Балет

- И по составу: Мэри - Нефёдова, Вера - Анфиса, Вернер - Балунов. Миша мельком оглядел коллег: Мышка расстроенно ковыряла носком пуанта паркет, Анфиса с видом королевы прайда уже записывала кружочек в свой канал. За Шурика было обидно. - Печорин, разумеется, Горшенёв, - продолжал хореограф. - А Грушницкий - наше новое дарование. Князев, не подведи! - Так точно! - гаркнуло юное дарование, как на параде, и судя по общему смеху, отдало честь. Кринжуля лопоухая. У Миши от Князева глаза ещё с первой встречи закатились, да так основательно, что грозили остаться на затылке уже навсегда. - Шур, у нас тут, часом, не ставят балет "Бригада"? - фыркнул Горшенёв и добавил, погромче и поязвительнее, - Вон то маленькое недоразумение явно пришло пробоваться в кордебалет братков. Балунов добродушно рассмеялся, а бритый коротышка, топтавшийся у расписания, заалел ушами и медленно повернулся. Миша даже слегка отпрянул под его набыченным альфачьим взглядом. Харизма из него перла, как радиация из ядерного реактора, так что все находившиеся в радиусе поражения девчонки заверещали, как счётчик Гейгера. Будь паренёк повыше, Миша и сам бы заволновался за свое место премьера. Тем временем новичок пружинистой походкой подошёл к Горшенёву. Не такой он оказался и низкий, расстерянно подумал Миша, зацепившись, как за крючок, за синие глаза, блестевшие нехорошей ершистой искрой. - Слышь, дылда, - с непередаваемой интонацией бывалого купчинского гопника произнес тот, оглядывая Мишино скуластое лицо и торчащие в вырезе черной кофты ключицы, - а ты тут умирающего лебедя танцуешь или по жизни угашенный? Миша скривился от воспоминаний. Знакомство не задалось, драка тоже. В махаче у новенького явно поболее опыта было, чем у Михи. Так что он ловко ушел от первого удара, а потом просто вцепился всеми конечностями в Горшенёва, как кот в берёзу. В таком липком клинче они и рухнули на пол, где катались ещё минут десять на потеху публике. Пока Миша не почувствовал, как что-то обожгло шею прямо под челюстью. Он отпрыгнул от Князева, как напружиненный, прижимая к коже ладонь. - Ты чё, кусил меня, ё-моё, - просипел он, разом растеряв весь интеллигентский лоск, годами приобретавшийся в вагановском. Поглядел в остекленевшие глаза, потом на набухшие от прилившей к ним крови губы Князя, который лежал на полу с разодранной на груди рубашкой. - Сатир овладевает нимфой, - задумчиво прокомментировал откуда-то сбоку Шурик. Башка Горшенёва запылала, как Ростральная колонна. Это. Был. Грёбаный. Поцелуй. *** - Ты параноишь, Миш, - протяжно вздохнул Шура, непонятно зачем помешивая чай в стакане. Никакого сахара там не было и быть не могло. Горшенёв, застывший посреди мыслительного процесса с листом салата во рту, мрачно нахмурился и яростно заработал челюстями. Сидевший за пару столиков от них Князев ласково улыбнулся девчонкам, которые пытались накормить его тем же самым: - Ну, я же не козел, - смешливо отмахнулся он и ехидно поглядел через всю столовую прямо на Мишу. Миша едва сдержал детский порыв пульнуть в него ложкой пюре. - Ты ревнуешь, что ли? - искренне изумился Балунов. - Сам же мне весь прошлый сезон плакался, как тебя Анфиса своими домогательствами достала. - А Мышку что, тоже ему без боя отдаешь? - злобно ляпнул Миша и тут же пожалел. О безответных чувствах Шурика к Маше знали в труппе все. И Князев не мог не знать, а значит, прав был Миша, и это все его подлые игры! Ничего, он тоже был не пальцем деланный, и подковерные интриги освоил в совершенстве ещё на тернистом пути к месту премьера. Ждала Князева такая ответка, что Миша уже заранее содрогался от собственного коварства. Несколько смартфонов разом пиликнули оповещениями. Миша с незаинтересованным видом расчленял куриную грудку на своей тарелке. - Гаврила, оторвись на секунду, - возбуждённо позвал Шурик, не отвлекаясь от экрана. - Зацени! Горшенёв нехотя наклонился поближе. На экране на стопе зависло видео с надписью капслоком: "ПЛЮШЕВОЕ ФУЭТЕ! Смотреть до конца!11!!" Шурик нажал на плей. Под звуки пронзительной бравурной музыки на сцене на одной лапе закрутился огромный медведь. Морда у него была жуткая, как у аниматроника, шерсть с проплешинами, но скакал он живо, а уж фуэте закрутил, как положено, на полупальцах, любо дорого смотреть. - Какой кринж, - присвистнул Балу, потянувшись нажать повтор. - И кто это у нас такой талантливый мишка? - Андрей, это что, ты?! - раздался девчоночий визг из-за соседнего стола. Ага, посмотрели описание ролика, удовлетворённо хмыкнул про себя Миша. Кушай, Князь, не обляпайся! - Точно, - признал Князев и, кажется, покраснел? А нет, показалось. - Фигасе там просмотров, - радостно вскрикнул тот. Что с ним было не так?! Миша бы от стыда за такое заживо сгорел! - Кто-то анонимно всем скинул, - сощурилась Анфиса. Ну, эта любую подлянку чуяла за версту! - Любопытно, кто. - Поклонник, наверное, - ухмыльнулся Андрей, не отводя взгляда от Миши. Грёбаный повелитель кринжа. *** Однако дровишки в костер их взаимной вражды прилетели внезапно совсем с другой стороны. - По постановке, - начал издалека хореограф. Присутствующие сразу же напряглись: идеи у светила балета с каждым разом становились все радикальнее. - Мы боремся за зрительский интерес, а значит, надо шагать в ногу со временем! - Ну, точно на сцене трахаться будем, - заржал Шурик. - Вернее, ты, Миш. Горшенёв цыкнул на него. Предчувствие было нехорошее. - Печорин - секс-символ своего времени, - продолжил хореограф, и Миша тяжко вздохнул. - Поэтому ты, Горшенёв, должен транслировать секс! Понял меня? С Мэри - соблазнитель, с Верой - хочу увидеть раскрепощенную страсть! Давайте, по очереди! Миша поднялся с пола, спиной ощущая насмешливый Княжеский взгляд. Смотри и учись, мелочь! - Горшенёв, Нефёдова, вы может встать друг к другу поближе? Что за пионерская дистанция? Соблазнение где? - гневно грохотал хореограф. - Вера...тьфу ты, то есть Анфиса, давай ты! Соберитесь! Ладно, сейчас Миша им такой секс покажет, что пар из ушей повалит! - Спокойнее, Горшенёв, что за мимика! Куда ты все время смотришь? На партнёршу гляди, а не по залу взглядом рыскай! У вас не страсть, а семейный секс перед телевизором! - хореограф аж ногой притопнул от ярости. - Анфиса, отдыхай. А ты останься! Миша замер посреди зала, задыхаясь. За оба па-де-де Андрей ни на секунду не оторвал от него внимательный взгляд. - Что ж, ладно. Грушницкий, - хореограф хлопнул в ладоши и поманил Князева. Тот поднялся и встал рядом с Мишей. - В сцене дуэли ты скидываешь шинель, а Миша мундир, и вы останетесь в одних трико. Смысл сцены понятен? - Гомоэротика, - томно подсказала Анфиса, с нескрываемой насмешкой поглядывая на Мишу. Вот ведьма! - Грубо, но в целом верно, - поморщился хореограф. - Отношения между этими двумя напряжённые, Печорин завидует незамутненности Грушницкого, а тот его успеху у женщин. Все хотят Печорина. - Грушницкий тоже? - невинно уточнил Миша, наслаждаясь потемневшим Княжеским ликом. - Сами разберетесь! - недовольно крикнул хореограф и махнул аккомпаниатору. Сцена дуэли начиналась арабесками, которые они демонстрировали друг другу издалека, словно отзеркаливая. По меткому выражению Шурика, словно два петуха раздували перья. Затем начиналось постепенное сближение, в виде параллельных прыжков, пока один из них (понятно, что подстреленный Грушницкий) не падал в объятия другого, чтобы пафосно умереть. Миша замер, удерживая разгоряченную Княжескую тушку одной рукой, другую красиво вывернув к зрителям, на лице изображая подходящую к случаю скорбь. - Мих, тебя все хотят, - прошептал Андрей, сверкая синим взглядом из-под полуопущенных ресниц. - А ты? Сердце забу́хало, как литавры, ладони повлажнели, губы потянулись к губам - Миша с грохотом уронил его на пол. Сам виноват! Грёбаный Андрей Князев.