расстаемся? — Ну, — Джисон потер макушку, — мне кажется, что люди в принципе должны быть в хороших отношениях. — Я просто тут работаю, а ты просто тут ешь. Какие отношения? — Ну, и при этом и ты, и я — живые люди, которые имеют свои чувства и мысли, разве нет? Просто подумал, что было бы всем удобнее и приятнее, если бы не было негатива. — Никакого негатива. — Хорошо. — Хорошо. Хорошо?       А теперь что? Как-то неловко. Джисон потупил взгляд в пол, разглядывая кеды Минхо. Обувь явно была не новая, видно, что цвет уже поблек после стирки, а резина чуть стёрлась, но при этом также было видно, как внимательно за ними ухаживал хозяин: в царапинах на подошве не было грязи, цвет ткани был равномерный, без пятен и выбелешей от протирки на одном месте при игнорировании другой. Это мило, когда человек так щепетильно относится к вещи. Обычно за этим кроется какая-то история. А может и просто человек чистюля, тогда главное, чтобы без загонов. — Так как прогресс? — А? — растерянно поднял взгляд парень, но увидел лишь то, как парень напротив активно этот же взгляд прячет. Будто и не задавал вопроса. — Конкурс. Или ты наврал про него и просто хотел раздеть меня? — короткий взгляд на Джисона, видимо, чтобы оценить реакцию, и вновь куда-то в сторону, будто бы выглядывая клиентов. — А, — также чуть растерянно, но на этот раз скорее удивлённо протянул парень, а затем быстро, будто бы в любую секунду стоящий рядом бариста мог передумать, включил планшет и выбрал среди множества прочих нужную папку. — У меня уже готова половина. Вот этот сегодня закончил, — он подвинул планшет ближе к севшему после долгих колебаний парню и показал жестом, что можно листать и приближать. После пары свайпов, дизайнер вновь почувствовал жгущий алый цвет на кончиках ушей: ему кажется или модель, на которой он изобразил последний образ, слишком походила на сидящего рядом? Может ему лишь кажется, и тот не заметит? Правда остальные два, которые он нарисовал при прошлом посещении кафе, он так и оставил на фигуре Минхо. Нарочно. Так оно хорошо смотрелось… И он это узнает, как только… Долистает. Зачем он листает обратно? Он что… сравнивает?       Пройдя рукой по волосам, Джисон чуть сжал их у корней. Он уже предвкушал новые обвинения в извращенстве и «уходи и не возвращайся, спина моя тебя больше чтоб не видела», так что заранее зажмурился, чтобы просто быстро пережить это в режиме камушка. — Неплохо. — Что? — изумленно воззрился на бариста дизайнер, забыв закрыть рот после вопроса. — Я говорю неплохо. — Правда? — из шокового состояния Джисона вывел укоризненный взгляд исподлобья. — Прости-прости, просто… Неожиданно.       В ответ раздалась то ли усмешка, то ли хмыканье, и темноволосый вновь обратился к рисункам. Джисон заметил, что когда солнечный свет падает на волосы Минхо, то они отливают рубиновым. А еще у него длинные ресницы. И красивый прямой нос. — Дырку прожжешь. — Да как ты вообще все замечаешь, — Джисон заметил, что такие комментарии Минхо уже не так сильно его задевают. Привык? — Опять же, это моя работа. Здорово, что ты пробуешь разные стили, а не все в одном пытаешься тянуть. — Это и есть мой стиль, — кивнул дизайнер, подвигаясь чуть ближе и открывая перед Минхо другую папку. — Ситуаций, для которых хотелось бы особый наряд — много, поэтому и выбирать лишь один какой-то стиль — глупо. Да и люди разные, каждому подходит что-то свое. Конечно, одеждой можно изменить человека, его имидж и образ, но мне больше нравится, когда личность определяет одежду, а не одежда личность. Я собственно и пошел на дизайн, чтобы, ну, у людей было больше возможностей к самовыражению. Мне кажется, это важно.       После неожиданного спича, парень чуть сдулся. Он не то чтобы любил кому ни попадя рассказывать о том, почему ему нравится дизайн. Многие считали, что его подход не принесет ничего полезного и это лишь мечты, которые загубят его талант, если он будет им следовать. Какое-то время и он сам стал так думать, пытался следовать трендам, моде, устоявшимся нормам, но тогда он потерял интерес к учебе и дизайну в целом. Опомнился лишь когда был на грани отчисления, после чего и принял решение следовать своему пути, а не пытаться идти след в след с остальными. Даже если его впереди ждет провал, то это будет его провал, и он не будет жалеть об этом. Он воспримет это как опыт и будет идти дальше. — Красиво. — М? — повернувшись, Хан понял, что парень смотрел на него. Все это время? А он не заметил? — Красивая философия. И образы, — чуть помедлив и задержав взгляд на Джисоне, ответил бариста, а затем кивнул на планшет с рисунками. — У меня бабушка дизайнер. Она всегда говорила, что у дизайнера без собственного смысла и посыла не выйдет ничего хорошего. Я с ней согласен. — Ого! — такое неожиданное откровение и совпадение тронули Джисона чуть сильнее, чем он сам того ожидал. — А она… — Ей не удалось реализоваться, как дизайнеру, — пресек вопрос Минхо, подняв взгляд в окно, за которым чуть трепетал на ветру зеленый плющ. — Не то время было. Она пыталась какое-то время отправлять свои работы в магазины и журналы, но тогда всех больше заботило как бы покрыть минимальные нужды, а не как разодеться. В итоге она оставила попытки. — Как она сейчас? — Джисона на самом деле это волновало. Он не говорил об этом и не признавался себе, но вопрос «а вдруг не получится?» нередко возникал в голове. Особенно последние предконкурсные дни. Конечно, он верил в свое упорство и не собирался просто так сдаваться, но мысль о том, что есть и более талантливые, и более громкие люди, которые своим успехом затмят все и вся и не дадут работе Джисона взойти — вгоняла в тревожность. Он хотел быть дизайнером, правда хотел, но боль от потенциального провала пугала. — Она не продолжила заниматься, если ты об этом, — перевел взгляд на чуть поникшего парня Минхо. — Жалеет ли об этом? Скорее да, чем нет. В детстве я часто видел, как она доставала старые альбомы, иногда что-то рисовала, но никому не показывала. Помешало ли это ей построить счастливую жизнь? Скорее нет, чем да. Все зависит от того, как ты смотришь на мир и на чем ты его строишь.       В помещение вошла компания друзей, Минхо быстро поднялся и ушел, будто бы ничего и не было. — Здравствуйте. Готовы сделать заказ?       Вот еще минуту назад он сидел рядом и рассказывал ему о своей семье, пытаясь, как казалось Джисону, подбодрить его рассказом о своей бабушке, а сейчас улыбается своей дежурной — но такой очаровательной — улыбкой посетителям. Джисон поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы Минхо так улыбнулся ему. Только искренне, без формального «я тут работаю, а ты тут ешь».       Сквозь раскрытые двери залетел ветерок, принося вместе с собой запах жаркой улицы и теплой листвы. Челка бариста чуть задрожала, пара прядей взметнулись чуть вверх и вбок по пробору, и вновь полыхнул рубиновый. Джисон усмехнулся сам себе: этот цвет волос подходил Минхо. На первый взгляд — вроде ничего особенного, просто мило, но при верном подходе — освещении — он начинал играть совершенно иными, завораживающими красками. И Хану так хотелось рассмотреть их все: всю палитру этого казалось бы чуть надменного, как кота, бариста, но при этом со скрытой глубиной, проскользнувшей в глазах еще в их первую встречу.       Эти глаза и пугали, и притягивали. Они были похожи на зыбучие пески — одно неверное движение и тебя поглотит, но Джисона это не отталкивало. Может он с детства любил лезть туда, куда не надо, но сейчас не было даже мысли о том, чтобы испугаться. Возможно, он не хотел бы видеть Минхо злым или раздраженным, тогда песчаная буря в темных глазах, кажется, могла бы пустить явные молнии, но пока все было спокойно и очень… Красиво.       Губы бариста дрогнули в легкой усмешке.       Парень за столиком казалось даже не понимал, что тот смотрит на него в ответ.