Смертельный шанс

Ночь выдалась поистине тёмной и холодной, хоть весна уже была в самом разгаре, да и до наступления последнего месяца вечный оставалось меньше недели, погода ночью продолжала поражать своей холодностью по отношению к другим. Именно такие мысли и посещали чужой разум на свежем воздухе. В доме было слишком душно, да и в одиночестве, в полной тишине, оставаться не очень то и хотелось. Вспоминая кошмар, что приснился не менее часа назад, начинало приходить понимание, что уж лучше на холодном, на свежем воздухе, чем в душном и пугающем доме. Единственное что перебивало ароматы ночной улицы, так это постепенно тлеющая сигарета, в руках у брюнета. Сейчас курить совсем не хотелось. Всё чего хотел мужчина, так это успокоиться, а этот вредный никотиновый дым успокаивал получше любой валерьянки. В моменты когда можно было посидеть в одиночестве и над чем то подумать, в мысли всегда лезли они - прошлые годы. Виделись счастливые лица друзей и близких. Виднелись весёлые моменты из детства, а так же и из некоторых вариаций будущего, где некоторые всё же выросли и смогли стать счастливыми. Именно ради них. Ради подобных моментов он и сражается. «Что за бред? Ты это делаешь ради себя» — Что? Это это было? Его собственные мысли или всё же галлюцинации? Что это значило? «То ведь и значит. Ты сражаешься ради всех? Неужели ты пытаешься обмануть себя? Ты никогда не пытался сражаться ради них, ты всегда делал это ради себя. Хотел спасти Хину? Кто она тебе вообще такая? Вы расстались с ней за 12 лет до того, как она умерла! Ты ей был ничем не обязан, но тебя привлекала перспектива быть тем, кого любят. Скажи честно, ты её вообще любил?» — Противный, склизкий голос. Долгий, очень долгий монолог, что произносился в его мыслях и, по сути своей, должен отражать его собственные мысли и переживания, но... — Нет. Это не так. — твердо, словно стараясь тем самым обрубить все нити сомнений, произнёс он, глядя в пустоту ночи, где вдалеке виднелись фонари что стояли вдоль домов и улиц, не давая городу до конца уснуть, погружая в лёгкую темку царицы Ночи. «Как знаешь. Однажды ты всё поймёшь, вот тогда то и угаснет звезда» — с этими словами навязчивый голос пропал, а мысли полностью опустели, будто всё сдуло ветром от стремительного ухода этих, откровенно говоря, странных «мыслей». За такими раздумьями Такемичи и поднялся со ступеньки на которой всё это время сидел. Он неспешно, словно растягивая удовольствие, проходился по ночным улицам. Ноги сами несли его туда, где он бы мог посидеть в одиночестве. Туда, где он и спас первого человека. Детская площадка, в ней не было ничего особенного, ведь такие находились по всему Токио, практически на каждом шагу, но именно эта площадка выступала для брюнета, как отправная точка. На ней, в далёком прошлом, хотя вернее было бы сказать будущем, он защитил Хину от хулиганов, а затем и её брата, Наото. Эта площадка была особенной. — Всё слово было вчера... — именно с такими слова он и прошёл на площадку, садясь на качели. Да, ему уже почти тридцать и он давно не ребёнок, но эти качели всегда успокаивали, словно лёгкое покачивание убаюкивало, заставляя забывать о проблемах. Мысли о сне постепенно отступали, давая расслабиться и забыть про те ужасы, что, казалось, навеки отпечатались в его сознании. Он постепенно проходился взглядом по всей площадке, словно выискивая кого-то взглядом. Да, это было странно, искать кого-то, ведь на часах три часа ночи и в такое время все, как правило, уже ушли по домам, в свои маленькие, тесные квартирки. Вот только, как выяснилось, не все предпочитали в это время спать дома, в уютной кровати, ведь там, на площадке, прямо на скамейке, спал мальчик с копной светлых волос. Он лежал свернувшись в клубок и мелко вздрагивал от холода, ведь на улице было прохладно, а тот был одет лишь в лёгкую футболку, что явно не согревала его. Медленно встав с качелей, стараясь не издавать лишних звуков, дабы ненароком не разбудить ребёнка, мужчина стал подходить светловолосому комочку. «Что этот ребёнок здесь делает? Почему он спит на улице, а не дома?» — именно такие мысли и звучали а голове у брюнета, пока тот приближался к скамье, на который и лежал мальчик. — Чего? — в удивлении произнёс он, когда смог подойти настолько, чтобы суметь рассмотреть малыша. Светлые волосы прикрывали часть детского лица, но это не мешало разглядеть его. Миловидное личико и нежные черты лица могли ложно указывать на то, что это маленькая девочка, но Такемичи знал, это было парень. Так ещё и его старый знакомый. Как он это понял? Всё было проще простого, ведь когда парень перекатился с одного бока на другой, то он оголил часть лица, с довольно большим ожогом, явно от пожара. — Инуи? — практически одними губами произнёс брюнет, продолжая медленно и пристально изучать детское лицо. Столь спокойное выражение лица заставляло вспоминать то, как этот юнец ходил за ним и то, как они с Коко постоянно приходили к нему на помощь. Инуи. Он был очень хорошим и добрым парнем. В своё время он хорошо помог Такемичи и всегда его поддерживал. Даже отдал ему одиннадцатое поколение драконов и доверил свою жизнь. Но... Почему сейчас он лежит здесь? Почему не дома? Или на крайний случай у Коко. За этими раздумьями Ханагаки даже не заметил того, что мальчик проснулся и сейчас пристально смотрел на него. Лицо было напряжено, а кулаки сжаты, мальчик явно был готов отбиваться. Но этого было не нужно. Такемичи бы никогда не стал ему вредить. Переведя взгляд на маленького Сейшу, Такемичи взглянул в его аквамариновые омуты глаз, пока на лице сама собой стала расцветать нежная улыбка. — Здравствуй, ты почему тут спишь? — всё с той же улыбкой начал мужчина, присаживаясь на корточки, чтобы не возвышаться над мальчишкой, что явно не очень ему доверял. — На улице ведь холодно. Но отчего-то, увидев то, как брюнет улыбается ему, Инуи застыл. Он не понимал, отчего незнакомец так тепло ему улыбался? И почему эта улыбка была такой согревающей? — Я... Мне просто идти некуда. — блондин не ожидал от самого себя такой откровенности, но отчего-то этот мужчина вызывал лишь теплые чувства, словно согревал своей тёплой аурой. — Некуда? А как же дом? — Такемичи не понимал, почему мальчик не с мамой? Ведь, как он знал, та у него осталась, хоть сестра и умерла, но мать ведь была жива. Но вопрос отпал сам по себе, когда после фразы мальчишка насупился, опуская голову. Ему явно была не слишком приятна эта тема, да и говорить о ней он уж точно не желал, особенно с человеком, которого знает от силы минуты три. — Хорошо, можешь не отвечать. — тяжело вздохнув мужчина поднялся с карточек садясь на скамейку рядом с парнишей. — Как тебя зовут? — Инуи... — робко произнёс мальчишка, чуть отсев от мужчины. — Инуи Сейшу. — Что же, Инуи-кун, мне очень приятно познакомиться, — взглянув на сидящего с боку мальчишку, произнёс старший. — Меня зовут Ханагаки Такемичи и я тебе не враг. Инуи не знал почему, но эти слова мужчины заставили его успокоиться. Почему? Почему ему так хотелось доверять этому незнакомцу? Мальчик этого не знал, но, отчего-то, на душе стало спокойней, словно Ханагаки какой-то божественный ангел с небес, что пришёл спасти его. — Ты голоден? — этот вопрос вывел из раздумий и заставил задуматься. Мальчишка не хотел напрягать старшего и уже собирался ответить отрицательно, но желудок явно был против и заурчав, дал ответ вместо удивлённого подобным и смутившегося от этого парня. — Ясно, что же, тогда пошли. Негоже в такой холод на улице спать, так что пошли ко мне, поешь, а потом спать пойдёшь. Мужчина не настаивал, предоставляя право выбора ребёнку, ведь Такемичи не мог его силой туда повезти. Всё на что его хватило, так это медленно стянуть с себя куртку и накинуть её на плечи мальчика, что до сих пор дрожал от холода. — Ну что? Пойдёшь со мной? — лёгкая улыбка расцвела на лице мужчины, как бы успокаивая мальчика. Казалось, будто тот в серьёз задумался над этим предложением, но увидев эту улыбку застыл. Теперь то парень понял, почему этот мужчина ему так понравился. Он напоминал ему Акане, его старшую сестру. Такой же тёплый и мягкий, нежен в общении и заботлив ко всем без исключения, а эта улыбка... Она была такой же завораживающей. — Да, пойдёмте, Ханагаки-сан. — всё что и сумел выловить из себя блондинистый мальчик, поднимаясь со скамейки, придерживая одной рукой куртку на плечах. Мужчина лишь молча поднялся следом за юнцом, протягивая ему руку. А мальчик лишь взглянул на него. Рядом с ним действительно так тепло. Инуи взялся за протянутую ему руку и пошёл вместе с Ханагаки, который шёл лишь немного впереди, тем самым указывая дорогу. Шли они в тишине, тем для разговоров было мало, да и не нужны были им эти бесполезные слова. Возможно, будь рядом с Такемичи какой-нибудь другой маленький мальчик, он бы попытался как-то завести диалог, чтобы тот чувствовал себя рядом с ним комфортно, но мужчина знал характер Инуи и прекрасно понимал - этот мальчик по посту болтать не станет, в тишине он чувствовал себя спокойней, для него была важна атмосфера, а не бессмысленное перекидывание фразами, что только вызывали неловкость. Поэтому оба молчали. Ночной город и тихий шелест листьев, вот их главный собеседник, во время погружения в мысли. Только он мог дать сто процентов гарантии того, что не выдаст ни одного секрета и не осудит за то, что может вызывать гнев или же отвращение у других. Но тишина продлилась недолго, ведь уже на половине пути её нарушил Такемичи, он шёл прямо и не оглядывался на парня даже тогда когда задавал вопрос, он лишь мимолётно взглянул на него, стараясь не спугнуть мальчишку своим взглядом. — Инуи-кун, сколько тебе лет? — Мне тринадцать, — спокойно, в своей излюбленной взрослой манере, произнёс Сейшу. — А вам сколько лет, Такемичи-сан? — Мне то? — Такемичи тихо усмехнулся, понимая, что ему гораздо больше лет, чем написано в паспорте, но разве он мог сознаться мальчишке? — Мне двадцать шесть лет. На этих словах мальчик очень удивился. Мужчина выглядел младше своих лет, но при этом был уже такой взрослый. После этого маленького, но довольно уютного разговора они всё же в тишине продолжили свой путь, иногда поглядывая друг на друга, пока не дошли до дома Ханагаки. Зайдя внутрь они разулись и мужчина отправил мальчишку мыть руки, пока сам направился на кухню, где, благо, ещё вчера приготовил неплохое карри и его стоило бы просто разогреть. Так он и сделал. Маленький Сейшу не заставил себя долго ждать и вернулся уже через пару минут, садясь за стол, как ему и велели сделать. — Так, я бы предложил тебе выпить со мной кофе, но на улице уже темно, а тебе пора бы уже спать, так что я заварю тебе чай. — говоря всё это мужчина накрывал на стол, ставя перед Инуи разогретое карри и заваривая себе кофе уточнил, — Тебе зелёный или же чёрный чай? — Зелёный, — всё с той же робостью в голосе и скованности в движениях произнёс мальчишка, медленно начиная есть своё карри. — Как скажешь, — Такемичи заметил то, как Инуи переживает и волнуется, он не хотел напугать мальчика, но как можно было показать то, что он ему не враг? С такими мыслями мужчина и заваривал свой кофе, а следом за ним уже и зеленый чай для Сейшу. Сделав оба напитка, он наконец сел за стол, ставя перед мальчишкой кружку с чаем, а сам Ханагаки стал медленно потягивать свой крепкий кофе, раздумывая о том, что же теперь и делать с парнишей? Просто так оставлять его на улице было не вариантом, ведь Инуи явно было некуда идти и это удручало, но... Согласится ли мальчик остаться у него? Этого Такемичи не знал. — Инуи-кун, тебе есть куда идти? — мужчина понимал что этот вопрос мог бы быть слишком неприятным для мальчика, но Ханагаки был обязан знать. Сейшу лишь удручённо глядел в свою тарелку, ему явно была не очень приятна эта тема, но он понимал, мужчине нужно было хоть что-то ответить. Но Инуи не мог выдавить из себя ни звука и лишь отрицательно покачал головой, не поднимая глаз на мужчину. — Ясно. Что-ж, в таком случае ты можешь остаться у меня, — сделав ещё глоток произнёс мужчина, наблюдая за тем, как светловолосая макушка отрывает свой взор от тарелки и в шоке взирает на говорившего, явно не ожидая подобного. — Я не настаиваю, но Инуи-кун, спать на улице это не дело. Я не собираюсь тебе вредить и делаю это не из-за жалости, я просто хочу тебе помочь. Если хочешь, то оставайся, если не хочешь, то я заставлять не стану. С этими словами мужчина серьёзно взглянул на задумавшегося мальчишку, что сейчас сидел, глядя на него неверящими глазами. — Я... Вы не шутите? — Сейшу не мог поверить в подобное. Кто-то действительно захотел помочь ему? Не считая Коконоя, таких людей в его жизни не было. Откуда он вообще взялся? — Нет, я не шучу. Я не тороплю тебя с ответом, ты можешь дать его и попозже, а пока что доедай и иди спать, я постелю тебе на диване в гостиной. С этими словами мужчина встал со стула, допив свой кофе. Он поставил грязную кружку в раковину и направился к выходу из кухни, по пути потрепав парня по светлым волосам. — Приятного аппетита, Инуи-кун, — с этими словами мужчина вышел из кухни направляясь в гостинную, чтобы постелить парнишке место для сна. Маленький Инуи остался один на кухне, он не понимал, как можно быть настолько добрым по отношению к незнакомому человеку? Почему этот Ханагаки так себя ведёт и отчего на душе становится так тепло, а из глаз вот вот хлынут солёные и непрошенные слёзы. Он сейчас счастлив? Возможно, но он точно знал, что похоже у него появилось место, где его действительно ждут. После смерти сестры такого места не было. В спешке доев свой поздний ужин, мальчик спрыгнул со стула и направился к раковине, где оставил посуду, а затем побежал на поиски мужчины, со столь тёплыми и добрыми глазами, что так напоминали тёплое, безоблачное небо. Они оба ложились спать с похожими мыслями. Оба не знали что их ждёт, оба боялись вновь все испортить, но у обоих было как-то слишком тепло и легко на душе, да настолько, что даже Такемичи смог уснуть спокойным и крепким сном. Первым за последние дни.