Аnimus ad Аnima v2.0

      Кое-как впрыгнув обратно в мокрые, слипшиеся шорты, я помчался назадв женскую душевую. Поскользнулся в коридоре, с грохотом и чертыханием брякнувшись костьми об пол, но едва ли почуял боль. Хорошо, что свидетелей этому не было, иначе возникли б вопросы. И еще лучше, что никто не видел, как я снова застал полуголую Ксению — точно бы обвинили в «харасменте»!       А глянуть оказалось есть на что. Зрелище, как якорем пригвоздило к полу! Девушка прикрывала полотенцем лишь бёдра и при моем внезапном появлении попыталась спрятать за руками массивные сиськи. Но богатая плоть тугих полусфер, эти великолепные холмы Молочной Богини, упрямо вываливалась из-под узких ладошек, демонстрируя крупные, тёмные ареолы сосков.       — Убирайся!.. — взвизгнула Ксения.       Но я был не в том состоянии, чтобы послушать. Закрыл за собой дверь и привалился к ней спиной. Тяжко дыша, вцепился в ручку, словно собирался выдрать её вместе с шурупами.       — К-ксень, п-помог-ги… — затарахтел, задыхаясь от волнения. — П-пожалуйста!..       Девушка всё также безуспешно прятала сиськи, но я, как настоящий мужик, смотрел ей только в глаза. Чуял, что совсем лицо потерял перед той, кто мне нравится, но не мог ничего с собою поделать — страх прочно стиснул кишки ледяными когтями.       Ксения замерла, встав вполоборота и хотя бы так прикрывая от бесстыдных взглядов прекрасные груди. Правда, так её роскошная попа оказалась предоставлена моему взору, но я глядел и не видел, умоляя о помощи взглядом. И девушка что-то почувствовала, уловив неподдельный испуг. Раздумала кричать, лишь сердито кивнув мне головой:       — Отвернись!..       — Т-только не п-прогоняй! — взмолился я.       Накренился в сторону, притулившись виском к прохладной двери и нервно теребя тесемку шортов, намотанную на кулак. Что это за срань со мной приключилась? Тоже мерещится, как и с членом у Ксении? Но на пол я грохнулся очень даже реально — аж кости заныли.       — Ну? — сердито окликнула девушка, таким образом позволяя вновь на неё посмотреть. — Что случилось?       — Ксень, т-ты только не пугайся, — начал было я, но тут же мысленно плюнул на все объяснения и резко сдернул с себя шорты.       — Ай! — взвизгнула девушка, прикрыв лицо ладонями. — Извращенец!       — Да ты просто глянь!..       Ксения помедлила, а затем украдкой подсмотрела в щелочку между пальцев. Спустя миг раздался очередной вскрик, но теперь полный удивления и испуга.       — Ю-юджи, т-так ты девушка? — ошарашено пробормотала она.       — Такая же, как ты мальчик! — всхлипнул я, теряя самообладание. — Где мой член?!       Ксения вскинула на меня непонимающий взгляд.       — А мне откуда это знать? И вообще — шутка затянулась… Давай на этом закончим и сделаем вид, что ничего не было.       — Ксень!.. Да я же правду говорю: он был и вдруг пропал! Мне что, свои фотки младенческие показать, чтобы ты мне поверила?!       Ксения выпрямилась, придерживая полотенце.       — Знаешь, я верю, — неожиданно спокойно ответила она, вскинув ладонь и демонстрируя два пальца. — И у тебя два варианта: либо идешь в больницу, либо постараешься начать новую жизнь.       — А что врачи смогут сказать про внезапное исчезновение хуя? Смеешься, что ли?!       — Верно, врач ничего не сможет сказать, поэтому привыкай.       — Да что ты несешь?! И вообще, откуда такая уверенность?       Девушка вздохнула и отвела взгляд.       — Знаю, что говорю, — сказала она. — А теперь уходи.       Я упрямо замотал головой, не желая принимать это. Такого просто не могло быть! И хрен бы с ним с членом, но почему так внезапно? А дальше что: руки отвалятся или голова?       — Это какой-то бред, — я нервно хмыкнул. — Точно!.. До сих пор лежу облеванный посреди душа и брежу. Ведь так?..       — Нет, это реальность, — сказала девушка.       — Не верю!       — Поступай, как знаешь — мне добавить нечего. Уходи…       Она смущенно отвернулась, словно поставив точку в этом странном диалоге. Я пошевелился, окинув голые плечи Ксении взглядом. Промолчал, словно и в самом деле внимая совету, но направился не из душевой, а в сторону девушку. Свято уверившись, что это какой-то горячечный бред, коснулся ладонью её щеки.       И пальцы отдернул, как от огня, «обжегшись» шелковистой нежностью кожи.       — Настоящая? — осведомилась девушка, словно ей оказалось безразлично это прикосновение.       — Д-да… — растеряно пролепетал я.       Чужое тепло живого тела передавалось в ладонь и подействовало отрезвляюще. Оно мгновенно напомнило, к кому именно я прикоснулся! Возбужденная дрожь пробежала по спине, стекая жуткими волнами томленья в промежность — словно начиналась эрекция без самого члена. Новые, непривычные мышцы в глубине живота сладко свело от непонятного предвкушения…       Безусловно, все это было чистейшей реальностью! Прелестная полуголая девушка, укрытая лишь полотенцем, стояла так близко, завлекая теплом, и мне в этот миг очень хотелось, что бы мой бред — если это всё же горячечный бред, — никогда не развеялся. Девушка не шелохнулась, опустив робкий взгляд, но я, как последний болван, отчего-то медлил, слушая её тихие вздохи.       Если её молчание не приглашение, тогда что же?!       Сглотнув неуверенность, я наклонился к чарующей красоте и поцеловал ее в губы, нежно коснувшись приоткрытого, влажного ротика. А когда не случилось гневного взрыва, в щеку не ударило оплеухой, прильнул к пухлым губкам со всей той нерастраченной страстью, что взращивал в сердце, познакомившись с Ксенией. И она мне ответила! Приоткрыла рот, подставив язычок ласкам. Смущенно зажмурившись, отдалась поцелую.       Я делал это так долго, насколько хватило выдержки и дыхания. В первый раз в жизни без поддавков упивался вкусом девичьей слюны и её ароматом, млея от близости. Словно именно этот жаркий и томительный поцелуй оказался моим самым первым и неизведанным, будоражащим душу. Будто весь тот интим, что случался до этого мига, разом оказался пресной безвкусностью.       «Может, я все же в бреду?» — промелькнула потерянная мысль.- «Не может быть всё так восхитительно. Почему простой поцелуй такой сногсшибательный?»       Но горячие, сладкие губы девчонки были полны жизни и страсти, не позволяя и на миг предаться сомнениям. Она ласкала в ответ, запуская язык глубоко ко мне в рот, и словно боролась со мной, не желая проигрывать в этом оральном сражении. Сердце вязко стучало в груди, с трудом перекачивая кипящую от возбуждения кровь. Мне стоило титанических сил замереть и оторваться от её нежных губ. Отодвинуться, игнорируя манящее тело. Если не прекратить это немедленно, то я сорву с Ксении её дурацкое полотенце и…       — Понравилось? — девушка подняла на меня влажный, полный истомы взгляд.       Я не нашёлся с ответом. А что ещё можно было сказать? Оставалось лишь сухо сглотнуть и медленно покивать.       В ту же секунду в ухе наконец-то раздался звон, голову дернуло, а щеку обожгло, как огнем — Ксения отвесила мне громогласную оплеуху, едва не сбив с ног от неожиданности.       Я отшатнулся, целиком понимая, что это за дело и абсолютно заслуженно. Можно было и кулаком за такое, или коленкой. Хотя, да — у меня же теперь снизу «пусто», коленом не так эффективно, как раньше…       — Извини… — пробормотал я, как нашкодивший ребенок. — Но мне и правда понравилось.       — Забудь, — вздохнула девушка. — Прощаю на этот раз из-за особенной ситуации.       — Ага… — покивал я, а потом брякнул даже для себя неожиданно. — А ты не могла бы п-посмотреть?       — Куда посмотреть? — удивилась Ксения.       — Не куда, а на что, — я указал на свою промежность. — На неё…       — И что мне нужно там увидеть?       — Но ты же девушка…       — И что?       — Вдруг поймешь что-нибудь?       — Серьёзно думаешь, я смогу наколдовать тебе пенис? Ждёшь, что станешь прежним?       Я растерянно покивал, соглашаясь. А на что ещё рассчитывать, как не на чудо?       — Забудь об этом, Юджин — ты теперь такой, какой есть, — Ксения покачала головой. — Этого не изменить, увы.       — Н-но как же так?       В этот миг за дверь послышался приближавшийся гомон весело болтавших девчонок — группа женщин направлялась к душевой.       — Живо, сюда! — встрепенулась Ксения, первой взяв себя в руки — Не хватало еще, что бы тебя здесь застукали.       Она подбежала, схватила меня за запястье и силком потащила к дальней кабинке. Втолкнула внутрь и зашла сама следом, закрыв дверцу.       — Шорты! — шепнул я, намекая на свои тренировочные труселя, что остались лежали посреди душевой.       — Оставь! — тем же тоном ответила Ксения. — И присядь — ты слишком высокий.       Входная дверь тихо клацнула, отворяясь внутрь, но я успел в последний момент, сгибая ноги в коленях и опускаясь в полуприсед. Ксения следом открыла воду, случайно окатив нас ледяным душем.       Посетительницы, взмокшие после продуктивной работы в зале, увлеченно обсуждали что-то задорное, а когда вошли в душевую, то почти сразу же переключились на сексуальные похождения одной из них. Со смехом разошлись по кабинкам, лишь мимоходом кивнув Ксении.       Моя спина заскользила по мокрой плитке на стене, а ноги грозили разъехаться в любое мгновение. Поза очень неудобная и утомительная — если что-то не сделать немедленно, я грохнусь об пол, переполошив плескавшихся рядом девчонок.       — Э-эй… — шепотом позвал я.       — Не дёргайся, — шикнула Ксения.       Тут же обняла, прижав мою голову к своей груди. Я в мгновение ока словно в раю очутился, уткнувшись в её божественные мягкости под полотенцем. Кое-как извернулся, бросив вопросительный взгляд.       «Ни звука», — одними губами ответила девушка, взглянув сверху вниз.       Я помедлил немного, не зная, за что хвататься: за стену или за Ксению. И предпочел распустить руки — а кто б на моем месте выбрал иное? — с удовольствием обняв тонкую талию.       Если бы посетительницы не оказались настолько увлечены болтовней и решили глянуть на пол, то увидели бы в нашей кабинке две пары ног…

* * *

      Удача оказалась милосердна и сжалилась — нас не раскрыли. Девушки торопились покинуть спортивный центр и быстро умылись, не задержавшись надолго. Обернулись в полотенца и через боковую дверь перешли сразу в женскую раздевалку.       Когда мы с Ксенией вновь остались одни, я наконец-то смог выпрямиться, неохотно отпуская красотку. Девушка к этому времени была уже не так категорична, как прежде, и даже сама улыбнулась:       — Отпусти, пошляк, — прошептала она. — Вцепился так, словно женщину впервые увидел.       — Такую красивую вижу впервые, — я закивал, охотно соглашаясь и расплываясь в дурацкой ухмылке.       Ироничный настрой, как откат после огромного напряжения, пришел сам собой, а наслаждение от близости с Ксенией с запасом перекрывало испуг от фантастической потери пениса.       Девушка подняла на меня взгляд и вздохнула:       — Выпрямись. И стой смирно, — сказала она.       Я кивнул, согласный на что угодно, лишь бы ее грудь так и оставалась всего в нескольких дюймах от моего тела.       Ксения тем временем профессиональным жестом опытного тренера опустила руку мне на живот. А потом внезапно прижалась, тесно уткнувшись сиськами в мою грудь. Будто прикрывала ими то, что собиралась сделать: сдвинула ладонь чуть ниже, кладя ее на лобок.       Я с восторгом ловил каждый момент продвижения пальцев по коже. Едва не вскрикнул от удивительных ощущений, когда девушка притронулась к напряжённой «кнопочке» клитора!        «Мой клитор…» — внятно и четко пронеслось в мыслях.       Почему-то стало смешно. Это звучало странно, неправильно… но, чёрт подери, так увлекательно и возбуждающе.       Пальцы Ксении нежно раздвинули складки пухлой щелочки, отчего я тут же, словно домкрат, расставил руки, упираясь в пластиковые стенки душевой кабинки.       — Чувствуешь? — спросила девушка.       Я с жаром закивал в ответ, старательно таращась в потолок. На миг потерял дар речи от внезапно нахлынувшего удовольствия — даже помыслить не мог, что какие-то складочки плоти могут оказаться настолько чувствительными! Это было и близко не сходно с тем самым азартом и напряжением готового к «бою» возбужденного члена, но всё равно оказалось безумно приятно. Мягкие подушечки пальцев знали, что делать, и чутко ласкали горячие «губы», играясь с ними, как с хрупкой, драгоценной игрушкой…       Пальцы Ксении стали немного настойчивей, принялись теребить болезненно чуткую узость.       — А теперь? — спросила она шепотом.       Я закивал ещё яростней, страстно кусая губу. Пластик под ладонями ощутимо надтреснул от давления рук и захрустел. Но когда девушка внезапно прильнула и нежно укусила меня за сосок, стоило огромных усилий, чтобы не вскрикнуть!       С телом творилось что-то невообразимое и безумное — не считая появленья влагалища. Те ласки, что раньше выражали всего лишь намек на вожделение, теперь несли с собой полновесное удовольствие. Девчонки не раз и не два целовали мою грудь в порыве необузданной страсти, но только укус сладкой Ксении, словно волшебное средство, сумел подарить настоящее чудо.       Девушка отступила так же внезапно, как и начала. Я здорово перепугался этих увлекательных ощущений и с нескрываемым облегчением привалился к стене, переводя дух и блаженно ухмыляясь.       — Полагаю, тебе уже не так тревожно, как раньше? — с робкой улыбкой спросила Ксения.       Я кивнул и негромко рассмеялся. Возбуждение, как всемогущая «панацея» от тысячи хворей, оказалось способно исцелить и от волнения, и от тяжких мыслей. Инструкторшу же откровенно позабавил мой расслабленный вид, и она заговорила совершенно спокойно. Опустила ладонь на мою грудь, словно мы с ней были давно уже знакомы.       — Две новости для тебя, Юджин. Ну, сам понимаешь — плохая и хорошая. Прежним ты уже не станешь, просто прими это поскорей — думаю, это плохая. Но после первого секса — если решишься на него, — то и не захочешь «возвращаться». Это хорошая для тебя, как для парня…       Я вздохнул и опустил взгляд на спортивную наставницу. Сполз на пол по влажной стене.       — Да откуда такая уверенность-то? — пробормотал.       Биться в истерике расхотелось. Не по-мужски это, да и не умираю вроде бы, чтобы по потолку метаться от ужаса.       Ксения улыбнулась.       — Уверенность оттого, что знаю об этом не понаслышке, — сказала она. — И ты сам уже понимаешь, что я имею ввиду. Видел ведь? Заметил, когда в душ ворвался?       — Ага, но подумал, что померещилось.       Девушка прихватила полотенце на бедрах и медленно задрала его край почти до промежности. В полуметре от моего лица покачнулся уже мельком замеченный, устрашающих размеров «конский» хуище с широкой, плоской головкой! Ксения коротко двинула тазом, заставив эту вялую, но всё равно грандиозную «колбасу» вздрогнуть и мягко шлепнуться о тугое бедро.       — Нет, Юджи, тебе не показалось, — сказала она, опуская край полотенца назад.       Девушка — девушка ли? — открыла кабинку и без слов вышла, собирая свои вещи. Подняла также и мои мокрые шорты, заботливо переложив их на скамью. Молча ушла. Я так и остался сидеть на полу, раскинув ноги и озадаченно пялясь на свою вагину. Время от времени напрягал новые мышцы, замечая, как пухлые «губки» едва заметно подрагивали. Спешить же и сбегать из женской душевой уже не стремился. Какой в этом смысл? Теперь я, наверно, имел полное право здесь находиться?

* * *

      Домой я уж и не помню, как добирался. Всё было, будто во сне, а ошеломленные мысли сошлись в одной точке чуть пониже лобка, пытаясь уловить тот момент, когда же губы влагалища начнут тереться друг о друга во время ходьбы. Разумеется, ничто ни обо что не терлось и меня, кажется, даже пару раз в спину обозвали «долбанным наркоманом». Видать, я с кем-то столкнулся, гуляя с потерянным взглядом. Как только в ДТП не угодил, пока сидел за рулем, даже представлять не хочу.       Поднявшись на третий этаж и на автомате поздоровавшись с вечно недовольным жизнью пузатым соседом, я ввалился в съемную квартиру, тут же заперевшись. Мистер Андерсон пытался было рассказать что-то ну очень важное вдогонку, посвящая в премудрости своей судьбы, на что получил дежурное «да-да…» в ответ и едва не треснулся лбом в дверь, когда она с грохотом захлопнулась у него перед носом. Я щелкнул замком и даже навесил цепочку, будто за мной шла погоня. Побежал в комнату и завесил шторами единственное окно. Принес небольшое зеркальце на подставке, водрузив его перед собой на табурет. Быстро разделся донага и плюхнулся перед ним на диван, широко расщеперившись, словно какая-нибудь…       Только взгляд в отражение и подтолкнул, словно на ухо шепнув, что хватит уже натыкаться на стены, будто сомнамбула. Пора бы очнуться! Слишком много времени прошло, чтобы под видом аффекта с трагичной миной глядеть в никуда. Подхватив зеркало и согнув одну ногу в колене, я поднес его ближе, осторожно раздвигая двумя пальцами половые губы «обновки» и опасливо оглядывая её. Не сразу понял, что по старой привычке откровенно любуюсь красивым, сочным влагалищем.       «Чёрт?» — в мыслях проскочил растерянный смешок. — «У меня что, «киска» красивая?».       На какой-то момент возникло такое чувство — надежда? — что эта румяная «штучка» сама отвалится, как кусок неаккуратного грима, и все вернется на круги своя. Но проходили минуты, а ещё одного внезапного преображения не случалось. Ничего не менялось, а щёлка поблескивала прозрачной слизистой влагой. Мне хотелось бы думать, что это чья-то злая шутка — например, в спортивный напиток подмешать мне какой-нибудь галлюциноген, — но к моим вещам из посторонних имел доступ лишь Гарри. А он так не поступит. Я знаю этого засранца с детства, с пелёнок почти с ним знакомы: шутник из него аховый, но до таких опасных розыгрышей даже ему не скатиться.       От безысходности я опасливо ткнул пальцем в мягко стиснутую дырочку, слегка надавив. Это мой вход во влагалище? Жуть… но так приятно и действительно очень красиво. Никогда не глядел на влагалище под таким углом зрения: волнительно это, однако, когда тесный и чуткий мышечный ход убегает внутрь тебя, оканчиваясь…       Стараясь не думать, чем же именно должен окончится вход во влагалище, другой рукой я чуть раздвинул малые половые губы, словно на уроке анатомии с латексным учебным пособием. Посильнее надавил на погружавшийся средний палец, быстро присовокупив к нему указательный. И удивился — «девочка» моя оказалась немалых размеров и без труда принимала не самые тонкие пальцы.       Поколебавшись мгновенье, я раздвинул малые губы уже так широко, как только сумел, второю рукой — уже сразу горстью из пальцев, — погружаясь в теплые недра и медленно массируя горячую плоть. Даже губу прикусил от удовольствия, взбудораженный не столько сладкими чувствами трения, а той шикарной реакцией, когда стенки влагалища жадно стиснулись вокруг пальцев. Точно также девчонки — те, которые по настоящему ловят оргазм, — обжимают вставленный во влагалище член…       Из устья вагины показалась большая, прозрачная капля липкой смазки, как ответ на приятные раздражители. Она испачкала руку и блестящим потёком сбежала по спайке влагалищных губ, упав на сиденье дивана. Я вынул из вздрогнувшей вульвы мокрые пальцы, восторженно глядя, как приоткрытое устье ритмично подрагивало и смыкалось — словно хотело ещё! — а затем посмотрел на себя уже совершенно иначе. Поднес руку к лицу и без раздумий облизал пальцы, мечтательно ухмыльнувшись. Моя «девочка» не просто выглядела очень красиво и пошло, но и на вкус оказалась, как у самой обычной девчонки — странная, но такая манящая. Ароматная, прелестная писечка, в которую так приятно запустить язык либо член…       Я нервно расхохотался, опуская руку и мягко массируя крепенький клитор. Никакого грима, никаких «глюков» — все это было абсолютно реальным, теплым, и очень-очень приятным на ощупь.