на пополам?

Очередной приступ кашля заставляет Рюноске согнуться пополам, поднести судорожно дрожащую руку к лицу и прикрыть ею рот. Это всего лишь тренировка, ничего не менялось в упражнениях, всё абсолютно так же как и с Дазаем, но без него, зато с кашлем. Голова начинает кружиться, тошнота стоит комом в горле, но темноволосый на ватных ногах, готовый упасть в любой момент, всё равно встаёт и пытается вновь продолжить бой со своей тенью. - Блядь. Боль заставляет подкоситься, упасть на грязный пол здания мафии и в позоре опустить голову, смотря вниз. Может именно он и заслуживает? Держать свой взгляд внизу, не имея возможности и силы духа подняться. Будь здесь Дазай, что бы он сделал? Рассмеялся, а может наградил холодным взглядом, или же вовсе не стал смотреть на такую бестолочь как его неуклюжий недотёпа ученик. Акутагава от досады и собственных мыслей скребёт короткими ногтями пол до болезненных ранок пальцев. Он это должен терпеть и проживать, его место в пыли у ног тех кто добился чего-то, пока он только смотрел в спину каждому. Даже новый ученик Дазая оказался лучше, превзошёл быстрее, добился признания и даже ласковых слов. Рюноске это может только снится. - Ты там в порядке? В миг выйти из собственных размышлений, Рюноске поднимает голову и снизу смотрит на того, кто сейчас стоит рядом. Но рыжеволосый не спешит ткнуть ботинком в нос, назвать ужасным и неспособным, как это сделал бы Дазай. Наоборот, парень садится на колени, чтобы зрительный контакт был на одном уровне, а не врозь и с недовольным тоном в голосе говорит: - Ты из-за него так убиваешься? - Какая вам разница? Идите куда шли, Чуя, - парень сохранял уважительные обращения, даже если хотелось послать к чертям назойливого коллегу. Будто бы Накахара сам не переживал из-за ухода союзника. - А я как раз к тебе и шёл, - он хитро улыбнулся, но не была не издевательская улыбка и не снисходительная. Будто бы Чуе было не всё равно. - Я беру тебя с собой на задание. Может смогу научить чему-то, потом встретишь Дазая и удивишь его новым приемам. Что скажешь? - Глупая идея. Будто бы Дазай-сан не знает всех ваших трюков, он сразу поймет кто меня учил и скажет что я настолько беспомощный, что даже обратился к вам за помощью. - Рюноске прикусил губу, понимая что наговорил лишнего, позволил своим мыслям выйти и произнес их вслух. Лучше бы они дальше вертелись в голове. Теперь Чуя слышал, теперь он всё знает, хуже некуда. Как же стыдно. Сейчас он посмеётся и уйдет, плюнет в лицо, лучше пусть ударит, чем начнет насмехаться, ведь Накахара единственный, кто никогда не позволял себе потешаться над Рюноске, но если и он сейчас... Это будет ещё больнее, чем нож в спину. - А я научу тем тому, чего твой Дазай не знает и даже не догадывается, - рыжий отвесил лёгкий подзатыльник, продолжая улыбаться и, кажется, даже не думал о том, чтобы начать издеваться над союзником. Почему он так поступает? Они ведь не друзья, просто работают вместе. Неужели Чуе не больно от распада их дуэта, от того что Дазай больше не будет работать с ним? Почему такой сильный интерес к нему, к Акутагаве? - Чуя, почему я должен вам поверить? - он бы хотел, чтобы его слова не звучало так жалобно, но почему-то в каждом произнесенном слове была доля мольбы и надежды. Почему-то ведь Накахара пришел сюда, а не к Хироцу, не к Мори, не к Гин. Почему его выбор пал на Рюноске? Чуя тяжело вздохнул, усаживаясь рядом с парнем легко и свободно, опираясь на свои руки. Рыжий не был застенчивым, сидя сейчас на грязном полу тренировочного зала, он опять не отвернулся от Акутагавы, и не побоялся быть внизу со слабым и сдавшимся. Для Чуи это не значило быть поверженным, для Рюноске это послужило волной вдохновения и благодарности. - Потому что ты слишком много тренируешься, не знаешь меры, калечишь себя, думаешь только о этом идиоте, который между прочим предал организацию, тебя и меня. Думаешь он так переживает как ты? Нет, конечно. Поэтому давай, собирайся и пошли со мной. Опять отказываться было бы невежливо, да и не хотелось бы чтобы Чуя ушел после этого полностью потратив свой интерес и доброжелательность к коллеге. Опять загрызли мысли, и Рюноске, стараясь прекратить их поток, кивнул, молча соглашаясь на предложение. Но теперь в голове навязчиво и тревожно пестрили другие фразы: "Ты ещё и перед ним ударишь в грязь лицом!", "Дазай-сан не простит тебе, узнает и будет презирать!", "Разве у Чуи нет своих дел? Ты ему разве нужен?". Приняв быстрый холодный души, чтобы освежиться после неудачной тренировки, Акутагава отправился к выходу из здания мафии, где его уже ждал Чуя. Настрой у парня был боевой, он был готов в любой момент сорваться и активировать Рассёмон, а вот рыжеволосый напротив, был максимально расслаблен, будто бы на прогулку вышел. Как только оно прошли десяток метров, совсем немного потеряв из ввиду рабочее задание, так Чуя сразу выудил из кармана плаща пачку с красноречивым названием "курение убивает". Открыв ее, парень недовольно цыкнул: - Надо было купить утром, всего семь штук осталось. - После этих слов все такой же недовольный Чуя, достал одну и ловким, привычным умелым движением, зажёг с другого конца, делая первую затяжку. Выпустив дым, рыжий улыбнулся, протягивая сигарету. - Будешь? На пополам. Акутагава поморщился, делая вид, что кашляет, так и не согласился попробовать, списывая на кашель и нелюбовь к табаку. Дазай бы не одобрил, стал бы сравнивать с Чуей, сказал бы "не только технику его скопировал, но и привычки." Сигарета оказалась докурена до фильтра и выброшена по дороге, когда парни дошли до тихого района, где почти все жилые и нежилые дома были заброшены. Они прошли по безлюдным и узким улицам, оглядываясь в поисках оружейной точки, там должен был быть их человек с новым товаром. Вскоре поиски закончились успехом, Чую окликнул свистом некий мужчина, а затем начал возмущаться из-за долгого ожидания. Показывая новенькие, не тронутые, без единой царапинки, автоматы и одинокую "по заказу" Беррету, мужчина без остановки говорил о характеристиках, будто бы мафия их не знает. Рюноске не особо заинтересовано смотрел на процесс торговли и покупки, но его внимание привлек нож, лежащий в углу стола. Такой ровный, наточенный, наверняка очень острый. Долгий взгляд темноволосого не остался незамеченным для Чуи, и тот с улыбкой кивнул на желаемую вещь: - Сколько? - Договоримся. - Контрабандист слишком лукаво улыбнулся, явно завышая цену, даже не намереваясь ее сбивать. После долгих попыток "договориться", Чуя плюнул на это дело, и заплатил тройную ценю за нож. Выйдя от торгоша с гадким настроением, Накахара отзвонился Мори, сообщив ему, что товар проверен, в полном порядке, деньги внесли и бла-бла-бла, как всегда всё по плану. После звонка Чуя протянул недавно купленный нож. - Это тебе, я видел как ты на него смотрел. - Парень вручил презент прямо в руки зазевавшегося Рюноске. Это первый материальный подарок Акутагава. Раньше ему дарили право жизни, возможность вступления в мафию, шанс быть учеником Дазая. И за все это он был благодарен, был готов оплатить за каждую доброту, каждый жест милости. Но как благодарить за нож? Что хотел бы Чуя взамен? Может это его прощальный подарок, и больше он даже не посмотрит на Рюноске? Все это слишком заставляет нервничать и думать, сомневаться и тревожиться, а верного ответа так и нет. - Чуя, я не могу принять. Он очень дорогой, лучше возьмите его вы, - Акутагава в смущении попытался вернуть слишком дорогой подарок, но Чуя лишь отнекивался и не соглашался. - Спасибо вам. Рюноске с трепетом сдал подаренное лезвие, не боясь пораниться, напротив, он был бы даже не против ран от Чуи, от чего-то, что напоминает о нём. - Рюноске, ты так из-за подарка не переживай. Принимай и всё. Я от чистого сердца. Завтра пойдешь со мной на задание? Или опять тебя уговаривать? - Чуя по-доброму рассмеялся, слабо толкая младшего по плечу. - Пойду, - ответил Рюноске, держа нож в руке и сжимая рукоять, боясь потерять такой внимательный подарок. Но голова по-прежнему продолжала кипеть, затягивая в водоворот и бездну ноющих мыслей. С чего такая доброта? Зачем купил такую дорогую вещь? Откуда такое острое внимание? Дазай говорил всегда бысть осторожным и внимательным. Так что же ждать от Чуи?