Балет

- Это что за фигня? Миша недовольно уставился на волосатую попону, которую настойчиво пихал ему в руки Андрей. Тело ломило нещадно, и было не до Княжеских ребусов. Это за медведя ответка, что ли? - Жилетка из собачьей шерсти, - пояснил Князев и уставился на Мишу в ожидании одобрения. Выражение его лица было Горшенёву, к сожалению, уже знакомо: оно означало, что Андрея посетила очередная гениальная идея, за участие в которой Мише снова прилетит. Стоило развернуться и сбежать на обед, но ноги сегодня были как деревянные, а из столовой тянуло рыбой. И Миша выбрал меньшее из двух зол. - Я тебе дед, что ли, - фыркнул он, удерживая лохматое одеяние на весу двумя пальцами. Спасибо, конечно, за заботу, но кто был в этом виноват? Вчера после кино, когда они уже расходились, Миша вскинул руку, чтобы остановить такси, и перекосился от боли. - Радикулит, старче? - усмехнулся Андрей, отиравшийся поблизости нервным сгустком энергии. Вообще-то, Горшенёв всерьёз подумывал пригласить Князя на палку чая. И приспособить уже этот не вовремя открывающийся рот к обоюдному удовлетворению. Но сейчас все эти хлипкие намерения сдуло, как домик незадачливого строителя-поросенка. - Ага, твоими стараниями, - сморщился Миша и, бросив косой взгляд на миловавшихся неподалеку Шурика и Мышку, понизил голос, - Забыл, ё-моё, как завалил меня на днях? У Князя хватило совести зардеть ушами. - Кабан, - сварливо бросил ему Миша, аккуратно пакуя разнывшееся тело на заднее сидение. - Хрю-хрю, - виновато выдал тот, и Горшенёв мстительно захлопнул дверцу прямо у него перед носом. А теперь это. Вот, значит, почему он крутился, как виноватый щенок, всю общую репетицию. И у двери околачивался, пока не поймал перед выходом на обед. - Раздевайся, - Андрей нетерпеливо подёргал за подол просторной футболки. Миша треснул его по наглым лапам. - Я тебя разотру, - тут же вскинул руки в успокоительном жесте Андрей. Достал из рюкзака какой-то тюбик и, игриво помахивая им, добавил, - Подготовлю тебя к вечеру. У меня умелые пальцы. Миша быстрее закинул футболку на голову, морщась то ли от боли, то ли от Княжеского кринжового заигрывания. - Ну, давай, умелец, примени свои очумелые ручки. Сзади громко сглотнули. - Присядешь, может? - А чё, не допрыгнуть? Впрочем, Мише уже надоело ломаться, и он плюхнулся на скамейку, уткнувшись лицом в колени. - Говори, если больно, - для опытного массажиста голос у Князева звучал не особо уверенно. - Не сломаюсь, - хмыкнул Миша и демонстративно свёл лопатки. Хрустнуло пугающе громко, как льдина под ногами у рыбака. Андрей торопливо прыснул на него мазью. - Етить, Княже! - заорал Миша. - Холодно! Князев тут же принялся разглаживать мышцы. Ладони у него были сильные, и нажимал он как надо, признал про себя Миша, пытаясь сосредоточиться на том, как уходила из тела боль. - Не думал я, что так будешь мое имя кричать, - не удержался от шпильки Андрей. - Но мне понравилось, повторим? И как-то особенно точно надавил в самый источник боли. Миша вскрикнул и обмяк. Тепло расходилось по размятым мышцам, как спирт по крови. Хороший массаж для балетных лучше секса. Миша хотел было озвучить свое глубокое озарение, но язык не ворочался. Показалось сквозь дрёму, или кто-то клюнул его сухими губами в верхний позвонок. Его накрыли сверху чем-то теплым и мягким. И он провалился в такой безмятежный сон, которого с детства не помнил. Проснулся он от того, что кто-то гладил его по голове и дразнил ароматом кофе. Этот пережженый купаж из автомата в столовой Миша узнал бы даже на пороге смерти. И, разумеется, поднялся бы из могилы, чтобы вылить на башку шутника. - Осторожно, Миш, прольешь, - поймал его отмахивающуюся руку Князев. - Анфиса сказала, это твой любимый. От такого поворота у Миши глаза сами собой распахнулись. - Анфиса? - хриплым спросонья голосом уточнил он. Андрей, почему-то погрустнев, кивнул. - Она так хорошо тебя знает, - задумчиво произнес он, покуда Миша пристально вглядывался в кофе, пытаясь понять, плюнула туда Анфиса или нет. - Послушать ее, так мы с ней король и королева этого театра, ё-моё, и должны быть вместе, - рассеянно ответил он. И пропустил, как лицо Андрея омрачилось. - Ну, она и правда, как королева темных эльфов, - с какой-то непонятной интонацией произнес Князев, пристально вглядываясь в Мишину сонную физиономию. - Воздушная, но смертоносная. - Типа того, - не задумываясь, согласился Миша, прихлебывая горячую жижу. - Тогда до вечера, - резко подорвался Андрей и стремительно исчез за дверью. И что это было? запутался в происходящем Миша. Князь что, запал на Анфису?